шёпот забытого солнца

«The pain I feel now is the happiness I had before. That's the deal» «Боль, которую я чувствую сейчас - это счастье, которое я имел раньше.

Вот такая вот сделка»

- C.S. Lewis

*flashback*

— Не, малыш, он все таки с концами ёбнулся — подытоживает Тэхён, устремляя взгляд на рядом стоящего Чонгука, в глазах которого словно звёздочки сверкают, глядя на рыжеволосого друга напротив. Чимин пропал сразу после сообщений «срочно ехать к нему», заставив их двоих знатно перепугаться, а по итогу встретил друзей со зловещей улыбкой и теперь рыжей копной волос. Как и всегда : в глазах вечно недовольного Тэхёна читается наигранное отвращение, в то время как у Чонгука - неподдельное восхищение. — Во первых я тебя слышу, а во вторых я тебя слышу — уже привычно отвечает Чимин на очередной подкол друга. — Это одно и то же — закрепляет все тот же, снимая обувь. — Я ведь просил не называть его так в моём присутствии, сраные вы голубки — с усмешкой говорит Чимин, удаляясь в сторону кухни, — И этот цвет мне идёт! — Согласен — догоняет его Чонгук, зарываясь ладонью в ярко выкрашенных волосах. — Ага, теперь ещё больше на петуха похож — неохотно подтягивается за ними Тэхён. — Ой иди нахуй — ядовито улыбаясь устремляет на него взгляд, открывая шкафчик с посудой — Ну или в жопу, где больше понравится. Чимин надеялся уколоть, но замечая искорку в глазах напротив, понимает что облажался. — С удовольствием! — Тэхён поднимается с барного стула, на который вот вот уселся, и уводя Чонгука за руку, с серьёзным лицом продолжает — В гостиной можно? — Господи, Тэхён! — возмущается Чонгук, вырываясь из хватки парня, чей смех заполнил всю квартиру. Тэхён ловит того со спины, крепко обнимая и наспех целуя куда-то в шею, пока Чонгук, не сдерживая улыбку пытается вырваться, но быстро сдаётся, оставаясь в своём любимом месте. Чимин смотрит на них полным брезгливости взглядом, всерьёз обдумывая мысль о том чтобы кинуть стаканы что он держит в руках - в лица напротив. — Как же я вас ненавижу — звучит спустя вечность. И кухня вновь наполняется смехом.

*end of flashback*

Тэхён сидит в ожидании своей очереди, с тоской улыбаясь воспоминаниям, в которых Чонгук уговаривал его попробовать блонд с того самого дня, как перекрасился Чимин. И пусть Тэхён вслух этого так и не признал, но рыжий тому действительно чертовски хорошо подошёл. По этой же причине, он быстро сдался, и уже на третий день Чонгук вертелся над ним с баночкой осветлителя и краски. — Не попробуешь, не узнаешь, а волосы не зубы - отрастут. Не так ли? — заявил тогда Тэхён, пытаясь оправдаться. — Теперь ты стопроцентный петух — отомстил Чимин, получив подушку в лицо.

***

Сидя в кресле барбершопа, парень ощущает как остро-сладкий запах краски словно острейший кинжал - пронзает изнутри каждый сантиметр души, если там вообще осталось живое место. Перед ним картинками появлялся образ того, чей смех когда-то звучал громче обычного, когда их окутывал этот мерзотный аромат. Чьи ладони зарывались в его слегка влажных даже после сушки волосах, тот для кого на самом деле вообще не имело значения, какого оттенка или длины его волосы, несмотря на то что он сам уломал Тэхёна перекраситься.

*flashback*

Чонгук непроизвольно закусывает губу, заинтересованно читая всю необходимую информацию на коробке от краски. Тэхён, который наблюдал за этой милейшей, по его мнению, картиной, опрокидывает смешок под звук затвора камеры. — Начинай уже красить, пока я ещё в силах побороть своё желание зацеловать тебя до смерти, — заявляет Тэхён, приближая забавно сосредоточенное лицо младшего на снимке, который сделал тремя секундами ранее, — Я, к слову, все дальше от того, чтобы вообще ему сопротивляться. Тэхён поочерёдно смотрит то на фотографию в телефоне в руках, то на парня в отражении напротив секунд десять, обдумывая решение так, будто оно не самое очевидное из всех что ему приходилось принимать. — А, к чёрту — повисает где-то в воздухе, пока он неуклюже пытается сначала встать с табуретки и развернуться в крохотном между ними расстоянии, а затем высвободить руки из длинного одноразового пеньюара, потому что ему всегда нравилось целовать его вот так. Нежно поглаживая по щекам, иногда напирая на затылок. Когда у него это получается, парень напротив уже утопает в собственной улыбке, обвивая талию «будущего блондина». Тэхен поклясться готов : будь у него воля, он бы простоял в таком положении всю свою жизнь, без тени сомнения. Он прижимается к младшему поближе, словно того, что они и так едва не сталкиваются носами (и не потому что Тэхён вот вот его поцелует) в их крошечной ванной – недостаточно. Тэхёну всегда будет мало, если речь идёт о нём. Он смотрит в любимые глаза напротив вечность пару секунд, и не имея больше никакого терпения, дарит получает очередной, полный любви поцелуй. — Не торопи меня, если не хочешь остаться без волос — нежно хихикая просит парень между поцелуями. Тэхён неохотно отстраняется от губ напротив, и умиляясь тому, как очаровательно они выглядят такими зацелованными : немного опухшие и покрасневшие, соревнуются с румянцем выступившим на щеках. — А ты бы разлюбил меня если бы я облысел? — спрашивает всерьёз. — Нет — честно отвечает Чонгук, — Но давай оставим это старости, а не мне, хорошо? Тэхён улыбается. Как гребаный влюблённый подросток. От шутки Чонгука, что обещает ему совместное будущее, от вида его любимых карих глаз, или зацелованных им же губ, а может от осознания, кто стоит напротив. Он не знает почему. Просто улыбается, чувствуя внезапное желание подарить этому парню весь чёртов мир, зная что пару секунд спустя, он сам его получит. — Тогда мне плевать — произносит тихо, снова погружаясь в поцелуй любовь.

*end of flashback*

После ухода Чонгука, Тэхён пару раз красил себя сам, и происходило это обычно в пьяном угаре, потому что в трезвом состоянии он едва мог найти в себе сил вылезти из кровати. Руки под пеньюаром невольно сжались в кулаки, когда барбер начал наносить краску, а голову заполняли мысли о том что делать сейчас это должен не профессиональный парикмахер с образованием и многолетним стажем, а Чонгук - который учился этому по видео на ютубе (и Тэхён поспорить готов, что доверился бы второму с наибольшей уверенностью). Когда мастер повернул его лицом к зеркалу на стадии сушки, брюнет ощутил лишь как болезненно сжалось сердце. Он почувствовал себя предателем. Словно только сейчас пришло осознание, что двигаться вперёд без Чонгука - неправильно и подло. Несправедливо. Тоска внезапно охватила так сильно, что он едва смог вздохнуть, а слёзы бы обязательно хлынули, если бы не застряли в горле болезненным комом. До потери Чонгука, Тэхён впринципе не помнил что вообще такое - слёзы. Он осознал их значение в день его похорон, на которых не присутствовал. Мольба высказаться не говоря ни слова. Вот что они такое. Сейчас, сидя в холодном кресле, в тысячах километрах от дома, он наблюдал за тем, как исчезала частица его самого. На его собственных глазах исчезал он сам. Исчезал тот Тэхён, что изо дня в день просыпался с любовью к людям, с которыми вырос. Лишь словно сейчас он заметил, что остался один. Ведь одного больше нет рядом, а другого - в живых. Тот Тэхён, что несколько лет винил себя в чувствах к лучшему другу, а услышав от него признание в любви, испытал на себе то, что люди называют «счастьем». Тот Тэхён, который дарил получал самые значимые для него признания снова и снова. В вопросе о том, как прошёл его день. В приглушенном стоне, утопая в уютном свете ночи, или болезненно ярком сиянии испанского солнца. В каждом объятии, в каждом поцелуе. В каждом чёртовом касании, взгляде и улыбке. Так уж считал Тэхён : для того чтобы чувствовать искренность тех самых, трёх до онемения в груди приятных болезненных слов, их необязательно было слышать. И если когда-то Тэхёну было мало того, что он чувствовал их изо дня в день, то сейчас он бы не раздумывая отдал жизнь, за то чтобы тот просто навсего был. Подольше. По-другому. Живым. В той болезненной агонии, что разрывала остатки того, что когда то звалось сердцем, он чувствует что-то ещё. Что-то противоречивое и обнадеживающее, так упорно прорывающееся через боль, но пока что он не понимает что это за чувство. Он уже вообще ничего не понимает.

***

Всю прошлую ночь Тэхён провёл в обнимку с дневником, в очередной раз задавая все преследующие его вопросы ему. «Кому - ему?» спросите вы. Это один из вопросов, на который он не получил ответ. Отражение в зеркале оставляло желать лучшего. Глаза, обрамленные тёмными синяками, казались усталыми и лишенными сил. Щёки впали, в глазах - непонятно что. Сомнение, страх, неопределённость, неуверенность - и еще десяток подобных синонимов, мысленно перечислять которые для описания самого себя, парень устал. Раньше Тэхён ненавидел попадать в новую для него среду. Ещё больше он ненавидел оказываться в новом коллективе, в составе которого не было Чонгука, или хотя бы Чимина. Не то чтобы он был социофобом, просто ни с кем он не чувствовал такого комфорта, как с привычными ему людьми. А сейчас он стоит напротив зеркала в новой небольшой квартирке, в неизвестной, несмотря на его происхождение стране, готовясь идти в университет в котором на каждой из дисциплин, которые тот выбрал для изучения, уже, вероятно, все познакомились, так как с начала учебы прошло уже два месяца. Нет ничего хуже, чем приходить в уже состоявшийся коллектив - даже если вы Тэхён, которому вроде как всегда было и остаётся плевать на чужое мнение, которое люди могут иметь о нём. В крайних случаях те получали по лицу, но теперь прибегнуть к такому не получится, его и так еле взяли. Большинство посетителей кофейни, в которой работал Тэхён, были студентами - что значительно облегчило его собственный вопрос о том, что ему надеть чтобы «слиться с толпой» и не привлекать к себе лишнего внимания, которого и так будет достаточно. На ногах - привычные короткие черно-белые джорданы и свободные темно серые джинсы. Светло-серое худи с массивным капюшоном накрывало плечи, обещая спрятать от посторонних глаз, и чёрная дутая куртка. Парень глубоко вдыхает, на секунду закрыв глаза. Выдыхает и вновь смотрит в глаза своего отражения уже более спокойным, холодным взглядом, что придаёт ему силы покинуть квартиру, наспех хватая по пути ключи, бумажник и пачку сигарет. Дорога до университета занимала пятнадцать минут по мнению навера , и минут десять по мнению самого Тэхёна, но плетётся он уже добрые двадцать, предусмотрительно выйдя пораньше. От того насколько должно быть жалким он выглядел, становилось тошно. Каждый последующий шаг - неувереннее предыдущего, ладони вспотели, а весь накатывающий стресс отзывался мерзким узлом в животе, будто его вот вот стошнит. Каждый чёртов шаг казался ему испытанием, напоминавшим о его одиночестве, словно только он начинает жизнь с чистого листа, в мире, где все уже нашли свое место. Подойдя к нужному по мнению карт перекрестку, парень останавливается, пытаясь немного отдышаться. Светофор показывал около семидесяти оставшихся для водителей секунд, которые парень использует на то, чтобы достать уже третью за последние пол часа сигарету, и зажимая ту между зубами, предвкушает обещанное ей спокойствие хотя бы на несколько секунд. Однако ничего не происходит. Напротив. Сигарета не зажглась, в то время как внутри Тэхёна происходит взрыв. Ожидаемую волну недолгого облегчения заменила сущая паника, страх и непонимание. Сердце, казалось, остановилось на мгновение, прежде чем начать биться еще сильнее, словно пытаясь сдержать натиск адреналина, который оставит его в сознании. Потому что он видит его. Того, кого ещё год назад называл своим лучшим другом. Того, за кого отдал бы жизнь не раздумывая, хоть никогда ему в этом и не признавался. Того, с кем он разделил каждое счастливое воспоминание, которое вообще помнит. Того, кто бросил его давиться собственной болью, забыв о нем, словно их никогда ничего и не связывало. Костяшки, сжимавшие сигарету, побелели настолько, что казалось, кости пронзят кожу в любую секунду. Время словно остановилось, лица прохожих слились в одно единое, движущееся месиво, а прожектор внимания ярко осветил лишь улыбку Чимина, подсвечивая его на фоне Тэхена, затерянного в кромешной тьме собственных мыслей. Когда макушка друга начала теряться в толпе, Тэхен непроизвольно сделал шаг вперёд, стремясь догнать его, но пронёсшаяся мимо машина с сопровождающим громким писком, вероятно, испугавшегося водителя, настойчиво напомнила об оставшихся тридцати секундах. Когда на уже ненавистном парню экране показались две оставшиеся секунды, а машины начинали замедляться, ожидая хода прохожих, он сломя голову побежал к концу улицы, где за углом одного из зданий затерялся друг. Тэхён бы обязательно похвалил идею Чимина с рыжим цветом волос, но короткая длина и чёрная, как смог макушка - подобающая солдату, буквально затерялась среди десятка прохожих. Пока Тэхен истерически пытался уловить хоть что-то знакомое, в его голове внезапно возник вопрос : а зачем? Зачем он ищет его? Что он ему скажет? Как бы отреагировал сам Чимин? Внутри от накатывающих мыслей вдруг стало так… пусто? И в то же время до противного больно. Тэхен не смог поймать более точных деталей, кроме короткой стрижки и черного массивного бомбера, но хорошо разглядел улыбку. Ту самую улыбку, которой Чимин всегда озарял всех вокруг себя. Причиной которой Тэхён сам когда то был. Чимин в свою очередь не ответил ни на одно отправленное Тэхеном сообщение за последние несколько месяцев, более того, даже не прочитал. Последние Тэхен отправил из аэропорта, прямо перед вылетом. Так зачем? Что бы он ему сказал? Что бы изменилось? Стоя посреди толпы, которая равнодушно проходила мимо, Тэхен смотрел в сторону, где затерялся его друг (или как его теперь следует называть?). Все волнение, которое преследовало его с самого утра, внезапно покинуло тело, вытекая до последней капли. Почему он так размяк? Почему он выглядит так жалко? Почему ему так тяжело шагнуть в новую жизнь, когда живой пример в виде Чимина - судя по всему давно это сделал? В очередном потоке нескончаемых вопросов, Тэхён возвращает внимание к экрану смартфона, который сообщал ему что университет находится буквально за поворотом впереди стоящего здания. Произошедшее пятью минутами ранее настолько его потрясло, что энергии на что-то большее, кроме как просто дойти до своей аудитории, не осталось. Парень замедлился лишь у входа, восторгаясь видом. Университет прекрасно отражал корейскую архитектуру, выполненный в бежевом цвете, украшенный элегантными колоннами. Масштабы поражали, а сочетание современного дизайна с дополненными традиционными корейскими элементами, что так сильно полюбил в этой стране Тэхён - ещё больше наполняли его тело лёгким восторгом. Здание было окружено пышной зеленью и тщательно ухоженным садом с небольшим фонтаном (который Тэхён уже отметил для себя как одно из любимых мест, от одного только вида). Парень на секунду даже теряется в сомнениях, туда ли он вообще пришёл. Тэхен наблюдал за проходящими мимо студентами, непроизвольно анализируя их. Кто-то шёл в компании, оживленно что-то обсуждая, в то время как другие, подобно ему, шли в одиночестве, погруженные в свои мысли. Поверить в то, что Тэхен сам частью всей этой суеты не получилось даже стоя у входных дверей его кампуса. Пытаясь игнорировать вновь нахлынувшее волнение, Тэхён устремляет взгляд к небу, немного щурясь от солнечного света. — Ты наблюдаешь за мной, да? Надеюсь ты гордишься мной, Estrella. Не теряя ни секунды после сказанного, парень открывает дверь вступая в новую жизнь, на пороге которого его с улыбкой встречает судьба.