Книжное приключение. Новая версия.

Открывать глаза Чимину совсем не хочется, хотя сон и был весьма странный. Он полностью отдался в лапы этой сказки. Парню снился остров и большой корабль, бандиты и капитан. Где-то в глубине души ему даже понравилось, хотя омега и отчаянно хотел домой. И вот теперь он дома в уютной постели, делает усилие открыть глаза, но сон не отпускает из своих цепких лап. Легкое дуновение ветерка и далекие крики чаек преследуют Чимина и тут. Осознание, что все это не сон, приходит быстро, как будто мозг включается в одну секунду. Чимин вскакивает с кровати. От спешки голова кружится, ведет комнату каруселью. От этого водоворота омегу шатает, и он поспешно садится обратно, цепляется за края кровати. Легкий ветерок, как оказалось, бежит из открытого окна и короткие солнечные лучи делают комнату светлее. Память не покидает Чимина, воспоминания накатывают волнами, похожими на те, что бьются о борт корабля. Он вспоминает пещеру и капитана — все то, что, наверное, так хотел бы забыть. А главное, Чимин точно помнит, что закрывал окно. Кто-то был в каюте, пока он спал. Омега встает, борется с головокружением, и не спеша подходит к столу, опираясь на предметы. К его удивлению, стол полон. Огромный поднос грациозно держит на себе кувшин и фрукты. На небольшом блюдечке лежит хлеб и сыр. Красивая резная кружка в виде головы животного - полна. Жажда огнем опаляет горло Пака, он с осторожностью приподнимает кружку и нюхает — пахнет вкусно. Он как маленький ребенок аккуратно сует в воду кончик языка и пытается понять, что это. Несколько раз причмокивает, понимает, что это морс — ягодный напиток с добавлением трав. Очень вкусно. Чимин с жадностью припадает к такой долгожданной влаге и осушает все до дна, наливает еще. Следом голодный омега набрасывается на хлеб и сыр. Ему безумно стыдно, но с желудком не поспоришь, а он не ел больше суток. Когда трапеза была завершена, Чимин оглядывает стол, в надежде урвать еще что-нибудь вкусненькое. На подносе, упав в виноград, торчит записка «Доброе утро. Завтрак на столе. Вода для умывания в тазу. Одежда в шкафу». И подпись — Юнги. Чимин искренне улыбается этой записке, вспоминает милое лицо паренька. Есть в нем что-то особенное, теплое и доброе, хотя он и желает казаться суровым бандитом. Чимин обходит стол и направляется в закуток за ширмой. Он напоминает подобие ванны. Не обращая внимание на не удобства, он хорошенько умывается прохладной водой, прогоняет последние остатки сна у себя с лица и направляется к шкафу. Тот приоткрыт. Резные коричневые двери приглашают любопытный взгляд заглянуть. Чимин осторожно берется за железную ручку и открывает, ожидая увидеть что-то особенное, но был страшно разочарован. Внутри висит одна белая рубашка и штаны. Оглядев себя, парень решает, что переодеваться незачем, и закрывает шкаф. В стороне замечает свои туфли и с облегчением натягивает их на холодные, довольно грязные ступни. Ощущение приятной, плотной кожи на ногах, дает чувство защиты и уверенности. В мыслях пробегает вопрос: “А как они сюда попали?”, ведь Пак четко помнит, что выронил их еще там в пещере, но отмахивается от неприятных рассуждений и уверенной походкой направляется к столу. Есть уже совсем не хочется. Открытое настежь окно привлекает его внимание и любопытство заставляет высунуть свой милый носик наружу. Солнце уже поднялось высоко, а воздух утратил свою былую прохладу. Лучи ласкают поверхность воды, будто нежные поцелуи, заставляют ее переливаться. Корабль качается на легких волнах, а звуки природы, мягко ласкают корпус судна, создают невероятно успокаивающую симфонию. Чимин никогда не видел такой красоты и величия воды. Но воздух уже не наполнен утренней свежестью и парню становится душно и хочется на воздух. Чимин расстегивает маленькие пуговицы изрядно мятой блузки, оголяет гладкий участок груди и направляется к двери, которая на удивление поддается легко. Он замирает в проеме, разбирается в правильности своего решения. Неожиданно для себя ему становится любопытно, а что вообще это за корабль. Неизвестно сколько ему еще торчать здесь и надо же когда-нибудь перестать боятся. Он выходит в большой коридор, идет вперед по той же дороге, по которой его недавно вел Юнги. Поворот и еще поворот. Чимин шагает очень осторожно, боится нарушить тишину. Только скрип мокрого дерева дает ощущение, что корабль живой. Он вдыхает запах воды и тины, этот смрад щекочет его ноздри, въедается в одежду и в волосы, как бы говоря, что он теперь один из них. Корабль тихо покачивается, здесь внизу отчетливо слышно, как вода бьется о борта, и сильным плеском разливается в стороны. Эти звуки убаюкивают приводя в легкий транс. Добравшись до каюты капитана, Чимин останавливается. Дверь закрыта, и он прислушивается, но ни одного звука не доносилось из-за стены. Чимин разочарованно вздыхает, ну а чего он хотел? Он отходит от манящей двери, мажет воздух носом в надежде уловить терпкий запах сандала. Небольшая лестница вверх венчает конец его пути. Очень короткие солнечные лучи дают понять, что там вверху свобода. Он отправляется вперед, несколько раз спотыкается о лежащие под ногами канаты. Хорошо, что головокружение прошло, а то бы упал и точно разбил бы себе что-нибудь. Крепко держась за перила, Чимин поднимается вверх и открывает дверь. Яркое солнце сразу режет глаза. Пак жмурится, чихает так громко, что звук пробегает вокруг и возвращается к нему, ударив по слуху. Открыв глаза, он видит с десяток глаз, которые смотрят на него. Омега зажимает рот рукой, чтобы не вскрикнуть, из уст вырывается писк вперемешку с ужасом. Десять, а может, и больше альф стоят и смотрят на трясущегося омегу. Все они матерые мужики, почему-то раздетые до пояса. Все молоды, сильны и статны. Какофония запаха и тестостерона взрывает все рецепторы и Чимина начинает тошнить. Их потные загорелые тела блестят в лучах полуденного солнца, а многочисленные татуировки переливаются яркими красками. И вся эта мощь, собравшись в один комок мышц и улыбок, сейчас движется на него. Чимин стиснув зубы забивается в угол между дверью и стеной. Альфы останавливаются в метре, расступаются и из толпы выходит мужчина и с ехидной улыбкой. Его белые зубы ослепляют испуганного омегу. — Это кто у нас тут такой? Ребята, смотрите, какой рыжий цыпленок у нас на корабле! — Омега на корабле — плохая примета! — выкрикивает кто-то из толпы. И все подхватывают – плохая, плохая. Альфа молчит и пристально изучает Чимина. Тот следит за его похотливым взглядом, он то и дело останавливается на груди, которая от страха высоко поднимается. Мужчина похож на скалу. Большие плечи и торс закрывают половину обзора. Волосы ежиком торчат в разные стороны, а шею украшает татуировка змеи, которая обвивает хозяина и жалит в кадык. Зрелище не очень приятное и Чимин про себя отмечает, что не хотел бы с ним даже знакомиться. — Бам, а что нам делать с трофеем капитана? Он не может долго быть на корабле! Чимин сразу понимает, что обращаются именно к странному, на его взгляд, мужчине. Тот облизывает губы, потирает мышцы шеи и шипит сквозь зубы: — Я с ним разберусь. Он делает два больших шага и оказывается вплотную прижатый к омеге. Его горький запах полыни врезается в слизистую, а крепкие руки хватают за тонкую талию, прижимая ближе. Чимин чувствует набухшее возбуждение альфы, проклинает себя за природную наивность и любопытство. Он пытается вырваться из объятий, но стальная хватка не позволяет даже шевельнуться. Крик застревает у омеги в горле. Бам склоняет голову к его шее, ведет языком по ушной раковине и томно шепчет: — Хочешь побыть моим, цыпленок? — В нос Чимину ударяет стойкий запах рыбы от его придыхания. Омега дрожит сильнее, сжимается в комок паники. Альфа врывается в поцелуй, больно сжимает нежные губы оставляя маленькие ранки. Вылизывает сладкую, как и омега кровь. И только когда его сильная рука бесстыже ныряет омеге в штаны и сжимает упругие половинки, Чимин кричит. — Стой, не трогай его! — слышится издалека очень знакомый рык. — Это кто кричит, я не слышу? — Бам отрывается от омеги, нарочно прислоняет руку к уху, показывая свое пренебрежение. Уголки его губ приподнимаются, и он плюет к ногам, показывает свое недовольство. Из толпы выходит Юнги. Он с силой отталкивает альфу и встает перед Чимином, закрывая его собой. Парень тоже раздет, по его спине стекают небольшие струйки пота, а природный запах мандарин наполняется привкусом меда. Пак с испуга вплотную прижимается к Шуге, ищет защиту. Мышцы Юнги напряжены до предела и омеге на секунду кажется, что еще немного, и бледная кожа разорвется от этой мощи. Парень ведет войну взглядов. Бам сужает глаза, скалит зубы в надежде вырвать у юнца такой лакомый кусочек. Чимин слышит глухие удары сердца, которые подстраиваются под ритм сердца альфы и жмется сильнее. Юнги заслоняет его собой и начинает пятиться к двери. — Капитан запретил его трогать! Он трофей и должен быть в надлежащем виде! Когда Шуга нащупывает за спиной дверь, он разворачивается и, быстрым движением открывает ее, толкает Пака. Теперь оказавшись в безопасности, Шуга глубоко вздыхает и переводит дыхание. — Ты что, идиот? Зачем ты вышел из каюты? — Лицо альфы становится серьезным, а между бровей образуется строгая морщинка. Он зверем мечется из стороны в сторону не может успокоить разгулявшиеся нервы. — Я не знал, что так все получится. Я хотел подышать воздухом. — Мог бы дождаться меня! На корабле два десятка альф, которые не видят омег месяцами. Они бы просто разорвали тебя! — Юнги срывается к Чимину, трясет за плечи. Натыкается на полные слез глаза, в испуге прижимает к своей груди. Омега оседает на крепких руках не в силах уже стоять. — Больше так не делай! — Юнги подхватывает Чимина на руки, улыбается, дарит заботу и медленно идет к комнате. Всю дорогу Чимин молчит. Его голова аккуратно лежит на голой груди альфы и слушает, как бурлит жизнь в этом теле. Через пару минут Шуга вносит уставшего омегу в каюту и усаживает на кровать. — Юнги, прости меня, я и правда не понимал, чем это могло закончиться для меня. И спасибо, что спас от этого бугая! - с грустью говорит Чимин, осознавая свой поступок. Альфа нежно улыбается, совсем чуть-чуть, а его подростковые еще гладкие щеки зажигает румянец. Парень явно доволен собой. — Прошу тебя, не уходи, побудь со мной! - тянет к нему руку Чим, когда альфа открывает дверь. - Я ничего не знаю про ваш мир, и мне страшно. Может, ты мне расскажешь все? Шуга жмет плечами, но закрывает дверь и возвращается к кровати. — Хорошо, только ты мне тоже расскажешь о себе! Юнги подходит к столу, на котором еще остались свежие фрукты, берет гроздь винограда, передает его Чимину, чтобы отвлечь от случившегося. А сам садится на деревянный табурет в ожидании рассказа. Чимин молчит, слизывает сладкий сок ягоды с губ. И альфа начинает первым. По его лицу заметно, что парень мучается в раздумьях, не зная, с чего начать. Он усердно старается не следить за действиями Чимина, отворачивается и начинает говорить. — Наш мир называется «Океадон». Большую часть мира занимает океан, а другую часть — острова, разбросанные в разных местах. Многие острова большие, а другие очень маленькие, а некоторые мы еще и не находили вовсе. К примеру, тот остров, где нашли тебя… — Юнги замолкает и поднимает взгляд на Чимина. Тот с удовольствием ест виноград, облизывается и морщит носик от кислого привкуса. У Шуги, что-то обрывается внутри и кажется, что на этом месте рождается чудесное новое и неизведанное. Мятно-лимонный аромат струится по его венам, и альфа начинает дрожать. - Что с тобой, - спрашивает Чимин замечая, как Юнги теребит пальцы, раздирая заусенцы. - Все нормально, - врет он и берет непонятные эмоции под контроль. — Расскажи еще! - уже веселее просит омега, удобнее устраиваясь на кровати. — Самые крупные острова – это черный, красный, золотой и зеленый, - хриплым голосом продолжает парень. - На них живут люди, занимаются торговлей и земледелием. Сейчас мы плывем на золотой, там в основном все торгуют, люди приплывают с разных островов и ведут торг, потом закупают товар и уплывают к себе домой. На золотом острове живут только богатые и знатные и те, кто этот остров обслуживает. — Юнги пересаживается на кровать влекомый какой-то силой. — На зеленом живут земледельцы, а на красном — рабочие. Черный для бедняков. Есть еще острова — на них добывают природные материалы или ухаживают за стариками и больными. — А кто всем этим управляет? - не унимается Чимин во все глаза разглядывая альфу. — На каждом острове свой хозяин, он и управляет всем, что есть на его территории. — А когда вы… что делаете вы? — сыпет вопросами любопытный Пак. — Мы плаваем по океану и ищем острова, которые еще никому не принадлежат. Потом продаем на рынке координаты и живем на это. Ты и представить себе не можешь, сколько золота может стоить один маленький остров! — Юнги усмехается, приподнимает свои глаза к потолку. — А если учесть, что у капитана нюх на острова, живем мы не бедно. И корабль у нас самый лучший из всех, кто бороздит океан. Чимин, наевшись винограда, встает с кровати под монотонный рассказ Шуги. Подходит к тазику с водой и начинает умываться. Только сейчас он понимает, почему все альфы на корабле ходят без верха. Ему жарко, воздух напоминает обжигающий пар бани, а солнце светит так ярко, что даже мимолетный луч обжигает кожу. Чимин еще раз ополаскивает лицо, обтирает шею и открытые участки груди. Обдает водой волосы. Капли прохладной струйкой спускаются ему на живот — от удовольствия Чимин закрывает глаза. Немая тишина режет уши. Чимин оглядывается и видит стоящего неподалеку Юнги. Парень весь покраснел и с интересом наблюдает за плесканием омеги. Его грудь ходит ходуном, он судорожно облизывает пересохшие губы, играя языком. — Ты можешь снять блузку и окунуться в ванной, я выйду и прикажу принести еще воды. Только ты ее не пей, она из океана! — Парень делает несколько шагов в сторону двери, но не отводил от омеги взгляд. Чимину становится не по себе. Восторг в глазах юнца заставляет его смутиться и опустить глаза. — Нет, не уходи, останься! Я окунусь, когда сядет солнце. Ты извини, просто мне стало немного дурно из-за жары и винограда! — оправдывается он. — Тебе незачем извиняться, я просто подумал… — Все хорошо, — перебивает его Пак, — расскажи мне про капитана и команду, я хочу с вами подружиться, — улыбается, — хотя там, откуда я родом, говорят, что дружбы между альфой и омегой не бывает. — О… — удивляется Юнги, — и вообще, чего это все я рассказываю, теперь твоя очередь! Чимин успокаивается и осмелев садится рядом с Юнги на кровать. Тот уже успел развалиться на подушках и приготовится слушать. — Ну с чего же начать… — задумывается Чимин. Сначала он рассказывает про страну и правительство, потом — о народе и национальностях. Его рассказ льется подобно воде, прорвавшей плотину. О машинах, телефонах, компьютерах, о цветах и животных, о роботах и медицине. Когда он заканчивает свой рассказ, уже стемнело. Так весь вечер они и проводят за разговорами. — Ты очень тепло отзываешься о капитане. Он что тебе родственник или вас что-то связывает? - не выдержав интересуется Чимин. — Капитан Тэхен спас меня! Я родился в очень большой и бедной семье. Меня в 10 лет отправили на рудники добывать золото, — Юнги закрывает глаза, вспоминает. Он отчетливо помнит тот день, когда его, едва достигшего 10 лет, продали на рудники. Голубые глаза стремятся в далекое прошлое и отражают страх, который он чувствовал тогда. Юнги перестает дышать. Эти воспоминания живут в сердце и вряд ли когда-нибудь он сможет забыть весь этот ужас. Он до сих пор помнит глаза папы, полные слез и принятое решение отца. Тяжелый труд, грязные руки, и усталое тело стали частью его ежедневной рутины. — Я бы умер там, - вырывается из тяжелых воспоминаний Юнги, - но Тэ забрал меня к себе в команду, дав хороший выкуп моей семье и хозяевам. Поверь мне, здесь половина команды чем-то ему обязаны. Ходят легенды, что его родители очень богаты, а он ушел в плавание, чтобы ничем от них не зависеть. — Он просто душка, — хихикает Чимин, — хотя почему-то ко мне он не так благосклонен! — Пойми, он не убил тебя, и это уже хорошо! Омега на корабле — к беде! Ты же сам видел, что могло бы случиться. Любой матрос может поднять восстание из-за тебя. А если у тебя начнется течка? - вопросительно приподнимает бровь Юнги. - а ты только представь гон…- ехидненько ухмыляется. Чимина передергивает от таких перспектив. — Этот Бам, — омега вздыхает и инстинктивно обнимает себя руками, — он чуть не растерзал меня! От одной мысли о нем становится плохо. — Он просто альфа! — Шуга встает и наливает немного воды. Его рот пересох от долгих разговоров. За окном взошла огромная серебряная луна. — О, как мы засиделись! Наверное, капитан искал меня! — он изрядно переполошился. — Рад с тобой поговорить! — он подходит к двери и немного приоткрывает ее. — Если что, кричи и зови меня, я не дам тебя в обиду, пока ты мой, на слове “мой” Юнги запинается, подопечный! — альфа улыбается и выходит вон, оставляя Чимина одного. Немного посидев, омега решает принять ванну и приготовиться ко сну. Отодвинув ширму, он видит налитую маленькую ванну. Когда же Юнги успел это сделать? При мысли о парнишке Чимину становится тепло и спокойно. Как будто невидимая сила сразу успокаивает нервы. Чимин снимает с себя одежду, кидает на пол и осторожно ступает в воду. На стене висит длинная ночная рубашка. «И это он предусмотрел» - понимает Пак. Полотенца стопкой лежат на полу, а маленький коврик пурпурного цвета, как кораблик, плавает по ванне. Тусклый свет лампы, зажженной прямо перед уходом Юнги, освещает только маленькую часть каюты. Луна же, которая подсматривает в окно, отдает свет другой половине. Ожидая холодного прикосновения воды, Чимин был приятно удивлен. Если бы он не знал, где находится, то мог бы подумать, что ванна с подогревом. Без лишних раздумий он окунается в теплую расслабляющую воду. Закрыв глаза, омега полностью отдается ей. Вода, как заколдованная, совсем не остывает, и, боясь заснуть в ней, Чимин встает и начинает поливать себя, гладить разгоряченную кожу. Его расслабленный взгляд падает на окно, и омега замечает силуэт. Альфа стоит в дверях и не шевелится, а запах сандала выдает капитана. Чимин понимает, что забыл поставить на место ширму. Омега стесняется, заливается румянце, но вскоре его смущение исчезает. Как долго он стоит? - пробегает шальная мысль. Чимину нравится такая игра. Одной рукой он приподнимает волосы, а другой поливает себя чуть поглаживая. В тишине комнаты он отчетливо слышит глубокое дыхание альфы, а запах сандала кружит голову. Почему-то Чимину не страшно. Тэхен стоит тихо, боится спугнуть это белокожее создание. Он наслаждается красотой его нагого тела. Скользит взглядом по спине, уплывает на поясницу и утопает в пленительном желании его ягодиц. Его тело скульптура, автору которой выкололи глаза, чтобы не смог повторить этот шедевр. Тэ выколет глаза и себе и любому, кто сможет украсть этот вид. Альфа знает, что Чимин чувствует его, но не может оторваться. Рыжие волосы омеги отливают золотом в лунном свете. Он трогает их, как будто дразнит и наказывает одновременно. Каждая капелька воды целует его горячее тело. Тэ нервно облизывает губы, закатывает глаза и рычит, рычит глубоко внутри. Запах монарды на век останется в его легких. — Зачем ты пришел? — звучит звонкий голос. Тэхен собирается с силами. — Я хотел с тобой поговорить о твоем мире. — Ложь слетает с уст. Его что-то тянуло к омеге. Он просто хотел его увидеть. С тех пор, как привез на корабль, мысли о нем не дают покоя. — Я все уже рассказал Юнги, спроси у него! — не поворачивается Чимин. — Уходи! — Он ведет головой, кидает острый карий взгляд на альфу, секунду смотрит и медленно опускает глаза, отворачивается. Приподнимает волосы, оголяет часть шеи. Тэхен был готов уйти, но в свете луны он видит блеск на его коже. Небольшая татуировка привлекает его внимание. Он делает несколько больших шагов в его сторону. Опаляет кожу своим дыханием, берет омегу за плечи, кожа под пальцами начинает гореть. Тэ еще раз отодвигает волосы с шеи Чимина. Омега вздрагивает, но не отстраняется. Луна, круг с буквами и цифрами заставляет капитана упереться носом в тату и зарычать. — Уходи, Тэхен! — повышает голос Чимин, наслаждаясь баритоном. Альфа еще раз оставляет взгляд на шее, пытается понять, не обманывает ли его зрение. Нет, он не обманывает, это знак. Тэ с трудом отстраняется от манящего тела и быстро выходит из каюты, задыхаясь от желания.