Случай, подаривший надежду

Хуа Чэн знаком с Се Лянем достаточно давно, ещё с того момента, когда нашел его одного возле пруда, сидящего за деревом и тихо плачущего. Он не забудет этот день никогда. Се Лянь был похож на маленького котенка, отчаянно ждущего спасения. Мальчик интересовался всем, что этот мир может ему предложить, он видел всю красоту природы, жаждал быть ближе к ней, и совсем забывал о существовании других людей. В тот день он гулял с родителями в парке и потерялся, последовав за белой капустной бабочкой.      — Тебе помочь? — Хуа Чэн присел на корточки, обхватив колени ладошками. Мальчик приподнял голову, и Хуа Чэн увидел его большие заплаканные глаза. Он с надеждой и некой опаской уставился на незнакомца, продолжая негромко хныкать, а затем кивнул.      — Ты потерялся? Давай поищем твоих родителей Се Лянь ещё раз кивнул и сквозь слезы увидел протянутую ему руку. Прежде чем он в ответ протянул свою, он успел сто с лишним раз подумать, а стоит ли доверять этому человеку. Все то время, что Се Лянь ходил в детский сад, он был закрытым и недоверчивым ребенком. Родители сильно беспокоились о сыне, ведь друзей у него не было. Он больше предпочитал разглядывать картинки в книжках, а когда научился читать, то почти все свободное время проводил в книжном уголке, раз за разом перечитывая любимые истории. Когда Се Лянь познакомился с Хуа Чэном, он нашел нечто большее, чем дружбу: он впервые получил поддержку кого-то помимо родителей, почувствовал, что он не одинок и научился делится своими мыслями, даже самыми наивными и глупыми. Хуа Чэн же всегда был рад помочь новому другу, а помогать ему приходилось часто, ведь Се Лянь не отличался удачливостью. Именно из-за простого невезения они познакомились, и из-за него же они и поняли, что не смогут более прожить друг без друга. В день, когда невезение вновь настигло Се Ляня, он должен был встретиться с Хуа Чэном. Парень увидел друга, стоящего с другой стороны дороги, и помахал ему, привлекая внимание. Хуа Чэн лишь улыбнулся, махая в ответ. Светофор на переходе отсутствовал, и Се Лянь, убедившись, что на дороге никого нет, начал переходить её. В этот же момент появилась машина, с характерным звуком выехав из двора. Парень не успел ничего предпринять, а водитель даже не пытался объехать пешехода или замедлиться.      — СЕ ЛЯНЬ! — Хуа Чэн подбежал к лежащему на животе другу, которого откинуло на несколько метров от перехода. Водитель медленно вышел из машины, наблюдая за тем, как Хуа Чэн переворачивает парня, пытается привести его в чувство, зовёт, затем судорожно звонит в скорую. Руки его дрожат, на глаза наворачиваются слезы. Он замечает водителя и будто срывается с цепи, быстрым шагом подходит к мужчине в явно нетрезвом состоянии и бьёт его до тех пор, пока что тот не падает, пачкая асфальт рвотой. Скорая помощь приезжает довольно быстро и в кратчайшие сроки Се Ляня доставляют в больницу, где Хуа Чэн ещё долго расхаживает возле его палаты. Он крутит в голове тот миг, когда сердце его пропустило удар. Он отчётливо помнит момент столкновения. Ещё никогда Хуа Чэн так сильно не волновался за Се Ляня. Да, ему не везло, но обычно все обходилось мелкими ссадинами, мозолями, синяками, а сейчас... Сейчас он сходит с ума, надумывая лишнего. В коридор наконец выходит врач, сразу замечая неспокойного юношу. Он сообщает, что с Се Лянем все не так плохо, как могло бы быть, он быстро пришел в сознание, сотрясение мозга небольшое, ранки на лице, полученные в результате падения лицом в асфальт, неглубокие и заживут гораздо быстрее чем перелом ноги. До сих пор Хуа Чэн слушал врача и постепенно успокаивался. Услышав о травме он буквально завалил мужчину вопросами, а спустя некоторое время зашёл в палату и забыл обо всем: Се Лянь улыбнулся, увидев его. В городе не было родственников, которые могли бы навещать Се Ляня, ведь ещё несколько дней назад его родителям пришлось уехать в длительную командировку, и как бы они не хотели вернуться и проверить состояние сына лично, они просто не могли: все рейсы отменили из-за плохой погоды, настолько плохой, что в родной город они вернусь только через неделю после инцидента. За то, что Хуа Чэн сделал после, Се Лянь будет благодарен ему всегда. После произошедшего парень был напуган, он не хотел долго оставаться в палате с незнакомыми людьми, не хотел возвращаться к одиночеству. Хуа Чэн знал это и большую часть дня проводил с Се Лянем, отвлекая его от неприятных воспоминаний и ощущений. Он приносил ему различные цветы, небольшие ветки любимых деревьев, ягоды, которые парень обожал, читал вслух книги. Хуа Чэн успокаивал его одним лишь присутствием. Так Се Лянь прожил в больнице около месяца, прежде чем ему разрешили вернуться домой. Когда Се Лянь начал лучше ходить, опираясь на трость, наступила осень. Хуа Чэн начал все чаще гулять с ним по улице, благо недалеко от дома парня был небольшой сквер. На улице стояла теплая, ещё летняя погода. Хуа Чэн шел рядом с Се Лянем, периодически всматриваясь в выражение его лица, чтобы вовремя заметить усталость, чувство боли или холода. Солнце почти скрылось за крышами домов, и Хуа Чэн заботливо накинул на плечи Се Ляня его толстовку на молнии, которую парень отказывался брать, ссылаясь на то, что ветра на улице нет. Так они дошли до одной из скамеек и, несмотря на возражения Се Ляня, сели передохнуть. Се Лянь вновь рассматривал так полюбившийся ему сквер и заметил небольшую собачку, у которой при беге смешно развевались ушки. Парень так засмотрелся на нее, что не заметил как Хуа Чэн попросил хозяйку погладить животное. Когда та согласилась, Се Лянь, не ожидавший разрешения, смутился, но все же протянул руки к шоколадной таксе. По ней было видно, что она не чистокровная: тело было короче, а сама собака немного больше. Она с радостью дала себя погладить, завалившись на бок и активно махая хвостом.      — Какая добрая — заметил Се Лянь. Девушка улыбнулась. Однако причиной были не слова парня, а то, как на него смотрел Хуа Чэн: долго и нежно, запоминая каждый миг. Возвращаясь домой, Хуа Чэн заметил полную луну на небосводе. — Гэгэ, сегодня Луна такая... — он не смог сказать последнее слово, хотя и думал о том, чтобы во всем признаться, но вдруг стал сомневаться, может Се Лянь не поймет, что Луна тут вовсе не причём? — Красивая, очень — закончил Се Лянь, не смея повернуться к парню лицом. Хуа Чэн застыл на месте, пытаясь понять сказанное. Было ли это признанием или он слишком помешан на нём? Он повернулся к Се Ляню, внимательно изучая выражение его лица. Прошло несколько секунд, больше похожих на минуты, прежде чем всё стало ясно. Се Лянь не выдержал такого внимательного взгляда и сильно смутился, опуская голову, а затем медленно повернулся и, заглядывая Хуа Чэну в глаза, тихо спросил: — Сань Лан, могу ли я сейчас... — Се Лянь приблизился и попытался встать на цыпочки, однако больная нога дала о себе знать, и парень немного осел — Для тебя все, что угодно, гэгэ Хуа Чэн быстро подхватил Се Ляня за талию, наклонился вперёд и коснулся чужих губ своими.