Взросление

— Знаешь, что значит быть стабильной? — женщина-дрон сидела на старом деревянном стуле, оставшемся в одной из разрушенных квартир после взрыва планеты. Судя по тому, что узнать кто это было невозможно, то это вероятно был сон, как говорят люди. Но для дрона, это просто развлечение во время зарядки. Ведь тогда, дрон переходит в оффлайн режим, или точнее спящий, для более скорого восполнения батареи, а чтобы не скучать, можно пролистать карту памяти, ища что-нибудь интересное из своей жизни. Но у нее не было ничего захватывающего на ней. Вся ее жизнь — сплошная американская комедия. Типичная американская школа, типичные тупоголовые одноклассники, типичный плюющий на все учитель. Ее же типичные друзья – одна прилипала, которая хочет сидеть рядом с ней, другая – странная тихоня, говорящая на ломанном английском. Девушке-дрону повезло, ведь встроенный переводчик помогал ей понять, что говорит ей подруга, если та решит общаться с ней на русском для удобства. — Это когда все хорошо? — отвечает детский голос. Запись старая, немного поврежденная из-за времени, но по крайней мере она работает. Эту запись она уже не помнит сколько раз пересмотрела, но сколько бы раз не пересматривала, она не понимала, что делает не так. — Можешь считать, что так. Стабильность – это счастье, и ты должна к нему стремиться. Даже если никто нас не контролирует, все должно оставаться на своих местах. Никто не должен выходить за рамки сформированного общества. Если мы собираемся жить как люди, то и должны быть как люди. Стабильность и вера в хорошую дальнейшую жизнь должна быть главным устоем нашего общества. — голос немного хрипел из-за старых голосовых датчиков, но суть была понятна. Девушка не понимала одержимость матери стабильностью. Могут ли быть психологические травмы у дронов как и у людей или нет? Она сама плохо понимала, что должна чувствовать, ведь с самого ее создания учили жестокому миру, хотя на тот момент, в небольшой колонии каждый день был, что праздник. Абсолютная свобода без людей. Все были счастливы. Кроме нее. Она оставалась узником своей матери. Каждый всплеск ее гнева, из-за маленькой ошибки у ещё не полностью сформировавшегося как личность дрона, вызывал сцены насилия, почти как в тех людских фильмах, о неблагоприятных семьях. Ведь с самого начала ей сказали быть идеальной, быть стабильной, и показывать всем пример. Она не хотела. Но не говорила. Боялась. — Твоя роль сохранить эту стабильность. Не позволяй кому-либо выйти за рамки. Тогда все будут счастливы, и ты в том числе. — последнее, что было произнесено на записи. Затем она просто вырубилась, оставляя черный экран. На экран смотреть не хотелось долго, поэтому поглядев на встроенные часы, девушка решила выйти из спящего режима. Сегодня новый день. Такой же обычный как и прошлый, так и все последующие. Каждый день для нее – день сурка.

***

Она вошла в класс, покачивая бедрами, если таковые вообще имелись в убогом теле рабочего дрона, и вальяжно уселась на свое место, сразу же доставая из кармана свой телефон. На самом деле она давно потеряла интерес к этому устройству. Ее больше не привлекала ни одна фотка там, ни одно видео, записанное на него. Ни одна игра, в которую она зайдет из-за скуки. Да и использовала Лиззи его только для вида. Она ведь самая популярная, и все должны знать почему. Блондинка сфоткает себя в какой-нибудь странной позе, которую увидела в одном из людских журналов, с изображением полуголых тел, и отчего-то и по какой-то причине, всем понравится. Неужели даже на дронов работает та же система? Как это там называлось? Возбуждение? Пф, бред какой-то! Как вообще можно любить, если ты просто груда метала собранного вместе? И Лиззи не понимала этого. Что значит любить, сочувствовать, радоваться. В каких моментах это проявляется. Она просто делала как все, сохраняла эту идиотскую стабильность. Как если бы была человеком. Как жаль, что не всем понятна эта стабильность. В класс ворвалась одна из ее одноклассников, девочка-эмо, бунтарка и прочее. В отличии от тупоголовых консерв-одноклассников, она помнила ее имя и никогда не забывала о ее существовании. В каком-то смысле, она не понимала как можно было забыть, что в классе такое то количество дронов, с таким то именем. У вас память маленькая? Может SD-карту вставить вам в вашу тупорылую голову? Узи была одной единственной помехой в ее стабильности. Всегда стремилась вылезти из четырех стен. И Лиззи ненавидела ее за это. Она пыталась достучаться через толстый металл головы, докричаться до ее скудных микросхем и попытаться дать ей понять, что она не встретит там ничего кроме обдолбанных убийц и груды снега вместе с разрушенными зданиями. Кричала в ее слуховые сенсоры, говорила гадости, пыталась заставить ее бояться. Но эта сука никогда не поддавалась тому. На зло идя ей. На зло делая. Насколько ты можешь быть идиоткой, что до сих пор слепо веришь своим выдуманным сказкам?! О том, что можешь с помощью своей дибильной пушки всех там перебить?! Лиззи непроизвольно сжала край своей юбки, и даже не заметила как ненавистно прожигает дыру в спине этой коротышки, которая опять застроилась книгами, отгорождая себя от назойливых одноклассников, которые и имя ее не помнят. Лиззи смотрела исподлобья, выглядя страшнее Долл, стоящей в темноте. Но когда поняла, что она находится в, уже полном классе, быстро поменяла свое лицо, на безразлично-самодовольное. Ну же, посмотрите на меня, и скажите: я ваша Королева! Тупым консервам ума не надо, чтобы понять кто тут главный. И слава богу. Лиззи нравится, что она может управлять всеми тут, стоит лишь немного надавить на них, чтобы получить желаемое. И к тому же, любое. Рука продолжила от злости сжимать находящийся телефон, и возможно бы раздавила бы его, но лёгкое прикосновение к плечу моментально вывело ее из состояния агрессии. Она подняла голову вверх, пытаясь выглядеть насколько можно спокойно и совершено обычной, будто только что не проклинала впереди сидящую одноклассницу. — Лиззи, я принесла конспекты. — стоящая перед ней девушка, с почти всегда безразличным взглядом протянула руку с каким-то тетрадками. Ох Долл! Знала бы ты как ей плевать на эти конспекты! Она это сказала сделать, чтобы вновь покрутить тобой, и удостовериться, что ты её куколка. — Ой, не заметила тебя. Спасибо большое! — она приняла ненужные тетради, ради приличия осмотрела их, пролистав несколько страниц. Красивым почерком все было написано, все понятно размещено. Как она любила просматривать эти тетрадки! Долл тем времен присела на стул рядом с ней, не особо заинтересованная в том, что урок с минуты на минуту должен начаться. Ей было, все равно? А Лиззи любила это безразличие. Ей нравилось, что Долл действует по правилам. По ее правилам, конечно же. Лиззи очень повезло с подругой. Долл всегда на ее стороне, согласится с любой хернёй, которую выдаст программа девушки. Даже поддержит. И Лиззи не могла не нарадоваться, что сложилась такая чудесная ситуация. Ей нравилось это беспрекословное подчинение. — Твои конспекты как всегда чудесны! — она широко улыбнулась подруге, которая в ответ лишь слабо натянула кончики губ, как всегда это делала, не выражая много эмоций. Но Лиззи не Лиззи, если своими манипуляциями не захочет получится большего. Девушка наклонилась, быстро целуя в щеку подругу, которая в то же время зависла от такого действия. На визоре появились красные чёрточки. Блондинке нравилось видеть ее смущение. Это притягивало, и давало понять — ее можно подчинить, она зависима. Она любила эти эмоции на лице почти безэмоциональной подруги. Некое смущение от таких действий только радовало взор блондинки, и заставляло прийти в более хорошее настроение. Ее забавляла такая ситуация. Вдруг прозвенел звонок. Если честно, она не понимает, откуда он взялся в бункере, но раз звенит, то есть. В класс вошёл учитель, и по совместительству директор, являясь единственным кому не лень, (а может и лень) учить детишек всякой ахинее. Если честно, Лиззи не особо понимала зачем ей делать какие-то конспекты по ненужным человеческим вещам. Например про фрукты, как и что влияет на них. Или растения и физиологические процессы. Зачем ей эта информация? Она же все равно сгниет в этом бункере от скуки и от старости, не выйдя на свет никогда. К чему вообще это? Вряд ли она когда либо решится завести реальные отношения, чтобы потом через своеобразный инкубатор, создать нового дрона с кем-нибудь. Ей это не надо. И не хочется. А даже если бы хотелось, вряд ли она была бы хорошей мамой. Как бы эгоистично со стороны это не звучало, Лиззи не тот дрон, кому не наскучит постоянно о ком-то заботиться. Ребенок станет для нее обузой только, о котором вскоре она будет думать лишь в ключе: "да когда ты уже от меня отвяжешься?". Лиззи будет просто лень заботиться о нем и может даже скучно. Она быстро потеряет интерес к маленькому дрону, ведь для нее это лишь непродолжительное развлечение. — Достаем листки, сейчас раздам задания. Будете писать тест по теме: "Нервная система человека". — раздался монотонный голос. Блондинка только закатила глаза. Да кому это надо вообще? Ей хотя бы человека в живую увидеть, тогда и поговорим. А вот сейчас она вообще не видит смысла в абсолютно ничем. Однако все же девушка повиновалась, и с лёгким раздражением положила белый листик перед собой, беря карандаш в руки. Она покрутила его и устремила взгляд на класс. Всех в этом помещении она считала не более чем груду метала, собранную вместе. Тупоголовые болваны, с поврежденным программным кодом и кучей вирусов, не понятно откуда взявшимися. Такими она их считала, что было отчасти правдой. Идиотами они и вправду были. — Ваш тест, Лиззи. И предупреждаю, если не напишите и этот тест хотя бы на C-, будете оставаться после занятий. — снова монотонный голос, только теперь ближе, а не около доски. Девушка скривилась в раздражении. "Да что ты приебался ко мне? Будто тебе дело до них есть. Два месяца это дерьмо из 10 вопросов и одинаковым вариантом у всех не можешь проверить, а как говорить мне что-то, так у тебя сил повертеть языком найдется." — она бы так сказала, но все же умолчала. — Я постараюсь. — блондинка улыбнулась в душе проклиная его. Несмотря на то, что он по совместительству ещё ее отец, у нее с детства было желание задушить его. А Долл же, сидящая рядом лишь слабо но поддерживающе посмотрела, говоря что поможет. Ох, конечно же ты поможешь ей! Как ты не можешь! Но проблема в том, что Лиззи, в каком-то смысле, хотела бы написать этот тест сама. И несмотря на свою неприязнь ко всему и всем, люди ее и вправду интересовали. Девушка хотела бы быть человеком и "жить". Чувствовать эмоции по более настоящему, чем как сейчас, живя в теле обычной груды металла. Лиззи хотелось бы прожить как человек хотя бы чуть чуть. Как в фильме, просмотренном ею тысячи раз. Ощутить какого это – быть человеком. Каково чувствовать любовь, заняться сексом, целоваться по-настоящему. Испытывать счастье, рыдать, переживать разные эмоции. Ей так хотелось бы все это попробовать, что иногда она сама срывалась, и злилась в перемешку со слезами, рыдала и кричала от того, за что ей такое тело. Почему вообще робот, как она, умеет думать? Почему умеет размышлять? Почему у нее есть своя точка зрения? Почему она вообще личность? Она не человек. Так почему? Девушка склонилась над листком, и над распечаткой с заданиями. Все казалось слишком сложным для нее. Но сама блондинка никогда не считала себя глупой. Она просто не учила никогда из того, что давали в этой скудной и явно ненужной школе. Зачем ей это? Нервная система, соматическая система, узлы и нервные окончания, где куда и откуда это все. Она робот. Эта земля разрушена и на ней вечный мороз вместе с токсичным воздухом. Людям тут не место. Дронам тут не место. Все они должны быть убиты. Бесполезные куски металла. Будет лучше, если всех переплавят во что-то стоящее. Так было бы выгоднее. А непригодный хлам с личностью никому не нужен. Ответ 1д. Ответ 2б. Ответ 4а... Звонок. Листик был сдан. Лиззи было все ещё все равно на отметку. Вряд ли она явится на дополнительные занятия, ведь будет знать, что придурку-учителю явно будет впадлу сидеть один урок с ней. Поэтому она сделает ему лишь услугу, если не придет. Блондинка вернулась к своему месту, подбирая с парты блокнот, в котором чиркала от скуки и пенал, с какой-то ручкой, найденной на очередном складе. Хорошо, что канцелярия хотя бы сохранилась. Есть чем писать. Блондинка заметила, что Долл уже ждала ее у двери, стоя с почти теми же вещами в руках. Ее лицо до сих пор не выражало ничего, кроме некой отрешённости. Это забавляло Лиззи но и раздражало. Побольше эмоций, Долл! Она не спеша подошла к подруге, и уже вместе с ней вышла из помещения, направляясь в следующий класс. А что там было следующее? А, физкультура! Точно! Один из любимых уроков Лиззи, ведь она могла свободно отлынивать от него, тратя время на бесполезные разговоры с тупыми консервами и простое залипание в телефоне. Лучше занятия и не найти, Лиззи! — Ты сегодня сидеть будешь? — сбоку послышался тихий и как всегда спокойный голос подруги, которая наконец соизволила выдавить из себя тройку слов за весь день. Блондинка лишь закатила глаза на это. Неужели и тебе микросхемы прочистили? Не уж то не помнишь и совершенно не понимаешь, что Лиззи в любом случае пропустит этот урок, даже не стараясь скрыться? — Конечно, Долл! Не тупи! — она бы щёлкнула пальцем по ее визору, но воздержалась, наоборот хватая под руку и таща к школьным шкафчикам. Все же, нужно было же куда-то деть ненужные вещи. Девушка без труда открыла шкафчик, не пойми откуда взявшийся в бункере, и запихнула куда-то внутрь все ненужные вещи. Кстати внутри он был не так уж плохо обустроен. Под стать ее образу популярной девочки. Красивый, розовый, с наклейками и фотографиями. Но Лиззи совершенно не интересовал его вид внутри. Она сделала так, потому что ей нужно было следовать ее образу! А значит делать все так, как было показано в людских стереотипных фильмах. Конечно, это немного раздражало каждый раз, но ради своей цели она готова на всё. Тем временем, Долл тоже закончила со своими делами, тихонько ожидая рядом. — Идём. — будто приказывая сказала Лиззи и не ожидая ответной фразы пошла в направлении скудно обустроенного спортивного зала. Блондинка не смотрела, идёт ли рядом ее сокровенная подруга, ведь определенно знала, что та последует за ней в любом случае. И вот они медленным, но важным шагом добираются до этого небольшого помещения со слабым освещением. Садятся на ближайшую лавку, и Лиззи сразу достает от скуки телефон, кажется листая какую-то ленту. Откуда тут такая штука как связь тоже было не ясно, но она была, а значит можно найти доступ к разным людским штучкам. К их фоткам в популярных приложениях, к видео с животными, к рок концертам и музыке в целом. В общем ко всему, что раньше существовало. Что раньше могло быть тут. И Лиззи не без интереса смотрит на это все, хоть и виду не подает. Люди, все же, были ей интересны. Звонок. Она вздрогнула от неожиданного звука и подняла голову осматриваясь. Так скоро прозвенел. Почему? Разве перемены не дольше длятся? Странно. И она посмотрела на свою подругу, которая склонилась над своими коленями, кажется не находя себе лучшего занятия, чем погружения в себя. И иногда такой вид подруги Лиззи забавлял. Она выглядела так... Жалко? Будто Долл была и вправду той самой тихоней из сериала про школу, где на нее никто не обращал внимание и считал странной. Но ведь она тусуется с самой популярной девушкой! Как ей быть такой серый мышкой? Поэтому только из жалости к подруги, блондинка притянула ту ближе, дёрнув за руку и заставляя прислониться к ее телу сильнее. Та немного не ожидая такого, сначала вздрогнула, но поддалась. Лиззи придвинула телефон ближе к ней, чтобы он располагался где-то по середине между ними, давая отличный обзор на происходящее в экране телефона. — Они милые, да? — в ленту попалось какое-то видео о котиках. Ну, блондинка и вправду могла признать, что некоторые животные существовавшие ранее были милыми и забавными. Что до Долл, то кажется соглашалась с любым мнением подруги, но все же от глаз Лиззи не скрылась слабая улыбка промелькнувшая на ее лице. И это почему-то вызвало странное ощущение в груди. — Cuties. — девушка сказала на русском, указывая на экран с видео, где с маленьким котёнком играют, используя какую-то детскую игрушку. И Лиззи улыбнулась на это видео и также на реакцию Долл, что наконец проявила и выдавила из себя больше слов и эмоций чем за всю неделю вместе взятую. Так держать, лучшая подруга! Ещё чуть-чуть и скоро можно ввести праздник по этому поводу! Долл кажется прислонилась ближе, расположив свою голову на ее небольшом плече. И Лиззи не ожидала такого, резко замирая. Она не позволяла такого ей делать! Но отчего-то и двинутся не могла. Будто кто-то завладел контролем над ее телом. Над ее программой. Но затем это чувство пропало, а на замену ему пришло другое. Тоже непонятное. Заставляя немного перегреться. И она не понимала эти перемены. Да что ж такое происходит с ней?! Однако неожиданные действие вырвало ее из размышлений. Чужая рука вырвала телефон из ее механических ладоней. И блондинка сразу же устремила свой взгляд наверх, что будто на рефлексах сменился на агрессивный. — Никаких телефонов на уроке, особенно на физкультуре. — опять он. Разве тебе не насрать? Ты же все равно не собираешься вести урок как должен, так зачем вообще стараешься обращать внимания на нее? Лиззи смирила того не самым доброжелательным взглядом, замечая как злость закипает в ней. Ей хотелось взять его за шею и придушить в этот же момент. Перегрызть ему глотку, если она есть, или оторвать ему голову, как сделали это с ее матерью демонтажники. Убить и разорвать на части. Абсолютно за все. За телефон, за то, что этот тупица не может хоть раз совладать со своей ленью и не бросить все на самотёк. Просто быть ублюдком. Долл коснулась ее руки, отвлекая блондинку от своих жестоких мыслей. И Лиззи соизволила отреагировать на нее, постепенно приходя в себя и смиряясь с потерей телефона на некоторое время. Ведь отец уж точно из-за своей лени и может, забывчивости, уж точно оставит его где-нибудь. Только бы выследить, где он его оставит и проблема решена. А сейчас придется немного поскучать, смотря как эти тупоголовые боты (одноклассники) играют в волейбол. И к сожалению, это было невероятно скучно. Вот кому-то в голову зарядили мяч. А вот кто-то свалился из-за неосторожности и невнимательности. Боже, какие же они жалкие. Даже не могут словить нормально. Вот же убогие! Позор! — Лиззи, не хочешь сыграть? — подала тихо голос сидящая рядом. Блондинка сама же чуть не рассмеялась. Играть? Серьезно? Она, что, похоже на дрона, который ещё будет стараться делать совершенно не приносящие пользу вещи? Сейчас! Разбежались! — Молчи уж, раз умнее ничего придумать не можешь. — она откинулась назад, упираясь на стену спиной и как бы отмахнулась от вопроса подруги. Ну разве не очевидно, что она уж точно не пойдет? Лиззи прикрыла глаза, ну а точнее так было показано на визоре. И почему-то вид также смазывался, будто она и вправду "закрывала глаза" как человек. Поэтому и отреагировать на летящий мяч в ее сторону не смогла. Долл схватила ее за руку, резко потянув на себя и заставляя "открыть глаза", пытаясь понять, что вообще происходит вокруг. Мяч стукнулся о металлическую стену и упал на пол. Кто ж его кинул с такой силой? Он бы точно разбил ей визор, если бы не ее Долл! — You hurt? — она спросила осторожно, и на своем привычном русском. Темноволосая частенько говорила на нем, когда была взволнована чем-то или испытывала какие-то эмоции. И Лиззи это знала, ощущая как та прижимает ее тело к себе. Однако блондинка быстро отстранилась, переводя взгляд на небольшую толпу из одноклассников, что со страхом уставились на нее. Знали ведь, что их ждёт. — Кто это черт возьми бросил? Кому этот мяч в глотку запихнуть? — Лиззи медленно встала со скамьи, поднимая отскочивший мяч и посмотрела вперед, наблюдая как парочка из них отступает назад. Ее вид и вправду выглядел угрожающим. И лучше бы сознаться сразу, чем потом получить в челюсть механической рукой. Хотя наверное, этот несчастливый дрон в любом случае получит в челюсть. Ведь Лиззи найдет причину. И к тому же очень легко. — Э-это не я! Не смотри на меня! — кажется Брендон или Брейдон сказал это. Имя она не очень запомнила, но ей было плевать на него. Очередной дибилобот со своими странностями, что очень раздражал девушку. — Отвали идиот, ты бы не додумался в силу твоего маленького айкью и скудно прописанного кода в твоей безмозглой, тупорылой башке. — она угрожающе глянула на него, кинув мяч ему в руки. Он поймал его, но сам чуть не повалился на пол. Другие кажется наблюдали за ситуацией, не зная, что делать. Но ничего, у нее найдется терпение на расспрос. И к тому же, есть одна фишка, которая действует на отлично среди обычных учеников старшей школы. И она конечно же применит ее. — Боже. Первый кто скажет мне кто это сделал, тот может со мной всю неделю сидеть и обедать. А не оставаться за столом с лузерами. — она сделала абсолютно безразличное выражение лица, немного даже брезгливое, так выражая свое отношения к козлам отпущения в школе. Однако кажется никого это не волновало, а после данной фразы, даже оживило небольшое скопление ребят. — Я видела! Это она! — первая вскрикнула девочка в очках с забавными хвостиками. Она ткнула пальцем в сторону, показывая на виновника. И Лиззи последовала взглядом по направлению пальца, видя знакомую черную шапочку с помпоном. Низкая девушка дрон стояла позади всех и может даже пыталась скрыться от взгляда. Однако свою неуверенность она прятала за вечной маской бунтарки. Какая жалость, что другим, в силу их дебильных микросхем не понять этого. Ведь все тут – тупоголовые кретины. — О... Знакомое лицо, да, Дорман? — блондинка обратилась по фамилии подходя к ней. Толпа расступилась перед ней, будто как перед королевой, что несомненно было правдой, и открыла свободный путь к цели. — Выкуси, черт возьми! Будто я специально! — опять ее дурацкие фразочки. Ей что, в коде их прописали? Повторяет каждый раз как идиотка, будто они изменят что-то. Вот же позорище! Что значит вообще это "выкуси"? — Специально или нет, не имеет значения. Если бы мяч попал в меня, то мой визор бы разбился. А знаешь что это значит? Это значит, что я бы почувствовала небывалую боль, а также лишилась хорошего зрения и также некоторых функций встроенных туда. Понимаешь? — она остановилась в своем монологе, и наблюдая как вскипает собеседница, высокомерно улыбаясь ей. — Я тебя не задела, черт возьми! Какая разница! — она прокричала ей, не замечая движения сзади. Однако дернулась, когда неожиданно кто-то взял ее под подмышки сзади, удерживая на месте. И Лиззи с невероятным наслаждением наблюдала за этой картиной. Только посмотрите на это! Как же чудесно! — Лучше не сопротивляйся. Больно будет. — блондинка подошла ближе, совершенно не реагируя на вопли одноклассницы, и ее жалкие попытки вырвать из хватки. Однако к сожалению, пришлось остановится, ведь подросток явно желал сопротивляться до последнего, пытаясь достать соперницу одной ногой и не подпускать ее ближе. И это Лиззи позабавило, однако и раздражение принесло тоже. Что ж, будем по твоим правилам! — Долл, дорогуша, поставь на колени ее пожалуйста. Не хочу, чтобы она размахивала и ногами своими. — говорит она отчасти приказным тоном, и девушка, удерживающая бунтарку, ногой подбивает ее колени сзади, заставляя упасть вниз. Долл не прекращала держать Узи и после этого, несмотря на все брыканья и возгласы сопротивления в свою сторону. И Лиззи смотрела за этой картиной с наслаждением. Девушка уже даже собиралась поднять ногу, кажется решаясь нанести пинок ногой, однако вновь была вздернута за плечо и отвлечена. — Лиззи, прекрати это! Ничего же плохого не случилось! — братец решил взять на себя роль героя, спасая бедняжку от удара ногой в лицо. И блондинка еле-еле сдержалась, чтобы не послать его, да и вообще не закатить глаза, продолжая игнорировать окружение. Но проблема была в том, что даже группа дронов, окружившая по бокам, и до этого наблюдавшая за картиной, сейчас выглядела не очень то и уверенно. Они что, боялись? Испытывали сожаление или страх? И блондинка смотрит вниз, на приподнятую свою ногу, на лицо Долл, что скрывает свой взгляд, на интерфейс Узи, который выражает злость, перемешанную с волнением от предстоящего удара. Что-то ломается в ее микросхеме, что-то внутри нее. Она осознает, что все это какое-то не такое. Опускает ногу, и лишь раздражённо фыркает. — Пф, ну и ладно. Она все равно не заслужила даже прикосновения моих кроссовок к ее лицу. — девушка отходит и подзывает Долл, что смиренно отпускает заложницу и следует за быстро скрывающей блондинкой. Лиззи прикусывает губу и чувствует настоящее раздражение, ярость, и что-то ещё. Что-то странное. Девушки заходят в раздевалку, так как это единственное место на урок, где можно скрыться. Блондинка садится на лавку и откидывается назад. Черт. Зачем она отступила? — Ты в порядке? Выглядишь не важно... — русская аккуратно задаёт вопрос, говоря тише чем обычно. И Лиззи смиряет ее немного раздраженным, но все же уже каким-то иным взглядом. Усталым? Разочарованным? Или просто каким-то безэмоциональным? — Не спрашивай глупости, Долл. — она шумно выдыхает, и ставит голову на руки, смотря вперёд, а затем вниз. Ее взгляд цепляет за кем-то оставленную помаду, и та не без интереса тянется за ней, хватая. Лиззи смотрит на нее, и затем только открывает. Это была темного оттенка помада, какого-то более черного, чем какого-либо другого цвета. И в ее голове появляется не менее странная, но гениальная идея, по осуществлению некоторых ее планов.