В поисках бесконечной ночи

Кап. Кап. Кап.... На плитку летели крошечные капли. Они красиво переливались в свете луны, мягко бликуя и грациозно разбиваясь об пол. Тут, собираясь в небольшие лужицы, они забирали себе всё внимание. Настолько красиво, насколько и опасно. Алые капли всегда приковывали к себе внимание вне зависимости от времени. Стены были искусно разрисованы небрежными брызгами. Будто художник-творец, создавая шедевр поддался минутному порыву слабости, с раздражением выплёскивая ярость на белую плитку. Это дьявольское сочетание порочно-алого с обречённо-невинным цветом стен дарило некоторое подобие искушенного удовлетворения. А завершал чудный образ небольшой атрибут, создававший дополнительную волну флёра— маленькая красная коробочка в центре ванной комнаты, что смотрелась так необычно и в то же время прекрасно вписывалась в этот алый беспорядок. Было так странно. Повсюду были раскиданы небольшие вещи, если напрячь мозг, то каждая из них несла  такое большое значение в жизни маленького мальчика, но все они были залиты алой жидкостью, будто перечёркивая всю их важность и историю. Тут было многое: складной ножик, декоративная подушка с кроликом, плюшевый зайчик, сигарета, огромная футболка со смешной надписью и многое другое, и всё было запятнано этой порочной алой краской, даже небольшое окошко, что позволяло ласковым лучам красной луны проникнуть внутрь. Кап. Кап... Кап... Ох, этот раздражающий звук. Маленькие капли срывались вниз с белоснежного потолка и, падая на пол, стекали в грязный сток. Это было бесконечно, просто повторяющийся круговорот. От звука этого стука хотелось повеситься, он просто нескончаемым потоком проникал в сознание, выбивая малейший мысли. За ним приходило чувство обречённости и безнадёжности, во рту появлялся тошнотворный привкус, а горло сжимали приходящие спазмы, мешая вздохнуть. Так... Больно? Кап... Кап...Кап... Мальчик был так напуган внезапной болью. Будто он терял что-то настолько важное. Образы смешивались в непонятное варево красной краски, но было одно место, где зрение прояснилось так чётко. В центре ванной не было гадкой алой жидкости. Тут был маленький островок чистой белой плитки и красная коробочка в центре. Она была так важна? Она была спасением или взяв её мальчик навсегда захлебнётся в этом красном водовороте? Так страшно, что боль начинает усиливаться, казалось, что шаг к запретом плоду полностью убьёт его. Но может в этом и был смысл, в этом и было спасение? Кап... Кап... Кап... Кап... Тяжёлый звук будто отсчитывал время. Один... Два... Три... Это было время его жизни или мальчик не заметил среди хаоса вещей часы? Будто запертый в клетке невидимого ужаса, он пытался понять что не так. Опасность. Это был её звук. Он пробрался под кожу, заставляя кровь в жилах застыть. Кровь. Этой жидкостью всё время была кровь... Она преследовала его всю жизнь, оставляя дорожку отвратительного привкус железа. Кап... Кап... Кап... Кап... Кап... Здесь висело зеркало, запятнанное алым цветом, оно хорошо сливалось со стеной, но мальчик знал, что оно там. Ему было страшно смотреть в ту сторону. Мальчик не хотел знать кем он стал. Но взгляд сам упал на ели заметную гладь стекла, вырывая из ослабленного тела громкий вскрик. Мальчик больше не хотел знать правды. *** Эндрю недовольно стоял рядом с Ники, выкуривая вторую сигарету. Хэммик бурно обсуждал что-то с Аароном, который почти не слышно отвечал кузену. Всё было нормально. Сегодняшний день был первым в подготовке к их небольшому путешествию. Ники арендовал семиместную Тойоту, надеясь что всё пройдёт гладко и они доберутся до назначенного места в срок. Уже прошло почти две недели с их разговора и договорённости, поэтому Ники был немного на взводе, что впрочем не было чем-то неожиданным. Сейчас нужно было погрузить вещи Эндрю и Нила, только Джостен не особо торопился, заставляя всех ждать его около подъезда. Нил всегда был минималистом при сборе вещей, но в этот раз всё шло не так. Собрав аптечку, вещи первой необходимости и технику Джостен понял, что у него вышло два полных чемодана и рюкзак, который к тому же и не застёгивался. Это было слишком много. Парни обсуждали, что на человека должно приходиться не более одной сумки или чемодана и рюкзака и Нил уже полностью не вписывался в установленные рамки. Ему предстояло долгое копошение в вещах с фильтрацией всего бесполезного. Вновь выкинув все вещи из сумок, Джостен принял решение полностью осознанно сложить всё и не набрать лишнего. Аптечка сразу же отправилась на дно чемодана. Нил уже перебрал её вчера и проверил всё сегодня. Далее были вещи, которые носили как Эндрю так и Нил. Многие пришлось оставить, а из тёплых вещей взять только два свитера, так как Джостен был уверен— Эндрю не взял для себя чего-то стоящего на холодные дни. Техника была подвержена жёсткой критике и почти вся оставлена на столе. Проверив всё пару раз и осознав, что немного места ещё есть Нил решил взять для Эндрю пару "безделушек"— так их называл Ники— это были вещи, которые могли ненадолго отвлечь блондина и успокоить его, если что-то идёт не так. В последнее время эти "безделушки" валялись по всей их квартире. Самые любимые Эндрю хранил в своей прикроватной тумбочке, куда Нил обычно не лез. Это не было их правилом, просто каждый из парней имел право на личное пространство и без особой нужды они не решались лезть в чужие вещи. Нил тоже имел такую тумбочку. В ней обычно не лежало что-то важное, но в последнее время Джостен хранил там свои успокоительные и жёлтые стикеры с напоминаниями о предстоящих встречах или неотложных делах. Только взглянув на прикроватный столик, Нил начинал чувствовать головную боль и неприятное чувство в груди. Две недели назад, когда Ники приезжал с этим предложением путешествия, Джостен сделал себе пирсинг. Не сказать, что до этого у него его не было. Пару лет назад, когда Нил только познакомился с Эндрю, Джостен проколол себе уши. Возможно столь большое количество проколов за один сеанс было самой большой ошибкой в его жизни, но тогда это казалось таким не важным. А сейчас новый пирсинг был не таким уж проблемным, но всё ещё вызывал небольшую долю смущения. Эндрю не знал. В последнее время они не переодевались в присутствии друг друга, не мылись. Миньярд вообще всячески избегал любого взаимодействия с Нилом, поэтому его эксперимент всё ещё оставался для первого тайной. Джостен прижал руку к груди, ощупывая сквозь ткань футболки небольшие штанги благородного металла, чувствуя небольшой прилив смущения. Нил приблизился к тумбочке Эндрю, аккуратно выдвигая полку. В ней были нужные ему "безделушки"—пара браслетов, небольшие кубики и пачка жвачек. Взгляд Джостена зацепился за лубрикант и презервативы. Они давно не занимались сексом, Эндрю просто не хотел, говорил что устал или занят, а Нил не видел смысла упрашивать или принуждать— это были низкие поступки. Наверно с какой-то надеждой, Джостен взял небольшую пачку и бутылочку с собой и, тяжело вздохнув, задвинул полку обратно, выбираясь выходить. На улице было тепло, но даже несмотря на это Нила прошиб небольшой озноб, будто он что-то забыл или нарочно выкинул из памяти, что-то очень важное и значимое. Покачав головой, Нил закинул чемодан к сумке Эндрю и залез на пассажирское сиденье авто, призывая уже двинуться. Эту ночь они побудут у Ники, а завтра с утра заедут за Кевином и отправятся дальше. По крайней мере план пока был таков. Машину вёл Ники, хоть Эндрю и порывался сесть на водительское место. Сидеть рядом с братом на заднем сиденье было для него сродни пытки. Аарон просил поменяться местами с Нилом, но Джостен лишь выкрутил динамики магнитолы на максимум, игнорируя злобные взгляды близнецов. Поездка проходила мирно. Нил наслаждался музыкой, ощущая на лице ветер из приоткрытого окна. Ему было спокойно, пока громоподобные басы отдавались по всему телу. Ненадолго прикрыв глаза, парень незаметно отключился. *** Парни остановились около съёмного дома Ники. Он был не таким уж и большим, но имел две гостевых спальни и Хэммик с Эриком жили тут уже два года, что говорило и об общем удобстве. Обустроено внутри всё было с удобством и стилем, что безумно нравилось Эндрю, как он сказал в первый их приезд сюда почти двумя годами ранее. Ники был весьма последователен, поэтому сразу выделил по одной спальне для близнецов, а если приезжал и Кевин, то последний спал на диване в гостиной. Зная примерное место сна, Нил направился к спальне, что была отдана им с Эндрю, намереваясь плюхнуться носом в мягкий плед и поспать ещё пару часов. Но его быстро нагнал Миньярд останавливая неопределённым жестом. - Я буду спать в гостиной.- Эндрю медленно достал из кармана пачку сигарет, избегая взгляда в глаза Нилу. - Ладно.- Джостен глубоко вздохнул, нервно перекидывая лямку рюкзака. Это было так неловко и это начинало его пугать. Эндрю слишком изменился за последнее время, Нил даже перестал его узнавать. - Хэй! Нил, стой.- Ники медленно подбежал к парням, улыбаясь дежурной улыбкой.- Планы немного меняются. Нам придётся провести тут две ночи вместо одной и сегодня я съезжу заберу Кевина. - Эндрю хочет спать в гостиной. Где ляжет Кевин?- Нил тяжело выдохнул, начиная медленно закипать. - Оу. Ну Эрика нет дома, он уехал в командировку, поэтому Дэй может поспать и у меня, но сомневаюсь, что он согласится. Может Эндрю всё же ляжет в комнате?- Ники явно начинал беспокоиться, что не скрылось от любопытных голубых глаз. - Или Кевин просто поспит с Нилом.- Эндрю нервно пожал плечами, наконец засунув пачку обратно в карман и с уверенностью посмотрел в ледяные глаза. - Отлично.- Вот теперь Нил был по настоящему зол, что пусть и не было заметно по внешнему виду, но количество яда, вылетевшее из него с этой фразой не могла остаться не замеченным.- Тогда я пойду к Аарону, надеюсь это всё, потому что я иду спать. Джостен был зол. Даже не так, он был в ярости. Такое пренебрежение от Эндрю он слышал впервые и ему уже надоело думать о том, что он сделал не так в этот раз. Нил очень устал, поэтому резко распахнул дверь в комнату Аарона и негромко оповестив, что они теперь соседи, рухнул на кровать. Миньярд попробовал выпихнуть Нила или разобраться в ситуации, но быстро был послан к близнецу. Как проходил их диалог Джостен не знал, ведь очень быстро отключился, чувствуя слишком большое разочарование.