Сказке быть

Какаши таскается за Умино уже, кажется, второй час. Чёрт, что ли, его дёрнул пару месяцев назад упомянуть, что он никогда не был в Икее. Ирука тогда сделал огромные глазища и долго недоумевал, как так вышло – вот прям ни разу не был? И вот, они здесь. Из всех углов звучит осточертевшая «Let it snow» вперемешку с «Magic Moments» и ещё чем-то новогодне-рождественским, названия которого он не знает. Всё вокруг выглядит так, как будто персоналу магазина поставили боевую задачу по-праздничному оформить каждый сантиметр пространства, причём исключительно вырвиглазно. Какаши хочется домой. У полок с новогодними украшениями не протолкнуться, поэтому он остаётся в проходе, а Ирука, как более смелый из них двоих, идёт выбирать из оставшегося хлама, что им понадобится для ёлки. Правда, Хатаке не совсем понимает, нахуя заниматься этим ребячеством и суетиться, когда можно просто пересмотреть Алхимика, как они сделали в прошлом году, но Ирука ссылается на «новогоднее настроение», и сопротивление оказывается бесполезным. Какаши тащится от Ируки. Правда. От такого воодушевлённого, с задорным блеском в глазах, что хочется взять его улыбающееся лицо в ладони и спросить: «что ж ты за чудо такое?». Но если Умино беспокоит самое, господи боже, широкое шило в жопе – это кошмар. Остаётся только пережидать период бешеной активности и надеяться, что он скоро успокоится. Хатаке, нервно лавируя тележкой между двумя детскими колясками, находит, наконец, пустое место у стеллажа и встаёт там. Вытягивается, высматривая Ирукин хвостик и прикидывает, в какой стороне кассы. Оступается, задевает полку коленом, опрокинув какие-то свечки, и судорожно пытается поставить всё, как было. Встав на ноги, потерянно моргает. Когда Умино волшебным образом вытряхивается из толпы, Какаши готов по-детски, вцепившись в рукав, потянуть его за собой и попросить вернуться домой, потому как ну сколько можно. Ирука машет ему рукой, как будто Какаши мог его не заметить, и - практически вприпрыжку – подходит. Кидает в тележку коробку с гирляндой, оглядывает хаос на стеллаже и понимающе прищуривается: - Домой? Какаши выдыхает с облегчением и кивает. И, отстояв очередь на кассу, всё-таки цепляется за его локоть по пути к выходу.