Память

      Лера переживала. Переживала так сильно, как никогда раньше. Илья, секретные организации, чип. Всё это казалось страшным сном. Ужасным сном. Кошмаром. Но, увы, он не заканчивался.       Илья был подвержен опасности. Каждый раз, отправляясь на задание он не подозревал, как трескается сердце Леры. Он мог умереть. На каждом чёртовом задании, на которое его тащил чёртов Невер, потерявший всё и решивший утащить с собой и Илью. Лера всегда боялась за Илью. Она ненавидела смерть, даже не зная о том, что когда-то раньше умерли её соседка Тамара Васильевна и Петя. И она не хотела об этом знать. И уж точно не хотела вспоминать о том, что ей рассказывал Илья. О тех чудищах, предстающих перед их глазами. О той местности, в которой им приходится здраво мыслить. О том, что им приходилось терпеть и что приходилось видеть. Почему ему больно это отпустить?       Организация пугала не меньше. Все их разработки не были известны. Лера и представить боялась, что могут скрыть эти люди, так нагло отбирающие у Ильи его лучшие годы… Годы, совместные с ней. И одно известие заставило её полностью проникнуться ненавистью к организации. Пятимерные существа. Они могут стереть людей в порошок, станет им только скучно. Они могут завладеть миллионами разумов и устроить хаос. Они могут погубить всю планету. Но даже это не было таким неизведанным, как их намерения. Зачем же таким великим существам наблюдать за ними? Зачем помогать развиваться? Почему именно они?       А чип… Лера была готова поклясться, что дрожь в её теле, когда ей вставляли чип, была самой сильной за всю её жизнь. Она на грани смерти. Одно неверное слово и она погибнет. Не сможет ни с кем попрощаться. Не сможет пойти за помощью. Она просто умрёт. И теперь ей нужно будет находиться в постоянном напряжении и здравом смысле, чтобы не сказать лишнего. Она могла не справиться и уже давно признала, что сделала это ради Ильи. Чтобы ей не стирали память. Но кто мог знать, что подробные размышления могут настолько осадить рассудок?       Лера сидела на небольшом металлическом столе после вживления чипа. Она еле чувствовала окоченевшие от холода тела пальцы, думая лишь о том, что в её шее. Такой маленький аппарат, но такой губительный и пугающий. А пошевелиться было ещё страшнее.       За дверью зашагали. Нет, это были не шаги Ильи и уж точно не Невера. Вряд ли он стал бы надевать каблуки. Дверь открылась и человек вошёл, прошедшись к столу с документами, который Лера заприметила, ещё когда зашла. Будучи ограждённой ширмой она не видела вошедшую, но могла предположить. Это была врач. Или какая-нибудь учёная. А может это и…       Из-за ширмы появилась женщина. Звонко постучав по полу каблуками и подошедши к Лере, она оторвала взгляд от документов и посмотрела на девушку. Не упустив момента, Лера начала торопливо изучать женщину, пока та делала то же самое. Начальница, как Лера подумала, наверняка долго выпрямляла волосы, чтобы они так идеально свисали с её плеч. Светлые концы русых волос контрастировали с чёрным пиджаком и юбкой. На белой рубашке свисал аккуратно завязанный галстук. Смотря на женщину снизу вверх, Лера даже не заметила как она начала разговор. — Не знаю, рассказывал ли тебе Илья, поэтому скажу сейчас. Я Алиса, начальница главного отдела, поэтому соответственно и Невера с Ильёй. Меня попросили рассказать тебе о безопасном нахождении с чипом, - женщина отложила документы и встала перед Лерой, выпрямившись в полный рост и став заметно выше.       Лера кивнула, зная, что её согласие не нужно. От неё вообще мало что нужно. Конечно, кроме молчания об одной организации, забравшей её мальчика. — Итак, - Алиса скрестила руки на груди. - При раскрытии любой информации о нашей организации, наших делах людям, не имеющим никакого отношения к нашей сетке, в твой мозг поступит информация о том, что ты мертва, и он в свою очередь подаст сигнал сердцу. Пульс замедлится и в лучшем случае тебя ещё можно будет спасти, - женщина почти нагнетала, не меняясь в лице. - В худшем никто не успеет. Все люди, имеющие с нами связи, внесены в базу данных. За разговор с ними чип никак не отреагирует и продолжит анализировать твои слова. Дабы обезопасить себя тебе нужно…       Алиса запнулась. Её лицо посуровело: Лера начала плакать. Не рыдать, а именно плакать. Закрывая лицо руками, она издавала только редкие всхлипы, горбясь. — В таком состоянии полноценное усвоение информации невозможно, - Алиса выдохнула и покачала головой.       Она села рядом с Лерой, положив руку той на плечо. Алиса никогда не преуспевала в гонке за титул «Лучший психолог». Она просто не понимала людей, совершающих опрометчивые поступки. Синдром отличницы не позволял ей халатно относиться к своим решениям, а отказаться от этого с другими людьми она не могла. И это играло против неё. — Всё будет нормально, - голос Алисы прозвучал почти безжизненно и Лера только отвернулась по понятным причинам. Не каждому понравится наигранная жалость.       Алиса, не сумев точно сориентироваться, приобняла Леру. Постаравшись вложить в лёгкое сжатие предплечья Леры всю свою человечность, Алиса, сама того не подозревая, преуспела в этом лабиринте действий. Лера, видимо ослабив позиции, разрыдалась и уткнулась Алиса в грудь. Полностью обняв Леру, Алиса прижала её к себе. Слёзы девушки потекли по пиджаку и рубашке, скатываясь на юбку. А Алиса не понимала, почему. Почему ей самой становится больно? — Ты со всем справишься. Ты никому не расскажешь и всё будет хорошо, - Алиса, неожиданно для самой себя, начала лить изо рта поток слов. - Ты сильная девушка, всё сможешь выдержать. И с Ильёй у вас… - в груди от чего-то неприятно кольнуло, но Алиса не остановилась. - … всё будет хорошо. — Не знаю, - вклинилась в разговор Алисы с самой собой Лера, всхлипнув. - Было ли это правильным решением?       Алиса почувствовала ком в горле. Впервые за последние годы работы. Его окончательным появлением было на её собеседовании, после которого с этим явлением она и не встречалась. И теперь ей нужно вновь побороть его. Побороть самой. — Ты можешь положиться на меня, - Алиса опустила подбородок на макушку Леры и сильнее сжала девушку в объятиях. - Лира…       И продолжили сосуществовать два белых пятна в пустоте, стекая по ней. Они оставят следы, но не друг друга. И когда-нибудь провалятся в бездну. Но не сегодня.