Jamais vu

Когда Казуха проснулась, мама еще спала. Свою комнату она оставила Юнджин, поэтому сама ночевала с Саной. Пусть в их доме было несколько свободных комнат, в которых можно было поселить Юнджин, Казуха решила, что у Юнджин случилось что-то серьезное, так что это лишь поможет ей немного почувствовать себя лучше. Правда засыпая, она все же сомневалась в правильности этого решения, как в принципе в правильности всего, что случилось в этот вечер. Утро Казуха начинает с пробежки. Так продолжается уже несколько лет, правда теперь из-за травмы она не может делать те же нагрузки, которые делала раньше. Но это все равно не останавливает ее от бега. Полезная привычка помогает девушке поддерживать свое тело в тонусе и заряжает энергией на весь день. Спортивную одежду она в комнату к матери не брала, поэтому тихо вошла в свою, чтобы не будить Юнджин. Она на носочках прошла мимо кровати и быстро взяла нужные ей вещи. Она посмотрела на Юнджин, которая мирно спала. Одеяло валялось на полу, а сама Юнджин, как показалось Казухе, тряслась от холода. Она прошла мимо, не желая снова быть доброй по отношению к Юнджин, но дойдя до двери, она вновь посмотрела на Юнджин. Она закрыла глаза и тяжело вздохнула, а затем подняла одеяло и укрыла Юнджин, сама себя ругая за этот поступок. Как только дверь в комнату закрылась, Юнджин открыла глаза. Она посмотрела сначала на одеяло, которым она была укрыта, потом на закрытую дверь, а потом на фотографию Казухи и подруг на прикроватной тумбочке. Ей снова захотелось плакать. Вчерашняя забота Казухи и то, как сегодня она укрыла ее одеялом, заставили Юнджин снова возненавидеть себя. Она знала, что у Казухи нет удовольствия проводить время с ней и уж тем более заботиться о ней. Но в то же время она понимала, что Казуха не изменилась полностью. Как бы зла она не была, она все же проявила сострадание и даже доброту к Юнджин. А это не могло не радовать. Казуха бежала уже третий круг на стадионе в нескольких районах от дома. Обычно она бегает дома на беговой дорожке, но сегодня она хотела проветриться. Ей нужно привести свои мысли и чувства в порядок. Она сильно подвела саму себя и была недовольна собой. Каждый день на протяжении этих двух лет она вспоминала как Юнджин с ней обходилась. А в этот последний месяц этих мыслей было даже больше, ведь Юнджин вечно была перед глазами. И она искренне ненавидела ее. У нее ни разу не было чувства радости, что Юнджин вернулась и она даже не хотела заговорить с ней и обсудить все. Да, в какие-то моменты она все-таки жаждала услышать причину холода со стороны Юнджин, но и без этого она спокойно жила. Она привыкла к ее отсутствию. А сейчас Юнджин спит у нее дома, в ее комнате… Будто ничего и не было. На мгновение Казуха даже винила своих родителей за то что они воспитали ее именно так. Как обычно случается когда девушкам надо ко второму уроку, Ынче пришла на завтрак к Казухе. Жили они относительно недалеко, так что это не было проблемой. Они поедят, соберутся в школу, а потом заедут за Сакурой. Обычно они еще и за Чэвон едут, но так как подруги сейчас нет, этот пункт они вычеркнули. Вместо этого они просто выедут попозже. — Проходи за стол, — улыбалась Сана, встретившая Ынче. Казуха все еще собиралась. — Ты не устала нам готовить? — с заботой спросила Ынче, так как они ели здесь, как минимум, раз в неделю. — Да ты что?! — воскликнула Сана и погладила девушку по голове. — Я так рада, что вы есть у Казухи. Вы мне все как дочки. А я очень хотела много детей, скажу тебе по секрету. Так что мне только за радость. — Ну тогда и я рада, — Ынче широко улыбнулась, начиная пить яблочный сок. — Доброе утро, — послышался голос Казухи и Ынче подняла на нее радостный взгляд. Ынче тоже хотела поприветствовать подругу, но увидев Юнджин, которая шла следом, подавилась соком. Она очень не ожидала видеть эту картину, поэтому даже несколько раз закрывала и открывала глаза. Но все было по-настоящему. Лицо Казухи было совершенно обычным и привычным, а вот Юнджин явно было неловко. Она избегала глаз Ынче и вообще старалась не смотреть в ее сторону. — Ынче, ты в порядке? — Сана похлопала ее по спине. Ынче показала пальцами, что все хорошо, а потом снова посмотрела на Казуху и на Юнджин. Все сели за стол. Казуха сидела рядом с Ынче, а Юнджин и Сана сидели напротив. Ели они в тишине, хотя такого никогда не бывало раньше. Ынче та еще болтушка, как и Сана. Да и Юнджин тоже всегда не против поговорить, поэтому обычно кухня полна разговоров и смеха, а сейчас висела гробовая тишина, нарушавшаяся только звуками столовых приборов. После завтрака Ынче и Казуха сразу стали собираться уходить. Пока они надевали обувь в дверь постучали и Казуха открыла дверь, не ожидая увидеть на пороге Джихё. Они обе не думали, что встретятся, поэтому на несколько секунд между ними повисло молчание. Казуха заметила, что на Джихё лица не было то ли от недосыпа, то ли от слез, то ли от всего вместе взятого. Джихё же слегка улыбнулась Казухе, но не рискнула обнять ее, хотя и очень хотела. — Тетя Джихё, — Казуха первая начала разговор, отходя немного от двери, чтобы женщина могла пройти в дом. — Ты в порядке? — Я в порядке. А ты как? — Я тоже, — Казуха улыбнулась. — Не выдавливай улыбку, Зуха. Уверена, ты не очень рада видеть меня, — Джихё как всегда была внимательна ко всем деталям. — Ну я рада достаточно, чтобы обнять тебя, — сказала девушка и крепко обняла ее. — Когда ты стала такой маленькой? — Это ты выросла, а я осталась такой же, — прошептала Джихё в плечо Казухи. Она была безумно рада видеть Казуху, а то что та так радушно ее встретила очень тронуло ее. Она правда не ожидала такого. — Они на кухне, — отпуская женщину, сказала Казуха. — Хорошо, спасибо. За все, — Джихё улыбнулась, а потом перевела взгляд на ничего не понимающую Ынче. — Хон Ынче, — представилась девушка, вежливо поклонившись. — Я подруга Казухи. — Очень приятно, Ынче. Меня зовут Джихё, — сказала женщина. — Ладно. Вы идите, а то я вас тут задерживаю. — Пока, — Казуха снова обняла Джихё, а потом они с Ынче ушли. Изначально Казуха думала и даже была уверена, что ненависть к Юнджин вызовет ненависть и к ее родителям. Да и после их возвращения она как-то не очень хотела с ними встречаться. Но увидев сегодня Джихё, она поняла, что никаких негативных эмоций к ней она не испытывает, поэтому она действительно искренне была рада этой встрече. Еще она поняла чувства своей мамы, которая тоже была рада видеть Юнджин. А состояние Джихё только подтвердило ее догадки, что дома у Юнджин что-то случилось. — Ты либо сошла с ума, либо у тебя крыша поехала, — начала Ынче, когда они сели в машину. — Это одно и то же. — Вот именно. Что это сейчас было? — Это мама Юнджин. Она мне тоже как родная. — Я не про нее. Я про саму Юнджин. Что она делает у тебя дома? Она ночевала у тебя? По крайней мере так это выглядело. — А ты ревнуешь что ли? — усмехнулась Казуха. — Я за тебя переживаю вообще-то. Ну так? — Я вчера увидела ее под дождем не в самом лучшем состоянии и мне стало ее жалко, — ответила ей Казуха, тяжело вздыхая. — И перед тем как ты скажешь что я дура, я знаю и я согласна со всем что бы ты не сказала. Я сама от себя такого не ожидала, честно говоря. — Да уж… — вздохнула Ынче, поворачивая голову в сторону. — Твои чувства… — Никак не изменились, — перебила ее Казуха. — Вчера я просто дала слабину из-за жалости. Больше такого не повторится. Я тебе обещаю. И себе тоже. — Она тебе что-то говорила? Объясняла? — Нет. Я ей дала шанс все рассказать в школе, я тебе говорила. Но она им так и не воспользовалась. Так что все. Давай лучше тему переведем? Хочется начинать утро с чего-то приятного. — Ладно. Но Сакура и Чэвон тоже должны об этом знать. — Да, — кивнула Казуха. — Между нами нет секретов. Но прошу, давай не будем ничего говорить Бомгю? Ему это очень сильно не понравится. И мы можем поссориться из-за этого. Он, конечно же, будет прав, но я все равно не хочу его расстраивать. — Хорошо, Казуха, — согласилась с ней Ынче. Бомгю и правда лучше этого не знать. Он был первым, кто видел как меняется Казуха. На его глазах она превратилась из добросердечного человека в равнодушную стерву. Пусть с друзьями она была такой же, какой помнил ее Бомгю, в остальное время она была абсолютно другим человеком. Через 10 минут они подъехали к магазину, у которого они должны забрать Сакуру. Обычно они заезжают за ней прямо к дому, но сегодня Сакура попросила забрать ее у магазина рядом. Сакура, видно, тоже только что подошла к месту встречи. — Привет. Та какая-то запыхавшаяся. Бежала? — спросила Казуха, когда Сакура села в машину. — Да. Рюкзак забыла дома, пришлось возвращаться, — соврала Сакура. На самом деле она гладила рубашку Банчану, пока тот готовил им завтрак и совсем не углядела за временем. Ей было стыдно, что она врет, но рассказывать правду она пока не хотела, да и была не готова. — Хорошо хоть сразу вспомнила, — сказала Ынче, а потом резко развернулась на Сакуру, чем напугала ее. Сакуре показалось, что подруга итак все знает и только что поймала ее на вранье. — Ты чего? — спросила Сакура. — Юнджин ночевала у Казухи. Сакура промолчала. Она только хлопала глазами и внимательно смотрела на Ынче. — Можешь повторить? Мне просто такой бред послышался, — усмехнулась Сакура. — Будто бы Юнджин ночевала у Казухи. — Это именно то, что я сказала, Ккура. Сакура посмотрела на Казуху неодобрительным взглядом, который девушка сразу почувствовала, пусть и не сводила глаза с дороги. И прежде чем Сакура успела что-то сказать, рассказала ей то же что и Ынче, дополнив историю деталями для большей картины. Сказать, что подруги были не очень рады такой новости и такому поступку будет недостаточно. Они понимали, что Казуха сделала это чисто из-за своей доброты, но не все люди заслуживают этого. И Юнджин как раз та, кто не достоин ни заботы, ни любви. Тем более со стороны Казухи, которую она так бессердечно бросила. Но высказывать вслух свои возмущения они все-таки не стали. Это точно испортит настроение Казухи, а этого делать никто не хотел.

***

Во время обеда девушки спокойно ели, когда к их столу подошла Рюджин в компании четырех своих подруг. Девушка стояла посередине, скрестив руки на груди, и внимательно следила за реакциями девочек за столом, но никто на них никак не отреагировал. Они продолжали есть, будто никто не стоит рядом. Единственное, они не желали разговаривать на личные темы в присутствии других, поэтому Казуха сразу сменила тему, чтобы еще больше разозлить Рюджин, которая явно была недовольна результатом. — Я вчера ноготь сломала, — Казуха показала указательный палец. — Теперь так неудобно. Мне, наверное, надо мастера менять. — Я тебе дам номер своего, — сказала Ынче. — Она хорошо делает и результат достаточно долговечен. — Мне тоже дай, — вступила и Сакура. — Кстати, где мы будем ночевать после пятницы? — Можем у меня. Мама должна будет уехать, — ответила ей Казуха. Рюджин чуть-чуть покашляла, чтобы девушки за столом посмотрели на нее, но им было абсолютно все равно. — Вам не кажется, что здесь стало слишком душно? — Казуха посмотрела на подруг. — Да. У меня аж аппетит пропадать начал, — согласилась с ней Сакура, отставляя тарелку с едой. — Я думала только я так считаю, — пожала плечами Ынче. Рюджин, не выдержавши, стукнула кулаком по столу, чтобы наконец на нее обратили внимание. Только снова была проигнорирована. Ее подруги попытались остановить Рюджин, чтобы они просто ушли, но Рюджин считала по-другому. Она должна получить их внимание любой ценой. — У нас по расписанию что? — спрашивала Сакура как ни в чем не бывало. — География вроде, — отвечала Ынче, делая глоток кофе. Как только она поставила стакан на стол, Рюджин взяла его, открыла крышку и, не стесняясь, плюнула, а потом поставила на место будто ничего и не было. Только девушки за столом снова ничего не сделали, никто даже глазом не моргнул и не посмотрел в ее сторону. Это сильно выводило ее из себя. — Мы, кажется, опаздываем, — сказала Казуха, посмотрев на время, хотя до урока было еще почти 15 минут. — Пора идти. Они встали из-за стола, собирая посуду обратно на подносы. Казуха, как ни в чем не бывало, взяла стакан с кофе Ынче, открыла крышку и вылила напиток на голову Рюджин. Потом поставила его обратно на поднос подруги и спокойно ушла, не забывая задеть плечом Йеджи — подругу Рюджин. Ынче и Сакура пошли за ней. Сакура взяла грязную салфетку со своего подноса и кинула ее в лицо Рюджин, слегка улыбаясь. Ынче предпочла ничего не делать. Рюджин сжала кулаки. Она была настолько злой, что никто не знал чего от нее ожидать. Она пулей выбежала из столовой, оставляя за собой мокрые следы кофейного цвета. Ей не повезло, что стакан был почти полностью полон. Ынче сделала всего несколько глотков. Да к тому же, это был большой стакан, так что Рюджин достаточно промокла. Ее до этого чистые черные волосы превратились в отвратительные сосульки. Ее форма тоже была испачкана, а белая рубашка навряд ли отстирается. Как только девушки исчезли из поля зрения, столовая, в которой висела тишина с того момента, как Рюджин подошла к столу Казухи, снова наполнилась шумом и разговорами. Все обсуждали поступок Рюджин. Как она набралась смелости не только подойти к ним, но и плюнуть в напиток Ынче? А то, что сделала Казуха, удивило их не меньше. Казуха не та, кто поступит так. Это вполне в стиле Сакуры или Чэвон, но никак не Казухи. Она и пальца ни на кого не поднимет, но что изменилось сейчас? Одно было ясно тем, кто стал свидетелем этого всего — их ждут большие перемены и ссоры. Будет много сцен, которые им так нравятся. Осталось лишь дождаться. Навряд ли Рюджин это так оставит. Да и Казуха не станет просто так сидеть. — Зачем ты это сделала? — спрашивала Юна у Рюджин, когда они были в туалете, помогая Рюджин отмыться от кофе. — Мало сделала. Надо было вылить его в лицо этой белобрысой. А лучше прямо в стерву эту, — говорила Рюджин сквозь зубы. — А эта Сакура… Ненавижу ее. Она у меня еще получит… — Надеюсь на меня это не сильно повлияет, — сказала Юна. — Не переживай. Я позабочусь об этом сама, — понимающе ответила Рюджин. Их компания состояла из пяти человек. Они вместе со средней школы. Рюджин — главная у них. Она боевая, не боится почти ничего и часто влезает в споры и даже драки. А еще она ужасная собственница и очень ревнивая. С ней тяжело поддерживать нормальные отношения и кроме четверых подруг у нее никого нет. Исключением был только Банчан, который целый год встречался с ней, но и его терпению пришел конец. Йеджи отвечает за ведение социальных сетей девочек. Она всегда хороша в этом, поэтому девочки первым делом обращаются к ней за помощью. Она выбирает и фотографии, и подписи к ним, и даже людей, на которых стоит подписываться или от которых нужно отписаться. Благодаря ее навыкам и целеустремленности, на аккаунтах девушек в инстаграме почти по 5 тысяч подписчиков, а у Юны и самой Йеджи больше 10 тысяч. Сама по себе она достаточно дерзкая и никогда не держит язык за зубами. Черен тихая и спокойная, как может показаться на первый взгляд. Но на деле она та еще стервочка. Она знает все слухи, которые только есть и благодаря ей они быстро распространяются среди учеников. Только вот не всегда они бывают правдивыми. Особенно лживые слухи она распространяет про тех, кто не нравится ей или ее подругам. Из-за этого некоторым приходилось переводиться в другие школы, а иногда даже переезжать в другие города. Джису, или как она зовет себя Лия, — обычная богатая выскочка. Живет в Каннаме, владеет несколькими машинами и даже парой зданий. Она очень высокомерна и смотрит на всех с презрением и отвращением. Никто не заслуживает ее внимания и окружения. Она не стесняется хвастаться своими покупками, а иногда, когда ей скучно, она кидает деньги под ноги ученикам, а те как бедняки поднимают каждую монету и купюру, что очень веселит девушку. Юна немного отличается от всех подруг. Она трейни и планирует стать айдолом, поэтому она старается не влезать ни в какие неприятности, но при этом никогда не останавливает подруг. Она волнуется за свой имидж, но втихаря тоже творит много чего. Они с Черен на пару распускают слухи. У Юны есть секретный аккаунт, на который подписана почти вся школа, так что ей достаточно легко делать посты про людей из школы. Все точно прочтут новость и сделают что-нибудь с тем или иным человеком. А сами девушки будто и не причем. Это безумно радовало их, а Юну в особенности. Она и имидж свой сохраняет, и делает то, что хочет. — Казуха, что это было? — спрашивала Ынче, когда они сели за парту. — Что? — спросила Казуха, будто ничего сейчас не произошло. — Ты зачем ей на голову кофе вылила? — А что я должна была сидеть и ничего не делать, когда она плюнула тебе в стакан? — посмотрела на нее Казуха. В ее глазах была даже какая-то строгость. — Лучше бы я это сделала. Это же может на тебя повлиять, Зуха, — в разговор вступила Сакура. — Ты не боишься потерять место в балетной школе? — Я устала прикрываться тобой, Сакура. Ты постоянно берешь на себя всю грязную работу. Ты бы о своем будущем подумала. Пусть со мной будет то, что будет. Но я больше не буду ничего не делать. Эта дура еще легко отделалась. Пусть только попадется мне на глаза еще раз, — ответила Казуха. — Ты потеряешь свою работу и весь твой труд сойдет в ничто, если… — Не важно, — Казуха перебила Ынче. — Они не смогут мне ничего сделать. Потому что они знают, что влияния у меня в любом случае больше. Они могут попытаться выложить что-то в сеть или еще как-то опубликовать что-то, но они пострадают больше. — Приедет Чэвон, она вставит тебе мозги на место, — проговорила Сакура, пусть и слышала логику в словах подруги. — Но все равно спасибо, — улыбнулась Ынче. Казуха слегка улыбнулась в ответ.

***

Юнджин в школу так и не пошла. После разговора Джихё и Саны они стали возвращаться домой. Ехали они молча. Обе были не против заговорить, но ком в горле не позволял ни одной начать. Когда машина припарковалась у дома и они вышли из нее, Юнджин все-таки решила задать вопрос. — Он дома? — Нет, — коротко ответила Джихё, вытирая слезу, которую она все-таки не смогла сдержать. — Не плачь, мам, — прошептала Юнджин, кладя руку на плечо Джихё. — Он не достоин твоих слез. Это он должен плакать, что потерял тебя. — А ты тогда чего плачешь? — спросила Джихё, посмотрев на лицо дочери. Они уже успели войти в дом. — Не знаю, — сказала Юнджин и больше не смогла сдерживаться. Джихё крепко обняла дочь и они стояли вдвоем посреди прихожей, обнимая друг друга и плача. Какими бы сильными они не пытались казаться, они были очень ранены поступком Ыгёна. А вчерашнее его поведение и слова, которые он говорил, показали, что они никогда на самом деле не знали его. Его настоящего. FLASHBACK Юнджин вернулась из школы в не самом лучшем настроении после разговора с Казухой. Все ее мысли были наполнены этим, но как только она переступила порог дома, то тут же вспомнила про то, что у ее отца есть другая семья. Она сняла наушники и услышала, что родители снова ругаются. Только в этот раз она слышала больше отца. Его голос эхом разносился по всему дому. Он кричал, а его крик вселял страх. Юнджин стала медленно идти в сторону гостиной, где и ссорились родители. По пути она видела разбитую посуду, вазы, разбросанные вещи. Одним словом, в доме царил беспорядок, которого не было утром, когда она уходила в школу. — Ты делаешь из меня монстра! Ты понимаешь?! — Я делаю из тебя монстра? — Джихё не верила своим ушам. — Ты сам стал ходить налево, а я виновата? — Может быть проблема в тебе, раз я так стал поступать? Не думала об этом? Эти слова заставили Джихё сесть на диван. Она потеряла силы стоять. Она никак не ожидала услышать такие слова. У них всегда был мир и гармония. Они даже не ругались никогда по-настоящему. Бывали мелкие бытовые ссоры, но их было мало и были они совсем безобидные, по типу кто сегодня будет мыть посуду или какого цвета занавески стоит купить в спальню. Джихё никогда не пилила мужа. Что она сделала не так, она не могла понять. — Что ж ты тогда не развелся со мной? Почему вел себя будто все в порядке? — Ради Юнджин. Я не хотел и не хочу терять свою дочь. И после развода она будет жить со мной. Ясно? Мы уедем обратно в Америку к Шерон и моим детям! Ты не смогла дать ей братьев и сестер, а я смогу! Джихе встала с места, чтобы возмутиться, но почувствовала чью-то руку на плече, а потом увидела Юнджин. — Юнджин… — прошептала Джихё и Ыгён, который до этого отвернулся в сторону окна, обернулся. — Черта с два я поеду с тобой куда-то, — сказала Юнджин. — Мне не нужны ни братья, ни сестры. — Это не тебе решать. Я твой отец и последнее слово будет за мной! Ты поняла меня? — Ыгён снова стал кричать. Юнджин до этого никогда не слышала, чтобы на нее кто-то кричал, уж тем более отец. Внутри она разбилась на мелкие осколки. Но она хорошо держала лицо и не проронила ни слезинки. — Мне уже есть 18. Так что я сама буду решать где и с кем я буду жить. И тебя в моем списке нет, — она говорила холодно, пытаясь подражать Казухе. И у нее это вполне получалось. — Ты смотри как заговорила, — Ыгён подошел ближе и Джихё показалось, что он хочет ударить Юнджин, поэтому встала перед ней. — А что ты думал? — Юнджин очень разозлилась и сложила руки на груди. — Заведешь семью на стороне, о которой никто не узнает, наделаешь еще детей и все у тебя будет хорошо? Или думал, что когда мы узнаем, то все останется как прежде? Ты думал, что я, узнав обо всем, буду рада? Что ты вообще думал? — Ты еще слишком маленькая, чтобы понять! — Я, видимо, тоже еще слишком маленькая, — сказала Джихё. — Когда ты уйдешь от нас? — Юнджин снова подняла на него взгляд. — Придет свое время. Но я не буду прекращать с тобой общение, Юнджин. Ты моя дочь и я… — Я не буду с тобой общаться, пап, — перебила его девушка. — Ты был для меня идеален. Я так гордилась тобой. Я мечтала найти такого же мужа, как ты. Но знаешь что? Ты полностью уничтожил эту мечту. Теперь я надеюсь, что я никогда не выйду замуж. Даже за Хёнджина. Спасибо тебе большое! — Юнджин не выдержала и под конец стала кричать. — Ты на меня кричишь?! — возмутился Ыгён и замахнулся, но Джихё успела остановить его руку. — Не смей! Не смей и пальцем ее трогать! Ты понял меня? То что она не стала молчать так сильно тебя разозлило, что ты решил ударить ее? Ты в своем уме? — Надо было с детства ее наказывать, а то сейчас совсем распустилась! Кто так разговаривает с родным отцом? — Те, чьи родные отцы предали семью, — процедила Юнджин и ушла к себе в комнату, чтобы переодеться, а потом и вовсе ушла из дома. END OF FLASHBACK — Он тебе вчера что-то сделал? — спросила Юнджин. — Нет. Он ушел почти сразу после тебя. Ты в порядке, дочь? — Джихё погладила Юнджин по голове. — Нет. Разве можно тут быть в порядке? Юнджин рассказала матери о том как встретила Казуху и что было дальше. Джихё внимательно слушала. Она была безумно благодарна Казухе, что не смотря ни на что, она не оставила Юнджин одну. И она снова расстроилась, узнав, что Юнджин так ничего и не рассказала подруге. Юнджин ведь должна лишь рассказать правду, чтобы все вернулось на прежние места. Но она этого не делает и не позволяет другим этого сделать, при это сама страдает. Джихё совсем ее не понимала, но при этом все равно поддерживала дочь. — Хёнджин? — удивлено спросила Юнджин, когда вечером дверь ее комнаты распахнулась. — Ты чего тут делаешь? — Почему ты ничего мне не рассказала? — он быстро прошел внутрь и крепко обнял Юнджин. Юнджин ничего не смогла ответить, так как слезы снова полились ручьем. Она прижалась к парню, который так нежно гладил ее по спине и сам пытался не заплакать. Его Юнджин так страдала, а когда, как казалось, все наконец наладилось, случилось это. Сейчас он решил, что будет с Юнджин не смотря ни на что. Он будет ее поддерживать, как и тогда. Он ни за что ее не бросит и не поступит с ней как ее отец.

***

Бомгю лежал на кровати в своей комнате в общежитие и подкидывал бейсбольный мячик, о чем-то думая. Он так погрузился в свои мысли, что не слышал как сосед по комнате ему что-то говорит. Бомгю даже был не в курсе, что он вернулся с учебы. Не сумев обратить на себя внимание, сосед поймал мяч в воздухе и Бомгю наконец на него посмотрел. — Тэхён, ты чего тут? — Ну я как бы тут тоже живу. Ты че в облаках летаешь? Опять свою пассию вспоминаешь? — Да блин не могу успокоиться, — Бомгю сел. — Чувак, это просто был сон. Прими это как факт уже. — Ты не понимаешь. Все выглядело очень реально. Что если все было на самом деле? Что если я просто перебрал и не могу отделить сон от реальности? — Казуха, я люблю тебя очень сильно. Согласишься ли ты быть моей девушкой? — сказал Тэхён, что заставило Бомгю снова посмотреть на него. — Откуда ты знаешь? Я ведь не рассказывал, что я говорил… — Потому что ты говорил во сне. И меня ты принял за эту девушку, — Тэхён завалился рядом. — Поговори уже с ней. — Все не так просто, ты будто не знаешь. — Она нравится тебе, верно? — Ну. — Так и скажи ей об этом. — Что если я ей не нарвлюсь? — А что если нравишься? Что если она тоже боится сделать первый шаг? Вы так до старости одни останетесь. — Нет. Я не могу, — Бомгю покачал головой. — Может я тебе помогу? — Каким образом? — Мы же согласились выступать у них в школе? — Ну да. — Ну вот и все. Остальное предоставь мне. — Нет, Тэхён. Не надо ничего делать. Если что-то пойдет не так, то я потеряю ее. Лучше я уж буду просто другом, но рядом. — Ну тогда и оставайся в вечной фрэндзоне, — Тэхён встал и ушел в сторону своей кровати, в голове обдумывая как же все устроить, чтобы его лучший друг и девушка, с которой Тэхён никогда не встречался, поговорили о своих чувствах.