Get lit

— Нам обязательно вообще идти? — надул губы Хёнджин, перезавязывая волосы в высокий хвост уже в сотый раз. И в сотый раз Сынмин провёл ладонью по его выбритому затылку, ехидно улыбаясь. — Конечно. Все и так знают, что вы к нам присоединились, так не пора ли выйти из тени? — Джисон усмехнулся, выворачивая руль в сторону.       Это была ещё одна причина, из-за которой Хёнджину хотелось ныть и капать на нервы. Стиль вождения Джисона был… специфическим, совсем не соответствуя правилам дорожного движения.       Чонин, сидящий на переднем сиденье, сдвинул тёмные очки на кончик носа, глядя на Хвана через зеркало заднего вида. — Просто подумай об этом как об отдыхе. Там отличная охрана, вкусная еда и хороший алкоголь. Ты сможешь выпить и расслабиться, даже несмотря на то, что твою замкнутую задницу захотят обсудить все вокруг.       Сынмин рядом захихикал, а Хёнджин закатил глаза. — Серьёзно? И вообще, какого хера за рулём Джисон? Ты же обычно ведёшь машину!       Чонин надел очки обратно и откинулся на спинку кресла. — Я сегодня в шубе, а она достаточно длинная. Водить в такой неудобно, так что иди в жопу. Джисон нормально водит. — Я нормально вожу! — возмущённо взвыл Хан, снова врываясь в поворот так, что, казалось, ещё секунда и машина просто улетит с дороги. — Ты водишь так, что Джинни тошнит, а у него нормально всё с вестибулярным аппаратом, — ехидно заметил Сынмин, между делом доставая мятную жвачку и буквально впихивая её в рот Хвана. Тот благодарно поцеловал кончики пальцев парня, а затем активно начал жевать, чтобы тошнота отступила.       Джисон издал несчастный звук, но скорость сбавил, а в повороты начал входить нормально, а не из дальнего ряда, наперекор остальным автомобилистам.       Они всё равно приехали раньше, чем оставшаяся часть клана, но заходить в здание не решились. Вместо этого они вышли из машины, наслаждаясь свежим вечерним воздухом.       Хёнджин и Джисон курили на пару, причём сигаретой Хвана пару раз затянулся и Сынмин — его самого слегка подташнивало после безумной езды Хана, а запах сигарет помогал прийти в себя.       Они почти докурили, когда на парковку въехала ещё одна машина. Припарковав автомобиль рядом с ребятами, Чанбин заглушил её, вышел из машины и поспешил открыть дверь Бан Чану.       Тот был одет весьма скромно, хоть и дорого — чёрный строгий костюм подчёркивал его фигуру и статность. Минхо, также сидевший на заднем сиденье, вышел сам, да ещё и помог выбраться Феликсу.       Минхо был во всём чёрном, как и Чан, в длинном плаще он выглядел как герой комиксов. На фоне него Ёнбок почти что светился во всём белом и светлом. Он отлип от телефона и подскочил к скучающему Хёнджину. — Вы так быстро доехали! Хён, тебя не укачало? Джисон быстро ездит!       Хван хмыкнул, откидывая сигарету в сторону. — Немного. Пойдёмте, что ли?       Бан Чан кивнул им, и они молча двинулись за ним. Ближе ко входу они передислоцировались так, что Чанбин был впереди, Бан Чан был посередине, укрыт от чужих взглядов, а замыкал их группу Чонин, не снявший своих солнцезащитных очков даже в помещении.       До основной части было далеко, так что они заняли большой стол в углу. Чан остался сидеть, с ним, как церберы, сидели Минхо и Чанбин. Можно было даже не сомневаться в том, что у них было оружие.       У Хёнджина оно тоже было — пистолет под пиджаком, пара ножей под брюками, на уровне голеней, чтобы можно было легко достать. Он также положил в карманы Сынмина пару кастетов — на всякий случай.       Пятеро же, кто не остался с боссом, всё также толпой подошли к столу с напитками. Хёнджин любезно подал бокал с шампанским Сынмину, затем Феликсу, предпочитая делать вид, что не замечает блеска в глазах последнего. Сам себе Хван взял красное вино, надеясь на то, что оно сухое, — иного он пить не мог.       Джисон, глядя на них щенячьими глазами, взял себе стакан с водой, бурча что-то под нос о том, что по возвращении на базу он точно разорит их мини-бар.       Чонин схватил что-то крепкое, но за него Хёнджин особо не волновался. В конце концов, он из силовой структуры, он точно знает, сколько ему можно пить, чтобы не потерять бдительность.       На фоне них, одетых в строгие костюмы, пусть и разных цветов, Чонин выглядел как павлин в своей шубе, шёлковой рубашке и узких кожаных брюках. Видимо, из-за этого многие воспринимали его как какого-то босса, кланяясь ему. Чонин лишь степенно кивал на каждый кивок, а вот глаза его, скрытые тёмными очками, постоянно сканировали помещение.       Феликс прижимался к Хёнджину с одного бока, а с другого стоял Сынмин, и вот его Хван с удовольствием обнимал за тонкую талию, подчеркнутую брюками с высокой посадкой. Сынмин на этот раз надел милые круглые очки без диоптрий, что только сильнее побуждало как-то взаимодействовать с ним.       Ёнбок же, нисколько не смущаясь, стоял рядом с Хёнджином, прижимаясь к нему плечом, и потягивал шампанское из бокала, изредка поглядывая в телефон. От него шло ровное тепло и приятный сладковатый запах, но…       Хван всё ещё не думал о том, чтобы даже попытаться соблазнить ещё и Феликса. Ему хватало Сынмина с головой — тот был нежным, когда хотел, был дерзким и даже грубым, сумасшедшим, что полностью удовлетворяло вкусы Хвана. Ёнбок же… был ангелом, был милым, но не возбуждал в Хёнджине каких-то чувств.       Сынмин только фыркал на каждое их взаимодействие, да сам иногда мог полезть к Феликсу. Они и без того частенько зависали вместе — по работе и не только, так что между ними зарождалась дружба, но с какой-то повышенной тактильностью. Феликс постоянно лез обниматься ко всем, даже к боссу мог, если вокруг были только свои.       Хёнджин вдруг вздрогнул, Джисон — вместе с ним. Они синхронно обернулись на столик.       Так и есть — Минхо пристально смотрел на них, всем своим видом показывая, что пора бы им прихватить ещё немного алкоголя и напитков и занять уже свои места.       Хван тихо сказал это Сынмину и Феликсу, отправив их за столик, а сам набрал несколько бокалов, спокойно удерживая до пяти штук в одной руке, и пошёл следом. Джисон и Чонин поспешили за ним. — Красное сухое, шампанское, виски, кажется, — Хёнджин поставил бокалы и стаканы на стол. — И обычная вода со льдом. Им стоило бы нанять официантов.       Чанбин тут же забрал воду, а Бан Чан — виски. Вино забрал себе Минхо, оставив шампанское остальным. — Чонин, почему тебе кланялись? — скучающе уточнил Чан, покачивая стаканом в воздухе.       Ян, выпрямив спину, улыбнулся. — Не знаю, босс. Может, я выгляжу достаточно презентабельно? Вам бы тоже стоило надеть что-то подобное, тогда многие осознали бы сразу, кто среди нас великий Бан Чан.       Чан хмыкнул, совсем не злясь на ремарку Чонина. — Ты выглядишь превосходно, — милым голосом прокомментировал наряд Чонина Чанбин, чуть наклоняясь к поверхности стола. Ян довольно ухмыльнулся, приспуская очки и подмигивая своему парню.       Хёнджин поморщился. Слишком сладко.       Рядом с ним Джисон сидел едва ли не в обнимку с Минхо, который, казалось, был готов уже просто драться за свою свободу. Никаких поцелуев или чего подобного, просто руки Хана обнимали Минхо за плечи, а сам он шептал ему что-то на ухо, изредка хихикая.       На взгляд Хвана Минхо злобно прищурился, а потом приподнял брови — дескать, что тебе нужно?       По ноге Хёнджина в этот же момент под столом скользнула чья-то аккуратная туфля, заставив его отвлечься.       Сынмин, сидящий ровно напротив, улыбнулся одними губами. Это точно был он, по крайней мере потому, что Чонину это было делать незачем, а Феликс надел массивные белые ботинки на высокой платформе.       Носок туфли скользнул по голени Хёнджина вверх, чуть задержался у колена, а затем вдруг надавил легонько между ног Хвана, не причиняя боли, но заставляя задыхаться от возбуждения.       Хёнджин опустил взгляд — точно, Сынмин, его шёлковый носок. Опустив одну руку под стол, Хван огладил тонкую щиколотку Кима, а затем скользнул под штанину, наслаждаясь гладкостью кожи — Сынмин всегда следил за этим.       Джисон, сидящий рядом, скосил глаза на Хёнджина, а затем — на Сынмина. Его лицо расплылось в хитрой улыбке, но он ничего не сказал.       Впрочем, этого хватило. Хёнджин легонько похлопал Сынмина по ноге, и тот убрал её. Глядя ему в глаза, Хван покачал головой — не сейчас, но потом они обязательно к этому вернутся.       Постепенно музыка, играющая достаточно громко до этого, стихла, а на небольшую сцену элитного клуба влез старый и достаточно пухлый мужчина, весь в золотых кольцах, цепях и дорогих камнях.       Перед ним поставили стойку с микрофоном, лебезя так, что у Хёнджина свело зубы от приторной лжи. Его практически трясло от всей этой атмосферы лжи и ненависти, пропитывающей помещение и людей.       Джисон, услышав скрип его зубов, тронул Хвана за руку, обращая его внимание на себя. Чуть пригнувшись, он едва слышно зашептал: — Детка, спокойнее. Скоро они все захлебнутся в крови, но до поры, до времени нужно держать лицо. Ты ведь столько лет в этом бизнесе, неужели ещё не привык ко всему этому?       Хёнджин вздохнул, чувствуя на себе обеспокоенный взгляд Сынмина. — Когда ты разговариваешь с ними наедине, они не кажутся такими отвратительными. Я привык к человеческой жестокости, но лесть… убивает меня.       Джисон похлопал его по плечу, погладил по спине между лопаток, а потом убрал свои вороватые руки. Стало легче — действительно легче.       Минхо, что удивительно, не возражал против подобных прикосновений своего парня по отношению к другому парню. Он и сам, откинувшись на спинку кресла, перекинул руку через спину Хана, трепля Хвана по плечу.       Пока толстяк на сцене распинался о том, какие они все друг другу друзья и семья, про союзы и прочее, Минхо держал ладонь на загривке Хвана, изредка поглаживая, будто опасную собаку, которая могла сорваться с цепи.       Со стороны это не было слишком уж заметно, но Бан Чан видел всё. Поймав взгляд Хёнджина, он чуть наклонил голову, без слов пытаясь понять, всё ли в порядке. Хван тут же кивнул, стараясь не пялиться на красивое лицо босса слишком долго.       Когда речь закончилась, снова включили музыку. Можно было потанцевать — и Хёнджин бы остался сидеть и запивать отвратительную сладость во рту терпким вином, но его потянул за собой Минхо. — Идём, я почти уверен, что ты умеешь танцевать, — Ли медленно моргнул, глядя Хёнджину в лицо. Тот кивнул и встал, позволяя отвести себя в центр помещения.       На них смотрели косо, но ничего не говорили.       Музыка позволяла танцевать французский вальс — и Хёнджин позволил Минхо вести в танце, несмотря на их разницу в росте, которая могла бы помешать плавным поворотам и объятиям со спины. — Я понимаю, ты нервничаешь, — негромко произнёс Минхо, когда они сблизились. — Ты впервые показываешь лицо на публике, да ещё и мы, по сути, в стане врага…       Он расплёл их объятия и снова закружил Хёнджина по помещению, легко протискиваясь мимо дам и кавалеров, которым до таких танцев ещё было очень далеко. — Воспринимай это как миссию. Не думаю, что на заданиях ты также нервничаешь и бесишься? — Минхо снова обхватил Хвана сзади, обнимая, и тот выдохнул. — Нет. На миссиях я холоден. Обычно. — Так и будь таким сейчас. Смотри за окружением, следи, но ни я, ни Чан-хён не запрещаем тебе веселиться.       Мелодия закончилась, и Минхо изысканно поклонился Хёнджину, затем отводя его за руку обратно к столику. — Тем более, что твой парень явно тоже не против потанцевать с тобой, — Ли усмехнулся, отпуская ладонь Хвана и снова ему кланяясь. — Не заставляй меня присматривать за тобой, мне есть, чем заняться.       Хёнджин кивнул, а затем посмотрел на Сынмина, который уже пересел на краешек дивана. Подойдя к нему ближе, Хван протянул ладонь. — Потанцуем?       Сынмин довольно кивнул и позволил увести себя в толпу.       Глядя на них, Феликс хихикнул, прикусывая костяшку пальца. Чонин наклонился к нему, приспуская очки. — Что-то забавное увидел? — уточнил он игривым тоном, скидывая шубу и оставаясь в одной рубашке и брюках. Его сильные руки стали куда заметнее сквозь шёлк рубашки, и Феликс слегка залип. — М? Да сначала Минхо-хён танцевал с Хёнджином, а потом тот пригласил Сынмина. Такие забавные, не видел раньше, чтобы парни танцевали вдвоём на таких мероприятиях.       Чонин хмыкнул, закидывая ногу на ногу и потягивая виски из стакана. — Правильно, пусть танцуют. Этим стариканам нужна встряска, а то засиделись в своей косности и консервативности.       Феликс закивал, доставая телефон. Руки чесались покопаться в местных сетях, но он удерживал себя от этого всеми силами. Не дай бог ещё спалиться, придётся им убегать, поджав хвосты. Ну, или начинать перестрелку, а Чан-хён перед выездом настоятельно попросил на рожон не лезть и ничего такого не вытворять.       Оставшиеся пару часов прошли спокойно, никто никого не убил, хотя Хёнджин всё равно не смог быстро совладать со своими эмоциями. После танца с Сынмином им пришлось выйти на улицу, чтобы Хван остыл и выкурил ещё одну сигарету.       Сынмин, позволив парню выкинуть окурок, нежно поцеловал Хёнджина в губы, заставляя расслабиться, раствориться в этом поцелуе. После этого стало куда легче.       Обратно они поехали тем же составом, но Джисон в этот раз вёл автомобиль куда спокойнее, видимо, побоявшись, что выпивший несколько бокалов вина Хван точно заблюёт ему салон, если ничего не изменится.       Сынмин прижался к боку Хёнджина, уложив голову ему на плечо и прикрыв глаза. Чонин включил негромко какую-то очень лиричную музыку, подпевая под нос — весьма мелодично и совсем не фальшиво. Джисон подпевал ему в тон, изредка сбиваясь, когда приходилось перестроиться в другой ряд или повернуть. — Вот видишь, ничего страшного не произошло, — проворковал Сынмин, поглаживая Хёнджина по колену. Тот кивнул, а затем уткнулся носом в волосы Кима, вдыхая его непередаваемый аромат, смешанный с парфюмом и тонким ароматом шампанского. — Даже удивительно, что ни одна падла не подошла уточнить, что это за два красавчика с нами в этот раз, — хмыкнул Джисон, не обращая внимания на возмущённый взгляд Чонина, бравшего высокую ноту. — Видимо, слухи успели разлететься, — усмехнулся Сынмин, чуть сжимая бедро Хёнджина. — Хочу перекрасить волосы сегодня или завтра, выбирайте цвет.       Хёнджин пробормотал «рыжий», по-прежнему не отрываясь носом от макушки Кима. Скоро этот аромат будет снова испорчен запахом краски. — Рыжий звучит прикольно, — кивнул Джисон, поглядывая на свои слегка вьющиеся волосы. — Я ходил рыжим пару лет назад, выглядело прикольно. — Реально, покрась волосы в рыжий оттенок, — лениво выдал Чонин. — Тебе можно даже просто слегка осветлить волосы, а потом подкрасить. Должно выйти нормально. — Угу, — Сынмин похлопал Хвана по бедру. — А ты не хочешь покраситься в блонд? Тебе пойдёт, я думаю. — У нас уже две блондинки в клане, — пробормотал Хван, прикрывая глаза, чтобы не видеть злобного взгляда Чонина. — Не хочу с ними сливаться. И мне нравятся мои волосы сейчас.       Сынмин надул губы, даже приподнял голову, чтобы продемонстрировать это Хёнджину. Тот, закатив на мгновение глаза, мягко чмокнул Кима прямо в надутые губы. — Не дуйся, а то я больно укушу тебя за что-нибудь, — едва слышно пробормотал Хван, проводя ногтями по бедру Сынмина. Тот хихикнул, прикрывая рот ладонью. — Эй, только не трахайтесь на заднем сиденье! Потерпите до дома! — взвыл Джисон, выворачивая руль в сторону. — Я буду жаловаться Минхо! Я вас больше рядом не посажу! Будешь, Хёнджин-хён, ездить вместо Феликса, в машине Чанбина!       Хван фыркнул, укладывая голову Сынмина на своё плечо. — Я буду только счастлив. Жалуйся, пересаживай меня. Думаю, Чанбин-хён водит куда спокойнее.       Под жалобные вопли Джисона они доехали до дома. Бан Чан дал им добро заниматься всем, чем угодно, так что вскоре все обитатели дома разбежались по своим углам, возвращаясь к тому, чем они занимались до отъезда.       Сынмин и правда занялся покраской волос, заставив Хёнджина помочь ему. Размазывая сильно пахнущую смесь по волосам Кима кисточкой, Хван уточнил: — Точно хочешь рыжий? Ты совершенно ничего не сказал, когда мы это обсуждали.       Ким хмыкнул, копаясь в телефоне. — Да ладно, мне вообще плевать, с каким цветом волос я хожу, ты же знаешь. Рыжий — это не черный. Не слишком ярко, должно выглядеть неплохо. А что, тебе не нравится? Сам же предложил.       Хёнджин закатил глаза, разделяя пряди по пробору и промазывая их краской. — Ты мне нравишься любым, с любой причёской и цветом волос. Потому что это ты.       Сынмин приподнял голову, а затем вообще откинул её назад, глядя снизу вверх на Хёнджина. — Вау, это что, сам Хван Хёнджин только что признал, что я ему нравлюсь? Удивительно, я несколько лет не мог из тебя этих слов выбить!       Хёнджин наклонился, кусая Сынмина за губы. — Прекрати паясничать. Я и не скрывал, что ты мне нравишься. И что я тебя люблю — тоже не скрывал.       Сынмин хихикнул, облизывая губы. — А Феликс? Он тебе нравится?       Хван заставил парня принять изначальное положение, продолжая прокрашивать его волосы. — Не знаю. Мне кажется, он милый, но я не хочу поцеловать его или типа того. Он лезет обниматься постоянно, я не могу сопротивляться, но большего… не хочу.       Сынмин прикусил нижнюю губу, что-то набирая в телефоне. — Понятно. Ну, мне он тоже не прям сильно нравится, но с ним приятно обниматься. Думаю, у него повышенная тактильность или типа того.       Хёнджин разглядел, как Сынмин набирает сообщение Феликсу — «Всё-таки нет, мы оба не хотим тебя, но с тобой круто обниматься». Ответ пришёл почти сразу же — «Так я к вам в постель и не лез, я просто обнимашки люблю».       Глаз у Хвана всё-таки начал дёргаться.       Чонин скинул шубу прямо на кровать, приземляясь на неё сверху. Скинув строгие туфли, он поманил пальчиком Чанбина, и тот не заставил долго себя ждать, забираясь на кровать и нависая сверху. — Ты сегодня выглядишь просто потрясающе, — промурлыкал Чанбин, целуя шею и ключицы Яна, расстёгивая на нём рубашку.       Чонин усмехнулся, сжимая коленями торс Чанбина, выгибаясь под его губами. — Я выгляжу потрясающе всегда. — Верно. Но сегодня — особенно, — Чанбин снова приподнялся, целуя капризно изогнутые губы парня. — Не зря мы купили тебе эту шубу, ты выглядишь в ней как босс. Или как модель.       Чонин хихикнул, цепляясь за широкие плечи Чанбина. — Хватит уже меня осыпать комплиментами. Ты сегодня тоже выглядел очень горячо, я только и думал о том, как приеду домой и сниму с тебя этот костюм…       Они снова слились в поцелуе, раздевая друг друга, совершенно не обращая внимания ни на что.       Джисон надул губы, стягивая с себя галстук. — Хёнджин так бесился, я устал контролировать его! Ещё и мой стиль вождения ему не нравится!       Минхо, скинув с себя плащ, усмехнулся, наливая виски в два стакана. Один он протянул Джисону, а второй взял себе. Оседлав колени Хана, Минхо отпил алкоголь и выдохнул: — Только скажи — и тебе сегодня больше не придётся беспокоиться ни о чём, — голос Ли звучало лениво и одновременно соблазнительно.       Хан улыбнулся, сжимая бедро Минхо свободной рукой. — Очень хочу. Заставь меня перестать думать о сегодняшнем дне.       Минхо наклонился, целуя его в губы. Свободной рукой он зарылся в волосы Джисона, сжимая пальцы на его затылке, слегка царапая его ногтями. — О, я знаю, как тебе помочь, малыш, — прошипел Минхо, сжимая коленями бёдра Джисона. — Скоро ты забудешь всё, кроме моего имени.       Хан довольно улыбнулся, снова потянувшись за поцелуем. Он обожал моменты, когда Минхо становился жадным до внимания, когда злился и был готов сожрать Джисона с потрохами. От такого Минхо у Хана мгновенно сносило крышу.