Get lit

— Блять, я же просил больше этот вискарь не покупать! Он отвратительный! Чанбин, мать твою за ногу! — Не трогай мою мать, — спокойно попросил Чанбин, заходя на кухню, чтобы понять, о чём говорит Минхо. — И в смысле отвратительный, вы в прошлый раз всю бутылку усосали с Сынмином! Я думал, вам зашло! — Мы стремились его прикончить, чтобы на праздники купить что-то нормальное! — повысил голос Минхо, подходя к Чанбину ближе. — Я больше никогда не подпущу тебя к выбору алкоголя! Кошмар!       Минхо комично всплеснул руками и легонько ударил Чанбина в грудь. — Подумать только, догадаться купить ту же хуйню! — проворчал Ли, но уже более спокойно.       Рождество началось с криков. Впрочем, как и всегда. По крайней мере, сонный Джисон пояснил, что это нормально — просыпаться утром в Рождество от недовольных воплей Минхо. Хёнджин и Сынмин вообще-то ничего не спрашивали, но за информацию были благодарны. — Да ладно, хён, Феликс нам снова намешает что-нибудь приличное, — вмешался Сынмин, пытаясь пригладить встрёпанные после сна волосы. — В прошлый раз у него отлично получилось, мы с тобой даже не блевали.       Минхо закатил глаза, но заткнулся — и все остальные жители дома были благодарны, что сирена по имени Ли Минхо прекратила орать на весь особняк.       Несмотря на то, что они были полноценным мафиозным кланом, Рождество они справляли как обычные люди. Хёнджин праздники вообще на дух не переносил, не отмечая их даже вместе с Сынмином, поэтому для него всё происходящее было ново. Особенно когда его подключили к украшению ёлки — искусственной, слава богам, но очень дорогой и красивой. — Давай, давай, поднимай свою тощую задницу, — сварливо сказал тогда Минхо. — Роста в тебе дохуя, будешь вместо стремянки.       Однако это оказалось вполне весело — Джисон включил какие-то старые песни, Чонин развешивал гирлянды, а Хёнджин, усадив себе на плечи Феликса, подавал тому игрушки и мишуру.       Сынмина тоже запрягли — и тоже из-за роста. Он помогал Чонину, а затем ещё и развешивал носки для подарков, хотя подарки обычно дарили из рук в руки, но атмосфера…       В итоге ранним утром двадцать пятого декабря, проснувшиеся из-за громких воплей Минхо высыпали в гостиную и расселись кто куда, удерживая в руках приготовленные подарки. Дарили по старшинству странным образом.       Первым встал Бан Чан и подал красиво украшенную длинную коробку Чонину. Тот мгновенно раскрыл подарок и едва ли не взвизгнул: — Это же!.. — Штурмовая винтовка M4 с подствольным гранатомётом M203, — кивнул Чан, улыбаясь. — Будешь теперь самым крутым парнем.       Чонин довольно ухмыльнулся, взвешивая винтовку в руке. С такой не страшно было влезть в самую гущу событий.       Вдоволь налюбовавшись, Ян протянул Сынмину коробку, запакованную куда более неуклюже. Видно было, что Чонин украшал подарок сам.       Ким хмыкнул, открывая её. Едва ли не сунув нос в коробку, он улыбнулся, оскалив зубы. — Мог бы и сказать, что так сильно меня ценишь, — пробормотал он, потянувшись, чтобы ущипнуть Чонина за щёку. Тот фыркнул, отодвигаясь подальше.       В коробке лежал набор для чаепития — из китайского фарфора, явно дорогой и очень красивый. Мало кто знал, насколько Сынмин любил пить чай, причём именно из подобной посуды, проводя целую церемонию.       Аккуратно поставив коробку на пол, Сынмин бросил в Феликса свой подарок. Тот поймал и торопливо развернул. Его глаза светились от восторга. — Сынминни! Спасибо, спасибо большое! — пропищал Ликс, держащий в руках очки последнего поколения — с вмонтированным в них компьютером. С помощью них можно было легко заниматься делами, даже не находясь рядом с компьютером или планшетом. А если учесть, что у них часто что-то происходило, подарок явно не был лишним.       Феликс передал Джисону небольшую коробочку, похожую на что-то из ювелирного отдела. Так и оказалось — небольшие, лаконичные серьги с маленькими бриллиантами пришлись Хану по вкусу. Он тут же надел их, вертясь из стороны в сторону, чтобы все увидели, какой замечательный подарок ему достался.       Успокоившись, Джисон передал свой подарок Хёнджину. Это тоже было что-то увесистое, хотя и не очень большое.       Хван, заинтригованный, раскрыл коробку и тут же смущённо покраснел. — Сынмин сказал, что ты рисуешь, и я решил, что акварель подойдёт, — ухмыльнулся Джисон, потирая подбородок. — Нравится?       Хёнджин вытащил из коробки дорогие акварельные краски и очень качественный набор кистей. Медленно поморгав, он поднял ошарашенный взгляд на Хана. — Нравится. Спасибо? — Всегда пожалуйста! — хихикнул Джисон, очарованный реакцией Хёнджина.       Едва придя в себя, Хван передал подарок Чанбину. Тот усмехнулся, открывая коробку. — Ты же знаешь, я не люблю дорогие вещи, Хван. — Это качественные вещи, — возразил Хёнджин. — И я подбирал размеры! Индивидуально!       Дорогая тактическая сбруя из натуральной кожи — с кобурами для пистолетов, с чехлами для ножей, действительно идеально подходящая Чанбину. Он тут же надел её, затягивая ремни под грудью и на ней. Чонин заинтересованно облизнулся из своего угла. — Ладно, это будет полезно и удобно. Спасибо, — улыбнулся Чанбин, передавая следующий подарок Минхо.       Тот сидел с максимально незаинтересованным лицом, но продлилось это недолго. Едва он открыл коробку, черты его лица стали мягче, а на губы скользнула улыбка. — Мило. Но твой проеб с виски это вряд ли покроет, — хмыкнул Ли, разглядывая гелевые бинты, тактические перчатки с усилением на костяшках и милый браслет с деревянными бусинами с кошачьими мордочками. — Да я и не надеялся, — фыркнул Чанбин.       Последний подарок достался Чану от Минхо. Длинная и широкая коробка скрывала в себе изумительного качества катану — с благословением, вырезанным возле рукояти, с ручной подписью мастера. Это стоило дорого, но Минхо любил своего босса, поэтому не поленился слетать в Японию ради этого подарка. — Восхитительно. Спасибо, Минхо, — кивнул Чан, удерживая катану в руке. — Она станет прекрасным экспонатом в моей коллекции. Благодарю.       Минхо чуть поклонился, принимая благодарность, а затем хлопнул в ладоши. — Думаю, теперь можно пойти поесть и повеселиться.       И в этот же момент сработала сигнализация. Феликс первым вскочил и умчался наверх в обнимку со своим подарком. Остальные тоже спрятали подаренное — кроме Чонина, который тут же принялся свою винтовку кормить патронами, шедшими в комплекте. — У нас прорыв! Идут в дом, каким-то образом обошли охрану! — рявкнул Феликс из своей комнаты. — Держать оборону! Защищать Чан-хёна любой ценой! — взревел Чанбин, доставая из ниоткуда оружие.       Пока Чан, Джисон и Сынмин прятались на втором этаже, Хёнджин в обнимку с винтовкой залез на крышу, прячась в тенях и торопливо раскладывая своё оружие. Одновременно с этим он достал гарнитуру и подключился к эфиру. — Вижу цели на востоке, — отрапортовал он, оглядываясь. — И с севера идут. Почти у входа. — Вижу, — фыркнул Чонин, чем-то щёлкая. — Я им покажу, как портить мне праздник. Я даже не позавтракал!       В эфире на секунду появился Феликс, выматерился и пропал. Хёнджин, застрелив лезущих с востока, спросил: — Ликс, у тебя всё хорошо? — Залезли в окно! На второй, сука, этаж! — рыкнул Феликс. — Ну, я им с вертушки и всёк. — Ты разве умеешь? — удивился Хван. — Двенадцать лет тхэквондо! — похвастался Феликс, явно кого-то придушивая шнуром. — Шестьдесят три медали! Я и не такое умею! — Понял, — хмыкнул Хёнджин, втайне сетуя на то, что он не видел, как Феликс раздавал удары с ноги тем, кто проник в дом. Это наверняка было стоящее зрелище.       Прошло не так много времени, когда волна нападения заглохла. Тех, кто выжил, Чонин передал своим людям, наказав выведать, кто и какого чёрта, а сами они вернулись в дом.       Трупы пришлось спешно убирать и вызывать надёжный клининг, поэтому за столом они собрались только через пару часов — все жутко голодные и злые.       Рождественский завтрак плавно перетёк в обед, а затем и в ужин. — Доставай этот отвратительный вискарь, — слабым голосом попросил перенервничавший Минхо, успевший опробовать новые перчатки на врагах. Он даже рассказывать не хотел, как вышел на ублюдков буквально с голыми руками, вырывая из их рук автоматы, настолько он был зол из-за сорвавшегося отдыха.       Зато Феликс радостно чирикал всем на ухо, как к нему в окно залезли двое, и ему пришлось вырубить их ударом ногой по голове, а затем задушить ближайшим проводом. — Вот, думаю, работает теперь этот провод или нет, — вздохнул Ликс, смешивая коктейль из виски, колы и ещё нескольких ингредиентов. — Надеюсь, что работает, я так не хочу тратить деньги на новый… — Если что, я тебе куплю, — хмыкнул Хёнджин. — Я тоже хорош, не заметил, что они к тебе влезли. — Зато я размялся, — пожал плечами Феликс, отодвигая стакан и придвигая пустой поближе. — Ну, ничего, как раз за время праздников улучшу систему сигнализации, присоединю очки к общей системе, и будем потом в шоколаде. — Как бы не пришлось переезжать, — грустно выдохнул Джисон. Он ждал свой напиток, поглядывая, что там смешивал Феликс. — Не думаю, что это понадобится, — сморщил аккуратный носик Ликс. — Особенно если ребята Чонина найдут тех, кто нашёл нас. Думаю, там всё решат просто и быстро.       Минхо, не участвовавший в диалоге, хмыкнул, потягивая свой виски. Его руки были покрыты небольшими ссадинами с запёкшейся кровью, но это было привычно и не ново. Просто намажет заживляющей мазью перед сном, делов-то.       Намешав всякого, они разобрали напитки и вернулись в гостиную, где вместо верхнего света мерцали разноцветные огоньки гирлянд. — Надеюсь, на Новый год вы хотя бы нормальные подарки приготовили, — проворчал Минхо, растягиваясь на полу прямо под ёлкой, в обнимку с Джисоном. — Хён, тебе не понравился мой подарок? — несчастным голосом пробурчал Чанбин. — Нет, я имею в виду что-то недорогое, бестолочь, — фыркнул Ли. — А то охуеть потратились, надо же и что-то душевное дарить.       Джисон оглянулся на него, и Минхо торопливо прошептал, что нет, серьги ему безумно идут, и он вовсе не против того, что все они сделали друг другу дорогие подарки. — В любом случае, Минхо прав, — кивнул Чан, занявший кресло в отдалении. — Но я готов сказать, что я вам всем очень благодарен, парни, за то, что вы есть. Знаю, это звучит как-то глупо и сентиментально, но вы для меня как семья.       Вмиг воздух наполнился звуками отвращения, заставляя Чана рассмеяться. Он знал, что на самом деле они все чувствуют то же самое, что и он, просто не хотят притворяться.       Минхо торопливо сделал несколько глотков виски, чтобы не разреветься позорно. Ком уже стоял в горле, а глаза блестели от слёз.       Они все были такими детьми, радостными из-за праздников, поглощающими алкоголь и сладкое в больших количествах по случаю Рождества.       У него была семья — мама и папа, бабушка, которым он помогал деньгами как мог, ради которых он пошёл на всё это. Но он всегда был единственным ребёнком в семье, и только здесь, в клане Бан, он смог ощутить, каково это, когда у тебя есть братья, о которых нужно заботиться, но которые также позаботятся о тебе в ответ.       Джисон, уловивший изменение в настроении Минхо, снова повернулся, а затем мягко поцеловал его в губы. — Хён, ты чего? Всё ведь в порядке, разве нет? — Всё хорошо, — кивнул Ли, обнимая Хана. — Просто глупые мысли никак не могут покинуть мою голову.       Джисон поставил их стаканы в сторонку и, повернувшись, обвил Минхо всеми конечностями, глядя ему в глаза. — Тогда, может быть, я могу чем-то тебе помочь? Не думаю, что кто-то обидится, если мы уйдем к себе. — Ты прав, — Минхо, охнув слегка, поднялся на ноги вместе с Джисоном, который так и повис на нём.       Им никто не препятствовал, хотя расходиться пока не собирались.       Сынмин лёг головой на бёдра Хёнджина, отставив пустой стакан на журнальный столик. — Ты в порядке? — тут же спросил Хван, заботливо поглаживая парня по голове. — Лучше всех, — ответил Ким с улыбкой. — Жду не дождусь, когда ты опробуешь новые краски. — То есть с подарком ты не просто подсказал, да? — хмыкнул Хёнджин. — Только ты знал, что я хотел именно эту фирму. — Ну, я же информатор, — хихикнул Сынмин. — Меня спросили — я ответил, только и всего. — Ты не информатор, ты — провокатор, — улыбнулся Хван, наклоняясь поближе к лицу Кима. — Но ничего, у меня тоже есть рычаги давления на тебя.       Сынмин усмехнулся, чувствуя, как пальцы Хёнджина снова начали массировать его голову.       Чан смотрел на них из темноты, не скрывая улыбки. Они ведь и правда были для него семьёй.