Luminous/Проливающая свет

Трек: The old world — Brian Delgado

Вокруг был свет и ничего больше. Помещение было бесконечным, в какую сторону ни посмотри. Я обернулась вокруг своей оси несколько раз, но так ничего и не заметила, как вдруг раздался голос. — Здравствуй, Вики. Это был величественный и гордый голос, я тут же обернулась, встречаясь взглядом с ним. С Богом. — Здравствуйте? — Моё лицо исказилось, я не знала, что сказать тому, кто был… всемогущим, но одновременно… бессильным? Он смотрел на меня понимающе, совершенно спокойно. В его глазах я увидела усталость. Не ту, что я наблюдала в своём отражении каждый день. Эта усталость… она словно копилась внутри него тысячелетиями. Там было что-то ещё… что-то очень знакомое, но я никак не могла понять, что именно. — Я не… не знаю, что сказать. Бог измученно усмехнулся. — Тебе и не нужно. Говорить буду я. О, как. Кажется, моё лицо описало весь спектр эмоций, потому что он забавно улыбнулся. — Ну, а, — бесстыдно начала я, — там умирают, может, мы сначала остановим всю эту великую войну, а уже потом поговорим? — Мы вне времени. Вне пространства. Ты только что соприкоснулась со мной, проникая в голову, и когда мы закончим, всё останется ровно в том же самом моменте. — Ясно. — Недоверчиво пробормотала я себе под нос, слегка качнувшись на ногах. В целом, меня это устраивало. Мы поговорим — я смогу убедить его закончить всё это — и мы вернёмся. — Тебе не нужно убеждать меня. Ну, конечно, он читал мои мысли. Я вздохнула, набираясь терпения и самоконтроля. — Ты уже всё закончила. — Он сказал это почти будничным тоном, Боги, как же он, видимо, устал. Что же с ним произошло за эти годы… — Но есть некоторые моменты, в которые мне нужно посвятить тебя. Я молчала. Мои мысли тоже молчали. — Проклятия не существовало. Мои глаза вытаращились, всё внутри встрепенулось. То есть… Как? — Это было… пророчество. Та самая инструкция, которую мой сын так желал. Я не понимала о чём он говорил. Сын это, Сатана? Ведь да? Бог кивнул в ответ на мои догадки. — Возможно, проклятие всё же было, но не для тебя, Вики. Для моих детей. Для Михаила и Селесты. В этом мире не было силы, способной остановить их. Даже моя не смогла бы. И когда Самаэль решил отделиться от них, начать свою жизнь… построить своё королевство без лжи и жажды власти. — Его взгляд стал ещё мрачнее, воспоминания давались ему тяжело, — Я пытался не убить его, а заставить остаться. Без него мы… Они получили то, что хотели. Я давно заподозрил, что мои дети готовили против меня заговор, и хоть Самаэль и не был единственным, кто не участвовал в этом, но разум остальных сыновей Михаил и Селеста прибрали к своим рукам раньше, чем я успел что-либо предпринять. Самаэль был единственным нетронутым. И я потерял и его. Он говорил медленно, размеренно, будто у нас и правда было всё время этого мира. Может, так и было. — Я отдал свои силы. — Он печально вздохнул, — И когда я говорил о «проклятье», я сказал лишь то, что мог, чтобы помочь прийти к тому, что мы имеем сейчас. Твоя мама, как и Лилит, проявили невероятную силу, вступившись за Самаэля. И я точно знал, как смогу помочь вернуть справедливость. Все они стали падшими, и к их силам и разуму доступа я больше не имел. Только твоя мама оставалась ангелом. Только твоя мама была способна принять мою силу так, чтобы никто не заметил. Мне жаль, что эти силы проявились только в тебе. Я не хотел этого. Как и твои родители. Но, как видишь, иногда не всё в нашей власти, как бы мы этого не хотели. Дрожь прошла по всему моему телу. Сама не зная почему, я покрылась гусиными мурашками, которые начали провоцировать и слёзы. — Михаил узнал об этом. И тебя искали, потому что знали, что только ты сможешь остановить их. Остановить всё это. Мне жаль. — Снова повторил он, — Все мучения, что они принесли тебе… Твои родители хотели уберечь тебя от этого. Как уберегли Левиафана, — услышав его имя, слёзы покатились по моим щекам, а в груди нещадно заныло, — Ты страдала, потому что обладала силой и информацией, необходимой им. И если бы я знал, что дойдёт до этого, я бы никогда... Впрочем, какой смысл распыляться тем, что я сделал и не сделал бы. Всё уже произошло. И повлиять на это я, увы, не смог. Слова оседали в моём сознании, как кирпичики. Формировались в фигуры, складываясь друг на друга, подобно игре в тетрис. — Ты, Вики, самая достойная из всех нас. И сегодня всё закончится. — Но у всего есть цена, не так ли? — Я знала эту игру. Ничего не достаётся просто так, — Что нужно взамен? Моя жизнь? Жизнь моих друзей? Люцифера? — Я ненавидела каждое слово, которое произносила. Бог мотнул головой. — Нет. Но, возможно, ты предпочла бы умереть. — Я нахмурила брови, он продолжил, — Их сила, моя сила, последняя капля которой должна перейти к достойному и тому, кто сможет удержать её, нуждается в хозяине. — И этот хозяин… я. Чёрт возьми, меня что, собирались назначить новым… Богом? — Только ты сможешь удержать её. Только ты не злоупотребишь ей. Только так мы сможем завершить то, что начали тысячелетиями назад. О, это слишком много для осознания. Но, как и всегда, разве у меня есть… — У тебя есть выбор. — Он перебил мои мысли, заканчивая мою же фразу, — Ты можешь отказаться. Достаточно с тебя решений, которые губят тебя и не дают возможности поступить так, как хочется лишь тебе. М-м. Простите, но это не убедительно. — И что же в этом случае? Он ответил довольно просто: — Рай и Ад исчезнут. Все, кто наделён магией или крыльями, переродятся в простых людей. В простых людей, никогда не знавших о сверхъестественном. Все, чьё сердце сейчас бьётся, — уточнил он, явно зная, что я спрошу следующим, — забудут всё, что было. Воспоминания заменятся под те, что свойственны исключительно людскому миру. И никто никогда больше не сможет прикоснуться к божественному. Я снова нахмурилась. Всё ещё неубедительно. — А если я соглашусь? — Тогда ты станешь сильнейшей из существ. Продолжишь существование всех известных народов и видов. Но спокойная жизнь, вероятно, тебе будет лишь сниться. Ты ведь и так это знаешь. Он ухмыльнулся. Я заметила несколько ямочек, похожих на те, что были у Люцифера и его отца. Но вот глаза… Он прочёл и эти мысли, снова горько улыбаясь. — Почему вы готовы доверить мне такую силу? — Спросила я без тени скромности. — Потому что ты, Вики — всё то, что я хотел видеть в этом мире, когда создавал его. Ты лучше нас всех, ты сильнее нас всех. И ты достойнее нас всех. Именно поэтому я даю тебе выбор — это действительно твоё право: оставить то, что существовало тысячелетиями и выбрать спокойствие и мир. Я в долгу перед тобой. Что бы ты ни попросила — я готов тебе дать это. — Без условий? — Без условий. — Серьёзно сказал он, кивая. — Без сомнений? — Без единого. Он был более, чем серьёзен. Я думала всего секунду. Может, две. Пытаясь всё-таки рассмотреть всё это с разных сторон. Но решение уже было в моём сознании, и я не собиралась его менять. Он мог бы приберечь все эти аргументы и факты, я бы не изменила его. Однако… за этот разговор я была благодарна. — Спасибо за честность. Он ждал. Я не стала томить. — Вы ведь уже знаете мой ответ. Я думаю о нём достаточно громко. Даже если отбросить тот факт, что всё это время вы в моей голове и читали его также легко, как и любую другую мысль. Так почему мы всё ещё делаем вид, что мне требуется произнести это вслух? Он усмехнулся. Медленно кивнул. Поклонился. — Для меня честь знать тебя, Вики. — Как и для меня. — Прости нас за всё. Прости нас, наше прекрасное дитя. Я едва сдерживала слёзы. Больше не медля, он вытянув руку и коснулся моего сердца. А затем всё исчезло. …

Трек: Pruned — Natalie Holt

Вспышка. Всё вокруг погрузилось во тьму, из которой сверкнула вспышка света, подобно молнии в грозу. Все до единого ангелы начали сыпаться с неба, как дождь. Те, кто был на земле — падали. Ошарашенные Охотники пятились и озирались, не понимая, что происходит. Архангелы отключились, Самаэль и Лилит едва успели подхватить их. Никому не хотелось соскабливать их с горных вершин и собирать разбросанные перья. Они всё ещё были братьями Самаэля, хоть тот и не был уверен в том, что их сознание когда-либо будет прежним. Свободным. Помнили ли они его? Или давно покинули этот мир, оставив после себя лишь оболочку... Михаил и Селеста опустились на колени, судорожно ловя воздух, которого им не хватало. Они единственные всё ещё оставались в сознании. Самаэль передал братьев своим друзьям и приземлился рядом с сыном. Вокруг Люцифера, гордо стоящего над поражёнными врагами, плясали тени. Они танцевали и шептали ему что-то до дрожи ужасающее, одаривая каждого подслушивающего холодом. Над его головой виднелись бестелесные теневые рога, ещё величественнее, чем у его отца. Поравнявшись с сыном, он отзеркалил его позу. Они смотрели на Михаила, который походил на рыбу, хватающуются за жизнь, всё ещё надеясь выбраться. Алек, Левиафан и остальные направили своё оружие на Селесту, выдерживающую свою судьбу не так достойно. Демоны, люди, Отшельники и все, кто был на их стороне пытались понять, что происходит. Там, где секунду назад был Бог — теперь стояла Вики. Свет вокруг неё не был божественным, но каждый понимал — что-то изменилось. В полной тишине, под прицелом завороженных взглядов, она медленно шла в сторону Михаила. Остановившись между Люцифером и Сатаной, она наклонила голову набок, изучая ангела перед ней. Левиафан рывком поднял Селесту на ноги и потащил ближе к ним. Через секунду она была брошена на землю рядом со своим ненаглядным братцем. Женщина злобно смотрела на Вики, её оскал показывал залитые кровью зубы. Она готова была наброситься, хотя ещё минуту назад молила о пощаде. Лицо Михаила не выражало никаких эмоций. Вики не стала опускаться на их уровень, говоря спокойно и уверенно, смотря на них взглядом, полным отвращения. Она была гораздо ниже и меньше, чем Люцифер и Сатана, но в то же время она возвышалась над ангелами так, будто была в разы больше, похожая на самое величественное создание из всех, что существовали. Ветер играл с её длинными волосами, изящно развивая их, грязь и кровь на лице внушали страх. Покрытая порезами и стекающей бордовой жидкостью броня смотрелась на ней невероятно красиво и ужасающе одновременно. Весь её образ. Взгляд… Королева, которой не нужна была корона, чтобы носить это звание. К такому образу всю свою жизнь стремились Михаил и Селеста, но так и не смогли получить его. — Вы заслуживаете самой жестокой смерти за всё то, что сделали, — процедила она, больше не дрожа. Больше не задыхаясь от мыслей о том, что ей и всем, к кому они успели приложить руку, пришлось пережить, — но… Все вокруг напряглись. Неужели… Пощадит? После всего… отпустит? Неужели… Пошли перешёптывания, совсем тихие, но общее напряжение было ощутимо в воздухе. Вики по-прежнему смотрела на них обоих сверху вниз. В её голосе не было ничего, кроме стали. — Но вашу судьбу будет решать тот, кому вы причинили ещё больше боли. — Она посмотрела на Сатану и у всех, буквально у всех, включая его самого, пооткрывались рты. Сила Вики была… неизмерима. И речь шла не о физических и даже не о магических способностях. Такой силы духа просто не существовало. — Вики. — Самаэль смотрел на неё ошарашенным взглядом. Она выставила ладонь прежде, чем он успел продолжить. — Это ваша семья. Не мне решать, что с ней будет дальше. У меня же есть своя. И мне нужно позаботится о них. Её взгляд переместился на Люцифера, который смотрел на неё с замиранием сердца. На Леви. На щеках обоих появился румянец. Мими, Ости, Зак, Алек, Клэр, Рози и Нейт — все они смотрели на неё с такой любовью, что кроме этого ей ничего больше было не нужно. Ни месть, ни их смерть, ничего. Сатана кивнул и положил руку на сердце, его губы были плотно сжаты, дыхание сбивчиво. Он подошёл к Вики, обнимая её, и совсем близко к уху тихо прошептал: — Они не останутся в живых. Даю тебе моё слово. Но спасибо, что предоставила мне выбор. Такое решение могла принять только истинная Королева. Истинный Повелитель. — Он слегка отодвинулся, чтобы посмотреть ей в глаза, — И спасибо, что освободила моего Отца, Вики. На лице Сатаны была улыбка. В уголках глаз — слёзы. Вики кивнула. — Война окончена. — Громко выкрикнул он, его голос прошёлся вибрацией по каждому, кто слышал его. А слышали его все. Даже за пределами этих земель. Более не сказав ни слова, он кивнул Мамону, Лилит и Элизе, которые уже подошли к ангелам, и, щёлкнув пальцами, исчез вместе с ними. Прошла секунда. Две. Десять. Молчание не хотело покидать поле только что завершившейся битвы. Всё произошло… не быстро. Но быстрее, чем кто-либо рассчитывал, однако легко ли? Первый воин молча развернулся и, пробираясь сквозь расступающиеся ряды других воинов, побежал в сторону лежащего на земле тела. Он остановился перед ним, падая на колени, по его щекам потекли слёзы, он обнимал мёртвое тело кого бы то ни было — друга, брата, сына — неизвестно. И тихо выл своей утрате. Следом за ним, один за другим стали разбредаться остальные, находя тех, кого эта война забрала в качестве своей цены. Истошные вопли, плач и вой постепенно начали слышаться отовсюду. Родные и близкие оплакивали тех, кого потеряли. Праздновать победу не хотелось. Выкрикивать радостные возгласы не было никакого желания. Война была закончена. Но кроме горя и разъедающего изнутри чувства утраты не ощущалось больше ничего. — Мы победили. — Печально сказала Вики, падая на колени и закрывая лицо руками. «Мы проиграли» — было высечено на лице каждого погибшего в этой войне. … Очередной вечер подкрался незаметно. Никто не следил за временем, никто не знал сколько на самом деле они сражались. И когда настигло осознание — первое и единственное, что сделал каждый, нашёл куда присесть и перевести дыхание. Кто-то сумел доплестись до лазарета, кого-то туда дотащили после того, как он не смог сделать и шага и повалился на ближайшем же камне. Раненых было много. Слишком много. По всему Диту были открыты пункты оказания магическо-медицинской помощи. Отшельники изъявили желание помочь с ранеными — никто не стал препятствовать этому. Люцифер искренне поблагодарил их за это, пообещав разговор позже. Вся их компания так и не вернулась домой. Они были заняты поискам раненных, но всё ещё живых на поле битвы. Они выкапывали воинов из грязи, находили тех, за кем никто не вернулся — было некому, их друзья и родные или погибли, или сами нуждались в помощи. Одри лечила прямо в полевых условиях, Люцифер и остальные помогали ей в этом, беспрекословно следуя любому её указанию. Все хотели отдохнуть. Все хотели поговорить. Каждый взгляд на Нейта, Рози и Аарона, которые не отходили от них ни на секунду, трепетал все чувства внутри, но не позволял отойти от дел. И только когда последний живой воин был доставлен в лазарет, а воины Легиона сменили их компанию для того, чтобы ещё раз прочесать всё пространство, найти все тела, забрать их оттуда и после достойно захоронить — они наконец расслабились и замерли, смотря друг на друга. Секунда — Вики с разбегу впечаталась в грудь Аарона. Тот сжимал её в ответ так сильно, что едва не трещали кости. Нейт гладил волосы Ости, рыдающей на его груди. Пока рядом стоявший Алек сжимал его плечо, устало ожидая своей очереди обнять друга. Зак смотрел на Леви. Леви смотрел на Зака. Молча. Не двигаясь. Взгляд обоих — потухший, поникший, сожалеющий. Леви подошёл к нему первым, протягивая руку. Цербер вложил свою ладонь в его. Сжал её. И утянул в крепкие мужские объятия. Одри подошла к Геральду, и они о чём-то очень долго и печально разговаривали, после он подошёл к Люциферу. — Хорошо сработано, Дьяволёнок. Люцифер улыбнулся ему. — Геральд… Демон остановил его, махнув головой. Он знал, что Вики рассказала ему о том, что это он помог ей бежать. Знал, что Лилит и Самаэль вспомнили детали того дня и его картина стала полной. — Нет. Не стоит. Ты сделал бы то же самое. Ты поступил бы так же. Люцифер кивнул. Они понимали друг друга без слов. — Нам пора возвращаться. — Объявил Дьявол, привлекая к себе внимание обнимающихся друзей, — Пойдёмте домой. Все мы. Телепортироваться было тяжело, но лететь ещё тяжелее. Поэтому, собравшись с последними силами, прихватывая с собой тех, кто был не в состоянии сделать это самостоятельно, один за другим они стали исчезать. Все они оказались во Дворце, который ждал их. Который был согрет и спокоен, как никогда прежде. … Оказавшись в огромной гостиной, они все свалились кто куда. Кто-то нашёл пуфик для ног очень удобным, для того, чтобы облокотить об него спину и растянуться на полу. Кто-то опустился у ближайшей стены и больше не шевелился. Несколько слуг, оставшихся на время битвы в замке, носилось вокруг, принося то лёгкий перекус, то воду. Алек, опустившийся в кресло, прижимал к перемотанному животу руку. Тихой стон и шипение послышались, когда демон наконец уселся и расслабился. — Ну, — сказал он тихо, но всё равно привлёк к себе внимание всех, — теперь, когда мы дома, может, кто-нибудь объяснит, что там произошло? Его взгляд был виноватым, задавая этот вопрос. Но каждого, кто находился здесь, он волновал не меньше. Люцифер подошёл к Вики, утягивая её за собой на диван, и когда они сели, казалось, больше они не поднимутся. Сильные гематомы уже начали выступать на всех участках тела, Люци шипел при каждом движении, у него было сломано пару десятков костей, это точно. Более глубокую диагностику он запретил проводить до тех пор, пока все остальные не получат помощь. Он нежно поцеловал Вики в висок, всё ещё покрытый запёкшейся кровью, и вдохнул запах её волос. Её запах. Она всегда была лучшим лекарством для него. Зак, беззвучно стоявший в тени, с великим интересом разглядывал крылья Клэр, которая сидела на развёрнутом спинкой вперёд стуле, специально не убирая их, чтобы дать себе возможность привыкнуть к тяжести на спине. Все были заняты своими делами, мозг не то чтобы работал. Они просто следили за движениями друг друга, отчаянно пытаясь запустить любой мыслительный процесс, который поможет понять, что всё действительно закончилось, а они действительно были здесь. Вместе. Живы. Аарон облокотился на колени локтями, потирая ладони, затем поднял печальный взгляд на Вики, от которого по всему телу пробежал холодок. — Ну, если не возражаете, пожалуй, я начну, но предупреждаю — вам не понравится… — Пожалуй. — Неожиданно возникший голос заставил вздрогнуть, — Но нам есть, чем дополнить, и, кто знает, может вам… всё же немного понравится. Сатана и Лилит стояли, обнимая друг друга. Их лица были уставшими, а стоя они держались разве что из-за опоры друг на друга. А значит, что бы они ни собирались сказать, судя по всему, отлагательств оно не терпело. …

Трек: Matrix of Leadership — Steve Jablonsky, Lisbeth Scott, Lorne Balfe

— Ты всё ещё можешь передумать. — Демон дождался, когда все разойдутся, подкравшись к своему старому другу. Сатана посмотрел на него, искренне улыбаясь. Его забавляла каждая попытка разубедить его. Но всё уже было решено. — Аарон, дорогой, сделай лицо попроще. — Он рассмеялся, затем уже гораздо мягче добавил, — Тебе не обязательно уговаривать меня. Я знал, что будь это вопросом, ты бы никогда со мной не согласился. — У вас всё ещё есть время. Столько всего впереди, — он посмотрел на Вики с Люцифером, их пальцы были переплетены, они прижимались друг к другу всё больше, будто всё ещё боясь потерять. Время от времени полным любви взглядом Дьявол проверял в порядке ли она, — разве ты не хочешь увидеть… их будущее? Своих внуков? Самаэль вздохнул, глядя на Лилит. Она бы хотела. Он знал это, прекрасно знал. Но дать заднюю она бы не позволила ни ему, ни себе. — Всем нам приходится чем-то жертвовать, не так ли? — Спокойно заметил он. — Это несправедливо. Сатана хмыкнул. — А что справедливо? Эта война? Отобранные родители Леви и Вики? Её отобранное детство? Пытки, которые она терпела годами? Ничего из этого, Аарон, — он на секунду замолчал, его взгляд поник, — ничего. Повисла тишина, желание поговорить уступило молчаливому осознанию. — Времени никогда не бывает достаточно. Поэтому надо жить здесь и сейчас. Не забывая делать небольшие пометки в голове, конечно, чтобы не облажаться в своём же будущем, но… В глубине души я всегда знал, что этот день настанет. Лилит знала. — Самаэль тяжело вздохнул, — Знаешь, то, какую жизнь мы прожили с ней — я желаю и своим детям. Ничего иного мне не нужно. И однажды наши дети, — теперь он смотрел на Элизу с Мамоном, в чьих объятиях рыдала Мими, — поймут нас. — Ваше Величество, — Клэр извинилась низким поклоном за то, что прерывала их, и за то, что планировала сказать дальше, — мне жаль, но времени больше не осталось. Пора. Вот и всё. Времени не осталось. Оно и так утекало сквозь пальцы. Сейчас или никогда. Сатана кивнул девушке, заглядывая в её чистейшие глаза. Положил руку ей на плечо и проговорил: — Я всегда знал, что ты гораздо ценнее, чем эти… продавшие тебя твари считали. Они пожалели о своих действиях, но это всё равно не отменит того, через что тебе пришлось пройти. Я должен был сказать тебе о своих подозрениях раньше. Прости, что мне понадобилось столько времени, чтобы признаться в этом. — Таков был путь. — Пожимая плечами, ответила девушка, — Если бы вы сказали мне это слишком рано, кто знает, чем бы всё это закончилось. И то верно. — Неотвратимость. — Самаэль повторил одно из своих любимых слов. Таков был путь, предписанный судьбой, а может, выбранный ими. Но если бы какое-либо из событий не состоялось — всё могло сложиться совершенно иначе. Лучше, хуже — было уже не так важно. Оглядываясь назад, никто ни о чём не жалел, потому что всё можно было исправить, построить заново. Именно этим они и планировали заняться. — Теперь они мертвы, и, знаешь, ты можешь сделать с ними всё, что захочешь. — Подмигнул он Клэр, шагая в сторону. Король нашёл свою Королеву, которая разговаривала с сыновьями. — Ты готова, милая? Теперь они оба смотрели на своих детей, едва сдерживая эмоции. — Вы выросли такими, какими мы никогда не были. Я горжусь вами. Ад остаётся в надёжных руках. — Он перевёл взгляд на Левиафана с Нейтом, — И под надёжной защитой. Лилит подошла к Вики, нежно взяв её руки. — Мне очень жаль, Вики. — По её щеке скатилась слеза, вторая, и Вики обняла её, — Мне стоило догадаться, что у тебя её глаза. Прости нас за всё. Ты — это дар Вики. Всегда помни об этом. Все слова были сказаны. Споры, длившиеся несколько часов, завершены — как ни крути Самаэль и Лилит были непреклонны в своём решении. Ровно как и Мамон с Элизой. — Однажды мы поступили неправильно. Это наш шанс исправить данную ошибку. — Самаэль обвёл взглядом всех, кто стоял вокруг них, в его тоне чётко слышалось сожаление. Больше он не произнёс ни слова. Взяв под руку Лилит, они подошли к краю скалы, вокруг которой собрался весь народ Ада, все друзья и близкие. Все, кто хотел поддержать их. Клэр кивнула Геральду. Тот посмотрел на Мэдисон и приготовился читать заклинание. Вокруг него вихрем закружилась тёмная магия, в разы мощнее той, что он когда-то использовал на Уэйде. Клэр создала в руках сферу, выступающую катализатором. Она была ещё не сильна в своих способностях, но время поджимало. Мэдисон прикладывала все свои силы, чтобы помочь. Все надеялись, что этого окажется достаточно. В круг из магии по одному стали выходить те, для кого он создавался. Рыжие волосы Рози, с заправленным в них белым цветком, поднимались вверх и начинали светиться. Жёлтые глаза Нейтана, всё это время смотрящие только на Аарона, горели пламенем, но излучали спокойствие. Мамон и Элиза смотрели на дочь, шепча ей «всё в порядке» снова и снова. Лилит и Самаэль не могли отвести взгляда от сыновей, губы Лилит дрожали, отчего Сатана сжимал её руку всё сильнее и сильнее. Они еле держались. Аарон оставался последним, Вики никак не хотела отпускать его, позволить сделать то, о чём он просил. — Элисон отдала бы всё, чтобы узнать, какой ты выросла. Какой замечательной ты стала. — Демон нежно провёл рукой по её щеке, смахивая слёзы. — Я люблю тебя, моя маленькая принцесса, и всегда буду любить. — Прошептал он, прижимаясь своим лбом к её. — Я люблю тебя. — Дрожа, прошептала в ответ Вики. Он отстранился, повернувшись к Клэр. Девушка кивнула. Пора. — Моё место там, с ней. А твоё — здесь. С ним. — Всхлип вырвался из груди Вики, когда он сказал это, едва складывая звуки в слова. — Мы встретимся вновь. — Пообещал он, и выскользнул из её рук, направляясь в круг. Воздух заискрил. Поднялся шум, заглушающий рыдания. На их глазах Король и Королева, вместе с их друзьями, отдавали жизни за то, чтобы те, у кого их отобрали незаслуженно — могли жить. Обмен душ. Жизнь за жизнь. Лилит, Самаэль, Мамон и Элиза стояли, держась за руки. Напротив них стояли Нейт и Рози. Они сжимали руки друг друга так сильно, что выступили вены. Аарон стоял чуть в стороне, сложив руки за спиной. Его жёлтый блеск в глазах был тёплым, таким же, как у Нейта, но сверкал гораздо ярче. Он был счастлив. Печаль накрыла всех присутствующих. Король и Королева оставляли свой пост, уступая дорогу следующему поколению. — Пока смерть не разлучит нас? — Самаэль посмотрел на свою жену и друзей. — До последнего вздоха. — Ответили они, ни секунды не жалея о том, что делали. Они клялись ему в верности, и слово своё сдержали. — И пусть наши дети живут жизнью, которую они заслуживают. Каждый посмотрел на своего ребёнка. Сердце каждого раскололось на маленькие кусочки. Трагично. Но так правильно. Они улыбались, когда их тела начали загораться светом, а образ теряться. Их глаза блестели, когда они прошептали последнее «я люблю тебя» своим детям. Когда силуэты растворились, их тени закружились в воздухе. В ветре. Мягко пощекотавшем кожу, игравшем с волосами. Последнее прикосновение, которое каждый запомнит на всю оставшуюся жизнь. — До встречи. — Прошептала Вики, когда ещё одна слеза упала на землю. Она прикрыла глаза, проглатывая не дающий дышать ком в горле. — Вики… — Люцифер мягко коснулся её, его голос был встревоженным. Веки не хотели открываться, но свет, заполняющий собой всё вокруг, заставляющий прищуриться, всё же вынудил это сделать. Вики прикрыла глаза рукой, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь. Там, где секундой назад стоял Аарон, исчезая в тени, появилось свечение. Сначала оно было белым. Но затем окрасилось в синий. Красный. Фиолетовый. И чёрный. А потом эти цвета превратились в силуэты.

Трек: Experience (Symphonic Version) — Imperial Orchestra, Alexander Dulin

Две пары глаз смотрели прямо на неё. Ярко голубые, как у неё, и… Тёмно-серые. Такие же, как у… Вики повернула голову в сторону Левиафана. Выражение лица демона было ответом на все её вопросы. Он повернулся к ней, тяжело сглатывая и пытаясь что-то сказать, но сбивчивое дыхание и дрожь по всему телу не позволяли. Он сделал шаг к ней, ещё один. Взял за руку и крепко сжал её ладонь. Люцифер был всё ещё напряжён, будто Вики угрожала опасность. Он переместил ладонь на её поясницу, чтобы в случае чего успеть спрятать за себя. Перед ними стояли два демона, смутно знакомые ему. Оба бледные, будто вот-вот отключатся. Тишина была осязаемой. Не выдуманной, не приукрашенной. Каждый задержал дыхание в ожидании. Пока практически пощёчиной в сознание не врезались те самые слова, которые Вики мечтала услышать всю свою жизнь. Пока слёзы, сдерживаемые демонами, неотрывно смотрящими на них, не полились по их щекам. Пока ноги демоницы с точно такими же голубыми глазами не подогнулись, находя единственную опору в руке мужчины, что прижимал её к себе. Пока голос, идентичный голосу Вики, не прошептал, дрожа и ломаясь: — Мои дети… Вики задохнулась. Перед ней стояли родители. Их родители. Её и Левиафана. Они были живы? Здесь? Женщина начала осторожно приближаться, вытягивая ладонь вперёд. Она коснулась щеки Вики, по которой неконтролируемо текли слёзы, её губы задрожали и она едва смогла проговорить: — Моя… девочка. Смелая и такая прекрасная… — она перевела взгляд на Леви, протягивая к нему другую руку, — мой мальчик… Не в силах больше сдерживаться, она обняла их обоих. Сразу следом ещё одни руки обхватили их, сжимая со всей силы. Аластор спрятал всех троих в своих объятиях. Они медленно опустились на колени, продолжая цепляться друг за друга. Сатана, Лилит, Мамон и Элиза обменяли свои души не только на Нейта и Рози. Они вернули Чарли и Аластора, в чьёй смерти винили себя каждый день своей жизни. Чьи души были утеряны так давно, что нельзя было быть уверенным, что те смогут вернуться. Клэр не смогла найти их, когда призвала Рози, Нейта, Геральда и Аарона, жизни которых оборвались не так давно. Но они смогли. Они исправили свою ошибку. И подарили своим друзьям шанс прожить ту жизнь, которую им посчастливилось иметь самим — в окружении своих детей. — Кхм-кхм, — раздался тихий кашель, явно смущённый ситуацией, — не хочу, конечно, рушить момент… Четыре пары глаз уставились на демона, который нервно перекатывался с пятки на носок в паре метров от них. — Геральд? — Вики удивлённо выгнула брови, шмыгнув носом, — Что ты?… Но ты же… — Именно. Вероятно, в нашем заклинании что-то пошло не так. — Демон виновато нахмурился. Он появился словно из неоткуда. Никто и не заметил. Но если в заклинании что-то пошло не так… то чья-то душа… Вики подскочила на ноги, дрожа всем телом. Клэр в ту же секунду оказалась перед ней. — Спокойно. — Девушка выставила ладони перед собой, — Спокойно. Никто у тебя никого не заберёт. Все взгляды уставились на неё. — Дело в том, что… — слова давались ей не то чтобы тяжело, но говорить отчего-то было неловко, — Как бы это сказать то… — Говори уже как есть. — Усмехнулся Зак, догадавшись что к чему. — За твою душу тоже была отдана душа. — Лицо Клэр скривилось, как будто она ожидала удара за такое высказывание. Глаза Геральда расширились. — За мою? — Демон едва не рассмеялся. Истерические нотки чётко прослеживались в его дыхании. Клэр несколько раз кивнула. — Но… — Отец! — Вдруг воскликнула Чарли. Их с Геральдом взгляды встретились. Аластор не шевелился. Слёзы в его глазах резко высохли. — Что?… Он?… Нет…— Геральд разговаривал скорее звуками, чем словами, — Он не… не мог… или… Вики посмотрела на Чарли, на Геральда, вновь на Чарли, на Геральда… — Стоп, вы что… тоже? Её словно окатило ведром холодной воды. Оба сразу же резко посмотрели на неё, взглядом пытаясь призвать не паниковать. Но Вики не паниковала. Она сопоставляла факты. — О, Господи! Вот почему он с самого начала показался мне знакомым! — Вики схватилась за голову, — Ты похож на него. Ты — ещё один сын Бога, чёрт возьми, не так ли? Геральд замер, зажмурившись. — Ты сын Бога. — Ещё раз повторила она, уже как утверждение. Ситуация была до невозможности комичной. Геральд медленно поднял палец, собираясь уточнить одну крошечную деталь: — Бастард. — Вики впилась в него взглядом, как только он произнёс это, — Если быть точнее. Люцифер, находившийся в не меньшем шоке, поперхнулся. Челюсть Алека, стоявшего на другой стороне этого полукруга сборища самых шокированных на свете созданий, уже собирала песок — так низко она опустилась. — И мой сводный брат. — Чарли подлила масла в огонь, — По маминой линии. Сквозь плотно сжатые зубы Аластор с шипением втянул воздух. Это было довольно прямолинейно и, немного, совсем чуть-чуть, самую малость не так, как они планировали им об этом рассказать. — Никто не знал. Мы собирались сказать об этом немного позже. — Он покосился на свою жену. План посвящения в своё сложное семейное древо был явно не таким. Несколько долгих секунд, а может, минут, все молча таращились друг на друга. Слова тут были излишни. И в то же время — недостаточны. Каждый пытался переварить услышанное. Осознать. Принять. — И это делает тебя нашим… — Впервые за всё это время заговорил Леви. — Дядей. — Геральд вымученно улыбнулся, больше не зная, что сказать, кроме правды, что он хранил веками. Серьёзность момента уже давно уступила место иронии и ошеломлению. Это было похоже на шутку, вышедшую из-под контроля. Но было и самым реальным и правдивым из всего, что Вики и Левиафан когда-либо слышали. Клэр уже откровенно хихикала, наблюдая за всем этим. Рози, смотрящая на них с явной любовью, улыбалась, подобно ребёнку. Нейт и Зак были близки к тому, чтобы поддержать Клэр в её желании рассмеяться. Что до всех остальных… Ахуй. Другого слова здесь не подобрать, и если бы прямо сейчас среди всех провели социальный опрос — именно это было бы самым популярным ответом. — С воссоединением, самая странная на свете семейка. — Одри была той единственной, кто решился прервать всеобщий ступор. — Я рада, что всё так вышло. — Уже по-доброму сказала она, — А теперь иди сюда, чёртов ты герой. Я тебя уже похоронила и оплакала! Дважды!! — Она ткнула пальцем в Геральда, и они оба заливисто рассмеялись. Смех этот подхватили и Чарли с Аластором. Вики, Леви, Люцифер. Затем и все остальные. Как будто услышав это, сама природа начала перевоплощаться. Лучи солнца так и норовили пробиться сквозь плотно собравшиеся тучи, ветер больше не успокаивал — он щекотал. Слёзы неожиданно обратились в самый искренний и радостный смех. Он не заменял боль, которая всё ещё эхом отдавала в груди. Но наполнял чем-то новым… Чем-то совершенно неизведанным. Чем-то похожим на спокойствие и безмятежность. Тем, чего ещё никогда их мир прежде не видел. Тем, с чего начиналась новая глава их истории. Истории, построенной на любви и заботе. Истории, проливающей свет на всю тьму, что все эти годы несла за собой война.