911 служба спасения любви

— Девять один один, что у Вас произошло? — Кажется, я умираю. — Сэр, что случилось? — Кажется, я отрубил себе палец. — Боже… — шепчет Тэмин. — Ваше имя и Ваш адрес, пожалуйста. — Марк, Уэкер Стрит 2134. — Ожидайте, Марк, спасатели прибудут через три минуты. — Спасибо, а Вы… А Вы можете со мной поговорить? — Конечно. Я Тэмин. Как так вышло, что Вы кажется отрубили себе палец?

***

Пожарные спасатели подъезжают к дому на Уэкер Стрит 2134, выходят из машины, оглядываясь. Возле крыльца сидит молодой человек с опущенной головой и смеётся, разговаривая по телефону. Его голубая футболка рваная и испачкана в крови, а левая рука замотана в кусочек вещи. — Сэр, мы пожарные спасатели! — Намджун открывает ворота и подходит к Марку. — Тэмин, они уже здесь, спасибо, что успокоили меня, — он сбрасывает трубку и пытается встать, но тут же падает. — Сэр, не вставайте, — к нему подбегает Чонгук и садится рядом. — Что случилось? — Я хотел сделать ремонт и начал с крыльца. Мне нужно было вытащить пол, и я взял топор, а теперь не могу найти свой палец, — спокойно сообщает пострадавший, показывая левую руку. — Давайте я посмотрю, что у Вас здесь, — Чон аккуратно берёт его руку, начиная разматывать кусок футболки. — Юнги, Тэхён, — зовёт кэп. — Ищем палец, — смотрит на Чонгука. — Указательный, — пожарные кивают и уставляются в землю, осматриваясь. — Нет, и ты понимаешь, я сам ничего не понял, — начинает Юнги и присаживается на корточки, заглядывая в кусты. — Так вы с ним говорили? — уточняет Тэхён, также разыскивая на земле палец. — Нет, он написал, что ему жаль. Я звонил, но он сказал, что сам наберёт, — грустно сообщает Мин, переползая дальше к крыльцу, продолжая поиски. — Тогда дай ему время. — Ты просто не видел его взгляд: он боялся меня. Я прям чётко это видел по его глазам и поведению, — Юнги прищуривается. — О, я нашёл! — улыбается и берёт отрубленный указательный палец, показывая спасателям. Марка грузят в машину скорой помощи вместе с пальцем. Чонгук с громким хлопком закрывает задние двери, и они трогаются с места. — Не дави на Чимина, — Намджун подходит к Юнги. — Он пережил то, что некоторые и представить не могут. — Я понимаю, кэп, — щурится от солнца Юнги, — но я ведь никогда не сделаю ему больно. Разве я могу? Пожарные садятся в машину, отправляясь назад в часть. — Ты не понимаешь, — начинает Тэхён. — Чимин пережил ад и кошмар. Его били, — на этих словах Юнги хмурится, а его кулаки сжимаются, — за каждый вздох. Я удивлён, как он вообще тебя подпустил так близко. Обычно, жертвы домашнего насилия уходят в деп… — Не называй его так! — рявкает Мин. — Успокойся, — требует Намджун. — Тэхён прав, называй всё своими именами. Ему нелегко, но, если бы всё было так плохо, вряд ли бы он прибежал тогда в часть, переживая за тебя. Вы гуляете, общаетесь, но не делай вид, что ничего не происходило. Вы оба участвовали в этом кошмаре. — Я понимаю, но как ему помочь? Я даже заговорить об этом боюсь. — А тебе и не надо, — улыбается Намджун, заметив на территории части Чимина. — Кажется, он сам заговорит, — кивает в сторону, и Юнги тут же пересаживается к окну. Чимин стоит у входа в гараж, кусая губы и топчась на месте. По нему видно, как сильно он нервничает. Машина заезжает внутрь, Юнги нетерпеливо спускается и бежит к оператору. — Чимин-и, — Юнги обнимает его, крепко прижимая к себе. — Привет, — шепчет на ухо. — Привет, — так же тихо отвечает Чимин, жмётся теснее и прикрывает глаза. — Ты как? — осторожно уточняет Юнги, чуть отстранившись. Нежно гладит руками предплечья Пака и смотрит в глаза. — Нормально, — неловко отводит взгляд, а после достаёт из пакета — пожарный его сначала даже не заметил — небольшой контейнер. — Это тебе. — Ты принёс мне обед? — Да, — кивает. — Прости меня за вчера. — Всё нормально, Чимин-и. Я понимаю, — кивает на свои слова. — Мы можем об этом поговорить, знаешь? — Знаю, — улыбается Пак. — Честно говоря, мне уже пора бежать на работу, — звучит немного виновато. — Может, увидимся сегодня и обо всём поговорим? — Я заеду в восемь. — Хорошо. Они смотрят друг на друга, и… — Иди ко мне, — Юнги не выдерживает. Притягивает Чимина за руку и жадно, но трепетно целует в губы. Они отстраняются и ласково улыбаются друг другу. — Хорошего дня, — Чимин машет рукой всем пожарным, что якобы за ними не наблюдали, и садится в машину Тэмина, которую снова одолжил, уезжая на работу. После вчерашней ситуации на кухне пожарного Чимин не спал почти всю ночь. Ему было стыдно за свой поступок, за то, что он сбежал. Испугался сам и напугал Юнги. Привыкнуть к заботе и ласке после ужасных, абьюзивных отношениях — не так легко, как кажется на первый раз. Ведь поначалу все притворяются милыми и добрыми. Конечно, он не считал Юнги таким же. Он видел и чувствовал, что пожарный просто не может быть таким, как его бывший. Кажется, после всего, что Чимин пережил, он научился это видеть и чувствовать. Но страх, всё ещё живущий внутри и липким слоем оседающий в груди, не даёт на сто процентов быть уверенным в том, что за разбитую посуду тебя не ударят. Или не выгонят из дома ночью за то, что ты забыл закрыть тюбик от зубной пасты и она высохла. Сложно привыкнуть к заботливому человеку, который готов сам убирать осколки или закрывать эту гребаную пасту. Сложно, но Чимин знает, что возможно. Потому что Юнги не его бывший, Юнги не тот, кто ломает. Он тот, кто лечит и исцеляет, тот, кто заставляет снова любить и чувствовать себя самым желанным и лучшим в мире. Проснувшись утром, первое, о чём подумал Чимин, это Юнги. Как же он его напугал и расстроил. Поэтому, не дав себе волю остаться в чёрном мраке мыслей, он нашёл в себе смелость не только приехать, но и поговорить об этом сегодня вечером. Ему больше не хочется держать всё в себе, ведь теперь есть человек, который залечит все раны на душе, выслушает и обязательно поможет.

***

В аэропорту, как всегда, шумно и многолюдно. Сотни людей с чемоданами протискиваются через друг друга, стараясь успеть на свой рейс. Тэхён, Чонгук и Бора не исключение, только они особо не торопятся, потому что по наставлению бабушки они прибыли в аэропорт на два часа раньше. Они сидят в небольшом кафе и пьют чай с десертами, ожидая, когда объявят рейс Боры. — Мальчики мои, спасибо вам. Я чудесно провела эти дни, — женщина улыбается, отчего морщинки на её лице становятся более заметными. — Я очень рад, что смог познакомиться с Вами, — улыбается в ответ Тэхён и отпивает из чашки каркаде, поглядывая на Чонгука. — Это было весело, хоть и не без косяков, — бабушка посмеивается и косится на внука. — Ну, хён, я же извинился, причём сполна. До конца жизни будешь мне это припоминать? — фыркает парамедик и складывает руки на груди. — А ты что, планируешь быть со мной до конца жизни? — дразнясь, спрашивает Ким, прищурившись и слегка склонив голову. Конечно, он знает, что они вместе до конца. Пожарный не собирается отпускать Чона, а тот явно не сопротивляется. Чонгук возмущённо открывает рот, чтобы что-то сказать, но громкий смех его бабушки и объявление о посадке не дают этого сделать. Он мысленно посылает Тэхёну сообщение: «Ты сейчас отгребёшь» и улыбается, видя реакцию своего парня: тот явно всё понял. — Ну что, пойдёмте, — встаёт Чон и перехватывает чемодан и сумку Боры. Ким принимается за второй чемодан и берёт женщину под руку. Нет, она не настолько стара, что не может ходить. Просто ему очень полюбилась бабушка Чон, он давно не испытывал такой «родительской» любви. — Бора, что в этом чемодане и откуда он? Вы вроде с одним приезжали, — решает всё-таки поинтересоваться пожарный. — Он очень тяжёлый, будто Вы Чонгука с собой везёте в нём, — смеётся, смотря на парамедика. Тот по-английски, чтобы не поняла бабушка, говорит о том, что ему мало не покажется, когда они останутся наедине. — Там скорее пожарный во всей его экипировке. Сколько общий вес? Килограмм двести? — издевательски произносит Чонгук, показывая язык. Бабушка закатывает глаза, но по-доброму смеётся. Она очень счастлива за внука, потому что нашёлся человек «точная копия» Чонгука. Они стоят друг друга. — Чемодан пришлось новый купить. У меня не влезали все сувениры и вкусняшки, — хихикает женщина. — Гук-и, а ты знаешь, как твой дедушка любит сладкое, — дедушка Чонгука в вечных путешествиях, потому что моряк. В последний раз они виделись до его отъезда в Америку. Они сдают багаж и выходят на улицу. — Вот, вроде этот самолёт. Ну всё, ба, давай прощаться, — Чонгук, сдерживая слёзы, крепко обнимает женщину и целует в щёку. Тэхён делает тоже самое и помогает ей подняться в самолёт. Машет на прощание и возвращается к своему парню, обнимая. Самолёт взлетает, и Чонгук начинает плакать. Единственный человек, которому он был нужен, сейчас улетает. Он уже скучает и боится, что они ещё долго не увидятся. Ким продолжает обнимать его, поглаживая по голове. — Не плачь, а то соплями подавишься, — смеётся Тэхён, за что получает слабый удар кулаком в плечо. — Можем в следующем месяце взять отпуск и слетать в Корею. — Вместе? — поднимая заплаканные глаза, спрашивает Чон. — Конечно, куда ж ты без меня. Да и твоей бабушке я нравлюсь, — смеётся, стирая слёзы со щёк своего парня. — Иногда мне казалось, что она любит тебя больше, чем меня, — обиженно хмыкает Чонгук. — Не удивлён, я неотразим и всегда нравился старшему поколению, — смеётся пожарный, щёлкая Чонгука по носу. — У-у, сколько же ошибок ты сделал в слове «невыносим», — дразнится парамедик. Тэхён смеётся и возвращает свои руки на талию Чона. — Но ты всё равно меня любишь, — чмокает в губы. — Отстань, — Чонгук вырывается из хватки и быстрым шагом направляется к зданию аэропорта. — Засранец, — широко улыбаясь, бежит за своим парнем.

***

Чимин стучит в дверь дома пожарного и глубоко дышит, стараясь унять тревожное волнение. Он всё-таки не отступил и решил прийти поговорить. Кидает взгляд на время и поджимает губы: Юнги не открывает уже пару минут. Он снова подносит руку к двери, как та открывается, и на пороге появляется Мин. — Привет, — Чимин коротко улыбается и проходит в дом, сразу же переобуваясь в тёплые тапочки, которые Юнги купил специально для него. — Привет, Чимин-и, рад, что ты пришёл, — идёт вслед за парнем. — Может, на кухню? — Давай присядем в гостиной, — показывает рукой на диван. Мин кивает, и они усаживаются рядышком вполоборота. — Я буду говорить, прошу не перебивай, — мягко просит и видит кивок. — То, что случилось вчера, меня, скажу честно, немного напугало. Я всё это время старался держаться, но, видимо, ещё не до конца меня отпустило после Бёнгхона. Раньше он мог ударить меня за всё, что угодно, будь-то разбитая чашка или приход домой на две минуты позже. За любой пустяк, — он видит, как в глазах пожарного плещется боль и ненависть, поэтому берёт его руку и начинает нежно поглаживать, успокаивая. — Это не так просто забыть или отпустить, — брови заламываются, а губы слегка дрожат. — Но я хочу этого. Знаю, скорее всего тебе самому страшно и сложно, но я действительно готов к тому, чтобы начать новую прекрасную жизнь с тобой. Поэтому я прошу у тебя помощи, Юнги, — слёзы застилают глаза, а голос срывается. Юнги переполняют различные эмоции. Злость и ярость смешались с сожалением и желанием уберечь это чудо от всего плохого. На секунду он жалеет, что этого урода больше нет, потому что кулаки чешутся, но он быстро выдыхает и переключается на основную задачу: успокоить Чимина и дать понять, что с ним он в безопасности. — Конечно, конечно я помогу, — тихо начинает. — Мне очень жаль, что всё это ты проживал один, без возможности вырваться. Но сейчас всё будет по-другому. Чимин-и, я не тот, кто будет поднимать руку или кричать из-за пустяков. Ты не представляешь, насколько мне сложно, когда мы не видимся и насколько я счастлив, когда ты рядом. Иногда мне кажется, что я не могу вздохнуть без тебя. До такой степени люблю. Я понимаю, что тебе нужно время, чтобы всецело довериться мне. И весь этот период я буду делать всё, чтобы доказать, что такое настоящая любовь, забота и поддержка, — он нежно обнимает Чимина, целуя в изгиб шеи. — Я тот человек, за которым ты будешь как за каменной стеной. Никогда не сомневайся в этом, — пожарный прикрывает глаза, стараясь не заплакать. Чувства к Чимину слишком сильные и яркие, и он готов разорваться от того, что не может описать их сполна. Чимин улыбается и теснее прижимается к Юнги, гладя его широкую спину. Они сидят в тишине, слушая биение любящих сердец и тихое дыхание. Его удивляет то, как спокойно он ощущает себя в этих крепких объятьях. — Я люблю тебя, — говорит тихо, и Юнги вздрагивает. — Боже, я надеюсь, мне не послышалось, — нервно выдыхает, а Чимин тихонько хихикает и отрицательно мотает головой. Юнги, почувствовав это, отстраняется и смотрит прямо в глаза. — Малыш, прошу, скажи ещё раз. — Я тебя люблю, Юнги, — уверенно повторяет и смотрит на радостную улыбку пожарного. — Какой же ты… — Юнги обхватывает ладонями мягкие щёки и целует в губы. Их вечер проходит спокойно и уютно. Сначала они вместе готовят и ужинают, после снова перебираются на диван и, укрывшись тёплым пледом, в обнимку смотрят лёгкую комедию. Чимин укладывает голову на грудь Юнги и улыбается, понимая, что находится в надёжных руках и теперь он точно сможет жить спокойно и свободно.

***

В пожарной части сто четвёртой бригады с самого начала смены тихо. Вызовов не поступает, поэтому несколько пожарных заняты мойкой машин. Кто-то готовит, капитан перебирает бумажки, а Юнги с Тэхёном решают пойти в спортзал, чтобы не терять форму. Тэхён держит большую боксёрскую грушу, пока по ней без остановки точными и сильными ударами лупит Юнги. Его дыхание сбивается, а по накаченной груди, как и по вискам, стекает пот. Он шумно дышит через рот и, смахнув влажную чёлку, рукой продолжает бить. — Бабушка Чонгука уже уехала? — кидая взгляд на Тэхёна, интересуется Мин. — Ага. Она очень милая. Гук-и очень похож на неё. Но только не характером, он засранец, — посмеивается Ким. — Может, ты про себя? — усмехается Юнги. После наносит последний удар и отходит к лавочке, тяжело дыша. Берёт бутылку воды и, открыв крышечку, жадно выпивает половину. — С чего это я засранец? — Тэхён присаживается на лавочку и смотрит снизу вверх на пожарного. — Я образцовый парень, — горделиво, но смеясь, произносит Ким. — Ага, заливай, — Мин выдыхает и садится рядом, вытирая полотенцем лицо и шею. — Как у вас? — Ахеренно всё, хён. Он очень счастлив со мной, — влюблённо отвечает и слышит цоканье. — Я тоже счастлив. Хочу предложить ему переехать ко мне, — Юнги улюлюкает. — Но я хочу сделать это как-то романтично, что ли. А ты сам знаешь, что это не про меня. Поэтому прошу твоего совета, хён. Юнги удивлённо вскидывает бровь, а после фыркает и встаёт с лавочки, снова надевая перчатки. Кивает Тэ, и тот, закатив глаза, также поднимается и держит грушу. — Какой ты вежливый сразу стал, хёном называешь, — смеётся Мин, начиная бить с новой силой. — То, что хочешь вместе жить — это здорово. Я думаю, Чонгуку будет лучше с кем-то, чем одному в съёмном доме. А насчёт романтики это ты по адресу. Самое простое, с чем даже ты справишься, — ужин и свечи, — он останавливается, переводя дыхание. — Вы, скорее всего, только в кофейнях сидите и то не часто, поэтому для него это уже сюрпризом будет, — смеётся, когда Тэхён отталкивает грушу и та прилетает в плечо. — Идея хорошая, только я профан в готовке. Если заказать что-то, нормально будет? — интересуется Ким, а Юнги смотрит, в неверии выгибая бровь. — Юнги, твою мать, не смотри так, я вообще в этом ничего не понимаю. Что правильно, что неправильно. Впервые в жизни делаю подобную хрень, на минуточку. — То, что ты называешь сюрприз хренью, уже говорит о многом, — смеётся и качает головой, снимая перчатки. — Зачем тебе вообще заморачиваться с этим? Просто подойди и скажи. А то у бедного Чонгук-и сердечко, боюсь, не выдержит. — Блять, Мин, хорош. Я знаю, что не подарок. Но люблю его пиздец и хочу хоть раз постараться. Читал где-то, что всем иногда хочется романтики, лишь бы всё не испортить, — задумчиво тянет, понимая, что вероятность напортачить составляет девяносто девять и девять процентов. — Просто подойди и скажи: «Чонгук, я тебя люблю пиздец, давай жить вместе», — ржёт Юнги, вытираясь полотенцем. Они спускаются в душевую под недовольное шипение Кима. — Ну или скажи, что у тебя фобия и ты боишься спать один, — снимает штаны и достаёт из шкафчика гель для душа. — А вообще, дам тебе совет: не нужно выделываться, если ты не умеешь, и корчить из себя того, кем не являешься. Вся эта херь в виде свечей и ужина не про тебя. Чонгук, может, и оценит, но это не то, чего он ожидает от тебя. Если ему нужна романтика — спроси прямо. Подари ему ключи и спокойно предложи переехать, — хватает полотенце и уходит в душ. — Спасибо, помог. Раз в жизни захотел сделать что-то романтичное, так нет, «будь собой и не усложняй», — бормочет себе под нос. — Ладно, ужин при свечах, так ужин при свечах. Гук-и понравится, — хватая банные принадлежности, также идёт в душ.

***

Майкл сонно потягивается, выпрямляясь на кровати. По окнам стучит прохладный дождь, в комнате тихо и темно. Он поворачивается, берёт телефон и резко садится, видя уведомление от магазина. — Уже ожидает, блин, — вскакивает с кровати и бежит к сыну в комнату. — Томас, вставай, папе срочно нужно по делам, а ты пока пойдёшь к Мэри, ладно? Томас сонно угукает и, шатаясь, идёт в ванную. Пока Майкл, собрав его вещи, убегает в душ, а после отводит ребёнка к соседке. Они в хороших отношениях, как и их дети. — Да, милый? — Майкл включает громкую связь, прикрепляя телефон к держателю в автомобиле, и выезжает из гаража. — Нет, я никуда не еду, а что? — Я думал заскочить, у меня час перерыва. Я соскучился. — Нет! Эм, Хосок-и, милый, я немного тут занят… Томасу надо помочь, перезвоню. Целую тебя, — сбрасывает звонок и, выворачивая на дорогу, давит на газ, уезжая в магазин. Хосок сидит в полицейской машине, держит телефон возле уха и играет желваками, наблюдая, как его парень, нагло обманув, выезжает из дома и направляется в другую сторону от места, где стоит инспектор. — Очень интересно, — кидает телефон и выезжает за автомобилем Майкла. Шевроле белого цвета останавливается у ювелирного магазина. Хосок тормозит чуть дальше, заезжая во двор какого-то дома, чтобы его не заметили, и наблюдает, как Майкл выходит из машины и к нему навстречу идёт Кэрол. Брови недовольно сдвигаются, а кулаки сжимаются, когда он замечает, как она чмокает его парня в щёку. Они обнимаются и заходят в магазин. Чон гипнотизирует дверь магазина, слыша, как громко стучит сердце в груди, раздражённо ударяясь о рёбра. Он судорожно отстёгивает ремень безопасности, вылетает из машины и идёт к магазину. Если он сейчас увидит то, чего не должен, Майкл сильно пожалеет о том, что посмел водить его за нос. Раньше Хосок и не догадывался о том, насколько ревнив. Оказывается, очень. Зайдя внутрь небольшого магазина, он видит, как «парочка» стоит у прилавка, выбирая кольца. Кэрол что-то шепчет и смеётся, трогая его парня за плечо, а продавец мило улыбается. — Когда свадьба? — голос Хосока грубый и громкий. Все вздрагивают и резко оборачиваются. Глаза Майкла расширяются, и он быстро прячет что-то в руке, но Хосок всё замечает. Он сканирует недобрым взглядом сначала своего парня, затем его бывшую. — Милый, — осторожно начинает Майкл, — я всё объясню. — Ну уж постарайся, — хмыкает Чон, складывая руки на груди. — Мы здесь… То есть я хотел… но… — начинает заикаться, нервно бегая глазами по помещению. — Отлично, — Хосок закатывает глаза и толкает рукой дверь, чтобы выйти. — Стой! — кричит Майкл и выбегает на улицу, хватая разгневанного инспектора за руку. — Хосок, постой, милый. Я хотел… — К чему этот цирк? — разворачивается, выдёргивая свою руку из хватки, и снова уходит, но тут же останавливается и замирает от прилетевшего в спину предложения. — Выходи за меня, Чон Хосок! Чон поворачивает голову, и его глаза расширяются, когда он видит, как Майкл встаёт на одно колено и протягивает дрожащей рукой золотое кольцо. — Я несколько дней ломал голову, объездил больше сотни ювелирных, не знал, какое кольцо выбрать. Позвонил Кэрол, и она предложила помощь. Её подруга владелица этого магазина. Вот мы и приехали сюда, чтобы я смог выбрать, — тяжело дышит и смотрит в глаза Хосока. — Я… я хочу с тобой семью. Я хочу, чтобы ты стал официальным отцом для Томаса и мои мужем. Я, чёрт возьми, люблю тебя, глупый ревнивый болван! Хосок хлопает ресницами и ошарашенно смотрит на Майкла. Губы трогательно дрожат, а брови заламываются. Он снова всё не так понял. Сердце начинает быстро стучать, разгоняя счастье по венам, прогоняя раздражение и злость. — Я действительно болван, — шепчет и делает шаг к Майклу. — Ты выйдешь за меня, Чон болван Хосок? — глаза Майкла блестят от слёз, а на лице расплывается широкая улыбка, когда он видит уверенный кивок и слышит радостное «да». Майкл поднимается с колен и ловит в объятия радостного инспектора, целуя в щёку и нервно, но облегченно выдыхая. — Надевай скорее это кольцо на мой палец, — Хосок смеётся и протягивает руку. — Вы сначала заплатили бы, а потом целовались, — сложив руки на груди, говорит Кэрол и улыбается, наблюдая, как они целуются, совершенно не смущаясь никого вокруг.

***

На следующий день после разговора с Юнги Тэхён взял отгул, чтобы всё подготовить для их вечера. Отчего-то он сильно переживал, но старался, чтобы этот ужин запомнился Чонгуку. С утра он встал, прибрался дома, особенно в гостиной, куда сразу вынес небольшой круглый стол из кухни. Осознав, что у него нет не то, что скатерти, но и бокалов, пожарный мигом собрался и поехал в большой гипермаркет. Закупился всем по списку, составленным исключительно по сценам из фильмов: нарядная скатерть, свечи, бокалы, вино, салфетки, гирлянда и красивая коробочка для подарка. Да, он настолько плох во всём этом, но он правда пытается. — Почему романтика такая утомительная, — хнычет, ставя тяжёлые пакеты на пол кухни. — Ну и с чего мне начать, — зайдя в гостиную, разводит руками Ким. Он вбивает в интернете фото красиво засервированных столов и старается повторить, раскладывая так, как на картинке. Пару раз пожарный чуть не роняет бокалы, но те всё же оказываются на столе. Вдоль стены развешивает длинную гирлянду тёплого света в виде сердечек и не понимает, почему это всем так нравится. Пытаясь скрутить из салфетки лебедя, проклинает всё вокруг и задумывается, насколько глупо он сейчас выглядит со стороны. Ким Тэхён и романтика — параллельные вселенные, определённо. — Ну, Гук-и, не дай бог ты не оценишь, — таки скрутив этого несчастного лебедя, больше похожего на крокодила, ставит его на стол. — Блин, надо же ещё доставку из ресторана заказать, — спохватившись, бежит на кухню, где оставил телефон. Находит любимое заведение Чонгука и заказывает по закуске, два салата и горячих. Кивнув своим мыслям, идёт в спальню переодеваться. Не забывает также положить дубликат ключей для Чона в недавно купленную коробку. Вроде всё готово, осталось дождаться доставки и самого Чонгука. За остальными мелкими приготовлениями, не замечает, как пролетает время. Пожарный, благодаря, забирает доставку и расплачивается. Пока всё идёт по плану, отлично. Тэхён перекладывает всё в тарелки и расхаживает по комнате, постоянно вытирая потные от нервов ладошки о джинсы. Чем ближе к приходу Чонгука, тем волнительнее. Звонок в дверь отрезвляет, и он бежит открывать, путаясь в своих ногах. — Блять, надо быстрее давать тебе эти ключи, — поправляя джемпер, бубнит. Выдыхает и открывает дверь. Завидев Чонгука, начинает широко улыбаться: парамедик выглядит превосходно. — Привет, хён, — первым начинает Чон, замечая, что Тэхён стоит и глупо улыбается, нервничая. — А… д-да, привет, Гук-и, — отходит в сторону, пропуская того в дом. Чон разувается и смотрит на пожарного. — Тэхён-и, у тебя всё хорошо? — кладя руки на плечи, обеспокоенно спрашивает Чонгук. — Да, детка, скучал по тебе очень, — затягивает парня в поцелуй, прижимая ближе. — Ну, так пойдём, — кивая наверх, где находится спальня, заигрывающе предлагает. — Нет, Гук-и, я не для этого тебя позвал, — мягко перехватывает ладонь и направляет парня в гостиную, переживая ещё сильнее. — Ва-а-у, — восторженно тянет Чонгук, рассматривая комнату. Гирлянда в виде сердец на стене, в центре стол, засервированный на двоих, и свечи, пламя которых подрагивает, создавая приятное мерцание. — Тэхён, это ты сделал? — Д-да, тебе нравится? Если нет, то я, то я… — Ким растерянно смотрит по сторонам, не зная, что сказать. — Тэ, успокойся, не переживай так сильно. Мне очень нравится, правда. И пахнет вкусно. Я удивился, потому что это не похоже на тебя. Но какой повод для всего этого? — смотря в глаза и мягко улыбаясь, делится Чонгук. — Д-да, повод. Он есть. Давай присядем, — они садятся за стол, и Тэхён сразу берёт бутылку с вином, чтобы наполнить бокалы. Наливает в свой, тянется к бокалу Чона и промахивается, попадая на скатерть и тому на брюки. — Айщ, прости, Гук-и, — раздосадованно выдыхает, задувая часть свечей. — Да бля… ин. Да блин, — поправляет себя, стараясь не портить вечер нецензурной речью. Чонгук хихикает и гладит руку Кима, успокаивая. — Тэ, может, мы лучше включим свет и просто поедим? — пожарный уже готов согласиться, но он не привык бросать на полпути. — Нет, — мотает головой. — У нас романтический ужин, — встаёт и уходит на кухню за зажигалкой. — Сейчас, я только свечи зажгу, — трясущимися руками щёлкает зажигалкой, но та не поддаётся. Огонь ему сегодня не подвластен. — Тэхён-и, ты же пожарный, а пожарные тушат огонь, а не наоборот. И ты про музыку ещё забыл, — посмеиваясь, в шутку говорит Чонгук. Глаза напротив округляются в ужасе, и он смеётся сильнее. — Хён, я пошутил, успокойся, — становится более серьёзным, видя облегчение на лице пожарного. «Чего это он так волнуется?» — Наконец-то, — радуется пожарный. Встаёт, чтобы убрать зажигалку, но опрокидывает одну из свечей. Кусочек ткани начинает гореть, и Тэхён тут же заливает его вином. — Да твою мать! Сиди здесь, — не выдержав, швыряет зажигалку и идёт на второй этаж за подарком. «Ты сможешь, просто предложи ему съехаться», — мысленно проговаривает, спускаясь вниз. Он подходит к парамедику, который тут же вскакивает, приближаясь. — Хён, точно всё в порядке? — Вместе держи жить Чонгук-и давай, — перепутав все слова в предложении, протягивает Чону коробочку. — Тэ, я не пони… — Да блять, в жопу эту романтику вашу. Гук-и, я тебя пиздец люблю, давай съедемся? — взрывается пожарный. Чонгук в удивлении распахивает глаза, а потом начинает смеяться. — Что смешного-то? — Тэхён-а, и ты ради этого так заморочился? — продолжает хохотать, открывая коробочку и рассматривая ключи. — А как же просто кинуть их в меня со словами: «Я тебя пиздец люблю, и теперь мы живём вместе», — продолжает смеяться, смотря на своего парня. — Да я так и хотел, а потом прочитал где-то, что такие вещи сообщаются в романтической обстановке и что романтика в отношениях нужна хоть иногда и бла-бла-бла. — Хён, но мне этого не нужно. Я знаю, что это не твоё, и даже не собираюсь просить тебя меняться, потому что люблю тебя и так. С язвительным характером, шуточками и пропаленной скатертью, — кивая в сторону стола, хихикает. — И я согласен жить вместе, — откладывает ключи и коробочку на стол и целует пожарного, сразу получая ответ. — Тогда пошли в нашу спальню, будем заниматься тем, что у меня получается лучше всего, — тянет за руку к лестнице. — Тушить пожары и язвить? — Нет, наказывать хорошеньких медиков за их длинный язык, — прижимая Чона к стене, впивается жадным поцелуем.

***

— Да, Хосок, привет, — Джин расхаживает по комнате отдыха сто четвёртой, разговаривая по телефону и «агакая» на слова друга. — Что?! Ты серьёзно?! Хосок, это же здорово, я вас поздравляю, — на чрезмерное эмоционирование Кима остальная часть команды любопытно поворачивается. — Что там, хён? — шёпотом спрашивает Чонгук. — Хорошо, Хосок-и, я передам. Ага, до вечера, — счастливо улыбаясь, отключается и, наконец, обращается к команде. — Ребята, Майкл сделал Хосоку предложение, и они приглашают всех нас сегодня вечером отметить это! — всё ещё не веря в сказанное, Джин громко оповещает друзей. Все начинают улюлюкать и писать поздравления, а Юнги первым делом пишет Чимину о том, что сегодня вечером они идут к Хосоку в гости. Сирена. Внимание всем постам, в трёхстах метрах на север от девяноста восьмого шоссе оползень. В машине на краю четыре человека. Повторяю, в трёхстах метрах на север… — Все по машинам, быстро, быстро! Приехав на место, спасатели выпрыгивают из машин и бегут к легковому автомобилю, который балансирует на краю. — Делаем всё быстро, но аккуратно, — кричит Намджун и, помогая придерживать за багажник, чтобы дать опору, выбивает заднее стекло. Джин с Чонгуком тут же подрываются, помогая вытаскивать людей. — Кэп, нужны ещё спасатели, где остальные? — спрашивает Юнги, который на пару с Тэхёном пытается немного подтянуть машину. — Сейчас, — капитан тянется к рации, но не успевает её включить, как большая часть выступа откалывается и летит вниз вместе с машиной, пострадавшими и всей бригадой.

***

— Девять один один, что у Вас произошло? — Внимание, пострадала бригада! Повторяю, пострадала бригада! — Кто на связи и какой адрес? — Капитан Элиза Метт, двести восьмая. Большой оползень на шоссе. Срочно нужна помощь. — Где находится бригада? — Все спасатели сто четвертой рухнули вниз вместе с асфальтом.