Последние надежды.

Так страшно порой, просто знай Голоса по ночам говорят «засыпай» И ножиком режет где-то внутри И рана на нем постоянно горит Мне так жаль, что все пошло не так Все попытки вели в этот мрак Надежда ушла, ничего больше нет И не найти больше ответ Боюсь, я снова виноват Боюсь, опять не прав Последние надежды Превратились в мрак Ошибки повторились вновь Последние надежды Не будет больше слов Сегодня последний день Регулуса Арктуруса Блэка. И он осознаёт это. Он знает, на что идёт. И ему страшно настолько, что колени подкашиваются, не давая возможности даже встать из-за стола. Ему страшно настолько, что по телу, весь день, не переставая, бегают мурашки. Ему страшно настолько, что на лбу выступают капли пота. Но Регулус знает, что поступок, который он намеревается сегодня совершить, единственный сможет очистить его грешную душу. Может и не знает, но верит. Надеется. А надежда, как известно, умирает последней. Даже если она изначально бессмысленна. И Регулус надеется. Он верит в то, что если сегодня умрёт, то принесёт пользу этому миру. Хоть какую-то. Что он сделает шаг, хоть и очень маленький, к победе. И победа эта будет не в пользу Волан-де-Морта. Регулус понимает, что нет ему прощения. Он знает, что он тот ещё грешник. Он понял это в тот же день, когда стал Пожирателем Смерти. Но страх заставляет делать людей немыслимые вещи. Сегодня юный Блэк решил больше не идти на поводу у страха. Сегодня он взглянёт страху и смерти в глаза. Регулус устал настолько, что добровольно кинется в объятия Смерти. Точнее, нет, он не хочет кидаться в объятия Смерти. Особенно добровольно. Он просто не знает, как ещё может искупить свои грехи. В этом и проблема. Он хочет верить в то, что поступает правильно. Он хочет верить в то, что так проявит храбрость. Но он не может. Он понимает, что это лишь его глупые оправдания к своему будущему поступку. Он понимает, что главная цель, преследуемая им в данный момент - избавиться от всего. Он хочет скинуть со своей души ту груду камней, с которой, кажется, родился. Он совсем не хочет умирать. Нет, нет, не хочет. У него просто нет выбора. Регулус метается по комнате, царапая собственные руки. Он рвёт на себе волосы. Он швыряет книги - да-да, свои драгоценные книги - в стену. И всё от безысходности. Регулусу кажется, будто он сходит с ума. И, возможно, это правда. Он хочет кричать, но голос его содран криками от Круциатуса. Он хочет плакать, но слёзы его закончились в глубоком детстве. Он хочет лечь, и умереть, но ждёт ещё пару часов - пару грёбанных часов, пока все лягут спать, и их с Кикимером отсутствие останется незамеченным - чтобы исполнить свою последнюю миссию. Чтобы сыграть свою последний реквием. Он хочет написать Сириусу, но лимит доверия исчерпан. Он хочет сбежать к Андромеде, но у всех своя повестка дня. Он много чего хочет. Но все его желания неисполнимы. Исполнимо лишь желание умереть. И то, на самом деле, Регулус не хочет умирать. Так что за желание это даже не посчитать. Так, за секундную (или вечную) слабость духа. Регулус корит себя за то, что не такой смелый, как Сириус или Андромеда. Регулус корит себя за то, что не смог вовремя дать отпор. Регулус корит себя за свою слабость. Регулус корит себя за всю свою чёртову жизнь. Его комната мрачнее гроба. Он сидит будто в склепе. Из окна под потолком еле-еле пробивается лунный свет. Лампы не включены. Они мешают его настрою и прогоняют навязчивые мысли. А Регулус расставаться с ними не желает. Они полностью захватили его разум лет, эдак, в десять. Когда он понял, что ничего в этом мире не происходит по щелчку пальца. Просто потому что кто-то захотел. В углу валяется груда скомканных пергаментов - письма Сириусу и Андромеде. Очередная слабость Регулуса, как он думает. Ведь он не может написать даже простого письма брату. Ведь он боится. Но один урок Регулус ещё не выучил, да и вряд ли успеет. Страх - не проявление слабости. Регулус выходит из своего гроба, и направляется в склеп брата. В то место, в котором они распрощались пару лет назад на очень неблагоприятной ноте. В то место, попадая в которое, Сириус - тот самый жизнерадостный и активный Сириус - умирал. Регулус отворяет давно не открывавшуюся дверь. Внешне внутри всё точно также, как и было до. Лишь только вся мебель обросла достаточным слоем пыли. Но для Регулуса эта комната навсегда будет пустой. Ведь больше в ней нет самого главного - Сириуса. Весь дом Блэков похож на один большой, семейный склеп. Как Египетские гробницы. И вырваться оттуда удалось лишь двоим. Регулус хотел бы думать, что сегодня станет третьим выбравшимся. Но он не может даже позволить себе таких мыслей. Ведь юный Блэк научен горьким опытом. У жизни нет цели уберечь тебя от всего. А у судьбы есть цель сломать тебя. Судьба в какой-то степени пытается сломать каждого из нас. Но не все, далеко не все, выдерживают её испытания. И выдержишь ли ты, или сломаешься, не зависит от внутреннего стержня. По крайней мере не всегда. Не целиком. Зачастую это зависит от приготовленных жизнью испытаний.