Запретный плод

. Последний дубль окончен, камера выключена и можно расслабиться, отпустить все держал тебя в определённых рамках. Олег Шепс медленно проходит в свою с братом гримёрную и видит его сидящим на стуле. Сегодня Саша вёл себя немного странно и слишком тактильно, по отношению ко всем, просто какое-то пушистое белое облако. И это бесит, конкретно так бесит (Олег и сам не понимал, почему), не хотелось, чтобы брат Так смотрел на других, Так косался других, чужих людей. Они же ему посути никто, а он его брат! И сейчас сидит лыбится выше ушей, чтоб его. Ладно. - Ко мне ластишься, как кот, к остальным целоваться на перерыве лезешь, что с тобой? - Я просто сегодня любвиобильный - с довольно улыбкой протянул Саша и легко провёл по его руке пальцами, укладывая голову ему на плечо и приобнимая сзади за талию - Прямо как девушка моя - Нет у тебя девушки - И без тебя знаю - сам разберусь - Знаю я, как ты разбираешься, ежедень слышу - А это уже вас не касается, Александр Олегович. -Ещё как касается, когда я слышу твои одинокие стоны по всей квартире. Мог бы хотя бы и амулет ради приличия снять - я же всё вижу ещё к тому же. - И как - нравится смотреть на собственного брата? - Честно? Мне тебя даже немножечко жалко. Такое ощущение, что ещё чуть-чуть и ты расплачешься от безысходности. - Сам-то, после Мери никого так и не завёл. Чуть большее месяца и расходитесь. Точнее трахаетесь, пока тебе не надоест или пока она не поймёт, какой ты на самом деле. - Почему ты так завёлся, когда мы заговорили о моих девушках? - Ничего я не завёлся, и только ли девушках, братец? - последний вопрос был благополучно пропущен Александром мимо ушей. - Не ври мне, у тебя глаза дёрнулись, Я всё чувствую. - Что ты там чувствуешь, извращенец старый - А за извращенца ответишь, малолетний любитель мужских спин - младший зарделся от такого попадания - Ты думаешь я не видел, не чувствовал, как ты смотрел на меня всякий раз, окажись я без одежды. Разве ты не хотел меня, не касался меня, пока я сплю, не желал меня себе полностью Младший потупил взгляд в пол. Он желал, ох, как желал. Тупо было рассчитывать на то, что старший не заметит его пристального внимания. - Так давай, брат, расставим все точки над и, Перевернём все карты. Сколько раз, ублажая себя, ты представлял моё тело. Представлял, как ты гладил мои ноги, как тебя обвивают мои руки, я всё помню... - Так почему молчал - гневно бросил медиум - Почему раньше не уличил и не обвинял, почему же не пользовался моей слабостью? - А ты думаешь, что я не пользовался, не потакал тебе? Думаешь мне столько раз прям необходимо было быть голым в твоём присутствии, и я не знаю, где ты, и ты застаёшь меня врасплох? Я прекрасно вижу, где ты и знаю, когда появишься. Ты ни разу не видел меня раздетым без моего на то полного согласия. У младшего ноздри раздувались от гнева. - Так почему ты позволяешь мне, потакаешь моим прочным желаниям? - Я это чувствую, и не могу обделить моего маленького в том, что он хочет. Я позволяю тебе наслаждаться моим телом Олег негодовал. Саша просто издевался над ним. Раз хотел уличить и унизить, так зачем делать это столь изощрённым способом. - Ты сейчас говоришь лишнее... - начинал нервничать Олег. - Я говорю так, как есть... - теперь немного в бешенстве был уже Саша. - Нет, ну, ты можешь хотя бы сделать вид, что не знал об этом - Нет. - Почему. Я унижен уже до невозможности, ты можешь хотя бы не делать ещё хуже - - Не могу - Да, чтоб тебя - Не ругайся - Не матерись, шлюх в дом не води, поздно не возвращайся - одни нравоучения. Я тебе что, ребёнок? - Да, ты ребёнок - Я тебе покажу, какой я ребёнок. Олег яростно прижал брата к макияжному столу в гримёрке, его лицо упиралось в холодное стекло, и он могу наблюдать всё происходящее в зеркале. - Я не пощажу тебя. Ты сам напросился. Олег сильнее прижимал его к поверхности. Затем резко сорвал со старшего брата штаны, под которыми к удивлению не было нижнего белья, и расстегнул собственную ширинку. Терпеть уже не было смысла, все барьеры уже разрушены, Саша налетел и разрушил просто всё, что годами в себе строил Олег. Руки по-хозяйски расположился на талии и сильными движением потянулись на себя. Громкий стон, и младший уже внутри. Он берёт его без остатка, не жалея ни капельки - сам напросился - бьёт в голове. Движения становятся рваными, а голоса постепенно срываются. Олег неподдельно рычит от удовольствия, а Александр скулит от мимолётной боли и чувства полного подчинения. С глаз постепенно как сходит пелена, и Олег понимает, что это его собственный брат, и он не хочет сделать ему больно, тут же успокаивает его мягким поцелуем в шею. Целует загривок, мажет по шее языком, перебирать непослушные волосы и зализывает свои полукусы. Шепчет о том, какой Саша хороший и как хорошо Саша принимает его, какой он покорный и гибкий, какая у него обалденная задница и крышнсносные стоны, и гладит по животу. Саша в ответ стонет ещё больше. Олег говорит ему настолько грязные вещи, какие не могут быть адресованны семье. Пальцы обхватывают соски, сначала правый, потом левый, другая рука идёт вниз по бедру, очерчивая принадлежащую ему территорию. Вздохи всё больше походят на беспрерывные рыдания, а глаза Старшего Медиума закрыты от переизбытка эмоций и наслаждения. Чужая рука наконец-то спускается на эрекцию. Пара резких движений, и Саша кончает на пол, последний раз отчаянно вскрикивая. Олег, не задерживается и следует его примеру. Оба стоят молча у гримёрного столика - Саша пытается отдышаться - - боятся пошевелиться, как будто это наваждение закончится, но Сашины ноги отказываются держаться и Олег подхватывает его поперёк живота. Старший мелко дрожит и не осмеливается повернуться назад. А Олег всё ещё в нём. Он наполнен его горячим семенем, и оно начинает медленно стекать по бедру. Так непривычно. Маленький никогда не был с ним таким. Горячодышащим, стонущим, распалённям и таким властным. - И что нам теперь делать? - растерянно спросил Олег. - Ну, для начала, выйти из меня - Олег снова густо покраснел, как будто бы минуту назад не брал своего брата самым непристойнейшим образом, и с хлюпающим звуком выходит из брата, получая в ответ разочарованный вздох, больше похожий на очередной стон, на что смущается ещё больше. - А сейчас ты не такой дерзкий, как пару минут назад - дыхание всё ещё не пришло в норму - - Как тебе, трахать собственного брата? - с ухмылкой спросил он. - Почему я так легко вошёл в тебя? - пропустил прямой вопрос младший - Ты был подготовлен - медиум обдумывал сказанное - Как ты узнал? - Иллюзионист не раскрывает своих фокусов, маленький За что получил негодующий, вредный взгляд и всё таки смилостививщись пояснил: - Кажется, мой эротический сон был вещим - смеётся позабавленный медиум - Значит,... Ты тоже... - Да, маленький - Тогда почему, после стольких лет, ты решил поднять эту тему - Я не мог смотреть как ты мучаешься - А почему не сказал раньше? - - Я не мог этого принять, как и ты. Нам нужно было время. Мне нужна была проверка, подтверждение твоих чувств. Я не мог поверить в их существование, думал, что это у тебя там гормоны бушуют и всё такое - сам был подростоком, всё понимаю, но чем больше я чувствовал на себе твоё внимание, тем больше убеждался, что это что-то нездоровое, и я боялся его. Да и свои чувства я принять не мог. - А то, что я "видел тебя с мужчинами.. - У меня в последние два года никого кроме тебя не было. Ты заметил, что они все были... - Не продолжай.. - Это мои фантазии. Ты видел их, а я видел твои - Ах - простонал младший, представив эту картину - Согласен с тобой Старший потянул его на себя и увлёк в нежный, ласковый поцелуй. Младший не сопротивлялся. Они целовались так, как не целовались ни с кем в жизни - так чувственно, искренне и ни к чему не принуждая. Руки прошлись по извивчивым чёрным волосам. - Я так люблю тебя - Сашь.. - смущённо и умилительно кинул Олег. - Вообще-то, я надеялся услышать, что ты меня тоже - сказал с напускным осуждением, а сам улыбнулся в ответ, как чеширский кот - Ты действительно невыносим - Тоже люблю тебя Так и закончилось неловкое признание двух братьев, и началась их долгая история любви. ...