Попробуй убежать, Хонджун

***

      Хонджун сидит молча всю дорогу до дома. Ему нечего сказать на то, почему он уже месяц бегает от Юнхо после их первого поцелуя.       Тогда, на берегу реки казалось, что они все решили без слов. Поцелуй был своего рода принятием отношений с двух сторон, но Хонджун пропал после этого.       Юнхо пришлось даже ездить к нему домой, но дверь так никто и не открыл. На расспросы через мать, он узнал, что Хонджун усиленно готовится к экзаменам и практически ни с кем не общается.        Но Юнхо был бы не Юнхо, если бы не стал караулить его у школы. И сегодня, впервые за этот месяц, он успел его поймать.       — Так и будешь молчать? — спрашивает Юнхо у беглеца и поедателя его последних нервных клеток.       — Мне нечего сказать, — отворачивается Хонджун к окну, наблюдая в отражении за ведущим машину Чоном.       — Замечательно тогда. Мы с тобой целуемся, а на следующий день я лечу в блок. Ты мне не отвечаешь нигде, прячешься, а еще постоянно убегаешь. Рот тебе для чего? Ты мог мне просто сказать: Юнхо знаешь, я просто хотел узнать, каково это целоваться с парнем, а на дальнейшее можешь не рассчитывать. Я бы тогда за тобой не бегал, в прямом и переносном смысле. А то я как собачонка ношусь за тобой месяц, а ты мне даже не можешь ответить, — Юнхо зло проговаривает все, что у него накопилось за это время. Он просто не понимает, что пошло не так в тот вечер.       Он помнит все до мелочей. Поцелуй, на который сам Хонджун охотно отвечал. То, как он прижимался к нему, отдаваясь полностью моменту. Как они вернулись домой и долго смеялись, что Ким в восторге от поездки на мотоцикле, хотя очень боялся. Как он чувствовал последний раз тепло исходящее от Хонджуна, и его губы на своих.       А потом тотальный игнор и игра в кошки-мышки, которая затянулась на месяц.       — Я был занят подготовкой к вступительным экзаменам, — тихо говорит Хонджун, теребя края рукавов своего пальто.       — А ты мог мне сказать об этом? Или ты думаешь, что я стал бы тебе мешать? Да мне хватило бы от тебя пару смс и звонка на ночь. Я же все понимаю, Хонджун, — Юнхо старается не смотреть на Хонджуна, он подъезжает к дому Кимов, продолжая рассматривать дорогу впереди.       Хонджун отстегивает ремень и выходит из машины, как Юнхо хватает его за руку, пытаясь задержать хоть на секунду.       — Если я тебе противен и ты ничего не хочешь, скажи об этом сейчас, я исчезну из твоей жизни навсегда.       Хонджун одергивает руку и выходит из автомобиля, но так и не отвечает Юнхо. Он просто молчит.       — Молчишь? Значит я не ошибся. Сколько мне еще подождать тебя? Год-два? Я дождусь, пока ты будешь разбираться в себе. Ты же этого испугался, что ты – гей? — Юнхо выходит из машины, но не подходит к Киму. Он смотрит через крышу авто на парня.       Юнхо кажется, что Хонджун с их последней встречи даже стал выглядеть по-другому. Нет, он и раньше сводил своим внешним видом Юнхо с ума, а теперь стал еще более привлекательным.       Белая водолазка, светлый тренч по фигуре, уложенные назад белые локоны, линзы вместо очков. От милого одуванчика ничего не осталось, теперь есть статный красивый мужчина, который разбивает с каждой секундой сердце Юнхо.       — Юнхо, — совсем тихо шепчет Ким, — Мне нужно идти.       — Ответь мне.       — Что тебе ответить? Что я в восемнадцать узнал, что я гей и мне нравится сын маминой подруги? Или что я сломаю свою жизнь, если приму неправильное решение? Что мне ответить, Юнхо? Ты ворвался в мою жизнь и перевернул ее с ног на голову. Я даже не знаю, что мне делать дальше, — Ким начинает плакать, повышая голос на Юнхо, — Это у тебя все просто. Захотел – не пошел в институт, захотел – замутил с парнем, захотел – вообще исчез. А я? Что мне делать? — Хонджун переходит на крик, начиная рыдать в голос.       — А ты не оставайся один в своих страхах, ты же знаешь, что ты только боишься, а на самом деле это не так страшно. Ты же смог сесть на байк и довериться мне, так же будет и в отношениях. Просто доверься мне, — Юнхо обходит машину, чтобы обнять плачущего Хонджуна, но тот отходит в сторону, не давая к себе подойти.       — Уезжай, Юнхо.       Хонджун разворачивается к дому, и не прощаясь оставляет Юнхо одного. Чону хочется догнать и прижать его к себе, и не отпускать больше уже никогда. Но Чон знает, что с Хонджуном так нельзя, его одуванчик должен сам прийти к нему.

***

      Хонджун вообще не хотел идти на выпускной, но родители заставили, сославшись на то, что этот день должен запомниться навсегда. Поэтому ему ничего не оставалось, как прийти на скучную последнюю вечеринку в школе.       Пока родители были рядом, Хонджун старался держаться: он улыбался, делал вид, что радуется, но в душе ему было тоскливо. Он хотел, чтобы родители поскорее уже уехали, оставив его одного в своих мыслях и переживаниях.       Пока все школьники танцевали и веселились, Хонджун пытался допить хотя бы один бокал шампанского, чтобы чуть-чуть расслабиться. Но даже это у него не получилось.       — Чего грустишь? — парень из параллельного класса нагло подсел к нему за стол, нарушая его утопическую атмосферу праздника.       Хонджун ничего не ответил, продолжая сверлить бокал, который крутил в руке, надеясь, что парень свалит.       — Я Чонхо, — не отставал назойливый парень. Но Ким даже не обернулся на протягиваемую ему руку, продолжая игнорить, — Брат Юнхо.       Хонджун резко повернулся, чуть не выронив бокал, когда услышал знакомое имя.       — О, точно, ты тот парень, в которого втюрился мой брат. Реакция моментальная. Ты Хонджун, вроде?       — Да. Брат что-то говорил обо мне? — Ким развернулся к Чонхо.       — Ага, я в последнее время чаще слышу твое имя от Юнхо, чем свое за восемнадцать лет, — Чонхо улыбается, — И тем более, я же за тобой присматривал.       — Присматривал? — удивляется Ким.       — Агась, чтобы с Хонджуном ничего не случилось, никто не обидел и никто к тебе не подкатывал, — смеется Чонхо.       — Это как? — все еще недоумевает Хонджун от того, что Юнхо даже не сам, но следил за его жизнью.       — Втрескался он в тебя по уши. Говорит, что ты любовь всей его жизни. Господи, целый месяц страдал, хорошо хоть песни Ланы Дель Рей не слушал, а то я бы повесился. Похудел даже, — Чон-младший рассказывает о страданиях брата, как о чем-то будничном, попутно наливая себе шампанское, — Будешь? — трясет бутылкой Чонхо.       — Давай, — протягивает свой полупустой бокал Хонджун, — А сейчас он как?       — Ооо, все еще страдает. Думаю, ты сломал моего брата, — спокойно отвечает Чонхо, чокаясь бокалами с Кимом.       — И ты так спокойно об этом говоришь? Ему же нравится другой мужик.       — И что? Как будто это конец света. Пусть он любит кого хочет, моим братом он быть не перестанет. Я поддержу его во всем. Тем более, у него неплохой вкус, — Чонхо подмигивает Хонджуну, который все еще в шоке, что он до сих пор нравится Юнхо, — Может, он на первый взгляд и не кажется серьезным, но ты первый человек в его жизни, который так сильно его зацепил. И в его чувства я верю сейчас больше, чем в то, что он свалит когда-нибудь от нас.       — Но я же парень?       — Я заметил, что ты не женщина, — ухмыляется Чон, — Ну влюбился в парня, что поделаешь. Видимо ты лучше всех девушек на этой планете, раз Чон Юнхо по уши в тебя втрескался.       — Где он сейчас? — перебивает Чонхо Хонджун, выходя из-за стола.       — На парковке школы.       — Что? — удивленный Ким заглядывает в лицо Чонхо, пытаясь понять шутит он или нет.       — Он приехал еще на торжественную часть, но не стал к тебе подходить, чтобы не портить праздник.       — Пока, Чонхо. Было приятно познакомиться, — Хонджун быстро жмет руку Чону, и несется к выходу из зала.       — Пока, Хонджун. Увидимся еще на семейных праздниках, — улыбается Чонхо, провожая взглядом убегающего Кима.

***

      Хонджун быстро спускается по лестнице, пропуская ступеньки. Он даже забывает надеть пальто, выбегая в одном костюме.       Белую макушку он замечает сразу. Юнхо стоит к нему спиной, опираясь по привычке на байк. Хонджун не зовет его, а просто со всей силы врезается в него, крепко обнимая со спины.       — Прости-прости, я такой дурак, — Ким прижимается сильнее, не давая даже развернуться Чону.       Прижимаясь щекой к спине, он чувствует вибрацию его тела, значит Юнхо смеется.       — И ты меня прости, одуванчик.       — За что?       — За то, что дал тебе усомниться во мне, с чего ты потом сделал вывод, что я могу оставить тебя одного.       — Я так не думал, — выпускает из своих объятий Юнхо Хонджун.       Юнхо разворачивается, улыбаясь, он так счастлив видеть Кима. Кажется, что сердце сейчас не выдержит от такого наплыва эмоций.       — Думал. Прости, что дал тебе усомниться в моих чувствах к тебе. Такого больше не повторится.       — А ты меня прости, что я вел себя, как неуверенный подросток.       — Так ты и есть подросток, — смеется по-доброму Чон, — С тобой нельзя, как со всеми. Сначала твои тараканы должны оттанцевать свою программу выступлений, а только потом, мой одуванчик, начнет думать сам. В этом весь ты, Хонджун.       Хонджун ухмыляется, закатывая глаза. Их чувства с его тараканами, были только что задеты до глубины души. Но не успевает Хонджун уйти в свою обиду, как Юнхо притягивает к себе, жадно впиваясь в губы.       Юнхо на мгновение прекратил поцелуй, он отстранился на пару секунд, посмотрев на Хонджуна и снова прижался к его губам, целуя уже более напористо.       И Хонджун поддался, как в тот вечер на берегу, слегка приоткрыл губы.       Они целовались всё быстрее и быстрее. Хонджун окончательно прижался к Чону вплотную, чтобы лучше его чувствовать. Он не хотел останавливаться, желая лишь раствориться в этом прекрасном поцелуе.       Когда руки Юнхо коснулись его талии, Хонджун простонал в поцелуй, но тут же остановил себя.       — Прости, — испугавшись своей реакции прошептал Хонджун, отстраняясь от Чона.       — Все нормально. Это нормальная реакция двух взрослых мужчин, — Юнхо оставил короткий поцелуй, снимая свою куртку и надевая ее на Хонджуна.       — А секс у нас тоже будет? — принимая заботу Юнхо, слегка опьяненный мозг выдал достаточно странный для такого момента вопрос.       — Ну да. Проявление чувств заключается не только в поступках и поцелуях, но и в объятиях, прикосновениях. Секс – это тоже проявление своего рода чувств. Желание сделать приятно своему любимому. Но это будет только тогда, когда ты будешь готов к этому, — Юнхо застегнул куртку на Хонджуне, поцеловав коротко в нос.       — А если я уже готов?       Если бы Юнхо не опирался на свой байк, то сейчас бы точно упал.       — Ты что, выпил лишнего? — удивленный словам Кима, Юнхо в недоумении внимательно смотрит на него, — Чонхо сказал, что ты выпил один бокал шампанского. Ты там где-то еще успел налакаться?       — Ага, в туалете с парнями.       — Что? — Юнхо моментально возвышается над Кимом. По нему видно, что сейчас эмоции шока сменяются на злость, — Я прибью Чонхо, сказал же следить за тобой пристально. Ничего доверить нельзя.       Ким лишь смеется с Юнхо, пока его парень в голове придумывает план мести брату.       — Ладно-ладно, не пил я. Просто пошутил, а ты уже так завелся. Ну а что такого, я теперь уже не школьник, сегодня мой выпускной, пора бы и лишиться девственности, — Хонджун закусывает губу, слегка покачиваясь на пятках.       Юнхо приподнимает одну бровь, внимательно изучая лицо Кима.       — Ты что-то курил?       — Нет.       — Тебе давали пожевать что-то?       — Нет.       — Тогда где мой Хонджун? Мой милый стеснительный одуванчик, который пугался каждого моего прикосновения.       — Я твой Хонджун, — тычет себе указательным пальцем в грудь Ким, — Ну я просто подумал, почему бы и нет. Думаю, прекрасный повод закрепить наши отношения, — рассматривает он небо, на котором ничего не видно.       — Ким Хонджун, ты что несешь? Какой закрепить отношения? Мы их закрепили еще в первый день, когда я тебя увидел. Поехали, я отвезу тебя домой.       — Так ты меня трахнешь, Чон Юнхо?       От этого Юнхо выпадает в окончательный осадок. От удивления он даже открывает рот. Сам Ким Хонджун ему сейчас озвучил слово «трахать». Юнхо никак не думал, что за месяц его цветочный мальчик такому научится.       — Ким, собирайся, я везу тебя домой.       — Нет, — начинает дуться Хонджун, жалобно протягивая, — Тогда я вернусь в школу и лишусь девственности с кем-нибудь там.       Хонджун даже не успевает договорить, как Юнхо хватает его за рукав куртки, помогая сесть на байк.       — Я тебе сейчас лишусь девственности. Ты довел меня, Ким Хонджун.       Ким устраивается поудобнее, сразу прижимаясь к спине Юнхо. Если бы только сейчас Чон видел лицо Хонджуна, который улыбается довольный, как сытый кот.

***

      Они практически ввалились в гараж, не переставая целоваться. Спокойный и безумно стеснительный Хонджун накинулся первым на Юнхо, как только они сняли шлемы. Чон конечно был не против, но хотелось бы немного узнать, что послужило для такого резкого разгона от милашки до развратного парня.       — Хонджун, постой. Что с тобой? — Юнхо практически силой отодрал от себя Кима, который очень хитро улыбался, облизывая свои губы.       — Ты же сам сказал, что мне нужно бороться со своими страхами, — Хонджун вновь потянулся к губам Юнхо, но тот остановил его, держа за плечи.       — Ты собрался бороться сексом со своими страхами. Или ты из-за того, что боишься близости?       — Да. Нет, я не это имел ввиду, то есть да, но секс, как катализатор, — затараторил Хонджун.       — Так да или нет?       — Да, то есть нет. Стоп. Я просто хочу лишиться девственности. Сегодня. Сейчас. С тобой.       — Почему именно сейчас? Мы можем походить на свидания. Повстречаться, дать время привыкнуть друг к другу.       — Потом я начну анализировать, думать, снова начну загоняться. А пока во мне бокал шампанского и невероятное желание быть с тобой, почему бы и нет.       — Хонджун, ты не перестаешь меня удивлять. Окей, но я думал, что у нас это будет более романтично, что ли. Ты к себе притронуться не давал, а сейчас снес меня своим темпераментом, требуя тебя трахнуть.       — Так это же я, — Хонджун оставил Юнхо одного на первом этаже, а сам стал подниматься по лестнице вверх, лукаво поглядывая в его сторону, — Идешь?       — Ты меня сведешь с ума, Ким Хонджун.       Как только они поравнялись, Хонджун сразу поцеловал Юнхо, помогая избавиться от одежды. Чон даже не понял, как оказался в одних трусах. Он, конечно, много раз представлял себе их первый секс, но точно не так, что Хонджун будет руководить всем от и до.       Но, а больше всего, он мечтал увидеть обнаженного Хонджуна, но когда это случилось в реальности, то даже забыл, как дышать.       — Ты великолепен, — Юнхо, как завороженный рассматривал каждый участок тела Хонджуна.       Мраморная кожа, острые ключицы, тонкая талия и то, на что больше всего обращал внимание Юнхо – упругая аппетитная задница. Чон сглотнул от зрелища, представшего перед ним. Хонджун сам избавился от одежды, даже не дав шанса Юнхо помочь ему.       — Когда ты успел из одуванчика превратится в развратную бестию? Где у тебя меняются заводские настройки?       Хонджун лишь громко рассмеялся, запрокидывая голову назад, открывая вид на родинку, которую так хотел поцеловать Юнхо.       Ким даже охнул от неожиданности, когда Юнхо начал выцеловывать его шею. Чон оторвался лишь на минуту, чтобы перенести Хонджуна на матрас.       — Ты точно уверен? — на вопрос Юнхо Хонджун лишь кивнул головой, сверкая своими карамельными глазами, — Я не занимался этим с мужчиной, но я подготовился и посмотрел пару научных видеороликов.       — Порно, что ли? — Хонджун громко рассмеялся.       — Может отложим твою потерю девственности? — Юнхо расставил руки по обе стороны от головы Кима, пытаясь угомонить внутренних бесов Хонджуна. Но парень лишь отрицательно замотал головой, — Будет больно, тебе нужно будет потерпеть. Обещаю, я постараюсь не испортить этот момент.       — Я обещаю, что буду покладистым, — приподнявшись на локтях, Ким коротко чмокнул в губы Юнхо.       Юнхо еще раз тяжело вздохнул, понимая, что его бестия не собирается отступать. А значит ему придется подчиниться, пока он себе еще не надумал, что Юнхо его не хочет. А то этот развратный одуванчик и об этом может подумать.       Чон слез с Хонджуна, пытаясь найти что-то в одном из ящиков, находящихся на этаже.       — Откуда у тебя здесь смазка? Да еще и новая, — не успел, адская шарманка в голове Хонджуна уже начала раскручиваться.       — Я ее недавно купил, хотел в рюкзак переложить. Думал, что когда-нибудь пригодится, но теперь с твоим сексуальным темпераментом мне нужно ее носить всегда и везде, — Юнхо снова лег на парня, прикусывая острые ключицы.       Хонджун усмехнулся, вновь начиная целовать Юнхо. Руки Чона успокаивающе гладили талию и плоский живот Хонджуна, давая привыкнуть к ласкам.       Хонджун начал возбуждаться, он не понимал, почему ему это так приятно, что даже не хотелось, чтобы Чон прекращал его гладить. Он никогда не знал, что его тело будет таким чувствительным. Когда Юнхо потянулся вниз, к его паховой области, Ким инстинктивно сжал колени, не позволяя дальше проникнуть. Юнхо лишь улыбнулся и опустился ниже к шее, к заветной родинке на ней.       Юнхо вернулся к губам Хонджуна, только когда одним мокрым и холодным пальцем проник в него.       Тот вздрогнул и уже хотел сжать коленки, но Чон успокаивающе провел по внутренней части бедра.       — Я буду нежным, — Юнхо снова его целовал и гладил. Он осторожно коснулся его входа и вновь вошел.       И вот от развратной бестии ничего не осталось, снова милый и растерянный Хонджун. Он покусывал губы Юнхо, прижимая к себе, стараясь не разрывать телесный контакт.       Но Хонджуну это не помогло. Он закрыл глаза, но так только сильнее чувствовал, как неприятно в нем двигался палец Чона.       А в порно парень выстанывал от удовольствия более правдоподобно, чем казалось на самом деле. На миг Хонджуну захотелось все прекратить, потому что было больно и неприятно, а стоило добавить второй палец, как стало ещё хуже.       Слезы брызнули из глаз, Хонджун задышал часто, пытаясь уже слезть с пальцев, как не менее взволнованный Юнхо вошел в него под новым углом. Но Хонджуну все равно казалось, что его разрывают на куски.       Когда добавился третий палец, Хонджун чуть ли не взвыл.       — Потерпи, потом будет хорошо, надо только подождать, — прошептал на ухо Юнхо, он старался сделать все как можно нежнее и аккуратнее, понимая, что для них двоих это первый раз, который запомнится надолго.       Постепенно Хонджун начал привыкать к этой боли, он уже мог ее перетерпеть. Когда Ким уже понял, что ничего не испытывает, Юнхо наконец-то дотронулся до кончика нервов внутри.       У Хонджуна внутри все затрепетало, а перед глазами загорелись искры. Он застонал от волны блаженства, что окатило его, и, не понимая, почему так происходит открыл глаза и рот, смотря на потолок.       Юнхо улыбнулся, понимая, что нашел то, что ему нужно и начал гладить там, проходясь по этому месту медленно, вызывая наслаждение. Хонджун завертел головой и раздвинул ноги сильнее. Юнхо вновь целовал его припухшие губы, но Хонджун отвечал уже еле как, потому что он растворился в удовольствии, которое ранее никогда не испытывал. Ким уже стонал в поцелуй, только распаляя этим еще больше Юнхо.       Юнхо вытащил пальцы, как Хонджун мгновенно пришел в себя от резкой пустоты внутри.       Хонджун хотел, чтобы эти волшебные длинные пальцы снова оказались в нем.       — Хонджун, сейчас нужно будет потерпеть, — Юнхо поцеловал его в губы, не давая ответить, как Хонджун почувствовал что-то большое и совсем не похожее на пальцы.       У Юнхо был большой, не на такое рассчитывал Ким, когда кидался с желанием лишиться девственности. Он запаниковал, но когда Чон начал входить стал дергаться и зажиматься. Юнхо сразу начал его целовать, успокаивать и просить, чтобы он потерпел и расслабился. Но Хонджун лишь мотал головой, ему было больно. Очень больно, будто его резали, разрывали напополам. Юнхо входил медленно, давая возможность Киму привыкнуть к его размеру. Только Хонджуну было так невыносимо больно, что он заплакал и начал причинять боль уже и Юнхо.       — Хонджун, расслабься. Дай мне войти. Ты так делаешь больно и мне, — выдал через боль Юнхо, сразу останавливаясь.       — Не надо. Я передумал. Отмена, — пропищал последние слова Хонджун.       — Тебе надо привыкнуть. Только расслабься, — Юнхо начал гладить его по голове и целовать. Он дотронулся до его члена, чтобы так Хонджун хоть немного отвлекся от боли.       — Очень больно. Я не смогу.       — Сможешь, но для этого надо потерпеть.       Хонджун не хотел терпеть, ему было плохо и больно. Слезы непроизвольно покатились по щекам, он зажмурился, пытаясь хоть как-то отвлечься от боли внизу. Он понимал, что он сам этого хотел: быть ближе с Юнхо, но только Ким никак не рассчитывал, что будет офигеть, как больно.       Как только Ким попытался что-то сказать, Юнхо резко вошел полностью и замер, чтобы Хонджун прекратил уже паниковать. Чону тоже было больно так, что он корчился от боли, но терпел и не выходил. Он понимал, что если не сейчас, то Хонджун уже никогда его не подпустит к себе.       Юнхо стал осторожно двигаться, и боль к Киму вернулась вновь, но стоило сделать пару движений, как член внутри коснулся чувствительной зоны. Хонджун ахнул и сжался, а Юнхо победно улыбнувшись, продолжил двигаться дальше, понимая, что Киму уже теперь не так больно.       Теперь, когда член делал ему так хорошо, как не делали пальцы, Хонджун стал понемногу расслабляться в руках Юнхо. Пальцы теперь казались ничем по сравнению с настоящей плотью. Ким стонал и хватался за руки Юнхо, сжимая их, чтобы найти хоть какую-то точку опоры.       Киму все ещё было больно, но боль уходила, и на её место пришло удовольствие от того, как Юнхо медленно, давая привыкнуть к таким размерам, входит в него. Ким облизывал губы и вертел головой, потому что хотел ещё, потому что не знал, почему ему так хорошо и почему он столько бегал от Юнхо.       Калейдоскоп разноцветных огней взрывался перед глазами Хонджуна. Тела стали покрываться слабыми разрядами тока, из горла вырывались уже стоны наслаждения.       — Боже, я сейчас сойду с ума, — Хонджун сжал свою дырочку, когда Юнхо ускорился, уткнувшись лбом в его плечо, — Я точно умру с тобой, Ким Хонджун.       Юнхо ускорялся, и от этого Ким закричал еще громче.       Они трахались, как настоящие животные, не зная, что завтра один из них не сможет встать с постели.       Сейчас все, о чем мог думать Хонджун, о точке, которую постоянно задевал Юнхо. Он сжимал его бедра до синяков, натягивая на себя с такой силой, что Хонджун задыхался от наслаждения, высовывая кончик языка.       Сейчас весь второй этаж заполнил запах секса и двух разгоряченных тел.       Юнхо бешено задвигался и уже не мог сдержать свою страсть, ему было мало Хонджуна, хотелось больше, ближе, глубже. Он обнял его, прижимая ближе, прокусив плечо Хонджуна до крови, а тот закричав, излился на их животы.       Чон сделал ещё пару толчков, прежде чем вытащил свой член и кончил на постель. Они повалились на кровать, такие потные и уставшие. Ким разлегся сразу и уставился в потолок.       — Только попробуй завтра сбежать, Хонджун. В этот раз тебе уже не убежать, — тяжело дыша проговорил Юнхо, смотря на своего парня.

***

      — Хонджун, не забывай мне, пожалуйста, звонить. Одевайся теплее. Кушай хорошо. Как замечательно, что вы стали лучшими друзьями с Юнхо, — пока мисс Ким тараторит напоминание, Хонджун вспоминает, как этот «самый лучший друг» трахал его сегодня ночью. Но об этом ей лучше не знать, — Теперь не так страшно отпускать тебя жить одного. Лучшего соседа и не придумаешь. Я рада, что вы так сблизились за лето, что решили вместе снимать квартиру.       — Ага, сблизились, — улыбается матери Хонджун, думая совсем не о том.       — Мы так рады с мисс Чон, — госпожа Ким целует сына на прощание, не выпуская из своих объятий.       — Ну все, мам. Мне пора. Нужно заехать еще кое-куда. Тем более, мы живем в одном городе, можете приезжать к нам в любой момент. Только предупредите заранее, — Ким все-таки вырывается, прощаясь с матерью.       Юнхо моментально реагирует на хлопок двери, он знает, что это пришел Хонджун.       — Ты где был? — взволнованный Юнхо сразу вылетает в коридор, моментально застывая от внешнего вида своего парня и того, что у него в руках.       — Привет, — улыбается Хонджун во все тридцать два зуба своей очаровательной улыбкой. Он знает, что только она сейчас его спасет от скандала, только начавшейся их семейной жизни.       Юнхо, пребывая все еще в шоке, разворачивается, возвращаясь в гостиную. За несколько месяцев отношений он понял одно: Ким Хонджун – это один непредсказуемый сгусток очарования.       Чтобы он не натворил, он все это делает с очаровательной улыбкой на лице, которая до сих пор сводит Юнхо с ума.       — Ну что, ты расстроился из-за цвета волос? Я всегда мечтал покраситься. Но в школе это было неуместно, а теперь можно. Тем более розовый мне очень идет.       Юнхо жалобно смотрит на Хонджуна, понимания, что ему идет все, особенно то, что он держит в руках.       — Собака откуда? — спрашивает Юнхо, надеясь услышать, что она соседская и Ким ее вернет ей.       — Это Чуи, — радостно поднимает пса Хонджун. Юнхо вымученно улыбается, надеясь все еще услышать заветные слова, — И он будет жить с нами.       Контрольный в голову прилетает Юнхо в день окончания летнего солнцестояния. Он был молод, красив и очень любил Ким Хонджуна, который притащил откуда-то болонку.       Чон молча садится на пол, опираясь спиной на диван. Краем глаза он замечает, как Хонджун, держа Чуи, садится рядом. Он кладет голову на плечо Юнхо.       — Ты же сам сказал, что надо бороться со своими страхами вместе. Вот мы и будем бороться вместе, — тихо начинает Хонджун.       — Я не боюсь собак, одуванчик.       — Ты боишься ответственности, вот поэтому я купил тебе в подарок Чуи.       — А я купил тебе фотоаппарат, — Юнхо поворачивает голову к Хонджуну. Парень поднимает свой взгляд на него, снова очаровательно улыбаясь.       — Я знаю. Я уже нашел его в твоих футболках, когда хотел надеть одну из них.       Юнхо улыбается, понимая, что Хонджун абсолютно не тот скромный ботаник, которого он впервые увидел в коридоре квартиры Ким. Это ураган непредсказуемости, который он успешно закрутил возле себя. Но Юнхо нравится Хонджун любым. Главное, чтобы он всегда был настоящим. А собаку, рептилий и сексуальную ненасытность Кима, он как-нибудь переживет. Ведь еще никто не отменял курс успокоительных.       — Хорошо. Пусть Чуи живет с нами, но только водить гулять его будешь ты. И никаких: «Юнхо, я хочу поспать еще пару минут» и «милый, погуляй с псом».       Хонджун кивает, целуя Юнхо в щеку.       — Попробуй убежать от нас, Юнхо, — смеется Ким, прижимаясь к Юнхо, который обнимает его за плечи.       — Ты меня уже догнал, Хонджун, — Чон утыкается в самую любимую макушку на свете.       Им уже некуда бежать, они догнали свою цель.