Ловушка из лепестков сакуры

Жеребьевка несла в себе больной азарт, который так любил Айноске Шиндо. Только в этот раз, боль была не только интересной, но и пугающей, ведь был в этой коробке, тот, кому мужчина дал прозвище «Искуситель». Такой же запретный, как и плод яблока в райском саду. Такой покорный, доступный, но в тоже время, холодный и далекий. И вот в руке тот самый жалкий клочок бумаги, на котором четко написано прозвище, выбранное Тадаси. Улыбка мгновенно сошла с лица Айноске. «Нет, только не он…», — единственная мысль, что порхала, загнанной бабочкой, в его голове. — Что ж, счастливчик, что сегодня получит порцию моей любви, — показывая всем именную карточку, прокричал Адам, — Снейк, милый взывай скорую помощь любви, — последнее слово Айноске практически выплюнул. Толпа, находившаяся около импровизированной сцены, одобрительно загудела. И начала окружать парня в красной кепке. — Зря ты парень, решил участвовать, — сказал какой-то невысокий парень, — Тебя Адам размажет, как миленького. Его приятели тут же подхватили его и стали говорить, что Адама победить невозможно. — Ты хоть кепку то сними. Если личико красивое, то лучше убегай, — прогрохотал парень, что стоял по правую руку от зачинщика, и потянулся к красному головному убору. Но как только пальцы громилы коснулись козырька кепки, руку резко перехватили и в следующую секунду обидчик уже лежал на пыльной трассе. — Если вы не смогли победить его — это не значит, что я не смогу, — спокойно проговорил Снейк. — Ах ты, — поднявшийся с земли обидчик уже занес руку для удара, как его сбил с ног парнишка с красным вихрем на голове. — А это не хорошо завидовать успехам других, — показав язык, прокомментировал парнишка. — А тебя вообще никто не спрашивал, — еще сильнее разозлившись, прокричал громила, — Вам просто повезло, сопляки, что у нас с друзьями дела, — разворачиваясь, прохрипел он. Как только компания скрылась из виду, красноволосый парнишка повернулся к Снейку. — Ты в порядке? — улыбаясь, спросил он, — Меня, кстати, зовут Реки Кян, а тебя? Но если тебе удобнее, то я могу звать тебя Снейк. — Ты слишком шумный, — выдыхая, проговорил Тадаси, — Я не очень хочу светить тут своим именем. Пойми я тут на один раз, и с определенной целью. — Юююх, — просвистел (ну не знаю я, как этот звук написать) Реки, — Да ты секретный агент, и работаешь на ФБР, — рассмеялся огненно-волосый, — Ну да ладно, не хочешь не говори, я просто хотел предупредить по поводу твоего соперника, — парнишка резко стал серьезным, и Тадаси захотелось послушать, чо он скажет о его боссе, — Но давай не тут и не сейчас, у вас матч после завтра, поэтому предлагаю встретиться завтра к мясной кафешки, что тут недалеко и поговорить, как тебе план? Тадаси задумался, с одной стороны ему не хотелось особо не с кем обсуждать Айноске, особенно зная, что за такое босс и выпороть может, но с другой стороны своего «противника» нужно хотя бы немного изучить, все же с тех пор, как Тадаси научил его кататься, многое могло измениться. — Ну, хорошо, — наконец решив, сказал Кикучи (это Тадаси), — Тогда дай мне свой номер телефона, и напиши точный адрес этого места и время нашей встречи, — продолжил Тадаси, протягивая красноволосому свой довольно старенький телефон. Многие бы сказали, что раз у него богаты босс, то и вещи все должны быть дорогими, но это не так. Если бы вы спросили Тадаси, когда он последний раз покупал себе действительно стоящие вещи, то услышали бы в ответ лаконичное молчание. Реки довольно хмыкнул, вбивая свой номер в телефон и возвращая его владельцу. — Я напишу сегодня вечером точное время и место, — уже убегая крикнул Реки. Тадаси что-то хотел было выкрикнуть в ответ, как над ухом раздался пронзительный крик: — Реки, — звучно звучало из губ голубоволосого парня, что был на несколько сантиметров выше самого Тадаси, — Простите, вы не знаете, куда побежал тот парень? — обратился он уже к мужчине. — Нет, я не знаю, — спокойно ответил Тадаси, отодвигаясь от парня. Голубоволосый молчал какое-то время и Снейк уже решил, что ему пора уходить, но тут парнишка подал голос: — Меня зовут Ланга я… Дальше Тадаси уже и не слушал, было все равно, что скажет это парень, ведь сам секретарь знал о нем много и даже слишком много, ведь Айноске ни на секунду не превращал говорить о нем. «Он моя Ева» однажды сказал Адам. И после этого жизнь для Тадаси стала еще невыносимее. Не проходила и дня, чтобы Кикучи не думал, что он разбит, вернулись сильные панические атаки, но Адаму он об этом не сказал, был уверен, что никакого эффекта это не вызовет, ведь его босс бы полностью поглощен своей «больной» идеей. За своими воспоминаниями Тадаси не заметил, что из глаз стали скатываться особо крупные капли. — Ой, я что-то не то сказал, — вдруг вывернул его из пучины боли, голос Ланги, — Вы можете стоять? Кажется вам плохо, — подхватывая оседающего Тадаси, продолжил он. — В.все в порядке, — отодвигаясь запротестовал Кикучи, — Временное головокружение, такое бывает, — попытался успокоить он собеседника, — А по поводу того парня я, увы, ничем помочь не смогу, мы толком и не поговорили, он лишь предложил поделиться информацией о Адаме и все. — Реки… — только выдохнул голубоволосый. — Знаю, что это не мое дело, но вы видимо поссорились, может скажешь из-за чего, — аккуратно начал Таадаси, все-таки мужчина не могу смотреть на грустных людей, Тадаси часто корил себя за это, но поделать ничего не мог, — Говорят если выговориться кому-то, то станет легче. — Ох, если вас это не затруднит, — Ланга провел рукой по голове, выдыхая каждое слово, — Мы поссорились, но я не понимаю, на что он так обижен, — начал он, — Он уже несколько дней игнорирует меня и наших друзей, не ходит в школу и в нашем скет-парке не появляется, — печально улыбнувшись, Ланга продолжил, — Понимаешь я в скейтегне не так уж и давно, а как Реки сделал мне эту доску, все стало получаться, — он показа свой борд Тадаси, — И какое-то время нам было весело, мы катались вместе, понимаешь, — Ланга посмотрел на Тадаси, а мужчина прикусил внутреннюю сторону щеки, чтобы нечаянно не сказать, что он прекрасно понимает о чем тот говорит, ведь Тадаси помнил то прекрасное время, когда Айноксе только учился кататься, — А недавно он просто сказал, что больше не хочет кататься, — закончил Ланга, — Вот и конец. — Прости, но твой друг так сказал после твоего состязание с Адамом, — все же решил уточнить Тадаси. — Да, — четко ответил голубоволосый, — Но я не. Договорить ему не дали немного эмоциональные слова Тадаси: — Он боится, боится, что звезды, — мужчина небрежно показал в сторону трибуны, на которой еще недавно стоял Адам и медленно показал на самого Лангу, — Слишком высоко. Сказав то что он думал, Тадаси развернулся и просто ушел. Мужчину не волновало, что Ланга кричал что-то ему в след, Кикучи просто хотелось запереться в своей ванной комнате и от души поплакать. То о чем переживал Реки было настолько близко самому секретарю, что даже физически ощущалось, как липкая боль, страх и горечь тянуться к нему. Тадаси сам не заметил, как оказался дома. Машинально сняв с себя все эти вещи, что были в несколько раз больше нужного размера, мужчина просто забрался под горячий душ и стоял, пока не начал ощущать нестерпимую боль, но даже и она не могла перекрыть душевные порезы. «Сегодня я не приехал в особняк, — все же находя в себе силы, подумал Тадаси, — Он будет очень зол, но это все завтра, сейчас я ничего не могу». С этими мыслями измученный своими чувствами Кикучи заснул, комкая края подушки. А в это время, на другом конце города, на большой кровати с большим балдахином пытался заснуть Айноске, мысли о том, что Тадаси сегодня не появился на рабочем месте, почему-то показались печальными, хотя раньше таковыми не… подождите, а было ли и хоть раз такое вообще.