Убийца богов

      Ну же Паймон! Ты много раз видела, как готовят яичницу, значит и сама сможешь! Это ведь не сложно. Вылила чутка масла, разбила яйца, посыпала солью, подождала немного и готово! Так, где там сковорода завалялась… Вот, нашла! Ну что-же! Пора удивить Па… Кхм! Господина Ёсимуру!       Как бы сильно я себя не подбадривала в тот момент, готовке это никак не помогло. Я переборщила с маслом, неаккуратно разбила скорлупу, забыла добавить соль, поставила слишком сильный огонь, и после всех этих неудач, словно для добивки, яичница вспыхнуло пламенем. Я безуспешно пыталась его потушить, но делала только хуже. Огонь уже перепрыгнул на шторы, и всё закончилось бы очень плачевно.       — Почему горит горелым?.. — Если бы папа вовремя не проснулся. Увидев весь этот хаос, он быстро надел перчатки и выкинул горящие шторы через окно, а затем закрыл сковородку крышкой, унося её на улицу.       Я всё это время стояла как вкопанная, боясь сделать только хуже. Когда же он вернулся, он оглядел весь беспорядок на кухне который я устроила и тяжело вздохнул. Тогда этот вздох я восприняла по своему. Подумала, что он сердится на меня, не осознавая, что это был вздох родителя, ребёнок которого сделал какую-то ошибку.       Как вы уже поняли, тогда я ещё не называла его своим отцом. Ну, как не называла… Все в городе знали меня, как приёмную дочь Соры Ёсимуры, что много лет училась за границей. Папа тогда представил меня так, чтобы избежать вопросов у местных жителей, что очень хорошо сработало. Но даже находясь на публике, я не особо употребляла слово: «Папа», стараясь обращаться к нему более официальным «Отец», но даже это слово я не часто говорила. Когда же мы оставались наедине, я называла его Господином Ёсимурой, боясь называть его по другому. Пожилой мужчина, который научил меня жить как человек и обращался так, словно я его кровная родственница, смотря на которого, у меня появлялась только одно слово на уме. Мне так часто хотелось позвать его, во всё горло крикнув: «Папа!», но несмотря на всё моё желание, страх сильно перевешивал. Хотя, это не единственная причина, почему я так долго мешкала…       — Паймон… — Начал он тихо и без агрессии, но я его перебила.       — Простите! — Зажмурив глаза от безысходности, я поклонилась, боясь что он скажет. — Я… Я просто хотела приготовить вам завтрак! Хотела сделать что-то полезное! Прошу, простите меня! Если вы хотите, я больше никогда не возьмусь за готовку, только не выгоняйте меня!       Да, как видите, уверенности у меня тогда почти не было. Это сейчас я богиня, крутой боец и напарник не менее крутого Убийца Богов, но пару лет назад я была совсем другой. Неуверенной, дрожащей от любого громкого слова, немного запуганной девочкой, которая не знает кто она вообще такая и нуждается в помощи других. Именно поэтому я не решалась звать его так, как привыкла сейчас.       И да, это была моя первая попытка что-то приготовить, и как она обычно у всех бывает, получилось очень плохо. Но здесь я превзошла многих, чуть не устроив пожар, который сжёг бы деревянный дом папы дотла. Но он не злился. Совсем. Он медленно поднял мой торс с сильного поклона, глядя мне в глаза с пониманием.       — Паймон, я не злюсь на тебя. — Начал он мягко, что меня немного успокоило. — Когда я в первый раз пытался сделать еду, пару человек получили такие ожоги, что у них шрамы по сей день остались. Поэтому ругать я тебя не буду. Тем более что ты хотела сделать завтрак для меня, так с чего бы мне злится?       — Но я же чуть не сожгла… — Мне даже смелости не хватило, чтобы договорить, но он и так всё прекрасно понял.       — Но не сожгла ведь, верно? — Он посмеялся, беря меня за ладонь и сжимая её в руках. — Да и не могу я злиться на такую прелестную девушку.       — Господин Ёсимура! — Я засмущалась, но руку не отдёрнула.       — Знала бы ты, сколько молодых людей спрашивали насчёт тебя. Каждый день прямо-таки и слышу: «Ваша дочь с кем-то встречается? А у вашей дочери есть парень?». Мне уже надоедает им отвечать что… Постой… Неужели ты учишься готовить, чтобы замуж поскорее выйти?..       — Господин Ёсимура!       — Шучу-шучу! — Он снова посмеялся, начиная убирать кухню. — Но всё же, зачем ты решила сделать завтрак?       — Я… — Я замялась, долго думая что сказать. — …просто не хочу быть бесполезной. Вы и так позволили мне остаться у себя, поэтому я должна хоть что-то делать!       — А то, что ты уже во всём помогаешь мне, не достаточно? — Спросил он с ехидно поднятой бровью, что вело меня в ступор.       — Ну…       — И то, что ты спасла меня от тех ублюдков при первой встрече? Хотя смотря на тебя сейчас, мне с трудом верится, что тогда ты их так хладнокровно убила…       — Пожалуйста, не вспоминайте это! Я тогда действовала на рефлексах, но сейчас я бы так не поступила!       — Паймон, я не виню тебя. Тем более что в твоём возрасте, я и не такое вытворял, сама ведь знаешь.       — Знаю, но…       Я вновь замолкла, теребя выбившуюся прядь волос, при этом отводя взгляд. Папа не стал торопить меня с ответом, вытирая стол от бардака. Дабы не стоять без дела, я решила складывать мусор в один мешок. Отец то и дело поглядывал на меня, и замечая его взгляд на себе, я нервно отворачивалась, дрожа как на морозе. Постепенно тишина сильно затянулась, становясь очень напряжённой. По крайней мере мне она таковой и казалось.       — Паймон. — Но стоило папе прервать её, так я ещё сильнее задрожала, что он конечно и заметил. — Если хочешь, я могу научить тебя готовить. Я конечно не самый лучший повар, но научить чему-то простому могу.       Я с лёгким неверием посмотрела на него, на что он широко улыбнулся.       — Вы серьёзно? — Прошептала я еле слышимо.       — Конечно. Если ты хочешь конечно.       — Очень хочу! Пожалуйста, научите!       — Как раз появится ещё одна причина, выдать тебя за кого-то замуж… — Очередная его шутка, на которую я отреагировала не так, как следовало.       — Да хватит, Пап! — Крикнула я громче нужного, не сразу осознав, что я сказала.       Когда мои мысли догнали реальность, я закрыла рот руками, не зная куда себя деть. Папа же стоял в шоке, будто он только что призрака увидел. Хотя честности ради, то, что я сказала, было более фантастическим. Я хотела убежать, но мои мышцы были как в судорогах, от чего я и шага сделать не могла. Мы так простояли минуты две, и все эти две минуты у меня в голове крутилась только одно: «Мне конец… Мне конец… Мне конец…»       Но вместо того чтобы замять эту ситуацию, перевести её в шутку, или что-то ещё, отец очень быстро (Что удивительно для его возраста) притянул меня к себе и крепко обнял. Это было так неожиданно для меня, что я не сразу решилась обнять его в ответ. Но вскоре я почувствовала влагу на своем плече, и услышала тихие всхлипы, поначалу не веря.       — Хорошо… Доченька моя… — Он слегка отстранился, смотря на меня с счастливым лицом и слезами на глазах. — Если тебе не нравится, я перестану так шутить.       Почему-то именно в этот момент у меня резко повысилась уверенность со смелостью.       — Нет, это хорошие шутки, просто… Сама мысль о скорой женитьбе отторгают что-ли… Да и не нашла я пока своего прекрасного принца! Вот как найду его, так сразу же женюсь! А пока я буду жить с вами!       — Ого! Вот как мы заговорили! — Он вытер слёзы, смеясь от моих слов. — Тогда с нетерпением жду своего будущего зятя!       — Поверь… — Я сглотнула. — Пап! я найду себе такого мужа, что ты в обморок упадешь при виде него!       — Ох… Ну за что ты так со мной?! — Он отчаянно схватился за грудь, театрально подыгрывая. — Моё сердце ведь не выдержит! Я и так еле держусь, смотря на тебя, а тут ещё и принц появится!       Впервые за этот день я засмеялась, искренне и по доброму. Это был день, когда я впервые назвала Сору Ёсимуру своим папой, о чём я никогда не жалела. Если бы судьба решила бы иначе, и я родилась бы человеком как Итэр, я бы хотела, чтобы я стала дочерью именно этого человека. Ведь та я, которую вы сейчас знаете, появилась по большей части благодаря нему.       Я благодарна ему за многое. Но в первую очередь за то, что он сделал из великой богини Небесного порядка, простого, но справедливого и честного человека.       Пап, спасибо тебе за всё!

—🌙—

      Но не успела я вдоволь насладиться одним приятным воспоминанием, так меня перебросило в другое. Причём так резко и внезапно, что я не сразу поняла что произошло. Ко всему этому, перед моими глазами всё плыло и в ушах всё звенело, из-за чего было трудно разобрать что происходит. Но что-то понять я всё-таки смогла.       Я находилась в каком-то странном королевстве, которое раньше не видела. По крайней мере за последние несколько лет точно. Я шла к огромному строению, на вершине которой красовалась устройство, чья яркость могла посоревноваться с закатным солнцем. В сопровождении людей в белых облачениях, я проходила через толпу, которая охотно пропускала меня вперёд. Поднявшись на ступеньках и развернувшись к народу, я начала какую-то речь, которую не могла услышать. Лишь какие-то невнятные звуки.       По его окончанию, все они поклонились мне, как и священники рядом. Сцена напоминала типичную речь предводителя для его народа, где первым как раз выступала я. Неужели это воспоминания о том, как я была богиней? Это мой народ? Мои люди? Или это?.. Даже не знаю… Чужие воспоминания?..       Но как оказалось, нет. Моё собственное воспоминание начало сильно меняться. Мыль в глазах стала сильнее, но слух прояснился. Всё вокруг покрыло непонятная темнота, и тем не менее, люди никак не изменились. Но это было лишь пол беды. Они все резко подняли свои головы, и я увидела на их лицах абсолютное ничего. На месте, где должны были находится глаза с бровями и нос с ртом, ничего не было. С каждой секундой это становилась всё более жутким. Ко всему этому, моё зрение вернулось и на меня начало давить непонятное чувство. Оно медленно усиливалось, и именно сейчас я услышала, отчаянное, но в тоже время, пропитанное злобой…

ТЫ НАС БРОСИЛА

      Что?.. ПРЕДАЛА НАС

ПРОСТО УШЛА

КАК ТЫ МОГЛА?

МЫ ВСЕ УМЕРЛИ ИЗ-ЗА ТЕБЯ

ОСТАВИЛА ИМ НА РАСТЕРЗАНИЕ…

ПОЧЕМУ?!

      Я не… Постойте!..

ЗА ЧТО С НАМИ ТАК?!

КАКОЙ ГРЕХ МЫ СОВЕРШИЛИ?!

НЕУЖЕЛИ ЭТО БЫЛА НАША СУДЬБА?

КАК ТЫ СМЕЕШЬ НАЗЫВАТЬСЯ НАШЕЙ БОГИНЕЙ

ЕСЛИ БЫ Я МОГЛА, ТО УБИЛА БЫ ТЕБЯ

КАК ТЫ МОГЛА ЭТО СДЕЛАТЬ?!

ЗАЧЕМ?!

      Почему вы мне это говорите?.. Кто вы такие?.. ПОМНИ ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА

РАНО ИЛИ ПОЗДНО ТЫ РАСПЛАТИШЬСЯ ЗА ЭТО

МЫ ЖЕ ВАМ ТАК ДОВЕРЯЛИ!

А ВЕДЬ ПРАВИЛЬНО ГОВОРИЛИ СТАРЦЫ

ВСЕ ВЫ БОГИ ОДИНАКОВЫЕ

      Погодите!.. Я… Я ведь не знаю кто вы!

Паймон?

      Я не помню вас всех!..

Паймон!

       Я не та, кого вы знали! Так отстаньте от меня!!!

ПАЙМОН!

—🌙—

      Громкий крик вытянул меня из кошмара, возвращая в реальность. Я так резко открыла глаза и вскочила с постели, будто в меня вкололи адреналин. Я тяжело дышала, была покрыта холодным потом, все мои нервы были сильно взбудоражены, а сердце колотилось неимоверно быстро. Всё что я только что видела, проносилось передо мной словно плёнка, повторяясь из раза в раз.       Крики. Лица. Темнота. Речь. Королевство. Папа… Это… Всё это было ненормально. Что это вообще было?! Как всё это…       — Паймон?       Неожиданно для меня, кто-то взял меня за руку, и подняв глаза, я увидела крайне обеспокоенного Итэра. Кажется, это его крик разбудил меня. Он недолго смотрел мне в глаза, после чего аккуратно обнял, пока я не соображала что происходит. Но стоило мне немного прийти в себя, и почувствовать его руки на своей спине и тонкой талии, так всё моё напряжение сняло как рукой. Его сильные плечи, крепкий торс, широкая спина. Я никогда раньше не чувствовала себя такой расслабленной. Будто через эти объятия он прямо говорил мне: «Ты в безопасности», и я действительно это чувствовала. Через время он начал гладить меня по спине, что успокоило мою дрожь, которую я не замечала.       — Не бойся, я рядом… Рядом с тобой… — А когда он прошептал мне это в ухо спокойно томным голосом, так я чуть не растаяла. Волна мурашек пробежала по мне, а сама я покраснела, ведь это было явно не то, что стоило ожидать от моего напарника. Сейчас он вёл себя так, будто соблазнить хочет, что навряд ли является правдой.       — Итэр… — Прохрипев это очень тихо, из-за пересохшего горла, я сглотнула, дабы унять внезапно нахлынувшие чувства. Подняв свои дрожащие руки, я обняла его в ответ, и замолчала, дабы не прерывать этот момент.       Я вдыхала его запах, напоминавший аромат книг и печенье с шоколадной крошкой. Через тонкую ткань одежды ощущала его глубокие шрамы, которые я же и лечила. Чувствовала его размеренное дыхание на своём плече, на которое он же и плакал. Дабы унять своё сердце, я прижалась к нему как можно сильнее, но это дало ровно противоположный эффект. Всё его тепло, так приятно меня гревшее, сейчас было именно такой, какой я и хотела: Такой родной и не угасающий.       Я хотела как можно сильнее запомнить этот момент, дабы вспоминать его и дальше. Во всех подробностях узнать какого это, быть маленькой, но не слабой женщиной, в объятиях сильного мужчины. Это непреодолимое ощущение…       Но в момент наибольшего спокойствия, меня словно ударило током. Всё, что происходило со мной за последние дни, хлынули неудержимым потоком. Я вспомнила всё. Появление Главы и кого-то неизвестного из Селестии, мой диалог с Кадзухой, сражение Итэра и Скары, моя битва с Сёгуном, внезапное нападение на неё, убийство Синьоры и… Папа…       То, что они с ним сделали… То, что он чувствовал в последний момент… Почему… Почему они не могли сделать это более гуманным способом? Зачем было его так мучить?! Он же и так долго бы не прожил… Неужели они даже немощного старика не могли пожалеть? Что с этими аморальными уродами не так?!! Зачем было это делать? Для чего!!!       Мои глаза намокли, а моргнув, я пустила слёзы, и нервно задышала, что естественно почувствовал Итэр, чуть меняя положение, дабы я удобнее положила голову на его плечо. Одной рукой он взял мою ладонь, а вторую положил мне на голову, медленно гладя её.       Я плакала долго. Очень долго. Я кричала сквозь слёзы, постоянно всхлипывала, а моё дыхание то и дело сбивалось, и я жадно глотала воздух, но это не помогало. Я хотела что-то сказать, объяснить ему что произошло, но вместо фраз, вырывались только рыдания. Я крепко вцепилась в одежду блондина, боясь остаться с этой болью наедине. Боялась, что останусь одна в такой момент. Он не ушёл. Просто молчал, позволяя мне выплакать всё, что накопилось. Его плечо уже было мокрым, но я не останавливалась. Когда казалось, что рыдание прекращались, я снова и снова вспоминала то мгновение, когда увидела изуродованное тело отца, и слёзы приходили с новой силой. Я захлёбывалась ими, когда мой голос дрожал и ломался от постоянных криков.       Так мы просидели очень долго. Я не знаю сколько именно прошло, но это было не важно. Постепенно мои крики становились тише, а слёз меньше, пока они не прекратились совсем. Остались только тяжёлые всхлипы и редкие, дрожащие вздохи. Хоть я и проронила не мало слёз, но горе в моём сердце это практически не повлияло. Мне хотелось плакать ещё, но сил на это уже не было. Я смиренно лежала в объятиях Итэра, дабы успокоиться.       Когда я перестала издавать звуки, Итэр легонько отстранился, чего мне не очень хотелось. Я даже начала тянуться к нему ближе, дабы не отцепляться от него, но у Убийцы Богов были другие планы. Подобрав соломенную корзину, которая находилась прямо у кровати, он поставил её между нами, открывая крышку. Я увидела в ней десяток суши и несколько деревянных тарелок с Такояки. Взяв бамбуковые палочки, Итэр поднёс суши к моему рту, со словами:       — Поешь. Ты наверняка очень голодна.       И действительно, я почувствовала бурчание в животе, когда вдохнула запах еды. Я молча начала есть, не придавая значение тому, что Итэр меня кормит с рук. Это хоть и смущало, но сейчас мне было не до этого. Пока я жевала пищу, Итэр успевал поесть и сам, и вот так мы просидели несколько минут, ничего не говоря. Когда многим могло показаться, что самое время немного подумать, ко мне в голову не приходили никакие мысли. Лишь гнетущая темнота, прерываемая вкусом и запахом свежеприготовленной еды.       — Хочешь поговорить? — Мягко спросил Итэр, кормя меня очередным суши. Я нерешительно помотала головой. — Хочешь чтобы я ушёл? — Спросил он снова и на этот раз я с паникой повторила прошлое действие, что тронуло его до улыбки.       Когда мы поели, Итэр убрал корзину в сторону и сел на кровать, смотря на меня с ожиданием. Я же, абсолютно не стесняясь, села между его коленей и взяла за руку, при этом положив голову возле его шеи. Он обомлел и сильно засмущался, потупив взглядом несколько секунд.       — Паймон?..       — Дай мне ещё немного времени, пожалуйста. — Прошептала я, собираясь с мыслями. Он кивнул, постепенно краснея, но не возражая. Так прошли следующие несколько минут, в тихой, но в очень уютной тишине, которая меня успокаивала. Именно это мне было и нужно.       — Эфир…       — Да?       — …Что ты чувствовал, когда твои… — Я не смогла договорить, резко потеряв всю свою смелость. Но Итэр прекрасно понял и так.       — Будто часть меня ушла вместе с ними, оставив лишь пустоту. — Сказал он с сожалением. — А также вину. Она меня разъедала так, что хотелось умереть, лишь бы не чувствовать его. Также… Прости если говорю лишнее, просто…       — Я чувствую тоже самое. — Он широко раскрыл глаза, посмотрев на меня с неверием.       — Что?..       — Папа умер из-за меня. — Я задрожала, произнеся это. — Когда мы спасли ремесленника вместе с Ёимией и ты пошёл сдавать отчёт Аяке, я пошла домой и увидела там агентов Фатуи. Они забрали его по приказу Синьоры, и я побежала в их базу, чтобы найти его. Там я встретила Главу всего Фатуи, и он засёк меня, когда я подслушивала его разговор с Графиней, десятой Предвестницей и его дочерью. — Итэр хотел что-то сказать, но замолк. — Он захотел поговорить, при этом сказав что он меня не убьёт и ничего плохого не сделает. Сказал что знает, что я здесь ради отца. Оказалось что схватить папу было его приказом. Он обещал что не причинит ему вреда, сказал что хочет помочь ему. Я не поверила ему, но… Не было похоже, что он лгал мне. Я подумала что у меня всё же есть шанс спасти его. Помнишь то письмо с координатами базы, которое ты прислал?       — Ты пыталась его там найти?..       — Я проверила каждый уголок, но его там не было. А когда ты прислал письмо со второй базой, я тут же отправилась туда. Там я встретила Графиню, которую быстро одолела. Я подумала что смогу обменять её на отца, но пришлось обменивать её на тебя. — Итэр удивился ещё сильнее, широко раскрыв глаза с горьким осознанием. — А потом наступление… Резиденция… Когда я увидела его, то вышла из себя! — Мои глаза вновь намокли, но сделав пару вдохов, я сдержала слёзы. — Я убила Синьору так жестоко, насколько могла. Хотя она не была виновата в этом. Но меня так переполнили эмоции… Я так хотела рассказать ему правду о себе! Хотела, чтобы он увидел своих внуков! Хотела ещё раз извиниться перед ним за то, что я сделала! Стать для него опорой! Дать ему долгую и счастливую жизнь! Но… Я принесла ему только проблемы. И он умер с такими мучениями, что никому не пожелаешь. Я… Я его точно не заслуживала… Я такая трусиха… Ещё и бесполезная…       — Паймон. — Отрезал Итэр строгим и серьезным тоном. — Ты кто угодно, но не трусиха. И ты не бесполезна, кака сама думаешь.       — Ты же сам говорил оценивать всё вокруг как есть. — Напомнила я ему его же слова, которые он однажды сказал мне.       — Но ещё я говорил делать это с трезвой головой. А в тебе сейчас говорят горе и скорбь.       — Но это же правда! — Сказала я чуть громче нужного. — Я ничего не умею, кроме как драться и готовить! На твоём фоне я кажусь бесполезной дурой, которая считает себя равной тебе! Хотя это не так!       — Паймон…       — Ты крутой учёный, всё время что-то изобретаешь, варишь зелья, создаёшь крутые устройства, упрощаешь нам жизнь, а я только и делаю что мешаю тебе!       — Паймон.       — Ты безумно умный! В какой бы заднице мы не оказались, ты обязательно что-то придумаешь! Так ещё и постоянно собой жертвуешь, при этом выживая!       — Паймон!       — Да чёрт возьми, ты даже сильнее меня! Оказались бы я хоть раз твоём месте, и всё закончилось бы катастрофически плохо! Я бы не одолела ни двойника Альбедо, ни Ситри, да и Райден я скорее всего проиграла бы! И это всё при том, что я богиня, а ты человек…       — ПАЙМОН!!!       Внезапный крик Итэра так сильно меня напугал, что я в страхе замолчала. Он был зол. Очень зол. Сделав пару вздохов, он немного успокоился, но лицо всё равно оставалось недовольным.       — Будь ты бесполезна, я бы не стал с тобой таскаться всё это время. — Постепенно его голос становился спокойнее, а тембр мягче. — Не стал бы плыть в Инадзуму, чтобы остановить войну. Не стал бы жить с тобой под одной крышей, боясь за свои вещи. Не стал бы постоянно готовить завтрак, ведь тебе очень трудно проснуться утром. Не стал бы каждый раз прощать, когда ты что-то устраиваешь у меня в лаборатории. Не стал бы тебя так часто обнимать, хотя мне не нравится, когда другие меня касаются. Не стал бы изливать тебе душу, хотя ты формально являешься моим врагом. Не стал бы дорожить тобой так, будто ты единственный дорогой для меня человек в мире.       Он чуть-чуть отстранился, чтобы прямо посмотреть мне в глаза. Я увидела в его взгляде глубокую и искреннюю печаль, перемешанную со страхом.       — Я бы сошёл с ума, не будь ты рядом со мной. — Его голос задрожал. — А я безумно боюсь этого. Боюсь, что могу снова стать монстром, или ещё хуже, повторить судьбу брата. Не знаю в кого бы я превратился в таком случае, но это ничем хорошим точно бы не закончилось. Ты нужна мне Паймон. Нужна больше всего на свете. Я не представляю свою жизнь без тебя. Такой энергичной, весёлой, и настолько дружелюбной, что везде друзей найдёшь. Ты мой лучик света, в этом жестоком мире. И я не хочу, чтобы этот лучик так быстро погас.       — Итэр… — Я хотела высказаться, но слова будто застряли в горле. Мне было так неловко от его признания, что и говорить было трудно. Но Итэр, словно прочитав мои мысли, понял всё и так, говоря в ответ то, на что я не смогла возразить.       — А твой отец? Думаешь он был бы согласен с тем, что ты бесполезна?       Я замолкла, понимая одно: Нет, не был бы. Он бы точно такое не сказал своей любимой и единственной дочери. Ведь для него, для обычного старика одиночки из Инадзумы, я была также важна, как и Итэру.       — Он был бы рад узнать, что его дочь, в попытках отомстить его же убийце, потеряла всё что имела? — Постой, он про… — Я отчётливо помню всё, что ты тогда сказала Главе Фатуи. Паймон, месть это не выход. Он не принесёт тебе ничего хорошего. Да, ты можешь убивать Предвестников, устраивать геноцид для их агентов, но если ты начнёшь терять себя, то потеряешь всё, слышишь?! Глава Фатуи скотина, заслуживающая лишь смерти, но ты не должна отрекаться от всего, что у тебя есть, только чтобы убить его. По крайней мере я тебе не позволю.       Я опустила голову, прерывисто вдыхая воздух. Будь я в состоянии заплакать, обязательно это сделала бы. Итэр молча подождал, пока я приду в себя, успокаивающе теребя мои волосы. На этот раз я управилась за пару минут, посмотрев на Итэра с сильной решительностью.       — Я хочу его увидеть. — Услышав это, Итэр поднял бровь.       — Ты уверена?..       — Да, я уверена! Я должна это сделать.       Не став спорить, Итэр поднял меня на руках, словно принцессу, и переместился в чайник. Осмотревшись, я тут же увидела изменения. В земле, недалеко от дома, находилась каменная Гео плита, сделанная Итэром. Мягко положив меня на траву, возле этой плиты, он лёгким движением убрал её. В моё лицо сразу хлынул морозный воздух, вместо едкого запаха, которую ожидала. На дне неглубокой ямы я увидела большой деревянный ящик, покрытый холодным инеем. Это был он. Итэр поднял его, бросил на меня короткий взгляд и выдвинул крышку. Я с тяжёлым сердцем взглянула внутрь.       Папа. Это был его труп. Сейчас он выглядел чуть-чуть лучше, но даже так, зрелище было ужасным. Я смотрела на него. На многочисленные раны, почерневшую до угля кожу, в пустые чёрные глаза. Осознание постепенно приходило, с ноющей болью покрывая мою душу, а после, пришло и смирение. Я очень долго смотрела на него, прокручивая последние события раз за разом. Пока в мою голову вдруг не пришла одна мысль.       Я приблизилась к ящику, положила руки на грудь отца, и во всё горло заорала:       — ОТКАТ!!! — Приложив абсолютно все свои силы, которые у меня были.       Но когда стрелки магических часов начали поворачивать назад, а я начала сильно слабеть, Итэр отдёрнул мои руки, поворачивая к себе.       — Ты что делаешь?! — Спросил он с искренним негодованием.       — То, что могу! — Я попыталась выдернуть руки обратно, но Итэр лишь сильнее сжал их.       — Паймон, это не поможет!       — Тебя-то откуда знать?! — Ответила я с небольшим гневом. — Ты же сам наверняка ни разу не пробовал!       — Не пробовал, но я понимаю что это ничем хорошим не закончится!       — Потом будешь об этом волноваться! — Локус помог мне выпутаться и мягко швырнуть его, но когда я повернулась к ящику, моё тело застыло. Гравитация!       — Ты этого не сделаешь! — Вытянув ладонь вперёд, Итэр переместил меня подальше от ящика и встал между нами.       — Отпусти меня!!!       — Только после того, как ты одумаешься!       — От чего я должна одуматься?! От того, чтобы спасти отца?! Ты понимаешь как это вообще звучит?       — Не тогда, когда уже слишком поздно. — Он отпустил меня, но с таким видом, словно говоря: «Через меня ты не пройдёшь». — Да и у этой медали есть и другая сторона.       — Итэр… — Я поднялась на ноги, глядя на него с раздражением. — Почему?! Почему ты не даёшь мне это сделать?!       — Это пойдёт против привычного порядка вещей. — Ответил он непоколебимо.       — Привычного порядка?! И кто это говорит? Подросток, убивающий богов и ставший владельцем нескольких элементов? Прости уж, но ты последний человек в мире, который может это сказать.       — Если даже я не убил бы бога, кто-то другой обязательно это сделал бы. А сила элементов уже не такая редкость в нынешнее время. А то, что ты собираешься делать… Идёт наперекор всему, что задумал Фанет. Хотя нет… Это идёт против всей вселенной!       — Да что ты заладил с этим?! И что произойдет, если я пойду против этого?! Думаешь это хоть раз помогало, а?! Останавливало тех, кто не хотел им следовать?! Даже Бездна научилась воскрешать давно мертвых богов, так чем я хуже? Почему ты не даёшь мне это сделать?!       — ПОТОМУ ЧТО ИХ НАРУШЕНИЕ ПРИВОДИТ К ПОСЛЕДСТВИЯМ!!!       Я отшатнулась, сильно перепугавшись. Никогда Итэр так не кричал на меня. Настолько яростно и громко, что аж уши заложило. Впервые я видела его таким злым и это… Так пугало… Я задрожала, боясь сделать хоть одно малейшее движение. Закрыв глаза, он тяжело вздохнул пару раз, что его успокоило. Он продолжил, монотонным голосом, который с каждым предложением, становился всё эмоциональнее.       — Абсолютно у всех учёных в мире есть одно негласное, но очень важное правило: Не нарушать или менять то, что было заложено самой природой или даже вселенной, и в первую очередь это относилось к смерти. Как ты думаешь, сколько учёных пытались победить смерть?! И сколько из них по твоему сумело это сделать?! — Ни одного… — А знаешь какие последствия были после этого?! Изгнание из научного сообщества было лишь верхушкой айсберга. После этого каждый из них трагически умирал, и никто не мог понять, что к этому приводило. Тогда-то все и поняли, что играть со смертью себе дороже. Да и у этого слишком много подводных камней.       Постой… Откуда он?..       — Удивлена? Да, я довольно осведомлен в этой теме. Потому что сам мог стать одним из них.       — Чего?!       — Думаешь я сам не хотел это сделать?! После смерти родителей, я каждый день только и думал, чтобы нарушить это правило! Попытаться вернуть их к жизни, загладить свою вину, вновь их увидеть! Я безумно этого хотел, но я знал чем это обернется, потому и не сделал этого! И я не хочу чтобы это случилось с тобой, слышишь?! Да и себе подобной, боги могут поступит в разы хуже. Смертью ты точно не отделаешься, такова уж их натура. Поэтому тебя может ждать такая участь, что даже самому злостному ублюдку в мире не пожелаешь.       Я сглотнула, пытаясь успокоиться. Получилась паршиво, и меня вновь пробило на слезу. Не от слов Итэра, вовсе нет. А от осознания того, что я хотела сделать в порыве эмоций. Богиня?.. И как я могу себя так звать после такого?! Я же должна следить за тем, чтобы другие не нарушали эти законы, но сама чуть не сделала это! Ещё бы немного и обрекла бы себя на страдания, которых папа точно не хотел бы для меня. Не только ужасная дочь, но и ужасная богиня! Хотя какая я богиня?! Я с трудом дотягиваю до полубога, и это если сравнивать с Архонтами! И весь сыр бор лишь от того что я просто хотела…       — Попрощаться…       — Что? — Мою мямлю Итэр не расслышал.       — Я хотела… Хотя бы… Попрощаться с ним…       Смотря на мои слёзы, Итэр глубоко о чем-то задумался. Размышлял он не очень долго, но судя по горькой мине на его лице, у него не оставалось другого выбора.       — Души умерших попадают в артерии земли, и после чего уходят по корням белого дерев, прямо к Ирминсулю. — Я подняла взгляд, смотря на него с неверием. — Но что происходит после, мне уже неизвестно. Либо эти души перерождаются в телах новорожденных, либо они так и остаются в Ирминсуле. Единственный возможный способ повидаться с ним после смерти, это залезть в Ирминсуль и найти его там.       — Итэр… — Я зашагал к нему, но он поднял ладонь, призывая остановиться.       — Скажу заранее, я ничего тебе не обещаю. Если мы его там не найдем, не смей обвинять в этом меня, понятно?       — Х-хорошо!       — И не смей нестись в Сумеру сломя голову, лишь бы побыстрее с ним увидеться. Прошло уже не мало времени, с тех пор как он погиб, и столько же может пройти, пока мы добираемся до него, поэтому если души перерождаются, то мы уже не успели. Я всё равно хотел предложить тебе пойти в Сумеру после этого, но нам спешить уже поздно. Так что сначала закончим все дела здесь, а уже после… Воу!       Я прыгнула Итэру в объятия, чего он точно не ожидал, судя по реакции. Он с усталым вздохом обнял меня в ответ.       — Итэр, прошу, прости меня! Я… Не понимала что делала! И спасибо тебе! За всё спасибо! Не будь ты рядом, я даже не знаю чтобы делала…       — Тоже самое могу сказать и я. — Он отстранился и вытер мои слёзы, мягко улыбаясь, и я улыбнулась в ответ. — Может погуляем? — Предложил он. — Спать всё равно уже не ляжем, а дома тухнуть тоже не хочется.       — Давай! — Я с радостью кивнула и побежала домой переодеваться, пока Итэр возвращал ящик на место. Выйдя в красивом голубом платье, я утянула парня к выходу из чайника, после чего мы всю ночь провели в прогулке по ночной Инадзуме, во время которой я поняла одну вещь:       Хоть папа и был самым дорогим для меня человеком, это не значило, что он там останется навсегда. Я очень сильно его любила, но моя любовь к Итэру росла с такой скоростью, что должна была вскоре перерасти её.

Я оказалось права