Его сердце

Сидя возле окна, Ники смотрел на облака, а в голове вновь и вновь прокручивалась сцена их расставания. *** Вот они замерши стоят втроем в остановившемся времени. Вот объявление посадки. Братья подняли головы. Аарон смущенно отвернулся, Эндрю равнодушно окинул их взглядом, а Ники счастливо улыбался. -Как же я люблю вас! - плача как маленький ребенок выдал Ники. -Да хватит уже! Иди давай, иначе опоздаешь! Не собираюсь терпеть тебя и твои сопли этот месяц, если опоздаешь на посадку! -еще более смущенно и по напускному злобно сказал Аарон, направиляясь к команде. Эндрю скептически обвел их взглядом и пошел сразу за двинувшимся Хэммиком, который вытирал слезы рукавом и улыбался довольно, как обожравшийся сметаны кот. Они попрощались, по обнимались и, махая рукой, Хэммик шел к выходу. *** Облака плыли по небу никуда не спеша и будто обволакивая. Глаза закрывались сами собой. Сидя спать, конечно, было неудобно, но после всех эмоциональных потрясений казалось, что положи Ники голову в место, где было хоть сколь удобно, то он тут же отрубится. И Николас не сопротивлялся ни падению век, ни замедлению дыхания и пульса, ни расслаблению мышц. Перелет длиною около восьми часов только начался, а для встречи с важными для него людьми нужны были силы. Самым неприятным будет объяснение, почему он явился так неожиданно, без предупреждения, почему сорвался, словно в бегах. Конечно, ему всегда будут рады в доме семьи Клозе. Его буквально считали там частью семьи, а родители Эрика называли Ники своим сыном. И понятное дело они будут беспокоиться. Парень не мог сказать им, что просто изголодался по прикосновениям, по спокойствию, по Эрику, по его крепким объятиям, по его любящему, мягкому и никогда не осуждающему взгляду, крепким рукам и груди, голосу и всему нему… Хотя и понимал что не заслуживает всего этого. Не заслуживает своего любимого… Не заслуживает его семье… Не заслуживает всей той нежности, что они дарили ему… Он не заслуживает своих кузенов, особенно после того дерьма, что наговорил, после того как трусливо сбежал… Не заслуживал их прощения и их, пусть своеобразной, пусть неловкой и жесткой, с острыми краями, но любви… Он не заслужил ничего из этого… Не имел права наслаждаться этим всем… Не имел права причинять неудобства… Так эгоистично… . Ники горько усмехнулся. Имел ли он права на этот эгоизм? На то, чтобы так поступать? В голосе вертелось единственное слово. Единственный ответ. Чтобы хоть как то оправдать себя перед собой же, минут за 15 до посадки Ники написал сообщение Эрику. В Германии сейчас около 8 утра. Ники будет там ближе к вечеру, когда приблизится время ужина. Сегодня выходной и Ники знал, что у Эрика не было планов на этот день, если без ФорсМажоров, конечно. Он знал, что короткое “Самолет приземлится в 17” его любимый поймет без лишних объяснений. Хэммик знал, что блондина встряхнет от неожиданного оповещения, что тот подскочит с кровати как только увидит сообщение, что попытается набрать, но сверив время и производя нехитрые вычисления, поймет что Ники уже часа 2 в полете и просто не возьмет трубку. Эрик помчит делать утренние процедуры и расскажет родителям, мешая в интонации радость, волнение и страх. Что они поддержат его. Ники видел эту картину, словно находился в том моменте. Все таки на воображение он никогда не жаловался. Иногда оно было даже слишком хорошим… Размышления не прерывались и Ники не почувствовал как уснул. *** Проснувшись, понял, что самолет уже садится. Он дернулся и вцепился в подлокотники ногтями. Тело сковал неожиданный страх, а в горле встал ком. -”Чего это я?”- Ники нервно хохотнул в мыслях и поднял глаза в окно. Посадочная площадка. Огромная, чистая и пугающая. Самолет садился и уже касался шасси асфальтового покрытия. Внутри нарастала дрожь. Он боялся, только чего именно? Того, что Эрик разозлится? Это не так. Клозе может быть взволновать, озадачен, испуган, но не зол. Не на Ники. Тогда что? Может, когда Хэммик выйдет в зону ожидания там никого не будет. Этого? Если у Эрика срочные дела? Ничего же не могло случится? Опустошение охватило грудь. А если он выйдет и тогда правда не увидит родной белокурой макушки? Тогда он сможет добраться сам. Дорогу Николас знал, как и город. Хорошо знал, не зря же он прожил здесь столько времени. Тогда что? Что это за нарастающее волнение? Почему холодный пот противно стекает по спине, ноги становятся ватными с каждым шагом, а руки мелко трясутся? Со стороны, наверное, Ники выглядел как припадочный или наркоман. Чувствовал он себя примерно также. Страх… страх… страх… страх… страх говорить? Раскрыть истинную причину почему он решил сорваться в Германию? Ники не мог и не хотел врать любимому, не хотел обманывать его семью, не хотел предавать их доверие, но… что “но”? Они ведь могли помочь. Могли быть рядом. Могли заглушить его голод, тогда почему он продолжает искать это “но”?... Потому что… Он сам был этим “но” Парень сжал челюсть и отрывисто втянул воздух. Истерика накатывала волнами, сдавливая горло. Ники шел, сильно зажмуривая и широко распахивая глаза. Протяжно выдохнул, полностью выпуская воздух из легких и медленно вдыхал через нос. Повторил 3 раза и поднял взгляд, обвел им толпы народа и сорвался с места. Каких-то 5 метров продирания через тела и Николас врезался в широкую спину лицом, смыкая руки на талии парня. Он втянул носом знакомый парфюм и, потираясь щекой о мягкую ткань синей футболки, даже не обратил внимания на удивленный вскрик. Эрик положил свои ладони на кисти Ники, сжал их и потянул вверх, к своим губам. Аккуратно, но чувственно поцеловал каждый пальчик отдельно, затем основания ладоней и прижал их к своей челюсти. Прошла секунда, минута или больше, когда он отпустил руки любимого и повернулся к нему. Счастливая улыбка пропитана нежностью, а в любви, которой горели глаза, можно было утонуть. Ники смотрел в эти глаза и улыбка сама растянулась на его лице. Широкая, довольная. Самая искренняя. Тепло в груди сметало все страхи, всю боль, все эмоциональные потрясения. Абсолютно все, оставляя лишь любовь и прикосновения теплых рук. -Я так рад тебя видеть- слегка прерывисто выдохнул Эрик от волнения и сжал парня в объятиях. Волны тепла и удовлетворения проходились по телу Хэммика. Он сжал ткать футболки на спине своего парня, утыкаюсь носом в его шею, губами ощущая кожу над ключицами и прижимаясь ими, но не целуя. -Ты меня так напугал- облегченно выдохнул блондин в кудрявую макушку и сильнее прижал к себе свое чудо. Но чувствуя дрожь сквозь ткань оторвал парня от себя за плечи- ты плачешь, принцесса!? - взволнованный голос и широко распахнутые глаза. Казалось, Клозе даже задержал дыхание, но на лице Ники не было слез. Только все та же широкая, счастливая улыбка. Ники энергично тряхнул головой, обвил руками шею блондина и крепко впился губами в его губы. Эрик обнял его за талию и приподнял, отвечая на поцелуй. Не страстный и не глубокий. До сжимающегося сердца трепетный и нежный. *** В машине они молчали. Сидя на переднем пассажирском сиденье, Ники держал свободную руку Эрика, прижимая ладонь этой самой руки к своей щеке, словно греясь о нее и жмурил глаза, мурлыча как кот. Клозе наблюдал за ним краем глаза. Нежность в его груди отражалась улыбкой. *** Дома, на ужин, Ники ждало семейное шумное застолье. Прямо как в день его первого появления в этом доме. *** Шатен стоял в холле аэропорта, нервно теребя край своей кофты. Карие глаза бродили по лицам людей. Волнение просачивалось во все его движения и даже в сам силуэт. Худые плечи подергивались, а дрожь в руках и ногах мешала думать. За грудиной кололо так, что хотелось согнуться в три погибели, но сейчас этого делать было никак нельзя. С минуты на минуту должен был появится его новый “отец” из семьи по обмену. Николас поднял взгляд к прозрачным стенам. Небо постепенно розовело в закате. Эта красота заставила улыбнуться. -Николас Хэммик.- низкий мужской голос вызвал одновременно страх своей крепкостью и спокойствие нежности. Карие глаза зацепились за короткие светлые волосы и опустились в гранёному лицу. Поднятые уголки губ и морщинки у глаз лучились теплом. Мужчина протянул руку- Ричард Клозе- только после того, как пожал медвежьих размеров ладонь понял, что говорят на английском. -Приятно познакомится- отвечает шатен на том же языке- у вас прекрасный английский- делая комплимент, Ники смущенно улыбнулся и видя поднятые брови, внутренне дал себе пощечину и сжался- “Неужели опять облажался?”- комок в груди сжали мертвой хваткой. Мужчина, удивленный неожиданным комплиментом, вновь улыбнулся, от чего дыхание перехватило. -Благодарю, Николас, я какое-то время жил в США из-за работы, а когда наша семья решила участвовать в программе обучения-по обмену, подтянул и родных. Да, кстати, можно на ты, мы ведь на весь следующий год будем семьей. Можешь звать меня просто Ричард- в его словах не было издевки, презрения или злобы. Этот мужчина и вправду был рад Хэммику. Разве могут быть настолько добродушные люди? Парень старался не показывать своего беспокойства и волнения, а еще страха. Страха перед добротой и теплотой. Он никогда не ощущал ее от других людей. Ни от семьи, ни от друзей, которых впрочем у него не было. Ни от кативших в нему парней, меряющих его худую тушку сальными взглядами. Его передернуло от воспоминаний, а к горлу подкатил комок тошноты. Он глубоко вдохнул и задержал дыхание. Ричард окинул его взволнованным взглядом. -Николас, с тобой все в порядке? Тебе плохо? Парень взял себя в руки. -Нет, все хорошо- он поднял голову и приподнял уголки губ. Улыбка вышла кривой- просто немного устал после перелета. -Господи, чего это я. И правда. Тяжело наверное было впервые летать на самолете. А мы тут стоим. Пойдем к машине. Правда в это время придется потыркаться в пробках. -Ничего страшного, у меня будет время прийти в себя для знакомства с остальной семьей- от слова “семья” на корне языка стала горечь. Ники улыбнулся чуть искренней, глотая ком. -Ты прав. Пока будем ехать, у тебя будет время подремать- мужчина хлопнул его по плечу, улыбаясь- пойдем! - и видя, что Николас следует за ним, пошел на выход. Уснуть в машине не получалось из-за, бешено колотившегося от волнения, сердца. Страх заставлял пальцы дрожать, поэтому Ники сунул их в карманы и смотря в окно, расспрашивал Ричарда о городе и школе. Мужчина охотно отвечал на его вопросы и удивился, когда они доехали от силы минут через 30-40 до места назначения. -Видимо, ты очень удачливый, Николас- паркуясь во дворе милово двухэтажного домика, выдал блондин- обычно, в это время сильные пробки. С работы так вообще ехать запаришься, а тут всего ничего. Да и за разговором время быстро пролетело. Ники внутренне усмехнулся на слово “удачливый”, горько и гадостно усмехнулся. Удачливый, да? Если бы он был удачливым, то либо не был бы геем, либо родился бы в другой семье, но жаловаться на жизнь или “удачливость” он не стал, лишь неопределенно пожал плечами. Захлопывая за ними входную дверь и проходя в глубь коридора, Ричард крикнул: -Мы приехали! -мужчина прошел в широкую арку справа, откуда слышались еще 3 разных голоса, женский, мужской и девичий. Страх по новой сковал все внутри, но взяв себя в руки, Ники оставил чемодан у входа и прошел за мужчиной. На кухне было трое. Молодая женщина, красивая, стройная, с длинными белокурыми волосами, заплетенными в косу, и мягкой улыбкой. Розовый фартук с рюшами гармонировал с небесного цвета легким платьем. Она возмущенно, но не злобно высказывалась своему мужу, на что тот, примирительно подняв руки, с улыбкой оправдывался. -Господи, дорогой, мог бы позвонить! Мы еще не все приготовили, даже стол не донакрыли, думали вы будете позже. Я же говорила, что нужно было начинать раньше, а вы “успеем! Успеем!”. Бедный ребенок после перелета голодный, наверное, а у нас ничего не готово- Женщина бухтела, но не злобно, не поднимая голоса. Так по домашнему. Николаса одолели противоречивые чувства, вина за доставленное беспокойство и тепло, которое излучала эта женщина. -Тише, мам, все хорошо, мясо готово, осталось по мелочи, доделаем и сядем.- сзади к женщине подошел высокий, крепкий парень. Молодая версия Ричарда. Блондинистые короткие волосы и мягкие глаза завораживали. В груди Ники что-то йокнуло, он даже не заметил как задержал дыхание. -Эм, извините.- Начал он, собирая мысли в кучу и ворочая языком. Немецкий в начале обучения дался ему тяжело, но сейчас его уровень был близок к свободному владению. Конечно, ведь он делал все, насильно заставлял себя, чтобы открывшаяся перспектива не улизнула от него, махнув хвостиком и вот он здесь- Не ругайтесь, пожалуйста, на своего мужа, это я заболтал его своими расспросами- говорить пришлось с перерывами, чтобы голос не пропадал и не ломался. Ники виновато опустил голову. -Божечки, ну что ты- женщина приложила тонкую ладошку ко рту и округлила глаза- дорогой, тебе не за что извиняться! -она улыбнулась- Ой, извини. Меня зовут Аманда. Добро пожаловать в наш дом, Николас! - женщина улыбнулась еще шире, так что на щеках появились ямочки, а возле глаз гусиные лапки. Она выглядела так по домашнему. Такой нежной и теплой. В горле сжало и парень почувствовал, что слезы подступили к глазам. Тепло, излучаемое этими людьми было приятным, но до боли диссонировало с его внутренним холодом.- Она повернулась к парню за спиной- Это мой сын Эрик и дочь Мэри- указала женщина на девочку лет 14, или около того. -Приятно познакомится- запихивая поглубже весь свой негатив и слезы внутрь, парень неземной стиснул пальцами край кофты- Николас Хэммик. Женщина довольно кивнула. -Извини, мы немного не успели к твоему приезду. -Ничего страшного, я помогу. -Очень мило с твоей стороны- женщина наклонила голову на бок и хлопнула в ладоши- Так! За работу! Николас, раковина вот, можешь помыть руки и дорезать салат. Мэри, Ричард, на вас сервировка. Эрик, достань мясо из духовки! И все принялись за работу. Ники помыл руки и подошел к отставленной разделочной доске с недорезанными овощами. Взял нож. Ощущая его тяжесть в руке, завис. В голову полезли мысли и картины крови на его руках. Он сжал рукоятку ножа и нахмурил брови. Холод в груди сквозил, словно в ней была дыра. Зажмурив глаза, Ники отогнал от себя видение и тихо, медленно втянул воздух сквозь сомкнутые зубы. Он сбежал от всего, от родителей, от тех мест, от тех эмоций и от своей слабости чтобы снова начать дышать, а в итоге не просто мысленно возвращается туда, он тащит всю ту дрянь сюда. К этим теплым людям. -”Как же ты отвратителен и жалок, Николас!”- он мысленно сам себе плюнул в лицо- “Чёртов слабак!”- заставив себя смягчить хватку на ручке ножа, перевел взгляд на уже нарезанные овощи. Посмотрел на их форму и взял начатый огурец. В общей суматохе никто не заметил его метаний, но это не помешало Николасу чувствовать себя отвратительно грязным. Закончив с овощами, он повернулся к Аманде. -Извините, чем заправлять салат? - Ники старался смотреть открыто и дружелюбно. Насильно расслаблял спазмированные мышцы. -Ох, Николас, ты уже закончил! - женщина мягко улыбаясь, повернулась к нему- она протянула ему баночку йогурта- вот. Как аккуратно, не то что эти оболтусы тяп ляп кромсают! -Мам!- обиженно фыркнула Мэри, дуя губки. Ники сжался. -”Нет. Нельзя чтобы из-за него кого-то ругали, а что если они его возненавидят?! Он же только приехали. Что если?!”- страх сковывал внутренности. Снова. Ники попытался взять себя в руки- Эм… нет, что вы… просто иногда дома готовил. Мама любит, когда все аккуратно- сказал и тут же прикусил себе язык. А слыша следующий вопрос заскулил про себя. -Правда? В анкете была краткая сводка о твоих родителях, они ведь послушники церкви. Наша семья в основном агностики, всегда было интересно, каково жить в глубоко религиозной семье. Тяжело, наверное, соблюдать все посты? Николасу не хотелось говорить о семье когда бы то ни было, но не ответить означало либо невежливость, либо то, что в его семье есть проблемы. Ни одно, ни второе не имело место быть и нужно было выбирать из двух зол меньшее. Пока он обдумывал ответ спасение пришло само. Ричард скрестил руки на груди. -Стол накрыт, хватит болтать! Несите салат и садитесь- продекламировал он, улыбаясь. Ники опустил взгляд. Оказывается, пока задумывался, руки его продолжали работать и он на автомате уже переложил салат в красивую вазочку, передавая ее женщине и подходя к раковине. Хэммик ополоснул доску и нож, поставил их на сушилку и обтер руки. Сзади кто-то подошел и, по размеру опустившейся на его плечо, ладони понял кто именно. Эрик. Кажется так его зовут? -Пойдем за стол- он улыбался и громада его фигуры совершенно не вызывала дрожи или страха. И вообще вся эта семья не вызывала у него негативных эмоций. Скорее сам Ники был эпицентром негатива и казалось, что флюиды грязи от него разлетаются и заполнят собой чистое пространство. Видя, что парень ждет ответа, шатен кивнул и прошел за ним к столу. Эрик отодвинул ему стул, предлагая сесть и Ники послушался, затем подвинул обратно, как принцессам в мультфильмах. Парень почувствовал как уши запылали. Коротко поблагодарил. Почему то поднять взгляд стало тяжело и…Стыдно? -Николас- обратился к нему голос Ричарда. Он заставил себя оторвать взгляд от белоснежной тарелки и поднять его на новую семью. Мужчина улыбался как и все остальные. - три-четыре- коротко кивнув, тихо сказал он и следующая фраза взорвалось радостным криком четырех голосов: -Добро пожаловать в семью! Клозе радостные и довольные удивленным лицом Николаса, смеялись и накладывали еду, начинали обсуждать разные темы. -Спасибо- тихо выдавил из себя Ники. Он чувствовал, что сердце в какой-то момент остановилось. Глаза обожгло солью. И это было в сто раз больнее, чем раньше. В груди словно оборвалась струнка и он сам не понимал, как сдерживает себя, чтобы не разрыдаться на месте. Хоть что-то хорошее в нем есть. И этим чем-то хорошим была выдержка. Есть не хотелось. Вернее было понятно, что телу требовался провиант, но голова и ком в горле были сильнее и огораживали от употребления пищи. И все же запихивать еду приходилось. Она была вкусной. Очень вкусной. С кучей специй, жирной. Мутить его начало сильнее. Организм привык к постной еде, частично безвкусной и часто даже не соленой. Желудку после перелета и такой “диеты” тяжело было воспринимать пищу и все же он ел. Потому что эти люди старались для него. Потому что иначе они почуят неладное. Потому что иначе за него бы начали волноваться. Ники и так был слишком проблемным. Он не мог допустить усугубления своей ситуации. И все же. И все же. Это тепло, теснящее его холод, нравилось и заставляло улыбнуться. -Николас. Расскажи, как прошел перелет? - Аманда, мягко улыбаясь, аккуратно ввела его в разговор. Было тяжело и неловко, но на него никто не давил. Если Хэммик не хотел отвечать или тушевался они не давили, переводя тему. А тем было много. Различных. На самые разнообразные темы. Он старался отвечать открыто и улыбка на его лице становилась все больше искренне. *** Сейчас, входя в дом за спиной раздался стук двери и одновременно с ним топот девичьих ножек. -Ники! - весело крикнула Мэри и повисла у него на шее, радостно хохоча- ты приехал! Напугал нас, конечно, Эрик все утро носился по дому как курица без головы, ей Богу, но мы так рады! Мама сейчас отъехала по работе. В клинику привезли тяжелого питомца, поэтому будет поздно, следовательно ужин немного переносится! - девушка уже слезла с него и держала за руки. Белокурые волосы немного растрепались от бега, придавая ей чумной, но не менее милый вид. - пойдем! -не дожидаясь ответа, она повела его на кухню. За столом, читая газету и отпивая чай сидел Ричард. Он поднял на них серо-голубые глаза и улыбнулся. Отложил газету- Вот и мой любимый сын вернулся домой- мужчина поднялся на ноги и обнял Хэммика. Улыбка распирала лицо Ники и от крепко обнял отца в ответ. -Конечно, у тебя же только один любимый сын- подначил отца Эрик. -Тебя я каждый день вижу, а малыша Ники нет. Того и глядишь забуду как выглядит, хотя такого красавчика попробуй забудь- весело декламирует он. Ники смущен и счастлив. Он обернулся на любимого, все что было до того как он перешагнул порог этого дома испарилось. Все печали. Все заботы. Вся боль. Все неприятные разговоры и выяснения отношений. Всего этого не стало от одной только улыбки Клозе. -Так! Наливайте чай. Ники, ты не голоден? - он отрицательно покачал головой- ладно, тогда поужинаем все вместе. А пока выпьем чаю и я съезжу по делам. Мэри, выдвигаемся через 20 минут! -Так точно! -крикнула девушка и скрылась за входным проемом. -У нее был запланирован поход в кино с Терезой. Но обещала, что вернется к ужину- отвечая на вопросительный взгляд шатена, сказал Ричард, усаживаясь на свой стул. Они завели в беседу о том как прошел перелет Ники. Когда разговор зашел об их матче с воронами, ставя чашки для себя и парня на стол, к обсуждению подключился Эрик. Через минут 5 нарядная и причесанная спустилась Мэри. Она покрутилась перед шурином и довольно задрала носик, когда он восхищенно охал и хлопал в ладоши. Впрочем, кудрявую голову занимали совсем не те мысли, которые он излагал ртом. А именно: в доме останутся только они с Эриком. И каким бы развязным он не преподносил себя другим, Ники хранил верность своему любимому. Конечно, несмотря на помолвку, у них по общей и обдуманной договоренности были свободные отношения, но так же они оба знали друг друга очень хорошо. Каждый из них был верен партнеру. Это не требовало никаких доказательств или подтверждений. Они доверяли друг другу больше чем 100 процентов. И вот исходя из этого следовало, что секса у обоих не было ой как давно. После матча с воронами они увиделись не на долго и разве что пообжимались. А вот сейчас. Минимум 4 часа дома никого не будет. Эрика с виду это словно не волновало, а вот самого Ники. Начинать встречу с секса, не поговорив толком, не прочувствовав что они рядом, это, конечно, сильно. Похабные сцены из прошлых совокуплений пронеслись в голове и он почувствовал как пылают уши. А видя в уголках глаз любимого смешки, шатен внутренне возмущенно надулся. Но виду не показал, продолжая диалог. -Ну, мы поехали, не скучайте! Ужин мы привезём, так что отдыхайте - Ричард махнул сыновьям рукой. Мэри поочередно чмокнула их в щеки и пошла к выходу - Ники, сегодня оставлю тебя ему. - она указала подбородком на брата - Но завтра ты мой. Я такое платюшко видела вчера и мне нужно твоё экспертное мнение по поводу фоток. - безапелляционно заявила она. Ники согласно кивнул. -Эй, это мой муж вообще-то! - Эрик вздёрнул брови, кидая предъяву сестре. -Еще не муж! - крикнула она- И вообще-то Ники общий. Это ещё мамы нет дома, она бы быстро заграбастать его! -Один-один - буркнул он, открывая воду в раковине. Громкий смех проводил девушку в спину. Продолжая, счастливо смеяться, Хэммик подошёл со спины к своему жениху и сомкнул руки на его талии. Нос уткнулся между лопаток. -Я так скучал. - выдохнул он в футболку парня и потерся щекой как котенок. Эрик ничего не ответил. Вымыл чашки, поставил их на сушилку, обтёр руки и развернулся с шатену. Тому пришлось расцепить хватку и упереться руками в раковину. Шальная улыбка на лице Клозе и веселые бесенята в глазах сжали клубок внизу живота. Волна тепла была приятной тягостно-невыносимой. Блондин наклонился и мягко прикоснулся губами к губам Ники. Прикосновение стало нежным поцелуем, их губы размыкались и смыкались, а руки сжимаясь, оставались на местах. Вот Эрик отстранился от Ники, смотря в его шоколадные глаза, затянутые пеленой и учащённое дыхание. Им не нужно было прикасаться друг к другу, чтобы знать. Сердца их бились одинаково быстро. Момент, когда Эрик вновь наклонился, прислонился своим лбом к его и, прикрыв глаза, замер. Резко раздался заливистый смех над головой Николаса и блеснула его белозубая ухмылка. Пальцы неумолимо двигались по ребрам Эрика, вызывая щекотку, тот пытался отпихнуть руки любимого, что выходило из ряда вон плохо. Все таки не зря Ники был спортсменом. Когда Клозе понял, что его попытки бесполезны, он сменил тактику и потянулся руками к тушке парня. Тот отпрыгнул на добрый метр и весело хохоча, помчался на второй этаж. Забегая в свою спальню, которая совершенная не менялась после его отъезда, Ники встал в защитную стойку, а влетевший за ним Эрик захлопнул дверь и, тяжело дыша, наступал на парня. Тот отходил, пока не уперся ногами в кровать, затем повалился на нее, хватая за руки блондина, чтобы потянуть на себя. Кровать жалобно скрипнула под двумя, свалившимися на нее и запыхавшимися, телами. Хэммик руками обвил шею Клозе и притянул к себе, заставляя поменять положение рук с выпрямленных на согнутые и упереться локтями в матрас. Нижние части их тела опасно соприкасались, что утяжеляло дыхание, а, сплетающиеся в поцелуе языки, неумолимо сбивали его. Поцелуи переходили к щекам, ушам и шее. Следы зубов тут же зализывались и покрывались новыми поцелуями. Дыхание, как и учащенное сердцебиение шли в унисон. Воздух в комнате становился гуще и горячее, его категорически не хватало. Руки тянулись к одежде, снимая ее. На пол полетела синяя футболка и Ники провёл рукой по широкой груди и торсу доходя до края джинс, а затем вновь поднимаясь. Он остановил руку ниже сердца и сжал в ладони грудь. Ногти впились в мягкую кожу, но ни одного из них это не смущало. Хэммик приподнялся и с силой сжал в зубах чужую кожу чуть выше своей руки. Прошло около десяти секунд прежде, чем он разжал челюсть и посмотрел на синеющий след от ровных рядов зубов. Ехидная улыбка на губах и во взгляде. У Эрика на секунду перехватило дыхание от Такого Ники. Слишком уж он был соблазнительным, словно маленький демоненок. Не дожидаясь действий от парня, Ники все той же рукой сжал его сосок и по позвоночнику Клозе прошлась волна мурашек, заставившая его зажмуриться и прикусить губу. Улыбка шатена стала еще шире и еще самодовольней. Он поднялся повыше и прошелся дорожкой поцелуев от укуса до губ, языки вновь сплелись. Эрик, аккуратно придерживая свое сокровище, опустил его на кровать. На секунду прервав поцелуй, стянул с него одежду выше пояса. Блондин спускался дорожкой поцелуев по линии соединения ребер к пупку, затем к подздошным косточкам, по внутренней стороне бедер, прикусывал их и все это через ткань, что вызывало стоны нетерпения у Николаса. Он хотел чувствовать его напрямую, а не через дурацкие тряпки, которые так то он любил, но в это момент готов был самолично порвать. Когда Эрик поднялся, возвращаясь к смуглому животику и груди глаза зацепились за локти. Он резко, даже сам для себя выпрямился и схватил парня за руки, подтягивая их на себя и разворачивая. -Ники, неужели снова? - в словах, во взгляде, во всей фигуре Клозе застыл страх и волнение. Возбуждение как рукой сняло. Ники замер, задержав дыхание и не в силах что-либо сказать, потому что длинные борозды от плеч до локтей и ниже говорили все за него. Хэммик следил за своими ногтями тщательно, а еще они от природы были чертовски острыми, из-за чего в детстве его заставляли стричь их под корень, даже когда они отрастали все на пару миллиметров. Полосы были где-то уже просто белыми, где-то на них еще оставались корочки, но везде отчетливо видными, хотя сам Ники забыл о них, или по привычки не обращал внимание. -Я… - тихо выдавил он, смотря в голубые глаза и чувствуя как свои собственные обжигаются, наполняясь болью. -Почему ты мне ничего не сказал, солнце. Я мог помочь, мог бы что-то сделать… - губы Эрика болезненно скривились, а брови хмурились. Он наклонился, аккуратно поцеловал полосы на одной руке, затем на второй. Вздохнул-Ники- Клозе опустился еще и прижался лбом ко лбу парня- Что случилось? Хэммик растерянно смотрел в родные глаза и резко с силой зажмурился, отворачивая лицо в сторону, щекой вжимаясь в матрас. В груди отвратительно сжалось что-то до мнимого хруста. В районе левой лопатки начало колоть, но он не обращал на это внимания. -Я не смог- судорожно вдыхая воздух и закусывая губу выдал Ники, в его глазах стояли слезы. Он скривился от самого себя. -Ники- тепло голоса вызывало тошнотворный ком в горле. Тошноту не от Эрика, а от того, что Хэммик снова облажался- Посмотри на меня. Николас зажмурился и как болванчик, отрицательно закачал головой. Из прокушенной губы в рот залилось железо, перемешиваясь со слюной и делая ком еще гуще. Эрик неровно втянул воздух и медленно выдохнул. Аккуратно просунул ладонь между матрасом и щекой Ники, повернул его голову на себя. Большим пальцем заставил приоткрыть рот и отпустить многострадальную губу. -Ники, я рядом. Я здесь и уже все хорошо. Расскажи, что случилось. Пожалуйста, посмотри на меня. Но Ники, старательно избегая его взгляда, смотрел в пятнадцати сантиметрах справа от уха парня. -Я не смог- губы вновь скривились- Не смог, не смог, не смог, не смог! Я опять облажался. Опять подвел. Наговорил им кучу гадостей! Я. Я… - он не заметил когда хлынули слезы, как периодически сип и падал его голос, как плыло перед глазами- Я не знаю, не знаю как перестать быть таким. Не знаю, что должен делать. Я думал, что поступаю правильно, а в итоге…- проскочил истеричный смешок- В итоге все только хуже. Что я делаю не так? Что черт возьми? Я не знаю, что правильно. Как правильно. Не знаю как перестать быть ничтожным. Как перестать таким бесполезным- грудь заходила ходуном от сдерживаемых рыданий- Как перестать быть надоедливым или навязчивым? Почему мне приходится УБЕЖДАТЬ себя в том, что я счастлив за них, а не завидую людям, которых они любят, потому что они справились лучше меня? Почему все чего я заслуживаю это равнодушные взгляды? Почему я такой бесполезный? Почему такой жадный? Почему не могу быть просто рад за них? Я хреновый игрок, хреновый друг, хреновый брат, хреновый человек, который не может ничего! Не хочу быть таким! Не хочу, но не знаю что делать? Что я должен делать?!- Ники перевел залитые слезами глаза на блондина. Светлые брови были болезненно нахмурены, поджатые губы и нечитаемый взгляд от которого Ники закрылся предплечьями, зарываясь пальцами в кудрявые волосы и сжимая их в кулаках. Его тело вздрагивало от сдерживаемых рыданий. Клозе зажмурил глаза, не давая проход слезам, открыл их и потянулся руками к кистям парня, аккуратно убрал их от загорелого лица. Руки Николаса безвольно упали рядом с кудрявой головой. -Мой Ники. Мое солнце. - Эрик поцеловал его в лоб и нежно улыбнулся - Ты имеешь право на эти эмоции. Ты можешь испытывать боль или любой другой негатив, ты имеешь права устать или совершить ошибку. Ты сделал и делаешь больше, чем кто бы то ни было - Блондин поднялся и, беря свое сокровище на руки, сменил позу на сидячую. Он облокотился спиной о подушки. Хэммик сидел на его ногах, голова покоилась на груди. Клозе взял любимый плюшевый плед Ники и накрыл их, а затем обнял любимую тушку. - Ты можешь плакать и можешь расслабиться. Я рядом и я знаю тебя. Я знаю как много ты делаешь для других, для меня, семьи, братьев и друзей. Даже для незнакомых людей. Ты делаешь больше чем кто-либо и выкладываешься на полную и ты прекрасен. Не бойся ничего, ты ничем не хуже других. Для меня, для Аарона и Эндрю ты самый лучший и незаменимый и ты знаешь это. Мы любим тебя. Я люблю тебя. - Эрик аккуратно гладил кудрявые волосы и, когда внизу стали слышны ничем не сдерживаемые рыдания, он чуть сильнее стиснул объятия, разделяя с любимым его слезы и боль, продолжая что-то шептать на ухо парню, гладить его спину и плечи. А Николас рыдал. Рыдал, выплескивая все, что накопилось в его израненной душе, насилуя сердце, легкие и глаза. Внутри него разрывались ткани и сердце пропустило удары. В районе левой лопатки словно вонзили ржавое копье, а Ники все рыдал не в силах остановиться. В родных объятиях было настолько тепло и безопасно, настолько просто и уютно. Настолько были нежны и трепетны гладящие его руки, настолько уверен шепчущий голос. Плач прекратился только когда за окном стояла густая тьмы, а из-за заложеного носа раздавалось тихое сопение и всхлипы. Тело парня изредко вздрагивало, но тут же расслаблялось. Рука Николаса крепко сжимала руку Эрика в переплетении пальцев. Вторая рука легким касанием ладони проходилась по волосам и щеке. Пальцы мягко поглаживали отекшее лицо и мешки под глазами. Парень в его руках поморщился, дергаясь всем телом. Клозе улыбнулся. Сколько же боли приходиться выносить и прятать внутри себя как можно глубже его сокровищу. Все эти слезы, которые Ники старается сдерживать, чтобы не беспокоить других. Вина, роящаяся в карих глазах, когда кто-то волнуется за него. -Прости. Я должен был увидеть- прижимая ладонь к щеке парня и целуя лоб, опухшие глаза и макушку, тихо сказал блондин. Минут через 15 ручка двери опустилась и она открылась на несколько сантиметров без скрипа. Аккуратно заглядывая, Аманда обвела комнату взглядом и остановила его на сыновьях. Когда глаза привыкли к тьме, на молодом лице отразилась горечь, брови удивленно нахмурились. На немой вопрос ответ она нашла в глазах сына. Он покачал головой. Женщина прикрыла рот лодошкой и опустила взгляд на спящего шатена. Глубоко вздохнула. Любовь, боль, сожаление и еще многое было в ее зеленых глазах, словно каждая коричневая крапинка на радужке была отдельной эмоцией, которые сливались в один, болезненный взгляд. Кривая улыбка полная нежности исказила губы. Она вновь подняла глаза на старшего сына, получив в ответ ободряющую улыбку. Женщина кивнула и так же тихо затворила за собой дверь. Эрик вновь перевел взгляд на любимого и растаял. Уголки губ Николаса были приподняты. Совсем чуть чуть и если бы он не знал так хорошо своего парня, то и не разглядел бы во тьме. Но он видел, чувствовал его улыбку. Клозе чуть сильнее сжал парня в объятиях, принимая полулежачее положение, зарылся носом в кудрявую макушку и закрыл глаза.