Воровка

В складском помещении было как всегда темно и тихо. Я сидела на полу возле стопки каких-то старых учебников по математике, которые по виду своему были здесь с самого открытия школы. Со скучающим видом я слушала в наушниках «Тру Крайм», который не дослушала вчера. С того дня прошла ровно неделя. За эту неделю я два раза сходила на встречу анонимных воров и два раза свистнула из продуктового шоколадку по пути домой. Мелочь, а значит, не считается. На встречах я говорю только о своих «значительных улучшениях и становлении на правильный путь», главное, чтобы поскорее перестать туда ходить. Уже со следующего понедельника мне можно будет приходить туда всего один раз в неделю, и я считаю это своим личным успехом, ведь я заставила тех людей верить мне. Ту девушку я больше не видела в школе с того дня. Я пыталась понять, кто мог пригрозить ей в той записке, но зацепиться было не за что. В пятницу я пришла в школу раньше остальных и утащила со стола преподавательницы по литературе сочинения всех 11-х классов, а потом запершись на складе в библиотеке сравнивала почерки с почерком на записке. Но и это не дало своих результатов. Это мог быть кто-то из 12 класса, но провернуть ту же махинацию виделось мне гораздо более сложным. Поэтому пока все мои ставки на то, что девушка связалась с кем-то вне школы. Сейчас была большая перемена, основная масса людей двинулась обедать в столовую, но у меня не было на это настроения. Хотелось побыть одной, так что я так и продолжала сидеть на складе, подперев ладонью голову, а второй рукой держа телефон с включенным подкастом, надеясь, что ответ придет сам собой. «Брррррррр» - кажется, это звуки из моего желудка. Я расстегнула рюкзак в поисках чего-нибудь съестного, нашла завалявшуюся со вчерашнего обеда булочку, на которую с жадностью сыпнули крохотную горстку сахарной пудры. Да и пролежав в моем рюкзаке целый день, она не выглядела так уж привлекательно, но при виде этого шедевра кулинарии мой желудок издал еще более громкий, просящий стон. Я с жадностью сделала первый укус залежавшейся булочки, как вдруг из школьного громкоговорителя донёсся монотонный голос школьного секретаря: - Ученица 11 класса Борито Хань, немедленно подойдите в кабинет директора. Я застыла с булочкой во рту, надеясь, что мне послышалось, но голос повторил фразу один в один, и я четко услышала свое имя. Пришлось завернуть булочку обратно в салфетку и засунуть на дно моего рюкзака. Я вышла со склада и поплелась к кабинету директора, ловя на себе сочувствующий взгляд местной старушки-библиотекарши. Наш директор, Ли Цзянмин, суровый мужчина, с которым шутки плохи, поэтому коридор рядом с его кабинетом был тихий и пустой. Меня уже не раз вызывали к нему на ковер из-за моих воровских похождений, ведь я портила репутацию школы и свой личный рейтинг. Ли Цзянмин никогда не повышает голос, но его взгляд, интонация и солидный грозный вид, сами по себе вызывают тревогу и заставляют хотеть спрятаться в узкую щель под шкафом. Вот и сейчас я вхожу в его кабинет, предвкушая это чувство и думая, за что меня могли вызвать на сей раз. Комнату, открывшуюся передо мной, как всегда освещал холодный свет, который как раз освещал стоящий по центру внушительных размеров деревянный лакированный стол, напротив которого стояли два стула, предназначенных, видимо, для провинившихся. На одном стуле, том, что стоял слева от меня, спиной ко мне, уже кто-то сидел. Длинные черные волосы, кожанка, юбка, капроновые колготки, через которые просвечивает татушка-пёс. Внутри меня что-то замерло. Обычное чувство, когда находишься в кабинете у Цзянмина. Я плюхнулась на свободный стул, кинув рюкзак возле своих ног и украдкой косясь на девушку. Её взгляд был невозмутим, устремлен куда-то в пустоту, сквозь мистера Ли. Директор обвел нас взглядом, грозным как и всегда. — Вы обе находитесь здесь, потому что ваше поведение ставит под угрозу рейтинг нашей школы, — мне кажется, я уже выучила эту фразу наизусть, — и ваш собственный рейтинг. Вы рискуете быть отчисленными из школы, и вы должны понять, что это не шутки. Я снова покосилась на девушку слева от меня, кажется, её взгляд не сдвинулся ни на милимметр. Я уткнулась в пол, рассматривая шнурки на пыльных кедах, всё еще не понимая, почему я здесь нахожусь. Мистер Ли, выждав паузу, вздохнул. — Я вижу, что вас это не волнует, — он захлопнул папку с личным делом, — Джи Ло, я надеюсь, вы намеренны сделать что-то со своими бесконечными пропусками занятий, — он смотрел на девушку слева от меня. "Значит, Джи Ло..." — Ваше личное дело я далеко убирать не буду. Если вы не сможете объяснить или закрыть свои прогулы, мне придется вернуться к нему, — я заметила, что Джи, наконец, отрегировала на слова директора, отвернув голову в окно. Мистер Ли, не дождавшись ответа от девушки, взял в руки следующее личное дело, и я поняла, что сейчас моя очередь. — Что касается вас, Борито Хань, вы были уличены в краже работ из кабинета учителя, — до меня наконец-то дошло. Ух, я уже и забыла об этом. — Я... — Вы же понимаете, что с учетом посещения вами клуба анонимных воров, мы не можем списать это на обычное хулиганство или единичный проступок, — мистер Ли был грозен, как и всегда, и я, кажется, понимала, к чему он ведёт. Но как же мне этого не хотелось... Боковым зрением я заметила, что Джи впервые за всё это время смотрит в мою сторону. — Мистер Ли, я всего лишь хотела..., — что я хотела? Украсть работы, чтобы разобраться в каком криминальном деле замешана девушка, сидящая рядом со мной? Отлично, думаю, так он точно простит меня. Мистер Ли выдохнул, опустил взгляд в стол, захлопнул моё личное дело и произнёс: — Я вынужден сообщить об этом инциденте вашим родителям, и я буду настаивать на том, чтобы вы продолжали посещать клуб анонимных воров в привычном режиме и дальше. "Нет-нет-нет! Это просто ужасно! Я почти отделалась от этого, но теперь... ", — моя голова наполнилась гневными мыслями. — Подождите, мистер Ли, давайте я просто..., — я отчаянно пыталась исправить ситуацию, — давайте я просто останусь пару раз, или пару десятков раз, после уроков, могу даже дежурить в столовой неделю, и... что угодно! Взгляд Ли Цзянмина не дрогнул ни на секунду, он смотрел на меня непреклонно: — Что ж, это будет прекрасным дополнением к вашему наказанию. Наказанию для вас обеих. "Нас обеих?!" — я повернулась в сторону темноволосой девушки, которая с непониманием смотрела на директора и впервые за это время произнесла: — Для нас обеих? — Всё верно. Может быть, хотя бы это заставит вас все-таки прийти в школу, — иногда мне кажется, что каждый раз, когда директор применяет наказание к кому-либо, это приносит ему неподдельное удовольствие, — Если же нет, что ж... Я вынужден буду завести разговор о вашем отчислении. Вы можете идти. Как только он произнёс последнюю фразу, я соскочила с этого несчастного стула, схватила пыльный рюкзак, и заметила, как глаза Джи забегали от одной стороны кабинета к другой и наполнились слезами. Она всё ещё сидела перед столом мистера Ли, смотрела куда-то сквозь пространство, перебирая пальцами и отчаянно стараясь не заплакать. Я на секунду застыла, смотря на неё, после чего надела рюкзак на плечо и вылетела из кабинета, чувствуя, как всё моё нутро наполняется злостью. "Кто?! Кто мог меня увидеть? И зачем кому-то надо было сдавать меня директору?" — чем больше я прокручила это в своей голове, тем больше злилась. Я твёрдым быстрым шагом шла обратно в свою нору в библиотеке, не желая сегодня появляться на уроках. Зайдя в кладовую и громко хлопнув дверью, я села на привычное место в углу и уткнулась лицом в колени. Когда директор скажет обо всём родителям, это будет означать, что мне придётся начинать всё с нуля. Опять ходить в клуб по 2 раза в неделю. Доказывать, что я исправляюсь. А после каждого "срыва" там к тебе относятся с ещё большим интересом. Если в обычные дни ты можешь просто тихонько отсидеться на заднем ряду, то теперь так точно не выйдет. Как минимум первые недели две. В кладовой было тихо. Шумела лишь люминесцентная лампочка в дальнем углу, которая окутывала всю комнатку тусклым жёлтым светом. Я сидела и злилась в пустоту, совсем забыв о том, что теперь каждый день целую неделю я буду дежурить в столовой вдвоём с загадочной девушкой, от которой у меня почему-то мурашки по ногам и рукам бегут... Я вздрогнула, когда дверь в кладовую открылась. "Ну вот, похоже прогулять историю не получилось", — подумала я. Я инстинктивно поднялась с пола, взяла рюкзак, готовясь выслушивать от школьного администратора о том, что к моему наказанию могут добавить ещё парочку отработок прогулянных занятий. Но в дверном проёме стоял не администратор. Это была Джи. Она смотрела на меня, её лицо было немного смущенным и заплаканным. А я так и остановилась с полунадетым на плечо рюкзаком, не зная, что сказать. — Мне нужна твоя помощь, — донеслось из дверного проёма.