Царство птиц и зверей

***

— Итак. — привлекает к себе внимание Эля, подходя к одной из железных дверей. Женя спиной упирается в стену, пока пытается взглядом прожечь в блондинке дыру. А ведь красноволосая так легко поверила обычной иллюзии. Ржавые петли издают протяжный скрип, открывая взорам девушек пустую бетонную комнату. На удивление грязи в ней особо нет и освещение работает вполне себе сносно. Нету даже намёков на горелые разводы, лишь идеально гладкий бетон. Голубоглазая спокойно заходит внутрь, зовя за собой красноволосую, пока аккуратно разминает запястья и собирает волосы в хвост. В глазах, на удивление, томится вселенское спокойствие, нагнетая своей серьёзностью атмосферу вокруг. Женя ненароком сглатывает и заходит следом. Дверь резко захлопывается, на секунду оглушая из-за замкнутого пространства. Кареглазая не успевает толком опомниться, как за спиной мелькает неизвестная тень, молниеносно проносясь мимо, но не трогая девушку. Только через мгновения приходит осознание и Женя успевает лишь крикнуть имя Эли, как раздаётся глухой звук падающего тела. Блондинка перед ней заваливается набок, пока стремительно растущая лужа крови растекается озером алых вод по полу. Неописуемо ужасная картина застревает бесконечным повтором перед глазами Жени. Она прикрывает рот ладонью, крепко сжимает челюсть, пока страх, словно создатель её тела завладевает им от головы до ног. В происходящее не верится и не хочется верить. Молочные волосы утопают в бордовой субстанции, окрашиваясь в ярко-красный, словно молодой цветок гвоздики. Одежда темнеет, пока мир косится в разные стороны. Рушится как карточный домик. Тень вновь проносится неподалёку, издавая короткий шорох. Инстинктивно отпрыгнув в противоположную сторону, Женя ненароком наступает на кровь, чувствуя, как живот безудержно скручивается в порывах вывернутся наизнанку. Шестое чувство подавляет желание почти моментально, когда очередной образ скользит по углу комнаты. Прилив адреналина начинает переполнять через край, сбрасывая оковы страха, и открывает поток странной, безумно приятной энергии. Тело в такой лёгкости, словно и не касается земли вообще. Жени делает рывок в сторону тени, противным треском слыша, как вытягиваются и обнажаются смертоносные когти. От этого в груди отдаёт пугающее удовлетворение, разрастаясь жаждой найти и отомстить. Тень скачет вокруг, словно стрекоза меняя своё местоположение. Юрко уходит от очередной атаки, отталкивается от стен со всех сторон, пока наконец Женя с силой не впечатывает её в пол. Сбитое дыхание гудит в сознании самодельным метрономом, а безумно острые когти скребят кровавый бетон на полу. Женя кипит изнутри, собственноручно ломая остатки человечности, скалится на убийцу злостно и вдруг понимает, что лица разглядеть не может. Образ плывёт, размывается в набор цветных очертаний, как вдруг повсюду поднимается густой дым. Облако заполняет комнату до потолка, закрывая всякий обзор и хоть какую-нибудь ориентацию в пространстве. Кареглазая прикрывает глаза, крепко держится за ближайшую стену, пока таинственная дымка сходит на нет. После заметного оседания большей части дыма, комната встречает Женю той же пустотой, что и при входе. Единственное отличие – стоящая посередине Эля, аккуратно поправляющая прическу. На теле девушки нет ни царапины, а колючий взгляд небесных глаз привычно осматривает местность с долей азарта. Неожиданно девушка задерживает взгляд на Жене и слегка ухмыляется, начиная идти на встречу. Всю эту картину перебивает резкий хлопок в ладоши. Красноволосая смотрит по направлению звука и почти ахает, когда улавливает силуэт уже знакомой ей Таси. Девушка стоит в дверном проёме, непринужденно улыбаясь и выглядя удивительно спокойно. — Хей, отличная работа. — подаёт она голос, как и Эля подходя к Жене. Абсурдность ситуации, по мнению самой красноволосой, растёт с каждой секундой. — Признаю конечно, что методы у Эли сомнительные, — чуть кривится Тася, сверля взглядом довольную блондинку. — но зато какие действенные! Погляди, ты так быстро освоила базовое превращение. Видя недоумевающий взгляд в свою сторону, Тася устало вздыхает, поднимая руки в знаке капитуляции. — Знаю, этот поступок сильно подорвал твоё доверие, но поверь, сейчас это необходимо. — О, и почему же?! — через силу выплёвывает Женя, нервно втягивая воздух, вжимаясь когтями в ближайшую стену. Зубы крепко сжаты в ровную белую полосу, а иглы бездонных глаз метаются во все стороны. Перманентная злость разливается разгорячённым топливом по венам, заставляя виски пульсировать под кожей. — Потому что у нас нет времени. В любой момент может прийти страшная опасность, от которой никто не сможет защитить тебя. — вмешивается серьёзным голосом Эля, идя в сторону Таси. Глаза, налитые небесной ясностью смотрят на Женю оценивающе, по-взрослому. С губ девушки срывается усталый вздох, пока она вялыми ногами перебирается за спину шатенки. — Я очень устала, не буду вам мешать. — кидает напоследок, скрываясь в потёмках здания. Вертикальные зрачки янтарных радужек устанавливают зрительный контакт с красноволосой, а на губах Таси скользит клыкастая ухмылка, совсем непривычная для неё. — Ну что ж, а теперь приступим ко второму этапу тренировки. — Что ещё за второй этап? — только успевает спросить Женя, как её с силой отбрасывают на пару метров метким пинком. Кости неприятно сжимает, а мышцы горят адским пламенем от прилива жгучей силы и тонн адреналина. Следующую атаку она с лёгкостью блокирует, скрещивая перед собой руки, пока оппонент проворно скользит ей за спину. Очередной удар проходит электрическим разрядом между лопаток, отправляя в головной отдел ледяное пробитие нервных окончаний. Ноющие виски становятся напоминанием недавней атаки, сжимая голову в тиски. А Тася и не вздумает останавливаться. Новый замах сопровождается тревожным блеском золотых глаз, но на этот раз Жене удаётся уловить движение и перехватить чужую руку. Когти проносятся почти вплотную к чужому лицу, но оставляют лишь тонкую царапину на щеке. Юркий укол вины пробивает непоколебимую броню, заставляя приостановиться. Обдумывать правда времени нет, ведь девушка напротив бежит так быстро, словно на секунды теряясь в пространстве. Новые атаки приходят отовсюду и лишь на неизвестных рефлексах кареглазая защищается перистыми руками. Зрачки скачут по всей доступной орбите, следя за мелькающим силуэтом. Организм начинает адаптироваться, потому и реакция значительно растёт. В следующее мгновение она контратакует, отбрасывая шатенку на малое расстояние. Глаза сразу цепляются за достаточно глубокую рану от когтей на правом плече. Девушка напротив тяжело дышит, сужая итак узкие зрачки янтарных глаз в прерывном ритме. — Одарённая же ты попалась. — с придыханием произносит Тася, призрачно улыбаясь. — Значит точно не пропадём.

***

Горе подавленно хрипит, ощущая неимоверную сухость во рту. В голове трещат сотни мыслей и бессвязных вещей, которые только отвлекают своей абсурдностью. Горечь на языке становится самым приятным последствием от адской агонии за последние пару часов. Холод кандалов пробегает слабыми мурашками по коже, приятно расслабляя. Уж чего точно она не могла предвидеть, так это того, что будет с таким трепетом радоваться ледяному ошейнику. Кожа под металлом словно плавится, как сливочное масло на сковородке. Камера белее самого рая. Идеально чистые стены странно контрастируют с копной тёмных волос по бокам и несколькими ржавыми цепями впереди. Гнев почти начинает закипать, однако перегревшееся от недавних событий тело слабо ноет, отторгая какие-либо приступы. Инстинкт самосохранения благо не забывает работать. Из бесполезных потоков мыслей на поверхность всплывает нечто важное, перетягивающее всё внимание на себя. Горе сжимает кулаки до бледных костяшек, которые теперь сливаются со стенами комнаты и неосознанно цокает в пустоту. Звук слабым эхом ударяется о стены, возвращаясь обратно. Тревожные мысли об оставшихся на базе людях сами собой заполняют сознание. Мозг начинает прокручивать десятки сюжетов развития событий, где мелькают Саша и Эля, Тася и множество других жителей дома. Их дома. Горе шумно вбирает в себя застоялый воздух, сдерживая порыв зарычать на всё помещение. Плевать на неё, другие остались в беззащитном положении. Саша конечно готова отдать жизнь за каждого из них, но кто отдаст за неё? Красноглазая вжимает ногти в ладони. Гнев, кажется, перемешивается с шумной паникой под коркой сознания, заставляя ещё раз рвано вздохнуть. Ей нужно срочно успокоиться и сохранять полный контроль. На удивление девушки, в данный момент сделать это становится чертовски трудно. — Смотри на меня. — властно грозит уже знакомый голос, скрываясь во тьме. Неожиданное появление мужчины выбивает пробку в безостановочном движении рассуждений, давая сделать небольшую передышку и одновременно напрячься всем телом. Горе хочет усмехнуться такой наглости, как вдруг, сама того не понимая, послушно поднимает голову. Взгляд алых радужек пересекается с блеснувшей поверхностью тонких очков. — А теперь внимательно слушай. — девушка прищуривает глаза, погружаясь в мужской голос. — Для других тебя больше нет и звать тебя никто. Душою и сердцем ты отдашь тело своё за надежды искренние. Во имя Бога нашего ты сделаешь всё для меня, поняла? — мужчину переполняет такое количество уверенности и наглости, будто он сам вот-вот порвётся от ядовитых самовлюблённых слов. Красноглазая хочет вновь послать его на три хорошие буквы, как сделала это в прошлый раз, но вместо этого отвечает хрипловатым, невиданным ей раннее голосом. — Да, Великий Предвестник.