симфония чувств

руслан нервно пальцем по столу кухонному стучит, губу всю искусал уже. конечно, как ему может сидеться на месте, когда даня пошёл гулять ещё вечером с ильей, а время уже перевалило за два часа дня и он все еще не дома. черноглазого на данный момент переполняли все эмоции, которые только существуют на этой земле. грусть, обида, злость, ненависть и радость. почему радость? потому что он был рад до небес, когда ему пришло сообщение о том, что кашин домой возвращается, и руслан въебать ему сможет за переживания и бессонную ночь. отношения у них были не совсем нормальными, но до драки не доходило. сейчас тушенцову до такой степени хотелось ударить рыжего, чтоб тот на полу от боли валялся.. звук поворота ключа в дверном проёме. тяжело дыша, рыжий заходит в квартиру, осматривая ее. даня думал, что прокатит его очередная гулянка, ведь в прошлые разы руслану было все равно... кашин обувь вместе с курткой снял и на кухню прошёл, где молча сидел тушенцов, смотря в одну точку на стене. - привет...? - осторожно, скорее вопросительно спрашивает даня, видя его напряжение. в ответ молчание, от которого не по себе становится и атмосфера стала нагнетать. руслан резко из-за стола поднимается, но голову не поворачивает, лишь кулаки сжимает до покраснения. - где ты был. - грубо и твёрдо спрашивает темноволосый, кусая щеку изнутри, потому что губы были полностью растерзаны в укусах от зубов. - да... я..ну я с ильей набухался и уснул у него.. - уснул? а кто в сети был, когда на часах уже пять утра было? - не сдерживаясь орёт руслан, от чего кашин вздрагивает. тушенцов к нему поворачивается и дышит рвано, взглядом требуя больше оправданий. даня шею блядскую кофтой прикрывает, потому что показать ее не может, слишком хорошо уж они с ильей вчера набухались. даня к илье приходит как ни в чем не бывало. пьют, орут, опять пьют, музыку поют (даже пытались песню сочинить), опять пьют. и эта рутина прошла до самой ночи. рыжий дома уже сидеть должен, вместе с русиком в обнимку, но вместо этого в ушах опять проносится звон стукающих друг об друга стаканов. оба напились настолько, что казалось алкоголя в их организме было больше, чем крови. нет, он не лез к илье с поцелуями, все было наоборот. но проблема в том, что кашин согласился на это, поддатливо отвечая. а затем почувствовал, как коряков до шеи дотягивается, оставляя за собой засос. больше даня не помнил, скорее всего оба отключились, но знает, что дальше смазанных поцелуев и еле поставленного, но все же видного засоса у них не заходило. просто даня еблан, который опять напился сильнее обычного и сейчас прикрывает шею рукавом белой, пропахшей алкоголем, кофты. рыжий усмешку кидает, но сразу понимает, что не до смеха. руслан настолько зол и обижен, что ему хотелось просто убить или затоптать даню на месте. но, вместо этого, кашину тяжелая пощёчина прилетает. сразу отшатнувшись, тот за место на щеке схватился, куда удар пришёл. глаза щурит, с ног до головы оглядывает руслана. - ахуел? - сипло спрашивает даня, видя как тушенцов улыбаться начал. - это у меня к тебе такой вопрос, ты не ахуел, уебок, блять? сказал придешь к вечеру, но видите ли, явиться ты решил только в два часа дня. даня в этот момент не просто злился, ему было обидно. очень обидно. как будто родные люди, а по такой хуйне друг друга оскорбляют. рыжий губу нервно кусает, кулаки сжав, на руслана исподлобья смотрит, будто набросится сейчас, на куски растерзав. - блять, дань, хули табло скривил? - улыбаясь говорит он, не обращая внимание на напряжение, которое витало вокруг них. щека, в которую прилетела пощечина, неприятно пульсировала, добавляя мотивацию к тому, что даня сделал дальше. как будто делал не он, а руки. тушенцов и сам не ожидал, что даня способен на что-то другое, кроме того как покричать минут десять и уйти к себе в комнату. руслану удар от дани прилетает прямо в губу, которая кровоточить в те же секунды начинает. разбил. тушенцов хмурясь, смотрит на кашина, да, наверное, рыжий сам от себя такого не ожидал. будто не понимая ситуацию, тушенцов смотрит в затемневшие голубые глаза дани, стоящего напротив. тот сам вряд ли понял, что он сделал, но знал что зря. руслан взглядом разозленным кашина с ног до головы оглядывает, но взгляд на шее останавливается, про которую даня забыл и ему кажется, что он готов под землю провалиться, видя как человек напротив смотрит на ебанный засос. да, круто они вчера с ильей побухали, круто. голубоглазый поклясться на коленях готов, что это было сделано в шутку и неосмысленно, но вряд ли парень ему поверит. к стене прижимает резко, будто как зверь накинулся. мощные пальцы не со всей силы, но все же сжимают шею дани. тот дышать в разы чаще начинает, на руслана агрессивного смотря. выговорить что-то пытается, но вместо этого лишь кашляет. - даня, ну ты и еблан, блять. сука, тебе меня мало? - повышает голос. руки с шеи убирает и хватает даню за кофту, начиная его трясти, требуя чёткий ответ, на что кашин отводит взгляд в сторону, - на меня смотри. я жду твоих объяснений. конечно, вряд ли они помогут тебе, но ты можешь попытаться. - руслан, это вообще не то, что ты думаешь, - начал кашин, надеясь, что его выслушают. - это вышло то случайно, илья по глупости оставил засос, я, сука, даже не причастен к этому! - ну ты и бля-ядь. - сделал вывод тушенцов. засос засосом, но сука, просто по-человечески обидно. это удар ниже пояса от родного, блять, любимого человека. - я ненавижу твой ебанный поступок, илью и тебя. руслан так и остался стоять рядом с даней, а у второго в груди защемило. он понимает, что виноват, поступил как ублюдок, но ебучая гордость не дает этого признать. почему руслан его ревнует? почему подозревает? не доверяет? зачем ударил? да оба, блять, хороши. у кашина два выхода. и они оба это понимают. прямо сейчас он может уйти в комнату, закрыться там и сидеть сколько понадобится, пока обида и злость не уйдет у обоих. ну или же.. - руслан, что мне сделать, чтоб ты меня простил? руслан вдыхает и на выдохе выдает - просто иди нахуй. - единственное что мог ответить тушенцов, но даже несмотря на это, он не отходил и продолжал стоять около дани, смотря в пол. даня же совсем не такой ответ ожидал. где же тот пыл то, блять.. кашин решил, что значит он сам придумает извинение, поэтому, долго не думая, он опускается на колени. руки кладет себе на ноги и смотрит руслану в глаза снизу вверх. ждёт его реакции. - кашин, ты..ты не прихуел ли? - заикаясь говорит тушенцов, смотря на него. а дане уже похуй. если бы впрямь не нравилось - оттолкнул бы, но вместо этого продолжил стоять и ждать, что будет дальше. руки тянутся вверх к шортам руслана. рыжий ничего даже не сделал, но тушенцов дышать тяжело начинает.. снимает шорты резким движением, оставляя их на полу. церемониться он не хотел, его задача была доказать человеку впереди то, что он принадлежит только ему, и тот инцидент с ильей был не больше, чем шутка. ну и настроение у него сейчас не на нежности точно. руки сильные по ногам блуждают, специально надавливая на разные синяки и царапины, заставляя руслана издать звук похожий на шипение, вместе с глубоким вдохом. убирая руки от ног тушенцова, он облизывает губы и тянется вперед. ладони кладет на боксеры и смотрит на него снизу вверх. руслан же щурится, пока смотрит на пол и пытается понять, правда это происходит или нет. слюну сглатывает, да глазами хлопает. куда же пропала вся уверенность тушенцова? конечно, не каждый день он мог увидеть, как даня стоит перед ним на коленях. тушенцову некомфортно, но возбуждение растёт, поэтому он не уходит. слышит, как кашин цокает оттого, что бурной реакции он не получил, поэтому уже без согласия кладет руки на бёдра. с бёдер медленно проводит до самого органа, и твою мать, начинает гладить через ткань. от каждого прикосновения волосы дыбом вставали, мурашками тело покрывало. хотелось бежать, да не мог, будто ноги отказали. поэтому, вместо этого, руслан рукой за раковину хватается. хотя кашин, по сути, даже и не сделал ничего. даня уже язык искусал. резким движением боксеры снимает, специально ногтями кожу задевая, в итоге красные полоски оставив по всей длине ног. теперь, когда лишняя одежда валяется на полу, он с усмешкой представляет как эта вся картина со стороны выглядит. не церемонившись, уже твёрдый член в ладонь берет и проводит по всей длине пальцем. лицо ближе к нему преподносит. языком горячим лижет сначала головку, от чего руслан готов уже полностью губу прокусить. затем даня по уздечке проходится, все время смотря на руслана, чтоб уследить за его реакцией. руслану же было хорошо, но он старался не проронить ни звука, потому что не хотелось показывать кашину, что ему приятно. поэтому все что он мог - это томно дышать и костяшки руки кусать. языком облизывая и обхватывая одной рукой у основания, берет в рот до середины, ибо если больше сразу возьмет, то рвотный рефлекс сделает свое дело. специально даёт себе привыкнуть. зубами старается не касаться, лишь языком каждую венку обводит. слышит учащённые вздохи сверху, кашин радуется, но показывать это не станет. - блять..даня, я те..тебя сейчас сам оттрахаю, если ты так и продолжит афк стоять... - заикаясь, вперемешку со вздохами, говорит тушенцов. кашин головой вперёд-назад начинает двигать, рукой помогает, но все равно дальше середины не доходит. -блять.. - руслан уже на себя инициативу перехватывает, и в жёсткой хватке волосы рыжие сжимает, - сука, я же попросил нормально. рукой начинает контролировать даню, насаживая глубже. тянет сам на себя, от чего у того на уголках глаз слезы выступают и глотка болеть начинает, но сука, сейчас ничего не сделаешь. отстраниться ему не дадут и поэтому тот факт, что кашина прямо сейчас откровенно трахают в рот надо принять как должное и смириться. сам виноват. руслан сверху ликует. он управляет процессом, вымещая всю свою накопившуюся злость. он не думает о том, что его парню может быть больно и о том, что прямо сейчас он давится и захлёбывается в собственных слюнях. он хочет причинить столько же боли, сколько он испытал за эту ночь, поэтому сильнее наращивает темп. у дани перемешались слезы со слюнями, да и голова болеть начала от хватки. ладони сжимают ноги руслана. тушенцов настойчиво продолжает входить. он забыл о принципах, поэтому в открытую стонал, показывая высшую степень блаженства. тушенцов член изо рта вытаскивает и, продолжая держать кашина за волосы, кончает тому на лицо, пару раз проводя рукой по всей длине. сперма попадает куда только можно. руслан тяжело дышит, пока перед ним стоит запачканный данила, с зареванным лицом и подрагивающимися ресницами. тушенцов облокачивается спиной на раковину. время от времени вздохи из уст вырываются, все в себя прийти не может. толчком даню на пол кидает, но тот машинально руки подставляет под себя, ударяя локти. лицо кистью руки вытирает, моргает часто, пытается в нормальное состояние вернуться. -че с ебалом, дань? - вперемешку со всхлипами дани и усмешкой тушенцова проговаривает второй, смотря на его вид. и, блять, просто надевая боксеры обратно уходит в ванную, чтоб привести себя в порядок и подумать над произошедшим. а даня смотрит в потолок, ничего не говоря, обдумывает свой поступок и все, что было минутой ранее. теперь он знает. теперь он понимает. теперь он не будет ходить к илье до утра.