Научи меня дышать

Каждый человек зависим. Почему-то в мире за зависимость принято считать пристрастие к алкоголю, сигаретам или наркотикам, хотя на самом деле зависимостью можно назвать многое. Кофе по утрам, пролистывание новостей перед сном, погоня за идеалом во всем. Связь соулмейтов — это тоже зависимость. Эмоциональная, физическая, ментальная. А если эта связь предназначена для любви, значит ли, что любовь — это зависимость?

***

Сон — это блаженное забвение. Нереальный мир, в котором возможно все и ничего одновременно. Место, созданное человеческим подсознанием, его воспоминаниями, его чувствами и личностью. Раньше Аими любила спать. Ей снились яркие сны, в которых ее мечты исполнялись, в которых она была счастлива, в которых она была собой. Сейчас Аими ничего не снится. Сон — порождение фантазий. Он помогает организму восстановиться и отдохнуть, но видимо Аими попала в черный список своего организма. Ведь уже много лет она не может спокойно спать. Просыпаясь каждые сорок минут, она не помнит ничего из того, что показывало ей подсознание. Везде было темно и пусто. Проснувшись ото сна в четвертый раз, Аими решила, что на сегодня сна ей достаточно. Аккуратно вытащив ноги из-под белого одеяла, она медленно начала вытаскивать свою ладонь из цепких рук своего соулмейта, стараясь не разбудить его. Шагая голыми ногами по паркету, Аими внимательно вглядывалась в темноту, боясь споткнуться и уронить что-нибудь в коридоре. Дойдя до чайника, она насыпала в чистую кружку растворимый кофе, привезенный из своей квартиры и села за кухонный стол, пододвигая к себе пепельницу. Никотин помогает унять мысли, успокоиться и спокойно дышать. Кофе помогает согреться и почувствовать себя живой. Алкоголь помогает успокоить демонов в груди, цепляющихся своими когтями за пустоту. Найдя глазами шкаф с алкоголем, Аими аккуратно вытащила ближайшую к дверце бутылку вина. Найдя штопор и бокал в шкафчиках неподалеку, Аими аккуратно открыла бутылку красного сухого вина. — Одной пить нехорошо. Налей и мне бокальчик. — послышался сонный мужской голос из коридора. Аими даже не дрогнув от неожиданности, быстро достала второй бокал и наполнила его вином, пододвигая к противоположенному краю стола. Ран, потирая глаза и убирая растрепанные волосы с лица, шел по направлению к стулу у кухонного стола. Аими пробежалась взглядом по его телу, бегло осматривая татуировки. — Как тебе тату? — уточнил мужчина, присаживаясь за стол и беря в руки наполненный вином бокал. — Вам идет. — переводя взгляд на лицо Рана, ответила девушка. — Я заметил, что у тебя тоже есть татуировки, не покажешь? — с улыбкой спросил он. Аими не секунды не раздумывая, закатала рукава свитера и вытянула руки в сторону сидевшего напротив мужчины. На ее руках было десяток аккуратных, тонких, черных татуировок. Фразы на корейском, японском, китайском. Абстракции, кисти, вырезки из манги, цветы. Татуировки были не только на руках. На задней части шее, на спине, под ребрами, на ногах. Все ее тело было покрыто множеством тонких черных линий, складывавшихся в слова, жесты, картины. Аими не считала свое тело храмом. Оно оболочка. Души в нем давно уже нет. Она, не задумывавшись лишний раз, делала себе очередную татуировку, пытаясь зафиксировать на себе то, что вызвало у нее хоть какие-то эмоции, чтобы не забыть, что когда-то она чувствовала. Игла, протыкающая кожу, помогала ей почувствовать эмоции снова и снова, оставляя на ее теле тонкие черные линии. — Не знал, что ты такая оторва, дорогая. — с удивлением сказал Ран — Боюсь предположить, сколько еще татуировок ты скрываешь под одеждой. — Много. — коротко ответила девушка, закатывая рукава свитера обратно. Глубоко вдохнув в свои легкие никотин, Аими подняла бокал со стола и медленно поднесла его к своим губам, отпивая глоток. Ран, неотрывно смотрел на девушку, сидящую перед ним, и размышлял. Размышлял о том, сколько же в ней секретов, сколько слов она не проговаривает вслух, сколько металлических дверей поставила перед собой, закрываясь от мира. Интересно, а она когда-нибудь улыбается? Искренне, широко, с детским восторгом в глазах. Сложно было ответь на этот вопрос. Девушка, залезшая с ногами на стул, прижалась грудью к коленям и, держа в одной руке тлеющую сигарету, а в другой практически пустой бокал вина, смотрела словно сквозь своего ночного собеседника. — А ты часто вино по ночам пьешь вместо сна? — уточняет Ран, привлекая внимание Аими. — Да. Мы с тобой встретились как раз по этой причине. — напомнила ему девушка. А ведь и правда, тогда на автомобильной парковке в ночь их встречи в пакете Аими было вино, что разбилось о мокрый серый асфальт прямо между ними. Тогда Рану показалось, что его сердце остановилось. Перед ним стояла промокшая под дождем девушка в резиновых тапках и бесформенной черной вязаной кофте, смотревшая прямо в его глаза. Он не успел опомниться, как она развернулась и убежала во дворы близстоящих домов. Его сердце все никак не могло успокоиться, а голова начала болезненно раскалываться. Он понял, что встретил соулмейта позже, чем она это осознала. Тогда ему показалось, что это просто глупая случайность, а девушка наверняка оказалась бы какой-то глупой, громкой и назойливой. Но Ран все равно пошел за ней, понимая, что головная боль не прекратится пока он ее не найдет. И он нашел, но совсем не то, что ожидал. В его жизни было много девушек. Все они были похожи между собой. Просто кто-то был громче, кто-то тише, кто-то изящнее, кто-то грубее, кто-то на что-то надеялся, кто-то все понимал. Но все они были не больше чем просто девушками, ничего не значащими, ничего из себя не представляющими. Но Аими представляла из себя черный сейф, за дверцей которого был целый мир. Мир, в который Рана не пускают. Мир, который он внезапно захотел увидеть. Ран не понимал, откуда эта мысль возникла в его голове. Были ли это последствия связи соулмейтов или его собственный интерес, но сидя за кухонным столом, вдыхая никотин и попивая вино со своей родственной душой, он решил, что хочет узнать ее. Хочет понять ее. Аими потушила сигарету об пепельницу и, сделав последний глоток вина, повернулась в сторону раковины. Она быстрыми движениями промыла бокал под водой, взяла губку для мытья посуды и протерла его пеной от средства, пахнущего чем-то травяным. Закончив мытье, она развернулась к мужчине и протянула руку в сторону его допитого бокала. — Спасибо, дорогая. Как мило с твоей стороны. — пододвинув бокал в ее сторону, проговорил Ран. Аими ничего не ответив на его слова, продолжила мыть посуду, но уже через пару секунд она почувствовала теплое дыхание на своем затылке, а чужие руки приобняли ее за талию сзади. Ран обнял ее со спины, аккуратно расположив свой подбородок на ее макушке. Разница в росте у них была колоссальная. Аими никак не отреагировала на действия мужчины и спокойно домыла второй винный бокал, откладывая его в сторону. — Пойдем в кровать? — тихо проговорил Ран над ее головой. От его дыхания волосы на голове Аими колыхнулись. Девушка на его предложение ответила легким кивком головы. Убрав руки с ее талии, Ран отодвинулся, давая ей пространство для выхода в коридор. Но сделав один шаг в сторону спальни, Аими почувствовала, что ее кисть снова оказалась в плену прохладных пальцев мужчины. Вместе они двинулись по коридору в спальню, размышляя каждый о своем.