Чернильные зарисовки

      Николас наблюдал за зомби.       Выглядывал из-под металлического навеса, который раньше был частью кузова машины. Теперь это просто мусор у стены, который кто-то притащил в складское здание, когда жил тут. В углу еще остались одеяла и несколько спрятанных невскрытых банок с бобами.       Наверное, люди прятались тут, пока зомбаки не пришли. А теперь, может, любители консервов и старых машин в той же безмозглой толпе. Потому что кто иначе в здравом уме оставил бы еду и ушел?       Почувствовав, как его тянут за штанину, Николас брыкнулся, но тут же покорно полез обратно. Айден ждал его в комнате, скрестив руки на груди и нахмурившись.       — Может, перестанешь пялиться и лучше мне поможешь? — проворчал он.       Говорили вполголоса, хотя с такого расстояния и люди бы не услышали, а уж зомбаки и подавно. У них было не очень хорошее зрение, так себе слух, обычно они брали числом и упорность. И тем, что достаточно малейшей царапины, чтобы заразиться.       Айдена зомбаки нервировали, он не понимал, зачем Николас за ними наблюдает и постоянно высказывался на этот счет. Николас отмахивался, что это ради безопасности. Хотя ему просто было интересно.       Айден успел расчистить комнату от хлама, перебрать одеяла и даже расставить найденные консервы в аккуратный ряд.       Присев рядом, Николас притянул свой рюкзак и вытащил оттуда их собственные запасы, чтобы всё пересчитать.       Сначала Николас чихнул, и ему показалось, это от лежавшей вокруг пыли. Но вытаскивая шестую банку бобов, он ощутил, что перед глазами на миг потемнело, и его качнуло. Айден его поддержал:       — Николас?       В голосе звучало беспокойство, и оно отражалось внутри самого Николаса.       — Проклятье, — пробормотал он и потер пальцами переносицу. — Айден, это плохо.       — Ты наверняка подхватил какой-нибудь грипп в той больничке.       Туда им и пришлось залезть, чтобы найти еду — а еще бинты и антисептики для раны Айдена. То есть сам он это за рану не считал, но в нынешнем мире любая царапина могла стать смертельной, поэтому Николас настоял. Теперь распоротую ладонь Айдена скрывала аккуратная бинтовая повязка.       Хорошо хоть, успели. А то потом в одной из комнат наткнулись на зомбаков, пришлось улепетывать, не захватив еще лекарства.       Может, Николас и правда что-то там подхватил. Голова ощущалась ватной.       — Осмотри меня, — резко сказал Николас.       Айден поджал губы, но возражать не стал. Может, понимал, что с упрямством Николаса это бесполезно. Тот стянул свитер, следом отправилась рубашка и штаны. Айден включил фонарик, внимательно рассматривая каждый кусочек тела Николаса.       Может, он что-то подхватил в больнице. А может, там его успел достать зомбак. Достаточно микроскопической царапины.       — Всё чисто, — сказал Айден. — Одевайся и ложись. Сегодня я займусь ужином.       Вообще-то была очередь Николаса, и он хотел настоять, но слабость и правда ощущалась ужасная. Он устроился среди одеял, натянув их до подбородка, было холодно.       Уже темнело, они поздно нашли это место, так что огонь разводить не стоило. Айден достал бутылку с питьевой водой и открыл пару консервов с кукурузой. Устроился рядом с Николасом.       — А мы бы сейчас экзамены сдавали, — тихо и невпопад заметил он.       Айден замер, потом продолжил молча есть.       Они жили в одной комнате, как раз были на кампусе, когда всё началось. Сначала сообщения об очередной эпидемии, так что некоторые студенты ныли «снова ковид» и предвкушали ограничения. Потом заявления о том, что это зомби-вирус — ну, так его тут же прозвали в интернете.       На самом деле, он как-то хитро убивал часть мозга и нервной системы, превращал в агрессивнную безмозглую биомассу, которой требовалось какое-то там вещество, которое в избытке содержалось в мышцах человека. Вместе с враждебностью это сделало зараженных опасными и вправду похожими на зомби.       Эпидемия распространялась стремительно. Университет закрыли, и Айден хотел вернуться к семье, родителям и брату. Николасу особо некуда было идти, он меньше всего жаждал уезжать к отцу — да и его родной город уже закрыли на карантин.       Они с Айденом поехали к его семье, но им не повезло. К тому моменту кордоны стали падать, город держали в карантине, но некому было стоять на дорогах. Зомби распространялись, а Николас с Айденом добрались до его дома.       За время эпидемии им многое пришлось увидеть, но Николас точно никогда не забудет аккуратный домик в пригороде, богатый, ухоженный, благополучный. И мертвое тело мужчины, лежащее на аккуратной лужайке: лицо полностью сожрали, оставив вытаращенные глаза, которые никогда не закроются, и череп с ошметками мяса. На руках виднелись следы укусов, половины грудной клетки не было. Ребра буквально выламывали, чтобы добраться до сердца, его зомбаки особенно любили.       Айден узнал отца, побледнел и повис на Николасе.       — Так, подожди меня здесь, я сам проверю дом. Не ходи туда.       Айден остался сидеть, уставившись на тело отца, а Николас направился в дом. Через окна он посматривал на лужайку, чтобы заметить, если Айдену будет что-то угрожать или он, ну, в истерику впадет или еще что. Айден оставался сидеть на месте.       Его мать Николас нашел вместе с его братом. Она пыталась защитить сына, но до них обоих добрались.       Николаса вывернуло в унитаз, а потом он снова глянул на по-прежнему сидевшего на лужайке Айдена, собрал все продукты из холодильника и вышел.       — Они мертвы, — отрывисто сказал Николас. — Идем.       Айден посмотрел на него мутным взглядом, потом перевел взгляд на набитый продуктами рюкзак:       — Что…       — Это не закончится быстро, лучше сделать запасы. Идем.       — Мои вещи…       — Ты не пойдешь в этот дом. Найдем все нужное в другом месте.       Николас быстро сообразил, что нужно запасаться продуктами, обзавестись ножом и фонариком, а еще крепкой обувкой и теплой одеждой. Айден молчал до конца дня, а потом, к ночи, когда они залезли в чей-то гараж (Николасу показалось, это место лучше открытого дома), Айдена наконец-то накрыло.       — Всё будет хорошо, — мягко говорил Николас, хотя ни черта в это не верил, пока Айден сотрясался от рыданий.       Утром к Айдену вернулась собранность. В отличие от Николаса, он помнил карту, разбирался в лекарствах и сразу предложил отыскать радио.       — Телефоны сдохли, но радио должно работать.       Так они узнали, что надо двигаться на восток, чтобы выйти из «зоны поражения». На границе их осмотрят военные, поместят в необходимый карантин, но после этого они вернутся к нормальной жизни.       Айден убеждал в этом, хотя передача по радио была в ужасном качестве и с помехами. Николас ни в чем не был уверен, но решил не портить раньше времени настрой друга. Тем более, вдруг там и правда военные и уцелевший старый мир? Вдруг не везде эти зомби?       — А если и так, — заявлял Николас, — то рано или поздно они вымрут от голодухи!       Благодушно усмехаясь, Айден не поддерживал и не опровергал это заявление. Но они упорно шли на восток и, как говорил Айден, остался буквально день-другой.       Но к вечеру Николаса начало знобить, поднялась температура.       — Меня нужно изолировать, — пробормотал Николас, обхватив себя руками. — Это может быть вирус. Убедись, что это не он.       — Тебе нужно жаропонижающее, — покачал головой Айден.       Его голос звучал мягко, но Николас не исключал, что ему просто кажется. Другие комнаты в здании имелись, но Айден не стал его запирать, а сам Николас был для этого слишком слаб. Когда Айден улегся рядом и обнял его, Николас не стал протестовать, уткнувшись в его плечо взмокшим лбом.              Проснулся Айден рано.       Первым делом проверил Николаса: тот был мокрым, от него буквально исходили волны жара. Он даже глаза не открывал, бормотал что-то потрескавшимися губами.       Мысли о том, что Николас сейчас превратиться в зомби и вцепиться в него, Айден не допускал. Скорее, действительно что-то подцепил, иммунитет у них обоих сейчас так себе, а кашлял Николас давно. Поэтому и Айден согласился залезть в ту больницу, рана на руке не выглядела столь ужасно, а вот от простуды стоило что-то найти. Не успели.       Николас действительно был ужасно горячим. Ему нужны лекарства.       С раздражением Айден в очередной раз перебрал аптечку. Предыдущую они потеряли, когда пришлось спешно из торгового центра от придурка с дробовиком — не зомби, а обычный мародер. В больнице успели взять бинт, антисептики и какие-то таблетки, но жаропонижающего среди них не было.       Найдя тряпку, Айден смочил ее водой и положил на лоб Николасу. Тратить так воду расточительно, но сейчас Айдена это мало волновало. Когда Николас придет в себя, вместе сходят и возьмут еще в каком-нибудь супермаркете.       Они всегда ходили парой. Николас говорил, что один должен делать дело, второй страховать. Это и позволяло им выживать так долго и успешно замечать зомби прежде, чем те замечали их. Пару раз пришлось и с людьми столкнуться, каждый раз это были малоприятные встречи, но успевали вовремя заметить и убежать или спрятаться.       Николас что-то пробормотал, и Айден наклонился ниже:       — Что? Хочешь есть? Или пить? Может, тебе холодно?       Хрип походил на такой же у зомби, но потом Айден разобрал слова.       — Скажи Айдену, что я старался. Изо всех сил.       Айден вздрогнул и резко отшатнулся, тряпка сползла со лба Николаса. Айден тут же заторопился ее поправить.       — Всё хорошо, Ник, это я.       Похоже, он начинал бредить и не узнавал его. А на короткий миг, когда Николас шире распахнул глаза, он тихо спросил:       — Я был хорошим другом?       — Да, Ник. Ты хороший друг.       Айден сжал губы и покосился на дверь. Он готовился нарушить первое и единственное их правило, выйти в одиночку. Но у него нет выбора, Николасу нужно сбить жар.       Закинув за спину пустой рюкзак, Айден сунул в карман нож и в последний раз смочил тряпку и положил на лоб друга:       — Я скорое вернусь.              Получилось только к ночи.       Сначала пришлось окольным путем добираться до больницы, потом, найдя там таблетки, Айден уже поверил в свою удачу, но снова откуда ни возьмись показались зомбаки. Пришлось бежать. По ходу рухнув с каких-то строительных лесов и чуть не угодив в лапы новых заболевших, которые и правда выглядели как ходячие трупы. Может, Николас и прав, они сами вымрут. Вирус позволял им не чувствовать боль, но они гнили изнутри. У них отваливались куски лиц с влажным хлюпающим звуком, а они по-прежнему тянули руки за новым куском мяса, каким считали всех людей.       Айден вернулся, хромая, покрытый царапинами и занозами с чертовых лесов.       Он почти боялся не найти Николаса, потому что тот обратился в такой же ходячий труп, который вцепится ему в лодыжку. Или еще хуже, у Николаса сердце не выдержало такой температуры. Или ему стало очень плохо, а он остался тут совсем один. Айден же не думал, что задержится почти на весь день.       Но темная груда лежала под одеялами и зашевелилась, едва заслышала, как кто-то вошел.       — Айден?       Не сдержав облегченного вздоха, тот проворчал и приблизился:       — А если бы это был зомбак?       — Он бы не ответил. А я бы не сбежал.       Айден дал Николасу сразу несколько таблеток.       — Не стоило ходить одному, — слабо сказал Николас. — Всё хорошо?       — Да.       Завтра он приведет себя в порядок, вытащит все заносы, но сейчас Айден ужасно устал. Он улегся рядом с Николасом, слушая, как изменяется его дыхание — почти сразу уснул. Прикрыв глаза, Айден подумал, что завтра всё будет хорошо. Не может не быть.       Так говорил Николас каждый день. Заявил на лужайке у дома Айдена, когда он не мог поверить, что видит тело отца. Когда Айден паниковал или не знал, что делать.       Завтра Николас тоже скажет, что всё будет хорошо.       И Айден снова ему поверит.              Николас проснулся на рассвете.       Голова еще болела, тело налилось тяжестью и слабостью, но мозги явно прояснились, а жар отступил. Поморгав, Николас прищурился на свету и повернулся к Айдену. Тот крепко спал, но дыхание казалось рваным, а над верхней губой выступили капельки пота.       — Айден? — тихонько позвал Николас.       Тот не ответил. Жара у него не было, но что-то точно не так. Одежда казалась грязной, на лице и руках красовалось несколько росчерков царапин. Они не походили на следы от ногтей, но так легко их не заметить.       — Айден.       Они сами разработали схемы на случай того, если кто-то из них заболеет. По телевизору говорили, что проявление как у обычной простудной болезни. Поэтому условились, что если у одного из них появятся хоть какие-то симптомы, второй изолирует его и подождет. Болезнь развивалась стремительно.       Накануне Николас злился, что Айден так не поступил. А теперь понимал его. Зачем вообще жить, если второго не будет? Если он начнет скалить зубы, жаждать твоего мяса? Потеряет разум, а потом постепенно станет терять куски плоти.       Николас взял Айдена за забинтованную ладонь, придвинулся ближе и прикрыл глаза.       Он слушал его неровное дыхание и появляющиеся хрипы. Крепко стискивал пальцы и не открывал глаза. Он даже задремал ненадолго.       А потом резко ощутил, как на его шее сомкнулись чужие зубы. С утробным рычанием, которое до сих пор чем-то напоминало ворчание Айдена, когда Николас раскидывал вещи или не желал соблюдать порядок.       Крепче стиснув ладонь Айдена, Николас не пошевелился, ощущая во рту вкус крови, а в горле дикую боль.       — Всё будет хорошо, Айден.       Николас надеялся, что сейчас Айден снова ему поверит.