Любой ценой

Очередная вспышка и резкая боль пронзает бок. Гермиона зашипела, хватаясь за живот. Поток заклятий в ее сторону мгновенно прекратились.  – Цела?  – Вроде бы, - сквозь зубы пробормотала в ответ девушка, потирая ноющую часть тела.  Ее кудрявые волосы, собранные в быстрый и неаккуратный пучок на макушке, распушились, а некоторые пряди и вовсе торчали из прически в разные стороны, попадая в глаза и рот, мешая их сражению. Свободная мантия, а под ней обычные джинсы и хлопковая футболка, купленные в маггловском магазинчике Лондона. Грейнджер знает, как он ненавидит ее стиль, но ничего не может с этим поделать, бесить и раздражать его - невероятно потрясающее и излюбленное ею занятие. Вынужденный перерыв дает ей возможность отдышаться и прийти в себя после двадцати минутной дуэли. Пот стекает по лицу и шее, скрываясь в ложбинке груди. Она определенно провоняла им насквозь. Один взмах волшебной палочкой и весь неприятный запах исчезает. Второй - и волосы приобретают более-менее приемлемый вид. – Вы слишком напряжены, Гермиона, - голос ее оппонента возвращает обратно на землю в тренировочный зал поместья.  Она отвернулась от него, поворачиваясь лицом к стене, стягивая тяжелую мантию. – Я не могу расслабиться, особенно, когда ты швыряешь в меня по несколько заклинаний одновременно. Ты не даешь мне околдовать себя. – Странно, если умнейшая ведьма своего времени думает, что кто-то будет давать время на передышку или заклясть в ответ. – Я не могу сосредоточиться так!  Ее раздраженный тон вышел из под собственного контроля. Любой другой волшебник не имел права разговаривать так с одним из самых сильных и жестоких волшебников 20 века. Том чуть вздохнул, никак не отреагировав на ее выходку. За год работы с ней он привык и не обращал внимание. Он медленно стал приближаться к ней, расстегивая жилет на себе. Его внешность не могла не будоражить воображение. Слегка растрепанные волосы, белая рубашка, что прекрасно подчеркивает каждую мышцу и рельеф его тела вместе с классическими черными брюками пробуждали непривычное для Гермионы желание. Оно собиралось в самом низу живота и тянуло массивным грузом. - Слишком много думаете во время сражение. Мышление мешает сосредоточиться на более важных вещах, как, например, ваш соперник. Отключите свой разум. Позвольте магии управлять вами. Попробуйте почувствовать магию, мисс Грейнджер, - прошептал он, осторожно подходя к девушке со спины. - Волшебство должно пропитать вас полностью. Гермиона стояла, тяжело дыша. Она наклонила голову вперед и чуть повернула ее в сторону, к нему. – И как же мне этого добиться? Его холодные пальцы коснулись нежных плеч и спустились ниже, по рукам к самым кистям: – Я помогу вам… Свободной рукой он перекинул ее распущенные волосы на другую сторону шеи. Губы опустились в легком касании и прошлись по позвоночнику. — Том… - пробормотала Гермиона, подставляясь под поцелуи. Такая нежность не была свойственна Реддлу. Его пальцы очертили путь от шеи до подбородка, прорисовывая подскуловые косточки, от ключиц к вырезу футболки, от груди до ребер. На животе они остановились, прижимая девушку ближе к себе так, что Гермиона очень отчетливо поняла - контроль теряет не только она. Его эрекция упиралась в нее. Он хочет… Том развернул Гермиону к себе лицом, устанавливая контакт глазами. Его зрачки расширились, а дыхание вот-вот станет тяжелым. Взгляд манил и путал рассудок. Лицо приблизилось к ней и мягкие, нежные губы опустились на ее уста. Рука метнулась вверх, к его щеке, нежно поглаживая. Реддл обхватил девушку и вжал ее в стену, припадая губами к коже под подбородком. - Просто... чувствуй... - шептал Том, когда прикусывал изгиб между шеей и плечом - невероятно чувствительно, но не настолько, чтобы причинить боль. Она откинулась головой к стене, выгибаясь в его объятиях. Том провел по ткани женских штанов. В миг послышался звук молнии, он быстро растянул пуговицу и стянул джинсы, откидывая их куда-то в сторону вместе с трусиками. Действия были быстрыми и грубыми, но не так сильны, чтобы причинить боль или вред. Гермиона простонало что-то невнятное, пока расстегивала ремень на штанах Тома. Прикосновение пальцев — сухих, чуть мозолистых, но дарящих нежность. Реддл приспустил свои штаны и приподнял девушку в воздух за бедра, подхватывая и вынуждая обхватиться за него ногами. Он медленно провел по ее складкам, вызывая громкий и шокированный стон. Двумя пальцами он скользнул внутрь. Он без труда удерживал ее навесу, зажимая между своим телом и стеной. - Ммм... Да... Тянущее ощущение в мышцах было божественным, большим пальцем он стал вырисовывать круги на клиторе. Столь захватывающее, опьяняющее чувство, которым никто из них никогда не мог насытиться. Горячая головка члена уперлась во влагалище. Грейнджер задержала дыхание и замерла, впиваясь ногтями в крепкие плечи. Ноги дрожали от медленного проникновения. Из легких вырвалось жалкое поскуливание. Мерлин, как соблазнительно она при этом выглядела. Так невинно и беспомощно, что Том едва удержался на месте от желания рухнуть перед ней на колени. Он сжимал зубы до боли, чтобы не застонать самому от тяжелого желания, наполнившего его. Кровь стучала в висках, пульсировала в члене. Его рука лежала на ее животе, пальцы гладили между ног, пока Грейнджер извивалась у стены. Под фалангами его стало мокро. Бедра девушки мелко сокращались. Они дышали одним дыханием, передавая его из губ в губы, жили в поцелуе, сплавились в одно сплошное наслаждение. Слившись воедино, любовники двигались то неспешно, гибко, мягко, лаская друг друга нежно и желанно, то порывисто, жестко, страстно, сходя с ума. Том со стоном запустил руку в ее волосы, приникая к ее губам, толкаясь еще сильнее, жестче, безжалостнее в ее тело пока Гермиона не выкрикнула наслаждение и не забилась под ним, кончая. Вокруг них погасли огни, будто кто-то задул все факела и свечи в одно мгновение. Желтые и красные искры поднялись в воздухе и закрутили в собственном танце, в своем ритме. Гермиона оторвала голову от плеча Реддла, всматриваясь в окружающую их обстановку. Она попыталась рукой коснуться искр, но была остановлена движением Тома, схватившим ее кисть. Он оставил на пальчиках нежный поцелуй, помогая слезть с себя. Ноги дрожали. Она бы упала на пол, если бы Реддл не поддерживал ее за поясницу. В полной темноте тренировочного зала горели его глаза. В них читалась любовь. Теперь она любою ценой не допустит, чтобы он превратился в того монстра из будущего. Никогда.