Суровая меланхолия безразличных глаз

      Лучшие учителя жизни Кэйла – опыт и анализ.       Он не умеет сам пользоваться копьём и этого даже не скрывает, но исходит из базовых предположений, основополагающих для владения любым оружием. Кэйл может логически предположить, как держать копьё, какой стиль боя можно к этому оружию приспособить, указать на очевидные ошибки, но всё остальное можно узнать лишь из практики, ни сил, ни желания на которую у Кэйла никогда не было. Зачем? Копьё не подходит его стилю боя, сосредоточенному на незаметности и неожиданности; он прекрасно владеет кинжалами и чуть лучше, чем посредственно, из-за усилий хёнов – мечом. В момент сражения, конечно, любое оружие чудесно, если выбирать не из чего – Кэйл справился бы и ружьём, и с рогаткой, но сейчас, в этом мире, в оружии вообще необходимости нет.       На ум, однако, сразу приходит период обучения Ким Мин А. Кэйла чуть ли не передёргивает от тех наполненных отчаяньем записей, когда они вместе пытались освоить это несчастное копьё – единственное, между прочим, оружие, которое подошло Ким Мин А – мучились они долго, но упорно, в результате получив достойный уровень владения копьём Ким Мин А. Не зная, как правильно, что-то они сделали совершенно своё и неповторимое, наверняка в корне неправильное, зато рабочее.       Кэйл учился сам у себя и своего опыта, который постарался адаптировать под неожиданные нужды. Неплохие, но суровые учителя, у которых, однако, он в тот раз ничему не научился.       Когда Кэйл получил именно копьё в виде древней силы воды, ему это показалось странной насмешкой судьбы.