В темпе вальса

Вечернее небо украсило море огней фейерверков. Всюду кружили люди и весело смеялись дамы в компании своих кавалеров. Малышки милюзины сновали от столика к столику с подносами, на которых то и дело стояли бокалы лучшего вина и закусок, специально приготовленных для сего мероприятия. Фонтан Люсин, украшенный фонарями, цветными рюшами и многочисленными цветами приковывал к себе восхищённые взгляды людей. Сюита ледяного ветра, что ежедневно восхищала людей своим изяществом и тонкостью движений покоилась в отдалении, позволяя народу разбрестись по их полю танца. Что же всё-таки случилось? Почему Станция Маркот и всё к ней принадлежащее было такой невероятной красоты в этот день? С начала месяца на всех досках объявлений, на всех листовках, газетах и из каждых уст слышалось о грядущем балу в честь победы над пророчеством. Проклятьем, вселяющим ужас в людей. В Фонтейне это событие, а именно объявление о празднике, произвело настоящий фурор. Люди бегали от прилавка к прилавку, занимали всех портных и забивали в ближайшие к намеченному дню записи в салоны красоты за недели до празднования. Такого ажиотажа Кур-де-Фонтейн не видел со времён самых жестоких судов. И даже те не могли похвастаться своим величием и степенью подготовки людей. И вот, стоя напротив фонтана Люсин и любуясь его красотой, Итэр не мог не вздохнуть с облегчением. Всё конечно: пророчество хоть и сбылось, но многие потери удалось предотвратить; тайна архонта раскрыта; люди счастливы и благодарны. Чего ещё может желать сердце? Но тут его раздумия прервал тонкий, но уверенный голос: - Monsieur, не желаете испить вина? А может, освежающего лимонада? Блесин - жандарм, охраняющий окрестности театра "Эпиклез". Однако, сегодня она исполняла роль официанта. И ко всему прочему была весьма довольна своей новой ролью. - Спасибо, уважаемая. С превеликим удовольствием. - Итэр взял небольшой бокал прохладного лимонада, едва излучающего тонкий аромат своей сладости. Небольшие кубики льда в напитке помогли протрезветь туманному разуму, и успокоить волнующееся сердце. - Приятного времяпровождения, monsieur! - Учтиво поклонившись сказала Блесин, прежде чем спешно удалиться к прочим гостям, которых тут было пруд пруди. Копошащиеся люди с нетерпением ждали начала мероприятия. Народу было много, но все находились на почтительном расстоянии друг от друга, от чего комфорт ни одного из гостей не был нарушен. О начале празднования должны объявить в 22:00 вечера, но народ здесь собирался аж с 19:00. И вот, намеченный час уже близится, а сердце бешено колотится. - Мon cher ami, bonjour! Из-за спины послышался приятный, с нотами озорства голос. Здешний язык для путешественника был совсем новым, благо, на нём разговаривали лишь единицы, да и то в знак уважения традициям. Многие слова были для него непонятны, но ему не составило труда распознать того, кто же был за его спиной. - Лини! Рад встретить тебя вновь, - любезно улыбнулся Итэр, на что получил в ответ не менее дружелюбную улыбку от собеседника. Иллюзионист сегодня выглядел совсем, совсем иначе... Не слишком вычурно, но и не без изяществ. От привычных ему одежд не осталось почти ничего. Весь его костюм, очевидно, был сшит на заказ по весьма высокой цене. Одежда строго чёрного - белого цвета, но местами всё-таки просвечивались нотки его излюбленного красного. Вельветовый чёрный сюртук и его подкладка, выделяющаяся своим тёмно - бордовым цветом. Белоснежная рубашка с жабо, на котором был виден бант и пришитый в серебряной оправе рубин. Классическая шнуровка по бокам сюртука подчёркивала довольно-таки тонкую талию парня. Чулки сменились более спокойными гольфами, поддерживаемые гартерами на икрах. А область ключицы у сюртука украшал неизменный символ платинового кота. Весь его образ источал изящность, а прямая осанка олицетворяла статус его дома в общественной иерархии. Итэр не ожидал увидеть "такого" Лини, что даже немного замешкался, не зная что и говорить. Сам-то путешественник особо не заморачивался над внешним видом, выбрав стандартный строгий костюм, так как не планировал как-либо участвовать в мероприятии. Но стоя рядом с иллюзионистом он почувствовал себя неловко. - Выглядишь превосходно. - Наконец подал голос Итэр после минутного разглядывания Лини, от чего тот даже слегка смутился. Однако, услышав комплимент, довольно улыбнулся. - Слава Архонтам! А то я уж переживал, что выгляжу чрезмрено напыщенно... - Облегчённо выдохнул Лини, на что получил едва слышный смешок со стороны. - Ну что ты, для такого мероприятия твой образ более чем достойный. - Рад, что тебе понравилось - Придерживая цилиндр (абсолютно новый, черный, с красной лентой по окружности) сказал Лини. - Вижу, сегодня ты тоже решил принарядиться? Тебе очень идёт. - Да что тут, я не старался над образом... - Смущённо почесал затылок Итэр, прежде чем заметил подошедшую Линетт. - Я, конечно, не хочу мешать вашему бесконечному потоку любезностей, - начала ассистентка, - но нас уже запускают в театр, поэтому, следовало бы пройти внутрь. Лини, поморщившись от лёгко толчка сестры в бок, неловко глянул на Итэра, который неизменно по-доброму улыбался. Оперный театр был украшен различными лентами, цветами и шёлковыми полотнами. На сцене возвышалась трибуна, а поодаль от неё, беспристрастно оглядывая зал, стояла Клоринда. И даже она, судебный дуэлянт, была одета подобающе празднованию. Однако, в длинном платье всё же просматривались элементы её непоколебимого характера. "Портной явно постарался..." - подумал про себя Итэр, сев на передние сиденья у сцены. Лини грациозно, пригладив под ноги сюртук, сел рядом закинув ногу на ногу. Линетт же скромно, даже машинально присела слева от брата, недовольно зыркнув на развязное поведение того. Наконец, все люди уселись на свои места. Вокруг слышались лишь еле слышные шепотки. В такой тишине точно было слышно сердцебиение каждого человека, находящегося в зале. И вот, свет погас. Лишь сцену освещал яркий прожектор, отбрасывая тень от Клоринды, что так же, будто что-то ожидая от людей, рассматривала присутствующих. Из-за кулис гордой и уверенной походкой вышла невысокая девушка. Подол её нежно-голубого платья и лёгкая, тёмно-синяя словно водная гладь в ночи вуаль следовала за каждым её шагом. Белая канотье с небесно-голубым бантом и железной оправой, изображающей корону, украшала образ идущей. - Mesdames et messieurs! Рада приветствовать вас на сегодняшнем вечере! - Сказала девушка, встав за трибуну. Широко разведя руки, будто обхватывая зал в своих объятиях, она слегка поклонилась людям. - К сожалению, наш многоуважаемый верховный судья Нёвиллет не сможет присутствовать на церемонии открытия. А потому я, Фурина де Фонтейн, буду в качестве организатора сего мероприятия! Зал загудел. Одни были в недоумении, другие же до сих пор ликовали при виде своего "Архонта". Но никто не делал каких-либо противозаконных, и прочих возмутительных действий, боясь гнева судебного дуэлянта. - Mes chers amis, давайте же проведём этот вечер с пользой... Что говорила Фурина далее, Итэр не слушал. Он как зачарованный наблюдал за тем, как иллюзионист, видимо от скуки, мастерски тасовал карты, создавая причудливые веера, что чередовали между собой рубашку и лицо. Создавал гармошку, или словно птиц выпускал из рук и возвращал обратно. При этом он был весь во внимание речей Фурины. Поразительно! Заметив взгляд на себе, Лини остановился и вопросительно посмотрел на путешественника. Затем, видимо, осознав интерес к нему, неловко засмеялся и прошептал: - Ох, прости - прости. Я отвлекаю? У меня это машинально происходит. Я не хотел мешать тебе. - Не перестану восхищаться твоим мастерством, Лини - игнорируя сказанное иллюзионистом начал Итэр. В ответ, Лини лучезарно улыбнулся. Видимо, стараясь скрыть смущение, что выходило неудачно. Поалевшие уши и неловкие движения рук, перебирающих карты, выдали его. Наконец, все формальности подошли к концу, и гостей попросили выйти из театра, и, цитируя слова бывшего Архонта: "Предаваться праздному веселью сегодняшней ночи!". Уже на улице была слышна живая музыка оркестра, находящегося на возвышенности площади Сюиты ледяного ветра. Многие люди тут же убежали отдаваться пляске и веселью в окружении своих партнёров. Дети в сопровождении взрослых, точно состоявшиеся дамы и господа, с полным вниманием учились искусству вальса в сторонке. Ответственный момент. Первый вальс много значил для фонтейнцев, это было сродни "церемонии посвящения". Итэр не редко ловил себя на мысли, что сам бы хотел пройти такую "церемонию". - Путешественник? Вижу, желаешь пойти танцевать? - С лисьей улыбкой спросил Лини, заглянув Итеру в глаза через плечо. На что тот в ответ и мускулом не повёл, лишь продолжил смотреть на кружащих людей в танце, красиво развивающиеся дамские платья и их полный веселья смех. - На самом деле не планировал - слегка повернув голову в сторону и заглянув в аметистовые глаза иллюзиониста, сказал Итэр. - Но было бы славно, если бы... Лини выжидающе смотрел на путешественника. Он почувствовал как сердце забилось чаще, что и сюртук уже казался ему не в пору от частого дыхания. - Имею в виду... я был бы рад... Думаю я был бы рад станцевать с тобой. - Отпив немного лимонада из бокала произнёс путешественник, чувствуя как смущение уже неотвратимым комом подступает к его щекам. - Если, конечно, ты... Не дожидаясь, пока тот договорит, Лини мгновенно его перебил: - Я согласен. Итер от неожиданности ответа развернулся полностью к иллюзионисту, растерянно на него взирая. - Ты... Ты что? Но... - Я согласен, Итэр. - Со всей серьёзностью заговорил Лини, но тут будто осознав, что это может оттолкнуть, смягчился - я... хочу станцевать с тобой. Итэр опешил. Он думал, что сказав это, лишь насмешит иллюзиониста. И он вообще думал, что в эту ночь он будет занят другим человеком... Например, Линетт? - А как же Линетт? Я думал вы танцуете вместе... - Она пригласила Фремине. Сказала, что нужно хоть раз вытащить нашего брата на праздник, а танцевать ему не с кем. Я не стал возражать, к тому же, мы и так всё делаем вместе. - Ласково улыбнулся Лини, подумав о Линетт. - Ну и тем более... Лини немного замялся, нервно теребя кончик банта на шее. - Я... давно хотел пригласить тебя. Итэр чуть было не подавился лимонадом от неожиданности. Но это не было шокирующей новостью, скорее очень приятной и удивительной. Словив себя на этой мысли, Итэр тут же потряс головой, выбрасывая из неё все эти странные думы. - На самом деле, с момента когда я узнал о бале, моей первой мыслью было взять в партнёры именно тебя, а не Линетт - признался Лини - Меня это напрягло, но желание было искренним. - По твоим словам выходит, что теперь мы просто обязаны стать партнёрами по танцам? - Итэр понимал, что задал глупый вопрос, и это заставило его смутиться. - Ну, выходит, что так! - Рассмеялся Лини в кулак, с нежностью глядя на Итэра. - Скоро заиграет шапелуаз. Не желаешь попробовать себя в нём? В ответ на вопрос Итэр весело улыбнулся. Он слегка приклонился, галантно протягивая руку своему новоприобретённому партнёру. - Соизволите ли вы, месье Лини, составить мне компанию в танце этой ночью? - Vos mots font trembler mon cœur, mon ange. Иллюзионист подал свою руку в белоснежной перчатке Итэру, на что тот осторожно сжал её в своей ладони. Хоть он и не понял, что именно сказал ему Лини, но всё равно слегка смутился, выдав это своими алыми ушами. А иллюзионист, понимая это, по-лисьи улыбаясь подхватил своего спутника под локоть и повёл в направлении площадки. Оркестр затих, люди становились на выбранные ими позиции. Громкий женский голос объявил: - Танец - шапелуаз. Всем гостям встать на выбранные позиции! Тут зазвучал нарастающий плач скрипки, сопровождаемый едва слышным стуком барабана. Виолончель задавала ритм и люди мгновенно пустились в пляс. Откуда-то вдали раздавался громкий свист в такт движениям народа. Кружась в танце, подпрыгивая, люди менялись партнёрами. Даже несмотря на всеобщее веселье, путешественник не сводил глаз с иллюзиониста, что невероятно точно и чётко следовал в такт энергичной музыке, любезно улыбаясь каждому встречному партнёру. Как его движения завораживали! Заглядевшись, Итэр даже не замечал подходивших к нему новых партнеров, от чего те обиженно бросали на него взгляд и убегали прочь при смене позиций. Неожиданно у уха раздался знакомый женский голос. Итэр нехотя оторвал взгляд от захватившего его внимание Лини, и перевёл его на партнёршу, коей являлась Линетт. - Bonjour. - Ох, Линетт, я и не заметил тебя. Рад встрече! - Учтиво поклонившись, поздоровался путешественник. Линетт слегка усмехнулась, дёрнув пушистым ушком, выглядывающим из-за раскошной шляпки, украшенной перьями. - Хочу подметить, что ты и до меня никого не замечал, полностью увлечённый танцем брата. Щёки Итэра мгновенно вспыхнули румянцем, что пришлось позорно отвести взор в сторону, случайно уловив на себе игривый взгляд иллюзиониста. - Вовсе... вовсе нет! - Я понимаю что с него взгляд не свести, - прямо начала Линетт, что путешественник опешил от такой прямоты, - но постарайся проявлять уважение и к другим гостям. Всё-таки это не вежливо, и к тому же, следующий танец - полонез. И тебе тоже придётся контактировать с другими партнёрами. Итэру стало неловко от своей беспечности и неподобающему отношению ко всем тонкостям танца. Стыдливо отведя взгляд в сторону, он тихо проговорил: - Да, прошу прощения... Линетт удовлетворённо кивнула, и новая смена партнёров заставила девушку удалиться к новому гостю. При этом она не забыла вежливо, приподняв подол платья, поклониться. Оставшееся время шапелуаза, Итэр, вняв замечанию Линетт, вежливо улыбался каждой встречной девушке или юноше, уделяя достаточное количество внимания, которое требовалось на момент смены. Однако он не забывал мельком поглядывать на такого же прекрасного и недосягаемого Лини. Но путешественник вновь отдёрнул себя от мысли о его привлекательности. " Я не должен так думать. Сегодня нас связывает лишь партнёрство по танцам. " - подумал про себя Итэр, но незаметные взгляды на своего спутника кидать не перестал. Танец длился около часа. Гостям дали лишь 10 минут на то, чтобы перевести дыхание. И даже так, присутствующие были вдохновлены продолжать танцевать хоть три ночи подряд. Путешественник стоял у выхода с площадки, взглядом выискивая иллюзиониста. И, к его неожиданности, изящная рука невесомо ущипнула его левую щеку через плечо, сзади. Развернувшись, он заметил раскрасневшегося от усталости Лини. Широко улыбаясь, он отвесил поясной поклон, наконец, выдохнув. - Этот танец является самым простым, к слову. - Начал Лини, доставая веер из кармана пазухи. - Давно у нас балов не проходило. Не привык я к таким долгим и быстрым движениям, ха-ха! Лини энергично размахивал веером у лица, пытаясь как можно скорее охладить разгорячившуюся кожу. Несмотря на то, каким он был, казалось бы, "вспотевшим", на нём не было и капли пота, а приятный парфюм так и окружал человека благоуханием. В отличие от Лини, на лице путешественника не было и намёка на усталость. Будто бы это не он наматывал по полю многочисленные круги целый час, и не он подхватывал дам под пояс в их прыжке. - Идём, выпьем холодного. Я слышал что следующий танец будет куда сложнее. - А я смотрю ты совсем не утомился, право, полон энергии! Похвально, похвально. Следующий танец был действительно сложным. Лини пару раз путался в движениях, ибо не успел перевести дух в те 10 минут. Его движения, конечно, не были лишены грации. Однако, были куда более спутанными и неловкими. Кое-как он дотянул до конца танца и до обещанных уже 20-ти минут отдыха. Итер на этот раз действительно почувствовал лёгкую усталость, он вежливо поклонился молодой девушке, с коей ему было суждено проводить последние минуты танца, и поспешно удалился к столикам с различными блюдами и напитками самого дорого вина и лимонадов. Там, развалившись на кресле и неистово размахивая веером, его уже ждал Лини. - Я же говорила тебе, что не стоит репетировать танцы за день до бала. Посмотри как ты измотан! И ты ещё хочешь станцевать вальс? - Возмутилась сидевшая рядом Линетт, делая элегантные взмахи веером. В отличие от брата, уже не заботящегося о своём виде со стороны, Линнет так и источала грацию и изящество. Однако её настроение выдавал хвост, что метался из стороны в сторону в раздражении. - Я обязан! Я готовился к этому весь месяц! - Выпалил Лини, за что получил по макушке сложенным веером. Снимая шляпу он не предполагал, что на него нападут с избиениями... Итэра умиляло поведение этих двоих. Невольно он вспоминал и о своей сестре с той же теплотой, с какой смотрел на эту пару. Но и тоске имеет место быть... - Ах, Итер, tu es de retour, mon chéri! Давай отдохнём немного, а то я уже стоять не могу! - Лини, сам того не заметив, участил взмахи веера, будто пытаясь потушить пожар на своём лице. "Точно взволнованная девица встретила своего возлюбленного!" - подумала Линетт, но говорить ничего не стала. Но услышав и осознав как Лини только что обратился к путешественнику, она смутилась и замерла, поражённо зыркнув на брата. В ответ тот лишь подмигнул ей, и вновь перевёл взгляд на своего партнёра. - Разумеется. К тому же я и сам утомился, - Выдохнул Итэр, садясь на кресло рядом. - Говоришь, вальс - единственный танец ради которого ты столько терпел? - Улыбнулся Итэр, заглянув в аметистовые глаза, искрящиеся предвкушением. - Именно так, mon garçon! Это моя любимая часть бала. Взмахи веера стали более размеренными и приобрели элегантность, а вид иллюзиониста внушал благоговейный трепет на всех смотрящих на него. В том числе и путешественника. - Музыка стихла. Это ли не знак что вот-вот окупятся твои мучения? - Итэр поднялся с кресла в последний раз сделав глоток сладкого, прохладного напитка. - Ты прав. Что ж, пора раскрыть тебе мой истинный потенциал! - Лини со звонким хлопком закрыл веер. Собираясь было встать, он замер, как перед ним возникла фигура путешественника. Приклонившись и протянув руку, его глаза цвета точно два золотых топаза, приобрели искры задора. - Не перестаёшь меня удивлять mon ange mignon! - Подав руку, он неожиданно почувствовал сквозь тонкую ткань перчатки невесомое прикосновение губ. Щёки вспыхнули румянцем, а по телу пробежалась армия мурашек. Не успел Лини и слова вымолвить, как Итэр тут же взял спутника под локоть и смеясь повёл его на площадь. Сердце бешено колотилось. Все гости распределились по своим местам так, чтобы в танце не мешать никому из присутствующих. Лини было не впервой подобное поведение. Что только его фанаты не вытворяли... Но почему-то именно от путешественника это действие вызвало в его груди неистовый трепет и ощущение так называемых "бабочек" в животе. Прозвучало объявление. Скрипка протяжно завыла, а следом за ней и другие инструменты подали свои голоса. Мелодия не была энергичной. Совсем даже наоборот. Она, словно утренние волны касающиеся берега, омывала слух и питала людей силами и романтикой. В каждой паре прослеживалась нота любви, какой бы она не была: дружеской; родственной или романтической. Именно в этом танце они могли быть как никогда близки. Действия питала нежность чувств и трепет двух сердец. Они хотели быть ближе, хотели чувствовать больше и большего желать. То, ради чего Лини готовился, и то, на что решился, действительно окупалось. Он и представить себе не мог, что Итэр будет так хорош в танце! Каждое его движение было пропитано мягкостью. Руки, пережившие столько сражений, потерь и разочарований именно в этот момент являли свою нежность и заботу. С самого начала мероприятия иллюзионист рассчитывал переманить всю инициативу на себя. Это он должен был смущать его своими действиями! Это он должен был внушать волнение в ритм его сердца! Так почему же всё в точности да наоборот? Как подло, подло! И тут ещё один оборот. Задумавшись, Лини не заметил как ноги слегка подогнулись, не удерживая вес его тела. Это ошибка могла стоить ему всего! Ведь вальс - самая ответственная часть бала, дающая возможность показать свои чувства в танце. Однако ему не позволили упасть как физически, так и в статусе. Даже более, его падение превратили в изысканный трюк, будто всё и было так задумано. - Ты себя не важно чувствуешь? Может, остановимся? - С беспокойством поинтересовался Итэр, на что заметил ноты смущения в уголках глаз партнёра. - Не стоит. Я просто немного задумался. - Лини выровнял дыхание, решая полностью посвятить себя танцу, отбросив на задний план все мешающие мысли. Однако рука, нежно но уверенно придерживающая талию, не оставляла его сознание в покое. Танец полностью поглотил обоих с ног до головы. Они будто не видели ничего за пределами своего круга. За пределами их смыкающихся рук. В один момент их тела были настолько близко друг к другу, что было слышно дыхание, а сквозь ткань - бешеное сердцебиение. Но в ритме танца им не было дела до смущения или беспокойства, ведь всё так и нужно, всё идёт правильно. Окутавшая аура танца рассеялась, когда скрипка начала становиться всё тише и тише, пока совсем не смолкла. Танцевавший ещё пару секунд назад народ тонул в тишине. Никто не желал нарушать столь интимный момент между парами. Эта самая тишина приятно давила на виски, заставляя прочувствовать эйфорию от замершего во времени момента. Люди постепенно покидали площадь, ведь настало время пира! И все дамы и господа спешили занять свои места. Лишь единицы остались на площади, разбросавшись в отдалении друг от друга. Среди которых и были Лини и Итэр, взирающие друг на друга с упоением, и чувствующие бешеное сердцебиение в груди друг друга. Неподалёку, покидая площадь, идущие под руку Линетт и Фремине бросили радостные взгляды на своего брата, что наконец не побоялся открыться. Линетт, довольно вильнув хвостом, повела Фремине к столам, не желая мешать их идиллии. - Твои движения были великолепны, mon chaton. - Наконец произнёс Итэр настолько тихо, что даже воздух не всколыхнулся от разрушающего тишину голоса. Услышав новое обращение к себе, Лини резко вздёрнул голову, глядя на путешественника точно громом поражённый. - Так ты... - Я не знал, что ты мне говорил тогда. Но поверь, ласковые обращения выучить не так уж и трудно, особенно разгуливая по Фонтейну при этом слыша их из каждых уст. - Мягкий взгляд Итэра стал куда более нежным, даже благоговейным. Отпустив руку иллюзиониста, он потянулся к выбившимся из косички прядям волос, желая осторожно заправить их за ухо. - Так что моментами я знал, как именно ты обращаешься ко мне. - Теперь я чувствую себя полнейшим дураком, раз думал, что туз у меня в рукаве. - Смущённо взглянул на Итэра Лини, ещё раз пройдясь пальцами по заправленным прядям за ухом. Итэр рассмеялся, притянув тыльную сторону ладони Лини к губам, осторожно её касаясь. Будто бы ещё не до конца уверен в своих действиях, или взаимных чувствах второго. Желая это прояснить, Лини, совсем не заботясь о том, что о нём подумают, притянул путешественника к себе за ворот. Ведомый нахлынувшими чувствами, он резко и уверенно слился с ним в едином поцелуе. А Итэр, собственно, и против-то не был. Поцелуй был неожиданным и коротким, так как ни время, ни место им сегодня не благоволило. Но, может быть, удастся в следующий раз? Взявшись обеими руками за щеки путешественника, Лини тихо прошептал, поглаживая большими пальцами мягкую кожу лица: - Идём, mon cher héros, нас там уже, должно быть, заждались.