я всегда буду волноваться за тебя.

вечерний сеул только навевал хëнджину тоску, пока он ждал минхо. сегодня середина ноября, а они видятся только утром. за завтраком. блондин привычно убирает всю посуду, курит у окна и дочитывает книгу. таким образом проходят день за днём, но нельзя же вечно молчать и забивать гвоздём своё ноющее сердце? хвану не хватает минхо. не хватает его заботы, любви, и рассказов о том, как он проводит свой день, печатая очередные рассказы о мире. почему вдруг между ними встала огромная стена, постепенно нарастающая с каждым днём? они перебрасываются одним «доброе утро» у рассвета, и брюнет исчезает. у хëнджина губы дрожали, но и руки тоже. холодно. юноша отбрасывает книжку, поспешно одеваясь прямо к нему. если не сейчас, то когда? словно обезумевший, он несётся к зданию печати, где обычно и пропадает ли. длинные волосы путаются от ветра, руки всё такие же холодные, а солнца на небе так и нет. что же нам делать, если нужна любовь? она выбьет из жизни и закончится болью? внутри пахнет горьким шоколадом и цитрусом, все сотрудники привычно работают, попивая очередной стаканчик латте, но его нет. минхо нет на рабочем месте. смотрит на привычное место, обклеенное наклейками, а стул задвинут. блондин приходил к нему, давно. тогда этот коварный котёнок чуть не задушил хвана в объятиях. сердце стало биться ещё чаще и юноша присел на кожаный диванчик рядом. где же он может быть? нет, ему не свойственно врать о своём местонахождении. он не такой. хëнджин не злится на него, он волнуется. уже какой день. волнуется, видит, что с ним не всё в порядке, но боится спросить. думает, что он справится сам, всегда же так было? когда они были подростками, ли всё время ворчал потому что тот переживал за него зря. — перестань волноваться за меня, я справлюсь, — их взгляды пересеклись и хван отвёл глаза в сторону. — я хочу волноваться за тебя. они сидели тогда на крыше и смотрели за сменяющимися по улице людишками, минхо держал его крепко за руку, будто боялся что хëнджин резко исчезнет. — давай это будет нашим местом для успокоения? мы будем приходить сюда, когда почувствуем, что внутри всё сгорает и умываться слезами станет привычкой, — юноша и сам не понял, что выдал потому что ли тут же задумался, нахмурив брови. — а давай.

***

блондин облизывает губы, поднимаясь по лестнице прямиком на крышу. он точно там. остановившись перед железной дверью, хван пытается привести дыхание в порядок, держась за край толстовки. холодный воздух летит в лёгкие, волосы развиваются на ветру, и карие глаза судорожно бегают по поверхности крыши. брюнет лежит, устремив взгляд в небо, одновременно прикуривая сигарету. возле него лежало около пяти окурков, а глаза были заплаканные. понятно. — что происходит? — блондин не думая, начинает разговор. минхо даже не вздрагивает. он узнает этот голос из тысячи. — почему ты не дома? — хрипло отвечает вопросом. хван шумно вздыхает и подходит ближе, садится. — я переживал за тебя, — тихо говорит и смотрит на него. — не нужно, я итак справляюсь. — почему ты плакал? — блондин не оставит это просто так. их взгляды наконец-то пересеклись и внутри что-то сжалось. — я просто устал, немного, — спокойно отвечает, тянет руку и заправляет прядь волос за ухо хëнджину. — что между нами произошло? почему ты перестал делиться со мной своими переживаниями? ты просто приходишь на крышу, зная о том, что я жду тебя дома, — голос уже дрожит. — я не хочу чтобы ты видел меня слабым. никогда не хотел. ты знаешь, что я сам могу со всем справиться, мне не нужна поддержка, — ли докуривает и сразу же тушит, садясь так же как его хëнджин. а тот не знает, что лучше сказать. сказать о том, что хочет его сейчас же прибить или о том, что он скучал по его голосу. — как ты не поймёшь, что мне важно твоё душевное состояние? я не считаю тебя слабым или что-то в этом роде, ты силён как никто другой. мне больно из-за твоего отсутствия в моей жизни. я полюбил тебя за то, что у тебя внутри, но ты всё равно упрямишься и закрываешься от меня. огоньки по сеулу зажигались, и его вид приобретал больше красоты. — прости, я не хотел чтобы ты волновался за меня, — брюнет утыкается в плечо тому, жмуря глаза. хван пугается и думает, что прямо сейчас расплачется потому что скучал очень сильно. — я всегда буду за тебя волноваться, дурак, — гладит по мягким волосам, и чувствует как их пальцы переплетаются. теперь они рядом.