Союз неба, земли и человека

Закрыв за собой дверь Кана пыталась определиться с планом действий. Мавис стояла у раковины, по локтям текла розовая вода, ее срочно нужно было осмотреть и перевязать хотя бы. Но будет ли это так легко, состояние блондинки оставляло желать лучшего. - Мавис – осторожно начала Альберона не спеша подошла к блондинке, которая закрывала лицо руками, не издавая не звука. – Прошу, открой лицо, тебе надо обработать порезы, а то еще шрамы останутся – ладони были очень плотно прижаты к лицу, пыталась ли таким образом Вермилион придти в себя или наоборот Кана не знала и не хотела делать необоснованных предположений. - Я в порядке, это все – она сделала очередной вдох и опустила руки, явно без особого энтузиазма – ерунда – выражение лица было спокойным, но каким-то истощенным. - Не надо затягивать с ранами, даже если тебе они кажутся незначительными – строго заметила Кана, усаживая подругу на лавку рядом с ними. Сняв черную эластичную кофту, перед брюнеткой предстало зрелище, от которого невольно стало дурно. - Не переживай так сильно – от вида Альбероны самой Мавси стало не по себе – они быстро пройдут, даже следов не останется – попытка улыбнуться провалилась. Состояние аффекта проходило, и боль постепенно стало наваливаться на нее. - Боюсь, что просто пластырем все не обойдется, руки придется зашивать – Кана встала и стала искать запрятанную аптечку, у нее в клубе аптечка выглядела как набор экстренной помощи, но если бы, не такая подготовка на репутации ее заведения точно висело несколько трупов. Да и сама Кана была хоть и не гениальным врачом-хирургом, но подлатать могла. - Сиди спокойно – найдя аптечку, в которой к их счастью оказались, и нити и игла и хлоргексидин Кана принялась обрабатывать и зашивать особо глубокие раны, радовало уже то, что их было не так много и большинство было достаточно просто обработать и заклеить большим пластырем до лучших времен. Альберона надеялась, что весь ущерб приняла верхняя часть тела, потому что ножи и ноги по ее опыту было весьма опасным сочетанием. - Спасибо – тихо поблагодарила подругу Мавис, когда та закончила и блондинка нацепила запасную футболку. Пора было возвращаться, но домой совсем не хотелось, да и алкоголь теперь ей тоже нельзя. Она уже не маленькая девочка, не будет устраивать проблем после шторма. - Пожалуйста, обращайся еще, но это было бы не желательно – оптимистично показала палец вверх девушка и через минуту молчания переменилась в лице – если хочешь, может выговориться, обещаю, что эта тайна умрет вместе со мной. Но тебе точно нужно с кем-то поговорить – затравленный взгляд выдавал в Мавис ребенка, забытого родителями ребенка. - Не то чтобы это было секретом – устало присела рядом с Каной блондинка – но и не то чтобы это была хорошая история – рассказать об этом хотелось, особенно сейчас. Люси знала историю ее самого большого провала частями и никогда не задавала вопросом, за что Мавис была ей благодарна, но Кане хотелось рассказать эту историю от начала до конца. - Поверь, я слышала много не очень хороших историй, и многие из них унесли не одну душу на тот свет – клиентов в клубе было много, а тех, кто хотел поболтать с Альбероной еще больше. - Хорошо, только не говори Лаксусу, он не очень любит поднимать эту тему – сглотнув Вермилион начала рассказ.

***

После аварии родителей Мавис было необходимо выйти на тех, кто оформил этот заказ, еще более ужасным оказались подробности осмотра и причины смерти Мики и Адриана. Пулевые ранения, что говорило о визитере, после случившейся аварии и каким чудом убийца не заметил малышку Мавис, оставалось только гадать и благодарить небо, что ей так повезло. После похорон Макаров развернул большое расследование, подключив к поискам всех, кого только мог. Деньги и обращение к властям, шантаж и нажимы на болевые точки полиции. Так или иначе, выйти удавалось на очередных подставных лиц, которые могли только оправдываться тем, что заказ сделал тот, чье имя они не раскроют, даже если на кону будет стоять их жизнь. Такая самоотверженность вызывала еще больше вопросов. Время шло, шаг за шагом становилось все сложнее находить зацепки, в силу проходящего мимо них времени и утекающих сквозь пальцы память людей. Прошло больше десяти лет, когда один из людей Ивана решил выйти на связь с Макаровым и выдать человека, который за спиной босса решил провернуть смерть очередного наследника Дреара. Сказать, что Макаров был в гневе, ничего не сказать. Подручный его родного сына заказал и подстроил убийство его любимой дочери, зятя и внучки. Уму было непостижимо. К сожалению, ничего кроме этого информатор не сообщил, но больше ничего другого было и не нужно, хватило и одной клички, чтобы уже через сутки в обширных хранилищах дома Макарова Дреара появился «гость». Лаксус тогда учился в университете и подходил к выпускным курсам. Звонок от деда с такой новостью вызвало в нем такую ярость, что Полюшка хотела было всеми силами его остановить, но когда про найденного убийцу стало известно и Мавис ситуация вышла из-под контроля. Они оба имели право на кровную месть, имели право собственными руками убить человека, который отнял у них родителей. Полюшка сдалась, но позже очень сильно пожалела. Если бы в той камере был только Лаксус, все закончилось быстро, он бы не дал убийце тети и дяди жить в этом мире, хотя бы минуту дольше. Но Мавис была другой, она видела их смерть, об этой ночи они никогда не говорили, не говорили о том, как малышка держалась за руку мертвой мамы, пока силы не кончились, хваталась ручкой воздух ночами, как рыдала в самые тяжелые дни. Она все это помнила, помнила и злилась. Желание причинить этому человеку столько же боли сколько тот принес ей, просто поглотило все остальные чувства. Затуманило разум и в конечном счете отключило сознание. Она нанесла ему больше пятидесяти глубоких ножевых, чудом несколько раз не задев шею. Человек Ивана истекал кровью и молил о смерти, но девушка не могла сделать решающий удар, не могла своей рукой закончить его жалкое существование. Силы в конце концов ее оставили, дело завершил Лаксус одним выстрелом в голову. После этого они немедленно вернулись в Париж, где в следующие несколько месяцев творилось настоящее безумие. Мавис не ела и не пила, ночами ее будто черти изнутри разрывали. С подобными проблемами не пойдешь к психологу. Но Чени, которые были династией врачей и очень, давно сотрудничали с Макаровым, согласились помочь. Результат появлялся постепенно, но всем было понятно, что бесследно этот опыт не пройдет и оставит очередной рубец. В ночь после убийства заказчика, Мавис впервые отрезала себе волосы, такой вид привел Полюшку в шок, но говорить что-либо тогда она не могла, впереди были долгие месяцы возвращения к обычной жизни. Волосы отросли, а контроль Вермилион во время боев с оружием теряла до сих пор. Раны на душе не затягиваются так быстро.

***

Закончив рассказ, девушка подняла взгляд с пола. Порезы жгло, но благодаря Кане это было терпимо. Она боялась, что после этого Альберона откажется иметь с ней дело, морально готовясь к этому, ей и в голову не могло придти, что на памяти брюнетки встречались истории и похуже. - Мою мать забрала болезнь, отец жив да здоров, но по своей глупости ввязывается в проблемы. Мне не за кого мстить и этого я понять из своего опыта не могу, но знаешь, наверное, я бы, не смогла, как и ты простить убийц, которые забрали бы у меня родных людей и так, же я не уверена, что смогла бы им подарить быструю смерть. Ты не виновата в том, что произошло и тем более ты не слабая, как сама говоришь. Возможно для кого-то сила и в прощении, но для обычного человека месть – одна из возможностей восстановить справедливость. Люди не святые и не демоны. Люди – это люди и мы поступаем как люди. То что ты не смогла его убить не твоя вина, но ты дала ему почувствовать ту боль, что пережила сама, а значит отомстила, но по своему.– Кана встала, протягивая руку Мавис – а сейчас нам нужно подкрепиться чем-нибудь супер сладким, а потом уже решишь, куда тебя отвезти – Мавис кивнула, и они направились к выходу.

***

День, если исключить из списка утренний кошмар прошел очень даже не плохо. Попив кофе в одном из уличных кафе, девушки гуляли и разговаривали до тех пор, пока Кане не пора было собираться на работу, которую, к сожалению, никто не отменял. Вермилион решила посидеть не много в клубе, а потом уже собравшись силами поехать домой, но чем дольше она сидела смотря в полумрак клуба, тем меньше ей хотелось домой. Шум и гам, смех и ругань внизу заглушали все ее мысли, делая их тише в собственной голове. Алкоголь она так и не заказала, решив, что и так навредила себе сегодня достаточно и потягивала какой-то цитрусовый безалкогольный коктейль. В комнатах по соседству тоже сидели люди, но какого-то дискомфорта они не доставляли, придерживаясь дистанции и почти не сталкиваясь в коридорах второго этажа. Время перевалило уже за час ночи, когда сидение без дела, наконец, заставило блондинку спуститься, и сообщить Альбероне, что она едет домой. Кана на это только кивнула и сказала, что позвонит ребятам, и они ее отвезут. Вид у брюнетки был сногсшибательным, но Мавис знала, что хозяйка клуба сейчас держится на голом энтузиазме. Она практически не смогла поспать ночью и за день тоже не получилось. Даже если Мавис сейчас ей предложит поехать, домой оставив все на помощников, та наверняка откажется, и еще с большим рвением будет работать на благо дела. Примерно через час к клубу подъехала смутно знакомая машина, которая, если Мавис ничего не перепутала, принадлежала Кобре и именно ее не так давно увезли на штраф стоянку. Видимо проблема была улажена, и сейчас Эрик гонял на своей красавице по ночным улицам по рабочим моментам и просто так для души. Из машины вышел сам хозяин машины, но дальше произошло что-то парадоксальное. Парень отсалютовал блондинке, показал жестами быть потише и отойти в сторонку открывая ему путь в клуб, где в проходе уже ждала с открытыми дверьми Кана. Эрик открыл заднюю дверь, выволок из салона тушку, ранее именуемой человеком и только когда его голова закинулась на плечо друга, Мавси узнала в этой тушке Зерефа Драгнила, который в данный момент находится в невменяемом состоянии и вряд ли был готов к контактам с человечеством. - Прости Кана, но как есть, передаю в твои заботливые руки – с грустной улыбкой передав тело друга в руки охранников, проговорил Кобра – Я отвезу Мавис, а его заберу завтра, ему нужно быть завтра на задании – и прошипел, вспомнив видимо, что среди них сейчас есть не посвященный во все дела человек. - Да поняла я, поняла. Будет как огурчик, а ты будь осторожен на дороге – с намеком на безопасность Мавис это было слишком жирным намеком. Девушки обнялись и попрощавшись разошлись. В машине за исключением радио и звуков работы автомобиля не было никаких больше звуков. Мавис не знала с чего начать расспрос и стоит ли это начинать, а Кобра в душе надеялся, что сегодня больше никто его допрашивать не станет. Относительно быстро доехав до дома, Эрик отсалютовал девушке уже на прощание и уехал, Мавис же побрела в дом, надеясь по дороге, не столкнутся с братом или упаси небо дедушкой.

***

Утром, за завтраком, проведенным в полном молчании между Лаксусом и Мавис, Макаров сообщил о скором приезде Полюшки и готовящемся по этому поводу приеме, куда он пригласил своего старого друга. На этих словах улыбка старичка прорывалась через пушистые усы, и представляло все его выражение лица очень комичное зрелище. Было понятно, что наконец-то дедушка нашел среди рода человеческого, ангела который, по его мнению, был достоин руки его внучки. Тема замужества редко всплывала в семье, но если и поднималась, то в очень серьезных тонах. Как минимум ей придется увидеться с этим «другом», а после уже решить такой ли на самом деле он ангел или дедушка начинает терять чутье.