it's hard to say who you'll be when they let those big red curtains close

      На диване в окружении Мстителей сидел Локи.       Тор не знал, как еще его назвать. Это Локи, в этом не было сомнений, но он... казался другим. В последний раз, когда Тор видел своего брата, тот лежал на полу космического корабля: его лицо было мертвенно бледным, а грудь больше не поднималась. Локи, сидящий перед ними, выглядел как никогда живым. Эффектные одежды в черно-зеленом цвете, которые так любил его брат, исчезли, а на их место пришел простой коричневый костюм. Но изменения не заканчивались на этом. Хотя их отношения после Рагнарека постепенно начали налаживаться, Локи, с которым он был знаком, всегда оставался настороже, не изменяя себе. В его глазах стыла мрачная тяжесть, и Тору потребовалось слишком много времени, чтобы заметить ее. Где бы брат ни оказался, он всегда держался так, словно ощущал себя чужим. Он не мог расслабиться и находился в постоянном напряжении.       Но этот Локи? Он излучал уверенность, какую Тор никогда не замечал за братом. Не было следов усталости, постоянной внутренней борьбы, не останавливающейся ни на секунду. Единственное, что, казалось, выбивало его из колеи, — то, что прямо сейчас он был окружен враждебно настроенной командой величайших героев Земли.       — Итак, повтори-ка еще раз, — сказал Тони, отказываясь убирать репульсор, направленный на сердце Локи. — После того, как мы победили в битве за Нью-Йорк, тебя похитило волшебное агентство времени, контролирующее священную временную линию, и теперь ты работаешь на них, и тебе нужна какая-то таинственная штуковина из моей мастерской, я все правильно понял?       — Да, — раздраженно фыркнул Локи. — Моя история нисколько не изменилась за те пять раз, которые ты ее пересказываешь.       — Я все еще считаю это полной брехней, — протянул Клинт из угла, в котором угрожающе затачивал одну из стрел. — Ты серьезно пытаешься уверить нас в том, что совсем недавно тебя забрали после атаки на Нью-Йорк, и теперь ты какой-то примерный офисный клерк? Тихо исполняющий свою работу без каких-либо жутких и злодейских мыслишек?       — Должен согласиться с Леголасом. Мы дадим ему то, что он хочет, и в конечном итоге кто-нибудь умрет.       Локи закатил глаза.       — Не драматизируйте. Захоти я убить кого-то из вас, мы бы не сидели тут. Мне просто нужна реликвия, и я уйду.       Может быть, это нелогично, но Тор верил ему. Наверное, потому, что его мозг все еще пытался осознать, что Локи здесь, жив, и пытался смириться с этой мыслью. Что бы ни случилось с Локи в этом волшебном агентстве времени (как бы глупо это не звучало, но он Бог, и сталкивался с вещами еще фантастичнее), это изменило его: отсутствие гнева в плечах, слова кусали, но больше не жалили. Тор хотел рассказать обо всем этом Локи, что он верит ему, но брат ни разу не взглянул в его сторону с тех пор, как Тони завел разговор, который скорее напоминал допрос с пристрастием.       — Он не такой кровожадный, как раньше, — задумчиво сказал Стив.       — Допустим. Но тебе не кажется, что мистер Бог Зла буквально может обманывать нас сейчас, и меньшее — недоговаривать? У нас мало информации, организация за его спиной может оказаться злодейским объединением, — отметила Наташа.       Локи вскинул руки в воздух.       — Просто отдайте мне реликвию, и вам больше никогда не придется видеть меня. Я не хочу оставаться здесь дольше, чем необходимо, и я уверен, что все в этой комнате разделяют схожее желание.       — Ты можешь сказать нам, что делает этот предмет? — спросила Наташа. — Потому что если он наделит тебя какими-то мистическими способностями и сделает непобедимым, наш ответ – категоричное «нет».       — Это просто-напросто миниатюрный источник энергии. Он даже не заработает, если не расположить его в определенной последовательности с другими деталями.       — Так ты хочешь сказать, что создаешь оружие массового поражения?       — Нет! Норны, я даже не знаю в полной мере, что он сделает и как, я не архитектор механизма! Клянусь, я здесь не ради военных целей. Наоборот, предполагается, что его внесение починит механизм и всех спасет.       — Починит? — повторил Стив.       Локи издал долгий вздох раздражения, и Тор заметил, как его брат начал бессознательно теребить черное кольцо на среднем пальце. Аксессуар был сделан из двух соединенных вместе колец, причем внешнее было немного свободнее нижнего, чтобы то могло вращаться. На внешнем кольце были выгравированы маленькие солнца и луны, чередующиеся друг за другом. Это кольцо не казалось дорогим, но, очевидно, многое значило для Локи, потому что в ту секунду, когда брат прикоснулся к нему, его поза стала более расслабленной.       — Я предлагаю отдать ему реликвию, — громогласно объявил Тор. Все в комнате немедленно повернулись к нему с разной степенью удивления и возмущения. По группе Мстителей пробежало негодование, но внимание Тора было обращено к другому. Его взгляд был прикован к Локи, который, наконец, посмотрел на него.       Тор не знал, чего ожидать. Локи после битвы за Нью-Йорк презирал его. Локи после Рагнарека хотел помириться. Но этот Локи? Он явно выглядел растерянным. Хотя, честно, в этом они были едины — Тор тоже не совсем понимал, что делать с этим Локи.       — Эй, ребята, — почти прокричал Брюс, пытаясь поймать внимание в шуме спора. — Почему бы нам не выйти на улицу, чтобы спокойно обдумать ситуацию и посовещаться? Давайте проветрим головы, хорошо?       — И оставим Локи без присмотра? Конечно, — усмехнулся Клинт.       — Тор, почему бы тебе не присмотреть за ним? Справишься? Отлично, тогда все на выход, друзья, давайте, вперед, — Брюс начал силой выпроваживать всех из комнаты, несмотря на недовольные протесты. Тор благодарно кивнул Брюсу, когда доктор закрыл дверь за вышедшей группой.       Болезненное, неловкое молчание. Тор открыл рот, уже готовый заговорить и сказать хоть что-нибудь, но понял, что в голове нет ни единой мысли. Что можно вообще сказать в подобной ситуации? Тор долгое время близко знал Локи, может быть, не до такой степени, как следовало бы, но достаточно, чтобы понимать, как они были далеки друг от друга даже в старые времена.. Но теперь? Локи пропал и сильно изменился, и Тор не был уверен, какого Локи брать за основу — времен Рагнарека или битвы за Нью-Йорк.       «Просто поговори с ним, — прозвучал голос в голове Тора, подозрительно похожий на голос матери. — Он твой брат»       — Ты выглядишь...       Другим? Менее сварливым? Более спокойным? Изменившимся? Похожим на незнакомца?       — ...счастливым, — закончил Тор, слово идеально легло ему на язык.       Локи фыркнул.       — Ты видел меня не более десяти минут. Удивительно, как ты уже рассуждаешь о таких вещах.       — Но у меня были столетия общения с тобой, мы выросли вместе. Я могу сравнивать.       При этих словах Локи замолчал. Часть Тора насторожилась, что он сказал что-то не так и теперь их отношения можно считать испорченными еще до того, как у них появился шанс как следует поговорить, но никакие другие слова не подошли бы лучше.       Примерно через минуту, когда было слышно только жужжание каких-то приборов и датчиков, Локи заговорил.       — Я не он, — сказал Лафейсон. — Я видел все воспоминания бога, которым должен был стать, вплоть до самой смерти, но я не он.       — Но до Нью-Йорка? Ты мой брат?       — Да, я... родной тебе Локи. Я Локи.       Снова тишина. На самом деле, это забавно, — подумал Тор. Когда Локи погиб от рук Таноса, он так много хотел сказать своему брату. Теперь у него был шанс, и единственное, что он мог, это стоять с зашитым ртом.       Но его новоявленный брат прав. Он — не тот Локи, и поэтому те слова не для него. Если он хочет узнать этого Локи получше, ему нужно подобрать новые слова.       Мысль об этом отозвалась теплотой в груди Тора.       — Ты какое-то время вращал кольцо, — Тор указал на предмет, тщательно подбирая слова, чтобы случайно не нарушить хрупкое равновесие.       Локи посмотрел вниз на кольцо с орнаментом из солнц и лун, и, несмотря на все приложенные усилия, не сумел сдержать легкой улыбки, которая расползлась по его лицу. Если бы до этого момента у Тора были хоть малейшие сомнения, что этот Локи обрел покой, увиденная им улыбка развеяла бы любой скептицизм. Это была улыбка, полная любви, улыбка такая нежная, что даже вид ее был похож на объятие. Кто бы ни подарил это кольцо Локи, было ясно, что этот человек многое значил для его брата.       — Мне подарил его мой друг, — последнее слово было сказано с каким-то теплым принятием, — Мы пытались найти кое-кого и попали на ярмарку. Я настаивал, что нам нужно двигаться дальше, но он захотел поиграть в одну из ярмарочных игр. У него получалось до смешного плохо, но каким-то образом ему все же получилось одержать победу и... он отдал это кольцо мне. Сколько гордости было в этой маленькой нелепой победе, как я мог отказаться?       Даже Тор мог сказать, что последние слова были чепухой. Если Локи принял кольцо только из вежливости, почему он прибегал к нему так, словно это был его последний спасательный круг?       — Расскажи мне об этом человеке.       Локи фыркнул.       — Мне казалось, ты здесь, чтобы допросить меня о моих коварных планах?       — Не думаю, что у тебя есть какие-то коварные планы. На самом деле, вероятно, тебя вообще мало волнует этот мир. Мне кажется, ты нашел что-то гораздо более важное для себя, и теперь твои приоритеты изменились, — перед следующими словами уверенность Тора немного пошатнулась, но после паузы он аккуратно добавил, — О чем я бы с удовольствием послушал.       Локи на мгновение прищурился, подозрительно глядя на своего брата.       — Когда мы виделись в последний раз, я пытался тебя убить.       — Наши типичные деньки. Кроме того, я знаю, ты на самом деле не такой злой, каким хочешь казаться. И не делай такое лицо, ты тоже прекрасно знаешь, что это правда. Может, ты Локи, пошедший по другому пути, но на примере своего брата я видел, сколько хорошего в тебе может быть. Даже если у тебя неполные воспоминания, какая разница, твоя добрая часть проявилась не в них.       Локи на секунду замер, очевидно, оценивая искренность заявления. Тор не винил его за нерешительность и был согласен дать время. Он действительно хотел заполучить шанс узнать своего брата лучше. Если поспешить, Локи может убедить себя, что Тору на него плевать, и тогда брат выйдет за дверь, и Тор никогда его больше не увидит.       — Ты смешон, — сказал Локи в конце концов. — На самом деле, я собираюсь осуществить свой злодейский план прямо здесь и сейчас, и только потому, что ты бросил мне вызов.       — Ммм.       — С минуты на минуту.       — Конечно.       — Я сожгу это место дотла.       — Начинай.       Тор встретил хмурый взгляд Локи ухмылкой. За угрозами брата не скрывалось никакой серьезности.       — Отлично, ты победил, — проворчал Локи, откидываясь на спинку дивана. — Никаких злодейских планов на сегодня.       Стоило брату закончить, Мстители, без Брюса в своем составе, воспользовались моментом и шумно вернулись в гостиную. Тони был в боевой готовности и на этот раз направил на Локи два активированных репульсора.       — Тебе повезло, что Брюс неравнодушен к старикам в беде, потому что иначе ты бы уже был на пути к Рафту. Больше никаких полуобъяснений и сказок, выкладывай, чего на самом деле хочешь и зачем. Тогда, возможно, мы не убьем тебя.       — Вежлив, как всегда, Старк, — протянул Локи, приподняв бровь. — И куда именно подевался мой спаситель?       — Доброму Доктору пришлось принять вызов, что делает тебя теперь исключительно нашей проблемой. Так что начинай, мастер монологов.       — Хорошо, раз ты настаиваешь.       — TVA, или волшебное агентство времени, как вы его прозвали, занимается защитой священной временной линии. Первоначально это подразумевало уничтожение любых возникающих ответвлений, которые могли бы нанести вред священной временной линии, но теперь политика организации изменилась. Наша новая задача – защитить эти «разветвленные» временные линии, и для этого нам нужно серьезно усовершенствовать устройство под названием «Темпоральный Ткач». По сути, он помогает соединить все эти альтернативные миры во что-то более связанное. Реликвия, которая мне нужна, — это источник энергии, работающий с энергией времени. Он мало что даст в этом мире, но при правильно сконструированной системе и размещении непосредственно рядом с временными нитями, он превратится в огромный генератор энергии, который сможет усилить Темпорального Ткача, не меня. Если мы не сможем найти генератор энергии такой же, как реликвия, которую я у вас спрашиваю, все люди в альтернативных временных линиях умрут. Исчезнут миллиарды жизней, которые мог бы спасти механизм, о котором вы даже не вспомните. Еще есть вопросы?       — Да, — тут же ответил Клинт. — Почему тебя это заботит?       — Прости?       — Почему тебя волнуют жизни всех этих людей? Почему тебя волнует этот TVA и работоспособность какого-то Ткача? В последний раз, когда мы тебя видели, ты пытался захватить мир, и тебе было абсолютно плевать, сколько людей лягут костьми на воплощение твоих амбиций. Ты правда ждешь, что мы поверим, будто ты превратился в святого?       — Он размяк, — бросила Наташа, прислонившись к двери.       Звук вращения кольца усилился. Выражение лица Локи оставалось нейтральным, но теперь, когда Тор знал, какое значение имеет кольцо для Локи, он видел, что вращение кольца было попыткой брата утихомирить вспыхнувшие эмоции.       — Забавно слышать это от тебя, — ответил Локи. — Твое сердце было гораздо черствее, когда я видел тебя в последний раз.       Наташа пожала плечами.       — Туше.       — Я предлагаю проголосовать, — сказал Стив. — Кто за то, чтобы отдать Локи механизм?       Рука Тора была единственной, которая взметнулась в воздух. Лично он считал, что из-за божественных кровей его выбор должен быть равносилен минимум трем человеческим голосам, но на такое мнение быстро бы наложили вето.       — Тогда решение нашего заседания «против», — подвел черту Тони, весело хлопнув в ладоши. — Убирайся.       Локи глубоко вздохнул, собираясь с духом для чего-то, и сквозь стиснутые зубы сказал:       — Пожалуйста.       — Прости, повтори еще раз? — сказал Тони, насмешливо прижимая руку к уху.       — Ты слышал меня, Старк, я больше не буду это говорить. Я думал, что вам, как самым величайшим героям мира, будет не наплевать на людей, которых я хочу защитить, но, очевидно, я ошибался.       — Ты прав, не все равно, поверь мы, что жизни людей в опасности, но твоя маленькая история кажется абсурдной. Хорошая попытка, но в следующий раз придумай рассказ получше, — с этими словами Старк кивнул на дверь.       — Отлично, — выплюнул Локи. Он встал, поправил лацканы своего пиджака и вылетел за дверь, не глядя на них. Тору потребовалось не больше секунды, чтобы обдумать решение, и поспешить за братом.       — Локи, стой, — окрикнул Тор, когда Локи остановился посреди коридора и начал возиться со своими часами.       — Нет, мне не следовало сюда приходить. Глупо было думать, что вы когда-нибудь поверите мне.       — Ты не можешь винить их за подозрительность. Они знают тебя только как злодея. Но мы уже определились. Ты больше не такой.       Локи горько усмехнулся.       — Забавно, насколько ты в этом уверен.       Тор пожал плечами.       — Если то, что ты говоришь, правда, и у тебя действительно есть возможность свободно перемещаться во времени, ты мог стать величайшим злодеем. Что помешает тебе переписать прошлое и подстроить свою победу? Вместо этого ты здесь, выходишь на связь с бывшими врагами ради спасения бесчисленных душ. В тебе есть хорошее, Локи, и я отказываюсь верить в обратное.       Настала очередь Локи внимательно присмотреться к Тору. Изумрудные глаза всегда казались проницательными, но когда они сосредотачивались исключительно на ком-то, это было сравнимо с пребыванием под микроскопом. Тор дал время Локи принять решение, но напряженная тишина начинала действовать на нервы.       — Знаешь, ты тоже изменился, — наконец сказал Локи. — Ты мягче. Не такой высокомерный.       — У меня не было выхода.       Прежде чем Локи успел ответить, до его слуха донесся чей-то быстрый шаг и крик «подождите». Шум продолжал нарастать, и довольно скоро из-за угла появился Брюс. Тяжело дышащий, он держал у себя в руках странного вида механическое устройство.       — Ты принес ее, — пробормотал Локи, в замешательстве нахмурив брови.       — После твоего описания у меня появилось пару мыслей. Недавно я проводил ревизию оборудования, которое скопилось у нас на складе, и наткнулся на это устройство. Я не был уверен, для чего оно, поэтому собирался разобрать, но теперь рад, что не успел этого сделать, тебе повезло, — с этими словами Брюс передал увесистый механизм Локи.       — Ты… отдаешь его мне? Ты же не думаешь, что я замышляю с ним обретение мирового господства?       — Совсем. Во-первых, оно с самого начала показалось мне безобидным, когда я попытался разобраться в его устройстве. Во-вторых, не думаю, что теперь захват мира имеет для тебя приоритет номер один. Справедливо считаю, что этот пункт понижен в твоем списке.       Локи взял реликвию, покачав ее в руке, примеряясь к весу.       — Спасибо.       — Только не говори им о моем подарке. Они никогда не устанут мне припоминать.       — Это будет наш маленький секрет. Спасибо.       Локи развернулся, намереваясь уйти, но Тор не мог оставить ситуацию так. Он был уверен, что если Локи исчезнет на такой ноте, Тор никогда его больше не увидит.       — Подожди, — сказал Тор, останавливая Локи на полпути. — Мы еще увидимся?       Локи удивленно приподнял бровь.       — Не думаю, что здесь будут мне рады во второй раз.       — Нет, но Асгард… Новый Асгард… там всегда тебя будут ждать.       Губы Локи дернулись, как будто он пытался сдержать улыбку.       — Я буду иметь это в виду.       Он кивнул на прощание, нажал несколько кнопок на своих часах и исчез, войдя в светящийся рыжий портал, похожий на янтарь.       Брюс и Тор несколько мгновений оставались на месте, уставившись на место, где исчез Локи.       — Он вернется, — сказал Брюс в конце концов.       — Я надеюсь, ты прав, — отозвался Тор, довольный тем, что стоит здесь, пока разбитая часть его сердца медленно начала заживать.