Под слоем марлевых бинтов

Даже если выход есть, юноша предпочитал его не видеть. Другая страна, проблемы в обучении. Точнее со здоровьем, что и сказалось на учёбе. Кто ж знал, что менталка разгрузится и перегрузится до такого состояния, что сидеть на подоконнике у открытого окна пятого этажа станет нормой в любую погоду, чтобы не дай бог, но выкинуться было бы в разы удобнее? Или что весь гардероб наполнится разного вида оверсайз вещами, на которые потрачены почти все деньги? Такими темпами недалеко и до гроба. Учитывая, что даже лезвия никогда не обрабатывались, что до, что после, оставаясь лежать окровавленными на полке. Хотя бы квартиру отобрать не должны и денег ещё хватает. Родители отвергли сына за ориентацию, а после — разбились в аварии. Парень бросил его из-за переезда, учёба на почве срывов катилась под откос. Но заработок был, а все задания Чжоу сдавал вовремя. Хотя бы из университета шли деньги его на обеспечение, как ученика по обмену. Окровавленный канцелярский нож со звоном упал на пол. Брызги алой крови мелкими точками раскрасили белый кафель кухни. По комнате распространился почти незаметный запах металла, прошлые засохшие капли с лезвия отдавали ржавчиной. Так пахнет слабость. Или сила. Не каждый может взять и изрезать свою руку почти до состояния фарша. Сидя на холодном полу в нежно-зелёном кардигане в пол, напоминающем ханьфу, Цзышу почти живописно смотрелся на фоне светлых тонов. Широкий рукав, пусть и закатанный, всё равно пропитался кровью. Карие глаза неотрывно следили за текущими по изрезанной фарфоровой коже струйками крови. Этот порез самый глубокий. Перекрыл с десяток ран. На секунду Чжоу показалось, что ему даже нравится эта картина измождённости: когда так неспешно края раны вновь сочатся алой жидкостью, сукровицей, потом стекают медленно по телу, оседая на пол. Шум в ушах перекрывает остальные звуки, всё, что происходит вокруг, уходит на второй план, потому что через полминуты чувствуется боль. Или не чувствуется. Тело само решает, хочется ему здесь болеть или нет. Цзышу даже не обрабатывает раны, лишь подставляет окровавленные предплечья потоку горячей воды в ванной. То ещё извращение, но парень не чувствует боли. Только слегка жжёт и щиплет. Хотя вид других участков кожи весьма красноречиво указывает на то, что вода уж точно может заварить пакетик крепкого чая. Вытерев руки полотенцем, парень снимает кардиган, оставаясь в просторной серой футболке и штанах чуть светлее. Длинные волосы завязаны в пучок, но передние пряди всё равно выпадают, — короче в несколько раз. — Пора за работу, — вздохнул парень, откидывая чёлку назад точным движением головы. Он всё-таки староста, его уважают, значит, пора доделать конспект, а там уже и в кровать, — клонит в сон. Привычка вставать рано прижилась ещё во время домашнего обучения. Потому что богатая семья считала своим долгом нанять учителя, который не только, как сиделка, возится с ребёнком, но и обучает по всем традициям. Чжоу не понимал, но принял это, пока от него не отреклись. Ну, официально нельзя, конечно, но всё равно было стыдно — юноша даже не успел с ними проститься. И в свои двадцать четыре был пусть и лучшим на курсе до поры до времени, но всё равно с пробоиной в душе. Тогда и расставание с любимым человеком прошлось по нему, как метеорит. Но не время об этом думать. С таким настроем Цзышу направился на учёбу. Потому что пары, пусть и начинаются с обеда, как важная шишка среди своих, но заноза в бочке деканата, Чжоу обязательно должен доработать с парочкой дел. Поприветствовав товарищей по несчастью, Чжоу уселся за стол в библиотеке, где было до жути душно. Заполнить бумаги, записать по форме, отослать в свой университет. И подготовиться к вздрючке от своего «заместителя», который прикрывал его задницу, пока ему было плохо около недели. Ручка перестала писать слишком невзначай. Поправив рукава синего свитера, парень вздохнул и пытался найти ещё одну. Он же носит около пяти запасных! Одна протекла, другая засохла… Ещё у двух закончились чернила. Последняя осталась у однокурсника — тот ещё не вернул. — Простите, вам просили передать ручку, — милая девушка, явно зашедшая сюда ради учебных материалов, немного смущённо наклонила голову и протянула Чжоу ручку. Поблагодарив кивком головы, он улыбнулся милой незнакомке. Но сразу после парень быстро обвёл глазами зал в поиске того, кто это сделал. Не найдя никого подозрительного, Цзышу угомонился и продолжил писать последнюю на этот раз важную бумагу. Достав из сумки маленькие самоклеющиеся стикеры, парень написал этой же ручкой слова благодарности, оставив подмигивающий смайлик. И положил ручку с запиской на самом видном месте, отправляясь к вышестоящим, чтобы передать документы. — О, он даже записку оставил, Сян, смотри, — с улыбкой подходя, хозяин ручки неспешно забрал принадлежащее ему. Аккуратный почерк разобрал быстро. Написано на китайском, корейском и английском. Потому что это были основные языки смешанных курсов, помимо русского, так что ожидать можно было и иностранца. — Почерк красивый, — растянула губы в улыбке девушка. — А всё-таки… я выиграл спор! С тебя конспект, — подмигивает подруге парень, пряча бумажку под чехол телефона, а затем тенью выскальзывает из библиотеки, направляясь вслед за ушедшим Цзышу. — Ой, привет. Ты же староста группы? Да? Я вот потерялся, если идёшь на пары, покажешь какая аудитория? Я совсем не разбираюсь, только перевёлся! — хитрый лис Кэсин нарочно подстроил встречу, подбегая со спины с милым видом и щенячьими глазками. Чжоу сначала прячет руки подальше в и без того большие рукава, а потом поворачивает голову. Карие глаза с интересом впиваются в незнакомца, изучая. Волосы собраны в хвост, серый кардиган поверх белой футболки. Уже холодает, понятно, почему одежда полушерстяная. Цзышу хлопает глазами пару раз, затем морщит нос. Смешная привычка, которую бывший партнёр находил милой. — Я тебя впервые вижу, — недоверчиво потёр переносицу парень, но тут же встрепенулся, будто о чем-то вспомнил. — Чжоу Цзышу, — парень поклонился приветственно, представляясь. — Вэнь Кэсин, — представился в ответ парень, пытаясь зацепить запястье Чжоу для рукопожатия. Парень вырывает руку, стоило только ткани предательски скользнуть, чуть не обнажив часть запястья. Именно поэтому Цзышу не показывает руки, старается не поднимать их и не отвечать на рукопожатия. Мало ли оголится предплечье… — Занесу бумаги и пойдем, — быстро перевёл тему Чжоу, успокаивая в себе предательски быстро забившееся сердце. Парень определённо обаятельный, но отсутствие партнёра долгое время — не самый лучший предлог выскочить под первого встречного. Даже неизвестно, какая у мальчонки ориентация. Может его не тянет на парней. К слову, Кэсин, оставшийся ждать у массивной двери, тупо пялился в одну точку, думая о том же. Не скрывая того, что неровно дышит к представителям своего пола, Вэнь почувствовал невероятно странный укол неизвестного чувства под бок. Но можно попробовать позаигрывать с интересным юношей, ведь так? Заправив за ухо непослушную прядь, парень сжал в руке лямку сумки, неловко отходя от двери чуть-чуть подальше. — Я тут, — Вэнь вздрогнул, потому что отвлёкся, глядя в окно на улетающих уток. Никак не ожидал, что Цзышу так скоро выйдет. — Пойдём? Пары через полчаса, можем куда-то ещё сходить, — Чжоу не планировал быть кому-то компанией, но раз приятный сокурсник новенький, ему нужно всё показать и рассказать. — И давно ты здесь учишься? — всё ещё косясь украдкой на Цзышу чутка игривым взглядом, юноша старался не выдавать своей заинтересованности. — По обмену два года назад приехал, — пожал плечами Чжоу, ёжась в объятиях свитера. — А какие у тебя увлечения? Я вот веера коллекционирую. Ещё рисовать люблю, — Кэсин решил разукрасить серую скуку наступающей осени за окном мирным разговором. Даже телефон с бумажкой убрал подальше. — Не знаю. Времени особо нет, — Чжоу отстранённо отмахнулся, потому что перед этим на секунду завис. А какие у него увлечения? После выполненных работ с изрезанными руками садиться за новые? А разве о таком скажешь? Да и увлечение ли это? Зато он теперь полностью свободен. Даже убежал из банды, которую сам же организовал в прошлом университете. Правда банда была действительно прямо противоположной по увлечениям парню-отличнику. Ну подумаешь… поколотил пару человек… — Ох, времени нет? Может тебе помогать с чем-нибудь? — поджал чуть пухлые губы Вэнь, поворачивая голову. — Тебе бы самому сначала себя вытягивать начать. Скоро подготовка к экзамену, тут я тебе буду помогать. Как староста, — хмыкнул Чжоу, хотя внутри разлилось тепло — никто не вызывался ему помочь, кроме некоторых младших, но только из-за того, что он наставлял их первое время, «чтобы неопытные не потерялись в этой тяжёлой и сложной жизни». — Я очень рад, — благодарно кивнул головой юноша, даже не заметив, что они уже подошли к аудитории. Уселся Вэнь поближе к старосте, разглядывая его из-под полуприкрытых ресниц. Как ручка оставляет чёрный след на бумаге, как напрягаются мышцы рук, когда парень пишет. Как подпирает подбородок, тяжело вздыхая из-за жары, продолжая жариться в душной аудитории в своей кофте. Даже Вэнь снял свой кардиган и положил рядом. — Тебе не жарко? — остановил чужую руку Кэсин, чтобы написать кончиком пальца эти иероглифы. Кожа Цзышу покрылась мурашками от прикосновения прохладной руки. Пусть конечности у Чжоу тоже были не самые тёплые, лицо его пылало. Убедившись, что никто точно не смотрит, Кэсин приложил руку к чужому лбу. Горячий. По сравнению с ледяными руками. — Может, снимешь? — снова провёл по прохладной коже, собираясь взять ладонь в свои пальцы, залезть под рукав и ощупать предплечье на предмет пониженной температуры. Теперь Чжоу покрылся мурашками уже не из-за прикосновений, по загривку прошибло холодом, внизу живота заколол узел. Чжоу мотнул головой, стараясь сделать это как можно непринуждённей. Взволнованно взглянув на однокурсника, парень всё-таки решил отстать, потому как писал юноша правой рукой, которую он и схватил. Видя лёгкую грусть в глазах Вэня, парень протягивает под столом свободную руку, чтобы Кэсин мог держать его холодные длинные пальцы в своих тёплых и нежных. Позволил такую шалость новому другу, как ладонь на своей коленке. Кажется, намечалась дружба, которая бывает редко — с полуслова, буквально после пяти минут со встречи понимают друг друга. Чжоу, у которого были только собутыльники и младшие «утятки-детки» с потока, был несказанно рад и не рад этому событию одновременно. Уловив лёгкую вибрацию в кармане брюк, парень отвёл взгляд от конспекта, чтобы выключить звук и посмотреть, кто его хочет в учебное время. Пришлось расцепить руки с Вэнем, на что Цзышу послал виноватый взгляд в его сторону. Но тот улыбнулся и продолжил писать конспект, будто специально кося под дурачка. Он решил, что староста не заметил его игривых движений и взглядов? Ладно, прощается. «Бро, следующую пару отменят, мне препод написал. Так как больше ничего нет, — предлагаю в бар.» — Чжоу всё-таки посмотрел от кого сообщение. Повернул голову, ища в другом конце одногруппника, который написал ему. Кивнув, стоило пересечься взглядами, Чжоу улыбнулся ему, как обычно делал на такие предложения. Смена настроения парня не укрылась от Вэня. Тот ревниво сощурил глаза, а потом снова одними движениями обозначил на тыльной стороне запястья всего пару слов: «на свидание позвал?» Хихикнув, парень с неким извращённым удовольствием впитал в себя тяжёлый взгляд тягучих карих глаз. «Ревнуешь?» Такие вот переписки «на руках» заняли совсем ненадолго даже Чжоу. Он воспринимал этот жест исключительно от своего бывшего партнёра. То, что делает Кэсин сейчас равноценно заигрываниям. Цзышу даже погрузился в воспоминания. — Так ты это, того… Тоже по мальчикам? — когда преподаватель оповестил об окончании занятия, Кэсин, которому не терпелось задать этот вопрос, воспользовался шумом вокруг. Цзышу кивнул, хотя никогда не спешил об этом рассказывать. Но во взгляде Вэня проскользнула радость. Да, он был красивый и молодой, и… кажется, его подбивало подчиниться старшему по статусу — старосте. — Секунду, я должен в группу кинуть. — Пар не будет? — сразу догадался Вэнь, закидывая сумку на плечо. — Ага, можно домой. Тебя проводить? — Или сразу к тебе? — улыбнулся парень, заправляя прядку волос за ухо. — Что? — Цзышу не смутил вопрос. Его смутило осознание того, что у него вообще-то не прибрано. Ну и… кровь на кухне. Его. И в ванной тоже всё пропитано этим запахом металла и боли. — Прости, неудачная шутка, — почесал затылок Кэсин. — Он предлагал тебе в бар, да? Пойдёшь? Хотелось спросить, как Вэнь узнал, что именно в бар, но прикинув, что чаще всего именно туда идут студенты после пар, если не особо заебались, ничего не сказал. К тому же это самая ближайшая точка к этому корпусу. — Пойдёшь со мной? — Вэнь согласно кивнул на это предложение и уже достал было телефон. — Кстати, у меня вопрос. Можно… Я с тобой буду жить? Я буду платить тебе за аренду! Просто… Меня выселили, — неловко замялся парень, вспоминая, как ему в лицо прилетело парой сумок, которые он оставил у товарища из другого университета. Но тот жил с девушкой и было немного… неудобно. — По дороге поговорим. Цзышу нацепил улыбку жизнерадостного человека, рассказывая о том, что за короткий срок обучения здесь произошло до перевода сюда Вэня. Позволил взять себя за руку, а потом обнимать себя в баре. Под ужасно попсовую музыку и крепкий алкоголь, ощущая полуобнажённой шеей (из-за стянутого ворота) дыхание уходящего глубже в алкогольные дебри Вэня. Потрепав друга по волосам, Чжоу потянулся за бокалом вина, стоявшим перед ним на столике. Из алкоголя он чаще стал предпочитать именно его, после того, как его бывший подметил — после вина его губы на вкус ещё слаще. Теперь этот алкоголь разносится горечью по организму, оседая на языке неприятной плёнкой. Но он не может остановиться. Порезы заливались крепким алкоголем, кровь смешивалась с ним… Эти картины предстали перед глазами Цзышу, оседая недалеко на подкорке сознания. Шрамы и ещё не затянувшиеся глубокие порезы зачесались и заболели. Кожу ощутимо начало покалывать, да так, что Чжоу содрогнулся от боли. — И этот урод просто нагло пользовался мной! — продолжил свой трогательный рассказ о прошлых отношениях Вэнь, немного придя в себя. Под «пользовался» парень имел в виду постоянный секс. И то чаще без обоюдного согласия, за что уже можно подавать в суд. — Ну-ну-ну, — приобняв Кэсина за плечо, Чжоу позволил ему уткнуться в своё плечо, стал гладить по голове. Хорошо хоть, что Вэнь не замечал в свете ламп и опьянении лёгкие… почти лёгкие порезики на шее. Почти покрывшиеся корочкой. Но можно же отмазаться пристрастием к БДСМ?.. — Ты знаешь, ни один парень за ближайшие года два мне так и не понравился в плане создания отношений, — протянул Вэнь, втягивая носом чужой запах, что всё ещё можно было почувствовать среди пространства клуба. — А-Сюй… Это так невыносимо! Чжоу не знает, с чего его тело задрожало больше, но холодные руки Вэня скользнули под его свитер и футболку. Пальцы огладили спину, осторожно прошлись по острым лопаткам. Другой рукой Кэсин поспешил облапать подтянутый живот. — Воу, А-Сюй, ты в качалку ходишь? — любовно мурлыкнул парень, нащупывая крепкие мышцы. — Я бы искусал твою спину, твои лопатки прелестны, позволишь увидеть? Цзышу, как бы, и не был особо против, но в его сознании загорелся красный свет. Сразу же после того, как руки пьяного товарища скользнули к паху, собираясь сжать упругие бёдра. И Цзышу клянётся, что он отдал бы это прикосновение, да и сам без остатка отдался Вэню, но только порезы… Порезы, порезы, порезы, порезы… — Я всё хотел спросить, — Вэнь, конечно, недовольно буркнул, но руки оставил под тёплыми вещами, прижимаясь к груди Чжоу щекой, сползая в до жути неудобную позу. — Спрашивай, — уголки губ дёрнулись. Ладно, пусть к нему переезжает. От ещё одного рта, приехавшего по обмену, Чжоу не обеднеет. Заработки он себе находил, пусть и должен куеву хучу деньжат где-то на стороне. — А чего ты постоянно в кофте? Даже здесь не снял, хотя тут более душно, чем в аудитории. Ты мерзлячий? Хотелось добавить «тогда позволь согреть тебя своим телом». Но Вэнь прикусил язык. Если Чжоу ему всё разрешает, то он уже, получается, нагло пользуется положением. Неприлично. — Просто нравится. — Даже когда жа-а-арко? — состроил щенячьи глазки парень, незаметно оставляя поцелуй на ткани кофты. — Да-а-а, — протянул Цзышу, копируя интонацию друга. — А тебя это… Можно за задницу трогать? — неожиданно выпаливает Кэсин, уставившись недобро на кофту. Ему, видимо, не терпелось раздеть своего старосту в первый же день знакомства. — У тебя секса давно не было, поэтому ты меня уламываешь? — поднял одну бровь парень, осознавая, что у него до жути начинает болеть голова. Бьющая музыка только усугубляет, и Цзышу трёт точку на лбу, чтобы избавиться от боли. — Даже если так. Ну… если нельзя, я всё равно хочу твои лопатки… — речь Вэня всё больше напоминает бессвязный бред, и Чжоу понимает, что пора уже домой. Попрощавшись с однокурсником, который присоединился к другой компашке, Цзышу в обнимку с Кэсином вышел из бара ловить такси. Оплатив проезд, парень забыл уточнить про вещи, но Вэнь, кажется, уже отключился. До квартиры его тушку тоже пришлось тащить на себе. Опустив того на кровать в своей комнате, Чжоу быстро начал прибирать всё, что указывало бы на его пристрастие к лезвиям. Запёкшиеся следы крови стёр, окровавленные вещи убрал. Пришлось даже кардиган комом бросить в стирку. Так быстро Чжоу ещё не убирался никогда в своей жизни. Поэтому, вымотанный, завалился рядом с Вэнем, засыпая. Не прошло и трёх часов, как батарейка Кэсина зарядились не на сто, но на восемьдесят процентов точно. Парень сел на мягкой большой кровати, тупо глядя в одну точку. Потом уставился на сопящего Чжоу. Кэсин коснулся его щеки пальцами, ощупывая нежную кожу. В следующую секунду Цзышу распахнул глаза. Вэнь сразу же отдёрнул руку, двигаясь ближе к своему краю. — Вещи завтра заберёшь, хорошо? Можешь… Мои взять сегодня. — Да?.. Спасибо! — парень накинулся на только что проснувшегося, стискивая его в крепких объятиях. Был готов даже поцеловать, но вовремя вспомнил, что пока ещё нельзя. Но это пока. И голова тотчас же затрещала по швам. — Наверное, это классно, — протянул сонно Чжоу. — М? — мгновенно отозвался Кэсин, готовый за столь щедрый подарок Цзышу в ноги падать и молиться ему. — Только перевёлся, а уже живёшь дома у старосты, — хмыкнул Чжоу, плюхаясь на кровать. Он уже не подросток, Вэнь тоже. Но всё равно создаётся та неловкая атмосфера, когда ты только познакомился с девушкой и не знаешь, что ей предложить, чтобы её всё устроило. — Ещё и с красавчиком… — поиграв бровями, заставив Чжоу чутка хрипло засмеяться, парень устроился рядом под боком старосты. Тот, кажется, не против такого соседства. — Сразу говорю: я отдаюсь за конспекты, — хихикнул Вэнь, когда Чжоу повернулся на бок, оказавшись прямо перед наглым личиком. Чжоу улыбнулся, но мыслями был немного не там. У него же в холодильнике мышь повесилась. Он-то не ест дома. Да и вообще практически не ест ничего, когда доходит до попыток самовредительства. Специально, чтобы потом не обниматься с унитазом от плохого самочувствия. Кто ж знал, что с едой на фоне переживаний начнётся большая ссора? А вот Вэня прокармливать надо. Хоть как. — Насчёт ужина. Романтический не обещаю, у меня только благовония, а в холодильнике мышь повесилась, поэтому закажу доставку, — сразу обозначил Цзышу. — А я так рассчитывал на романтический… — притворно протянул Кэсин, надув пухлые губки. — Компенсирую сном в моей кровати, — потому что кровать это единственное место у Чжоу в квартире, где можно спать. Только надо будет белье поменять — много пятен крови, будто Цзышу убийца какой. Спровадив Вэня в душ, Чжоу поспешил сменить постельное бельё и переодеться. Домашние серые штаны на нём смотрелись прекрасно, как заметил Кэсин, когда краем глаза глянул на появившегося из-за двери ванной комнаты парня, принёсшего ему полотенце. Прохладная вода стекала по телу, оставляла мокрые дорожки. Вэнь задумался. Его староста даже дома в кофтах, неужели такой мерзлячий? Или есть другая причина, по которой парень ходит в оверсайз одежде. Если у него был трагичный опыт отношений… Кэсин клянётся, что если сможет завоевать сердце полюбившегося ему человека, — он будет для него лучшим из всего, что им было пережито. А тем уродам лица начистит. Пришлось одолжить вещи у Чжоу, ведь по комплекции парни почти что одинаковые, разве что Вэнь чутка повыше. Цзышу таскал вещи раза в два больше себя, так что и в чужой одежде Кэсин выглядел сносно. — Пока ты был в душе, я еду заказал, — Чжоу прочистил горло, прервавшись. — И контактами своими поделишься? Об этом снова вспомнили лишь за столом, пока Вэнь уплетал за обе щеки лапшу. Вытерев о салфетку руки, парень быстро набрал номер Цзышу, чтобы обозначить свой контакт. — Вэнь Кэсин, если что, — улыбнулся парень, слыша знакомую песенку на рингтоне. — Ты меня почти полностью облапать в баре успел. Я уж точно не забуду, как тебя зовут, — Цзышу засмеялся, отодвигая чашку с зелёным чаем — пока что это всё, что может переварить его организм. — Почему не ешь? — Вэнь сложил палочки, оглядываясь. Уже нашел глазами раковину. Решив отблагодарить Чжоу вымытой посудой, парень встал в роль хозяюшки. Теперь будет следить за порядком в доме, где его так радушно приютили. Первый час, пока Вэнь пытался не мешать делающему домашку Цзышу, рассматривая квартирку, прошел для Чжоу невыносимо медленно. Доделав всё, что было нужно, дав списать Кэсину, парень поплёлся искать дубликат ключа от квартиры. Лишь бы его не грабанули, конечно. — Держи. Никаких девчонок… парней сюда не водить, — Чжоу протянул Вэню ключ, предостерегая того, чтобы его постель не была потом вся в следах бурной ночи двух влюблённых. Ну или пьяных. Вэнь про себя же поклялся, что не будет никого брать или отдаваться никому больше, кроме как Цзышу. Угораздило же втюриться в старосту… В первый же учебный для него день… Ну ёб… Буквально за два дня Вэню до безумия начал нравиться запах вещей Чжоу. Ещё пара дней потребовалась, чтобы привыкнуть к соседству в постели. И к этим… ебучим кофтам! Цзышу даже спит в них! Хотя, по правде говоря, Вэнь часто просыпался ночью от шорохов сбоку. Чжоу метался в бреду по постели, кожа его горела, а рваные вздохи могли бы будоражить чьё-то извращённое воображение, если бы этот человек был за стеной и не видел, как мучается обладатель столь сладкого голоса. В такие моменты Кэсин старался максимально успокоить парня. Не будя, смачивал холодной водой руку, прикладывая к разгорячённому лбу. Обычно, когда всё было совсем плохо, Цзышу не просыпался, но успокаивался. Но сон парня был чуткий: однажды, Вэнь собирался смочить предплечья Чжоу живительной прохладой, но тот резко проснулся, чуть не оставив шокированного юношу с вывернутой рукой. Тот день Вэнь будет помнить. Тогда Чжоу поблагодарил хрипло, протяжно застонал от усталости и свалился лицом на подушку. От сладкого и словно мёд тягучего голоса, чутка наполненного хрипотцой, Кэсина понесло. Из головы вылетело даже то, как Чжоу старательно укрыл руки. Ещё один случай был буквально на четвёртый день совместного проживания. Цзышу метался по кровати, тёмные волосы рассыпались на подушке, слиплись на лбу, а сам Чжоу то и дело кусал губы. Почти до крови, так, что утром останутся следы. Вэнь проснулся от шума, но Цзышу, кажется, не мог вырваться из дурного сна. Недолго думая, Кэсин устроился поближе, облизнувшись. Прильнув к чуть пухлым приоткрытым губам, нежно протолкнул язык внутрь, не ожидая отдачи от партнёра. Просто заботливо ласкал его губы, оставляя поцелуи на щеках, лбу, линии скул, под челюстью… Решив, что увлёкся, только когда Цзышу сквозь сон, пусть и успокоившись, почуял неладное, Вэнь отпрянул, отворачиваясь, пытаясь уснуть. Он подобным образом успокаивал бывшего партнёра, когда тому было плохо. Здесь он просто не сдержался. — Доброе утро, А-Син, — Цзышу не спал. Утро уже давно заняло свои права, солнечные лучи, подозрительно яркие для осеннего утра, били в окна, будто специально собираясь разбудить. — До-оброе утро… — Вэнь нехотя разлепил глаза. — А у тебя допов сегодня нет? Навряд ли это самое лучшее предложение, с которого нужно начинать разговор, но Кэсин отрицательно мотает головой, уставившись на сидящего на краю кровати Чжоу. — А что? — парень поднялся, взъерошивая свои волосы рукой. — Сегодня последний день перед выходными, я хотел предложить тебе… Сходить куда-нибудь, — смутившись сказанного, Цзышу на секунду отвернулся. Потом снова принял то же положение, глядя вкрадчиво своими карими глазами. — Я согласен, — улыбнулся парень. Толкаясь и подшучивая друг над другом, парни направились на кухню готовить завтрак. Точнее, Чжоу ухаживал за Кэсином завтраками и заказными ужинами, а Вэнь благодарил парня чистой посудой. Ну и иногда по мелочи прибирался в квартире. Пока что успел раза два. — Опять не можешь? — увидя, что Цзышу готовит только на одного человека, Вэнь поджал губы. Он уже в курсе про то, что у Чжоу проблемы с едой, но он почти ничего не ест. Странно, что ещё живой. — Я поем в институте, — отмахнулся парень, всовывая Вэню в руки тарелку с яичницей. — Я немного умею готовить, может мою еду сможешь?.. — взволнованно протянул Вэнь. Его волновало, что Чжоу ест очень редко. Он об этом знает, потому что большую часть времени он проводит именно с ним. Даже по клубам реже шатается, предпочитая подкалывать Цзышу шуточками, флиртовать и дурачиться. — Завтра мне нужно будет пойти кое-куда по делам. Найдёшь, чем себя занять? Взрослый уже, можешь пойти найти себе друзей, — хихикнул Чжоу на последних своих словах. Вэнь погрустнел, что придётся просидеть полдня точно без Цзышу, но потом хитро сощурил глаза. — Сбагрить пытаешься? — пошутил Кэсин, глядя, как парень допивает чай. Всё тот же, зелёный. — Ни в коем разе, — поднял одну руку в знак примирения юноша, опуская чашку на стол. — Можно в кино сегодня сходить. В общем, выбирай, куда хочешь. — Я ещё подумаю, хорошо? — Вэнь подпёр щёку рукой, из-под полуприкрытых ресниц глядя на сожителя. — Ну разумеется, — кивнул тот, поднимаясь, чтобы пойти переодеться. Но сначала помыть посуду. — Оставь, я помою, — Цзышу так и замер — хитрый лис прошептал это прямо на ухо, прижимаясь сзади, обнимая. Чжоу прикусил губу, но послушно поставил посуду в раковину, откидывая голову назад на чужое плечо. Честно? Но Чжоу осознавал, что чувствует лёгкую влюблённость по отношению к новенькому. Он за короткий срок обжился в этой квартире, стал называть это домом, въелся Чжоу под кожу, не стесняясь цеплять его за задницу и игриво подшучивать. Цзышу отвечал тем же! Потому что чувствовал, что он может так сделать, от него это только и ждут. Но было всё странно. Потому что они знакомы очень и очень мало. Каждый день сидят рядом, разве что кроме дополнительных и отработок. Пару раз Цзышу уходил на подработку на пару часов. Спят в одной кровати, едят на одной кухне, Кэсин по чистой случайности и тоже якобы «случайно» носит чужие футболки. Ну как чужие. Те, которые принадлежат Цзышу. — Почему сегодня две пары в утро-о-о, — протянул тихо Вэнь, разминая уставшую от ведения записей кисть руки. — Ты не выглядишь сонным, — напомнил Чжоу. Он же его ещё и кормил сегодня! — И что. Две пары в утро. Утро! — обиженно надул свои пухлые губки Кэсин, строя щенячий взгляд. — После этих пар всё время, и я в том числе, в твоём распоряжении, — вздохнул Цзышу на нетерпеливость друга. — Даже ты? — парень резко оживился, растягивая губы в улыбке. — Даже… Так, это не значит, что ты будешь доставать меня флиртом. И уламывать на перепих, — возмущённо шикнул Цзышу, закатывая глаза. Вечно со своими пошлыми приколами. Только Чжоу не против от слова совсем. — Но да, даже я. — Я купил нам билеты в кино, — смягчился юноша, пытаясь поймать свободное запястье Чжоу. — Здесь так душно, хоть и осень за окном. Разве тебе правда не жарко? — М? Не жарко, — отмахнулся от вопроса парень, продолжая записывать материал. — А-Сюй, так почему ты носишь кофты? — Вэнь имел в виду, что вообще на постоянной основе! Это ж сжариться можно! — Просто люблю, — пожал плечами парень, глядя на часы над доской над кафедрой. Оставалась где-то минута до конца пары, а там дальше английский. — А-Сюй, а можно потрогать твой пресс? — Вэнь после пары буквально насильно затащил парня в туалет. Он почти всегда пустует, поэтому Чжоу был уверен, что его мёртвую тушку найдут только через неделю по запаху разложения. — Ты не пьян? — поднял одну бровь Цзышу, но край футболки вместе с кофтой всё-таки приподнял, давая зелёный свет чужим рукам, которые тут же нырнули под одежду. — Мне кажется, мы должны о чём-то поговорить, — чувствуя мурашки по телу Чжоу, Вэнь игриво улыбнулся, притягивая зажмурившегося парня к себе в объятия. Крепкие и тёплые. — Встал, как будто я тебя тут трахать собрался, ей богу, — прыснул со смеха Вэнь, уткнувшись в приятно пахнущую бархатную кожу открытой шеи носом. Якобы случайно, естественно. И рукой по чужой заднице якобы случайно проводит. Сжимает упругое бедро, прижимаясь непозволительно близко. — Говоришь одно, а делаешь другое, — приподнял бровь Цзышу, вжимаясь в стенку. Потому что иначе Вэнь запросто почувствует, что Чжоу хочет его. А, кажется уже. — Тебя раньше тоже что-ли зажимали в туалете? — рука опустилась ближе к паху, оглаживая возбуждение сквозь ткань просторных чёрных штанов. — Ты специально, да? — Чжоу прикусил губу, глядя в глаза этого хитрого лиса. — Давай я тебе по-дружески отсосу, и мы забудем об этом случае? — сделал щенячьи глазки Кэсин. «Если скрываешь чувства, будешь терзаться. Я не хочу этого.» Но этого уже Вэнь добавить не успел, потому что опустился на колени перед парнем на холодный пол. Цзышу вцепился в рукава кофты, когда Кэсин стянул с него штаны и бельё до колен, жадно облизываясь. — Я так хотел бы делать это в более интимной обстановке, но что уж есть, — улыбнулся парень, глядя снизу-вверх на старосту, уже во всю работая рукой. — У нас мало времени, — прошептал Чжоу, вздыхая, когда юркий язык облизал головку широким мазком. Парень и вовсе заткнулся, когда Кэсин соизволил взять в рот. — Не молчи, я хочу слышать тебя. Ты такой большой… — мурлыкнул Вэнь, проходясь языком от основания до головки, размазывая естественную смазку по всей длине. — Поработай своим болтливым ртом хотя бы раз на пользу, — зашипел Чжоу, но Кэсин понимал, что это лишь подстёгивание. Стараясь доказать, что он всё-таки не только болтать умеет, парень насадился глубоко, пропуская в расслабленное горло. Тихо постанывая, лаская вибрацией голоса, Вэнь не смел отводить взгляда от Цзышу. Дрожащие ресницы, чуть схмуренные брови. Это красивое лицо действительно прекрасно в моменты удовольствия. Кэсина укололо там внутри. Захотелось сделать этого парня только своим, иметь отношения больше, чем друзья. Глубоко и резко заглатывая, с каждым разом ускоряя темп, Вэнь не жалел себя, хотя самому жутко хотелось кончить. Так как времени оставалось действительно мало, перерыв должен был скоро закончиться, а до аудитории ещё добраться надо, Вэнь старался как может. Вылизывая от основания до головки, сладко посасывая ту, парень снова и снова насаживал себя с резкими вздохами и пошлыми хлюпами. Слюна побежала по его подбородку, влажные губы слишком соблазнительно растягивались на чужом члене. Цзышу, всё-таки глядя из-под полуприкрытых ресниц на своего спонтанного партнёра, не сдержавшись, схватил того за волосы. Получив одобрительный стон, парень начал помогать Вэню довести его до оргазма, управляя его головой. Не теряя времени зря, Кэсин, ощутив укол страха быть застуканными, поспешил удовлетворить себя рукой. Мыча что-то нечленораздельное, чуть не подавившись, увлёкшись, Вэнь резко насадился до основания, сглатывая. Для Цзышу это действительно стало последней каплей. Простонав, заглушая громкий звук рукавом кофты, парень излился в горячий рот, не давая отстраниться. И Вэнь послушно проглотил, изливаясь в свою руку, облизнулся, утёр губы, поднялся, чтобы привести себя в порядок. — Я твой рот… — хотел было жёстко отчитать Кэсина Чжоу, как понял что сказал. Ну да. Он его рот только что. Даже особо не сопротивляясь. Поправив свой потрёпанный вид, Цзышу прикусил губу, наблюдая, как Вэнь приводит свои волосы в порядок. Ничего не объяснив, притянув парня к себе, Чжоу нежно поцеловал его припухшие губы. Пока немного шокированный от такой ласки Вэнь стоял «загружался», парень выскользнул из туалета, направляясь к аудитории. Хотя, конечно, лучшей мыслью было пропустить пару. Тем не менее, эта мысль приследовала и Вэня. Решив, что Чжоу не сможет с ним усидеть, а потому не придёт, парень пришёл как раз к началу пары. Чёрт. Цзышу уже спокойно сидел за своим местом… Преподаватель заметила Кэсина, поэтому свалить не получится. С самой доброжелательной улыбкой парень уселся на законное место рядом со старостой. — Ты слишком быстро убежал, — надул шутливо губы Вэнь, слегка охрипше после случившегося. — У тебя ещё шутить сил хватает, лис, — Цзышу закатил глаза, отвернувшись. — Так тебе понравилось? — Чжоу старался не отвлекаться лишний раз на пытающегося привлечь его внимание Вэня. Но тот и пяти минут тихо не усидел. Хотелось подстебать. Ведь Кэсин отчётливо слышал сорвавшееся с пухлых губ со стоном своё имя. Когда парень особо сильно сжал его волосы на выдохе, содрогаясь в преддверии оргазма. — Если скажу «нет», что делать будешь? — со вздохом Цзышу повернул голову в сторону Вэня. Стыд всё ещё бил по ушам, поэтому парень был резок. И Кэсин это понимал. — Отсосу ещё лучше, чтобы тебе понравилось, — самодовольно улыбнулся юноша, становясь похожим на чеширского кота. — Господи, да пожалуйста, — Чжоу не сдержал смешка, но вовремя прикинулся пишущим, чтобы преподаватель не спросила его по теме. Ещё минут пять Вэнь старался не ёрзать. Молчал в тряпочку. Но время тянулось слишком долго, подобно мёду. Казалось, уже час пролетел! Заняв свои руки рисованием котиков на полях тетради, парень увлёкся настолько, что не заметил, как его пихнул в бок Цзышу. Тогда уже Чжоу не выдержал, хватая свободное запястье парня, чтобы написать подушечкой пальца одно слово: «прости». — За что? — на такое явное нарушение его личного пространства парень приподнял одну бровь, а на извинения ещё и вторую. Если он про минет в туалете универа, то это Вэню нужно извиняться. Зажал, соблазнил, отсосал, ещё и стебался в привычной манере, чтобы не выдать своего смущения. Хотя такой трюк проворачивал не раз! В прошлых отношениях. И не извинялся, потому что его парень был не против переспать даже в раздевалке после пар. За углами, у стенок, лестниц и прочего. — Так мы это, в кино идём сегодня? — Чжоу прикинулся дурачком, ведя пальчиком по нежной прохладной коже своими практически ледяными пальцами, но не давая поймать своё запястье. — Конечно. Ты ещё спрашиваешь, — Вэнь действительно предпочел забыть. Всего лишь по-дружески отсосал, что такого? Но с радостью протянул открытые электронные билеты на телефоне, ткнув на экран. — Вечерний сеанс, м-м-м, — шепнул Чжоу, уже ожидая подвохов. И нашел. Ага, последний ряд. Шикарно! — Окей, мой недо-парень, мы идём в кино, целоваться на последних рядах, — сделав до ужаса смешное выражение лица, Чжоу вернулся к своим конспектам. Вэнь чуть не прыснул от смеха. И остаток пары просидел, косясь на старосту. Возвращался Кэсин домой один. Чжоу обещал прийти как можно быстрее, потому что вызывают педагоги. Ему необходимо задержаться, а парень даже не знает, на сколько примерно. Пока было свободное время, Кэсин решил порыться в тумбочке, которую Цзышу всячески прикрывал, стоило Вэню подойти. Юноша почти не удивился, когда нашел там несколько тюбиков со смазкой и презервативов. Успокоив своё ненасытное любопытство, парень уже собирался пойти пить чай, как вдруг заметил краем глаза… Это что, лезвия? Сложенные кучкой рядом с канцелярским ножом там сзади почти у стенки. Тревожно сжав губы, рассматривает находки. Пятна крови дали лёгкую ржавчину металлу. Как будто только недавно этими лезвиями пользовались. Кофты же — не просто любовь всей жизни А-Сюя?.. Кэсин закусил губу, но промолчал. Что ж, после киносеанса парень точно устроит кому-то вздрючку. Но только после. Планы. Встретиться договорились у здания кино. Сразу, чтобы не тратить много времени. Чжоу очень долго провозился с бумагами, его как будто отпинали за всех отсутствующих, как старосту. Так что парень был заметно… Уставший. Пусть это немного и не то слово, которым его можно сейчас охарактеризовать. Но Цзышу уже ожидали. Вэнь, глядя взволнованно, на фоне той находки в тумбочке, теребил в руках телефон. — А-Сюй! Ты долго! — захотелось обнять, но Кэсин вовремя вспомнил, что Чжоу был против объятий. Но тот сам раскрыл призывно руки, чтобы Вэнь, как зависимый от этого тепла, бросился в их кольцо, прижимаясь всем телом. — Там бумаги заставили перебирать. И отчитывали за прогульщиков, — вздохнул парень, возмущённо закатив глаза. Как заботливая мама стал поглаживать Вэня по спине. Всё равно ж обнимаются. — Я замёрз, пойдём, — Кэсин потянул Чжоу за руку в здание, чтобы и парень не успел замёрзнуть от холодного осеннего ветерка. — Только давай немного приличнее, раз уж последний ряд взял, — легонько пихнул юношу вбок староста. А то кто знает хитрого лиса — последний ряд для поцелуев. — Хорошо-хорошо, — Вэнь поднял руки примирительно, мило улыбаясь. Цзышу нравится он такой. С лёгкой улыбкой и румянцем на щеках. И любое другое проявление эмоций у Кэсина парню нравится. Да и он сам, собственно… Но тут уж ничего не поделаешь. Фильм был какой-то заунывный. Но к середине любовная линия конкретно так разогналась. Цзышу даже удивился, когда началось расследование преступления, связанного с главной героиней. И уже ближе к концу даже Вэню стало интересно, что происходит по сюжету, и кто же из любовников героини действительно преступник. Только вот от своих планов парень не отступился. И стоило только одному из любовников прижать девушку к стенке и поцеловать, Кэсин с самодовольной ухмылочкой притянул Чжоу за ворот кофты к себе, впиваясь в его губы. Тот без зазрения совести ответил на поцелуй, позволяя изучать свой рот проворным языком. Это уже не первый их поцелуй, но если первые разы, когда Вэнь целовал Чжоу, чтобы успокоить его кошмары, а на второй не успел ответить, то здесь всё уже не как тогда. Цзышу податливый, сам ластится, отвечает лаской, находя в темноте зала запястье Вэня, переплетая пальцы крепким замком. Внутри порхают сотни бабочек, не хочется отрываться от сладких губ, но Вэню приходится. Потому что фильм заканчивается, а значит, нужно уходить. Не в кинозале же продолжать. — Это было «да»? — выдохнул нервно парень, обращаясь к старосте. — Да, — дыхание сбилось, стало очень жарко, но Чжоу привык к жару, будучи постоянно в кофтах. Правда не к такому жару… — Тогда поехали домой, — Кэсин на бегу заказывает такси, сгорая от желания зажать Чжоу в туалете. Снова. Только уже не университетском. Добираются на удивление в тишине. До Цзышу резко доходит, что он дал зелёный свет на близость. Но боялся же он не этого. А того, что на его руках, ключицах и почти доходя до шеи есть шрамы. Даже свежие. И не зажившие. И всё ещё готовые кровоточить. Но эта проблема сейчас таяла у него глазах от большого желания. Потому, всё-таки прижавшись к парню, Чжоу прикрыл глаза. Ему часто говорили, что он может такими темпами подцепить заражение крови — он всё делал в моменте. Не обрабатывал лезвия, не мог взять себя в руки, чтобы обработать раны. Сделал и забыл, чуть ли не доводя до гноения. Лезвие с запёкшейся кровью использовал по два-три раза, а потом обещал бросить. И начинал снова. Потому что не мог тогда думать, в такие моменты. Соображать парень начал лишь когда они с Вэнем ввалились в квартиру. Закрыв дверь, Кэсин встал в полускандальную позу, явно готовый рвать и метать. — Руки, — Цзышу встал как вкопанный сжимая капюшон своей куртки, которую не успел повесить. — Цзышу, руки, — потребовал парень, но взгляд его смягчился, когда дошло, что так обращаться неправильно. Взяв из рук Чжоу куртку, Вэнь сам повесил её, сам провёл парня в ванную, чтобы помыть руки, сам вытер, обнял. Отвёл в комнату, усадив на кровать. — Теперь покажи мне, пожалуйста, свои руки, — парень выжидал, и Чжоу понял, что об этом всё равно нужно было бы говорить. Стянув с себя спортивную кофту, оставаясь в одной только футболке, Цзышу неуверенно протянул руки, показывая степень своих увечий. Некоторые новые шрамы перекрывали старые. Некоторые были очень глубокие, аж покрасневшие на уголках ранки, рассекающие другие более несмелые порезы. От взгляда Вэня даже зажившие шрамы зачесались. На обеих руках. — Где ещё? — поднял глаза парень, когда Цзышу отвёл взгляд в сторону. Пришлось снять футболку. Ну груди красовалось семь глубоких порезов. На плече много шрамов, как от ножниц, когда ими со всей силы много раз рассекают кожу. На ключицах уже заживающие полоски. У основания шеи пара несмелых, будто уже кончались силы на то, чтобы оставить смертельную рану. — Всё? — Кэсин неуверенно приблизился, оставляя пару поцелуев на подтянутом животе, заваливая Чжоу на спину. — Да, — закусил губу парень, стараясь не встречаться взглядом в Вэнем. — Об этом поговорим позже. Я хочу тебя, — рвано выдохнул Кэсин, седлая крепкие бёдра. Потеревшись пахом, парень вздохнул томно, поджав губы, ощутимо насел сверху, выбивая из партнёра несдержанный стон. — Меня ещё тогда повело… Когда я сосал тебе там в туалете, — сцепив замком руки Цзышу, придавив к постели, Вэнь навис над ним, шепча пошлости на самое ухо. — Хотя нет, ещё раньше. Когда увидел тебя тогда в библиотеке. Я уже тогда представлял, как беру тебя. Прямо там зажимаю после всех пар, втрахивая твоё тело в стол, раздвинув твои шикарные ноги. Вэнь так и не рассказал про то, что носит ту бумажку под чехлом телефона. Тот непрозрачный, не видно. — Весь день думал о том, как многоуважаемый староста стонет подо мной течной сукой. Оправдаешь мои ожидания? Цзышу подался грудью вперёд, затыкая Вэня поцелуем. Что он там себе думал? Врёт, как дышит. Ну или только наполовину пиздит. Хитрый лис. — Разденься, — Чжоу не просит. Он приказывает. Хоть и находится сейчас внизу, голос его властен, пронизывает до костей. Он вроде даже и не против. Вэнь приподнимает бровь, а потом прикидывает. Да, по статусу Цзышу повыше обычного студента. Повинуясь, парень стягивает белую футболку, спешит стянуть джинсы вместе с бельём. — А ведёшь себя так, будто сверху я, — лукаво улыбается Цзышу, наклонив голову вбок. — Я тебя люблю, дурень. Дважды дурень. Трижды, — парень ухватил руку Чжоу, зацеловывая шрамы. Чуть ли не вылизывая каждый порез. — Обещаю, я больше не буду, — староста приподнялся на локте, пытаясь прикоснуться к щеке Вэня той рукой, которую тот отчаянно зацеловывал. — Хотя тут как пойдёт. — Почему ты не обрабатывал? — намекает про лезвия Вэнь, ластясь к прикосновению. — Вот трахнешь меня — скажу, — теперь уже Цзышу насел сверху, седлая чужие бёдра. Но потом, что-то вспомнив, с бурчанием лезет в тумбочку, слезая с недовольно заворчавшего Кэсина. — Надеюсь, что ты чист, потому что презервативы закончились, — нахмурил брови парень. За себя Чжоу не то, что ручается — у него справка о его здоровье ничего плохого не скажет. — Иди сюда, — парень кивает положительно, хлопнув по своим бёдрам. Цзышу тут же приземляется, открывая тюбик со смазкой с характерным щелчком. Самому себя растягивать неудобно, потому Кэсин укладывает парня на себя, грея смазку на пальцах. — Красивый, я не могу. Только мой? — игриво проводя меж упругих половинок, Кэсин целует Чжоу в щёку, улыбнувшись. — Только твой, — закатил глаза парень, цокнув. Тогда Вэнь решил не ждать, проталкивая пальцы внутрь. Подготавливая партнёра, растягивая его уже двумя пальцами, Кэсин целовал его сладкие губы, пленяя язык своим. Чжоу пытался перехватить власть хотя бы в поцелуе, но Вэнь не собирался уступать. Пытаясь насадиться на приятно растрахивающие пальцы, всё больше ёрзая, Чжоу тихо скулил. Кэсин с силой сжал упругую ягодицу, прекращая растяжку. Чжоу заскулил, требуя ласки, пока его губы терзают настойчивыми поцелуями. — Будь паинькой, я люблю послушных, — оторвавшись нехотя от припухших влажных губ, Кэсин протолкнул пальцы максимально глубоко, разводя на манер ножниц. — А если я не хочу быть послушным? — прикусил губу Цзышу, чтобы не застонать. — Не знаю. Тебя я и просто так люблю. Чжоу цокнул, закатив глаза. Вот же ж лис! — Я уже готов, не тяни… — застонал Цзышу, когда в него спокойно помещались три пальца. — Я хочу тебя помучить, — выпятил губу парень, когда Чжоу заёрзал сверху. — А я тебя хочу, — рыкнул Цзышу, подаваясь назад, насаживаясь снова на выскользнувшие из него пальцы. — Чего именно ты хочешь от меня? — лиса не исправить, но парень проникся к этой игре некой симпатией. — Объездить твой член до моих трясущихся ног, — без лишних предисловий, староста привык действовать. Насадившись сразу до конца, Чжоу изящно выгнулся в спине, запрокидывая голову назад. Кадык заметался вверх-вниз, и Кэсин невольно засмотрелся на это действие. Восхищённо глядя, как крепкие руки распускают собранные в хвост волосы, парень обхватил ладонями чужие ягодицы, стараясь подмахивать бёдрами в такт с движениями партнёра. Оглаживая белоснежную кожу, Цзышу не удержался от искушения залапать ту своими метками. Резкий толчок. На шее Вэня красуются яркие метки. Спутанные волосы ещё сильнее путаются в крепких пальцах. Ещё один. Грудь запятнана влажными поцелуями, красными следами от зубов. Ещё толчок. С тихими стонами парень обхватывает губами мечущийся под фарфоровой кожей кадык, чуть покусывая. Вэня выгибает со стоном удовольствия. Чжоу, как опытный наездник, в погоне за своим желанием доводит ласками пальцев и губ своего партнёра. Сжимаясь на его члене, сдавливая жаркими стенками. — Ты точно меня любишь? — шутливо шепчет Кэсин, не в силах сдержать громких стонов. Приподняв одну бровь, Цзышу резче двигается. Играется с темпом, жалея, что не может притянуть к себе ближе эту лисью морду. Стонет громко, страстно, почти порнушно, выстанывая имя Вэня. Если соседи услышат, то пусть знают, кому он принадлежит. Чжоу чувствует, что уже на пике. Кэсин заботливо укладывает его на свою грудь, вбиваясь до неприличного быстро, прижав к себе одной рукой. И когда уже ноги Цзышу не держали, как наездника, парень зашёлся мелкой дрожью. Предвкушая сладкое послеоргазменное состояние, парень прикрыл глаза. Но Вэнь слегка приподнял его, пережимая с силой сочащийся смазкой член у основания. Почти вскрикнув, Чжоу сжал пальцами чужое плечо, дрожа всем телом. Внутри всё натянулось струной, так и не оборвавшейся. Вэнь поцеловал парня в висок, снимая с себя. Перевернув того на спину, зажав его руки замком, вдавив в постель, недовольно рыча на все шрамы, Кэсин без зазрения совести начал вбиваться в податливое тело, уже горячо любимое. И такое же горячее, жаждущее. Цзышу застонал громко, выгибаясь. Кэсин брал его глубоко, жёстко и резко. Попадая каждый раз чётко по простате, парень заставлял сжиматься вокруг себя, всё несдержаннее выбивал звуки из чужой груди. Пятная чистую кожу своими метками, парень всё же позволил Цзышу кончить. Обхватив его член рукой, надрачивая в темп со своими толчками, юноша сжалился над своим старостой. С громким стоном парень излился в чужой кулак, пачкая свой и кэсинов живот спермой. Зрелище того стоило. Вэнь, не сдерживая рваного «А-Сюй» на выдохе, излился глубоко внутрь, не спеша выходить из жаркого и узкого тела. Собрав немного семени пальцами, Кэсин поднёс те к припухшими губам партнёра. Тот сразу же приоткрыл рот, пропуская внутрь пальцы, слизывая свою же сперму. Обводя пальцы языком, парень смеялся одними глазами. Выйдя из растраханного тела, Вэнь со стоном завалился рядом с Цзышу. — А всё-таки ты стонал как сука, — чмокнув парня в нос, Кэсин притянул его, замычавшего что-то невнятное. — Ну-ну, я тоже тебя люблю. Цзышу поспешил завернуться в одеяло, скрывая нос. Вэнь наоборот поспешил развернуть этот недорулет, чтобы залезть поближе, обнимая Чжоу руками и ногами. Когда солнце пробилось сквозь стекло, будя своими яркими лучами Цзышу, парень открыл глаза. Задница болела, руки тоже. Обнимать ночью Кэсина — то ещё удовольствие. Но вообще правда приятно. Тёплый и мягкий. Как давно Чжоу не ощущал чьего-то тепла рядом. В груди заныло. Парень провёл носом по красивым ключицам, усыпанным красными метками. Вдохнул запах Кэсина. Тот пах до ужаса приятно. И Цзышу не удержался от того, чтобы укусить слегка нежную кожу. Вэнь спал как убитый, так что Чжоу, не заметив никакой реакции, прижался к шелковистой коже щекой. Клюнул губами, а потом снова потёрся щёчками о чужую грудь. Та мерно вздымалась с каждым вздохом, сердце внутри спокойно билось, перегоняя кровь. Цзышу чувствовал, что ему мало Вэня. Даже во время их близости он не насытился настолько, как хотел бы. Неожиданно парень перевернулся на бок, утягивая Цзышу за собой. Староста даже пискнул от неожиданности. — Не спишь, кролик? — поочерёдно, будто кот, Вэнь раскрыл глаза. Уставившись на партнёра, тот с удовольствием улыбнулся — кроме порезов на его прекрасном теле красовались многочисленные укусы и засосы. Теперь парень точно помечен Вэнем, как его собственное, конечно же. — Не сплю. — Может… Проведём выходные в постели? Объятия, сериалы… Секс… — тяжело выдохнул спросонья Кэсин, потягиваясь. Цзышу услышал хруст. Ебать… Вроде Вэнь не настолько старый, чтобы у него так хрустели кости? — Секс? — вопросительно поднял брови парень. — Из тебя шикарный наездник. Я бы отблагодарил тебя минетом, — протянул парень. — Старост нужно уважать. Цзышу засмеялся хрипловато, пряча улыбку в плече Вэня. — Мне тебя не хватило. Поэтому, если захочешь разделить наше… Ложе. То милости прошу, даже одеваться не буду. Чжоу снова засмеялся, поднимаясь на локтях. Но с лёгкостью был повален обратно, прижат к горячему телу. — Я хоть чаю нам сделаю, — улыбнулся Чжоу, поднимаясь. Вэнь поднялся следом, наблюдая, как парень ищет чистое белье, надевает тёмную оверсайз футболку. — Может… Без кофты? — поджал губы Вэнь, когда парень потянулся к длинному кардигану. — Я уже знаю о твоих… Шрамах. Если стесняешься их при мне… Я это… Мне всё равно, что где есть, я хочу поговорить с тобой о них. Чжоу оставил кардиган в покое. В одном белье и футболке он смотрелась очень по-домашнему. И мило. Растрёпанный воробей. Кэсин же тоже приоделся до банальных белья и футболки только после душа. Цзышу хозяйничал по кухне, заваривая новый чай в чайничке. Вэнь прилип к нему со спины, не собираясь отставать. И Чжоу смирился со своей участью быть заласканным ещё и на кухне. — Кушать что-нибудь будешь? — парень повернул голову, чтобы поймать чужие губы своими. — Ну если только тебя, — слегка лизнул нижнюю губу языком Вэнь, вдыхая запах растрёпанных волос. До сих пор пахнут шампунем с травами. Юноша про себя улыбнулся. — На столе брать можно, но только не на кухонном, — расставил границы дозволенного староста, снова отвечая на поцелуй. Пока его не отвлёк чайник. — Садись, почаёвничаем, — кивнул Чжоу в сторону стола. Вэнь сразу сделал пометку, что переспать здесь не получится. Строгий запрет, а старших надо слушаться. — У тебя очень вкусный чай, — облизнулся Кэсин. И от Чжоу пахнет чаем. Чаще всего зелёным. Терпкий запах благовоний оседал на его теле, смешивался с запахом чаёв, лёгкой парфюмированной воды, как видение. Почти не ощущающееся, но Вэнь старался различить и запомнить. — Потом пойдем валяться? — благодарно кивнул Цзышу, делая глоток. — Угу. Хочу заобнимать тебя. Цзышу тоже этого хотел. Сильно. Чтобы обнимали, чтобы он сам касался. Давно забытые чувства вспыхнули в груди. Они же не просто партнёры по сексу, да? И Цзышу уже слышал признания от Вэня! — Слушай, а мы считаемся парой? — выйдя из душа, Чжоу, кажется, ещё больше стал пахнуть чаем. Кэсина аж понесло. И от вопроса, который ему задали, стало немного неловко. — Ну… Да. Ты же меня любишь, да? — получив в ответ утвердительное мычание, парень улыбнулся. Прижал Чжоу поближе к своей груди. — Надо чем-то заняться, — потянулся Чжоу, устраиваясь удобнее под одеялом. — Можно посмотреть дорамы, — пожал плечами Вэнь. — Хотя нет, я хотел поговорить о твоих шрамах. — А… Это. Ну… Поскользнулся, упал. Очнулся — весь изрезанный. Вообще парень пытался шутить, но его юмор не одобрили. — Ладно-ладно. Просто было больно, плохо и одиноко. Потом подсел на эту боль. Когда хотел бросить, всегда возвращался. Потому что так для меня было легче. — Даже лезвием по шее, да? — недовольно буркнул парень, напоминая, что видел на нежной коже порезы. — Угу. Меня чуть в дурку не упекли. Потому что после анализов вскрылась эта тема и был риск заражения крови. Ну там понимаешь, уже почти нереально. И такими темпами парень протянул бы меньше. Намного меньше, чем если бы он обрабатывал хотя бы раны и лезвия. Ну и ножницы. — Я следить за тобой теперь буду. — Да я уж понял. Чжоу развернулся к парню лицом, протянув руку к его щеке. Слегка притянул к себе, чтобы чмокнуть в губы. Такого мимолётного жеста Вэнь не воспринял, утягивая в очередной глубокий поцелуй, проталкивая поглубже свой язык. — Тебе не хватило? — Цзышу замычал в чужие губы, когда голова стала кружиться от недостатка воздуха. Вэнь не давал ни секунды на вдох. — Нет. И снова нежный поцелуй опалил огнём мягкие губы. Чжоу хотел удобнее вывернуться, чтобы целоваться было полегче. Вэнь лишь прижал парня поближе, сжимая пальцами тёплые бока. Несдержанно рыкнув, Чжоу перевалился на Кэсина сверху, сжимая острыми коленками его бока, насев сверху. Вэнь же слегка приподнялся на локтях, вывернулся так, чтобы быть в полусидячем положении, заставляя парня скатиться вниз на его бёдра. Цзышу это не остановило. Прижавшись поближе, запрокинув голову, он позволил Кэсину влажными поцелуями обласкать его шею, задеть старые метки близости, жарко вылизать места прошлых укусов. Прихватив легонько зубами метнувшийся кадык, Вэнь блаженно прикрыл глаза. Цзышу застонал, заёрзав. Тепло возбуждения жаром разошлось по позвоночнику. — Снова? — всё ещё будучи сверху, староста потёрся пахом об ещё не так сильно выраженное возбуждение. Сам застонал, закусив губу. Он хотел поцеловать. Притянув парня к себе, Чжоу вцепился в его губы, сплетаясь языками. Позволил себе потерпеть от наглого студента поражение, когда тот, сжав двумя руками его ягодицы, будто бы насадив на себя как можно ближе, протолкнул свой язык в жаркий рот. Чжоу положил руки на крепкие плечи, огладил слегка, прижался поближе, потираясь ягодицами о вставший член. Отвечал на поцелуй нежно-нежно, будто не замечал такого жаждущего Вэня в плане возбуждения. — Долго игнорить будешь? — запустив руку под резинку чужого белья, размазывая смазку по головке, наконец-то буркнул Кэсин. — У нас полно времени, — улыбнулся Чжоу, подаваясь ласкающей руке навстречу бёдрами. — Кончишь для меня без рук сегодня? — Цзышу кивнул. Без рукоприкладства так без рукоприкладства. Чжоу мог быть и сверху, не только в позиции принимающего, но сегодня не было настроения перечить партнёру. Мозг думал только о том удовольствии, которое предстоит ощутить, а Цзышу не смел противиться. Всего лишь продолжал целовать наглого Вэня, ощущая его сильные руки на своих ягодицах и спине. Тихонько постанывал, чуть ли не мурлыкал от ласки Кэсина, сжимая его плечи и выгибаясь, подставляя шею и ключицы. — Где? — намекнул Вэнь на то, что пора бы уже и делом заняться. — Под подушкой. Какой-то из, — протянул парень, вспоминая, куда тюбик мог укатиться вчера, если с кровати точно не падал. Вэнь кивнул, на секунду отрываясь от парня, откидываясь назад, чтобы залезть под подушки. Цзышу неловко закусил губу. Словно неопытный школьник, который не знает, что делать. Его первый раз примерно таким и был. Сидел и ждал, пока партнёр найдёт смазку и презервативы. Порезы резко зачесались, и Чжоу слегка коснулся разгорячённой кожи холодными пальцами. — А ну не трогай, — как котёнка, Кэсин ткнул парня пальцем в грудь, снова принимая то сидячее положение. Поцеловал нежно, сильнее распаляя. — Не буду, — надул губы Цзышу и улыбнулся. Привстал, пытаясь стянуть с себя бельё. Вэнь последовал его примеру, оставаясь только в футболке. — Оставь, мы потом всё равно ничем заниматься не будем, лень, — повалил Кэсина староста, когда тот попытался снять футболку. Потом же лень одеваться будет, а тут и так почти всё видно. Парень поднял бровь, но послушался, переворачивая Чжоу на спину. Теперь парень лежал под ним, растрёпанный, возбуждённый и до безумия красивый. Цзышу нашарил рукой выскользнувший у Вэня тюбик со смазкой, выдавливая на пальцы. Расстояние между их телами позволяли просунуть руку туда вниз. Чжоу протолкнул внутрь два пальца, прикрыв глаза. С приоткрытых губ сорвался несдержанный стон, когда без труда вошло сразу два пальца, а внутри от растяжки совсем скоро перестало быть приятно заполнено — мало. Вэнь даже привстал, чтобы не мешать старосте растягивать себя. Как-нибудь он всё-таки трахнет его в аудитории. Только Цзышу закончил растяжку, желая притянуть свободной рукой к себе ближе Кэсина, как тот придавил эту руку над его головой, громко цокнув. — Продолжай, — Чжоу не устоял перед сладким властным голосом, влажные пальцы вновь скользнули внутрь. Слишком возбуждённый, Цзышу растрахивает себя тремя пальцами под сжирающим взглядом Кэсина. Закусывает губу, не смея отводить глаз. Довольно облизнувшись, Вэнь опускается ниже, дорожкой поцелуев, отпустив изрезанное предплечье. Ухватив Чжоу за бёдра, выжидающе глядя, как староста вымученно разводит внутри себя пальцы, чуть ли не хныча. Такой правильный на парах и такой развратный в постели. — Молодец, послушный мальчик, — когда Чжоу позволили перестать мучить себя ненужной растяжкой, он вынул влажные пальцы, слегка выгнувшись в пояснице. Вэнь же, глядя, как сводятся вымученно брови домиком, снова облизнулся, притягивая Чжоу за бёдра ближе к себе. Тот с удивлённым стоном хватается за подушку, сжимаясь. Но тут же выгнулся с громким стоном, молясь всем богам не прибить партнёра. Горячий язык толкнулся в растраханную дырочку, слизывая смазку, смешивая её со слюной. Чжоу дёрнулся от неожиданности, но его прижали ещё ближе, глубже проникая юрким языком. Вылизывая горячие стенки, надавливая, Вэнь украдкой глядел на Цзышу. Щёки покраснели, сбитое дыхание неровно вздымало грудную клетку и гоняло кадык вверх-вниз. Схватившись за подушку, Чжоу выгнулся в спине, с приоткрытых губ в такт движениям умелого языка стали срываться несдержанные вздохи и стоны. Ноги предательски задрожали, когда Вэнь прошёлся языком вплоть до возбуждённого члена. Захватив головку в плен горячего рта, посасывая нежно со сладкими причмокиваниями. Чжоу схватился за подушку второй рукой, крепко сжал в пальцах, когда парень заглотил его член до основания, в пару глубоких движений головой умудряясь довести до дрожащих ног. Кэсин умело доводил старосту, снова проникая языком в растянутое отверстие, вылизывая пульсирующие стенки, жадно причмокивая, стараясь толкнуться как можно глубже. Цзышу застонал громко, вплетая пальцы в чужие волосы. Вжимая Вэня в себя, громко вскрикивая на ласки, бурно реагируя на каждое касание к себе. — Я хочу тебя, просто трахни меня… — захныкал Чжоу, отпуская Вэня, почти грубо сжимая свой член. — Я уже трахаю тебя, — выдохнул Вэнь жадно, уже собираясь продолжить вылизывать парня. — М-м-м… А-Син, я… — Кэсин приподнял глаза, заинтересованно глядя на закусившего губу Цзышу. Перехватил поудобнее его бёдра. — Что ты хочешь, солнышко? — облизнулся студент, огладив нежную кожу, оставив жирный засос на внутренней стороне бедра, перекрыв пару почти заживших порезов. — Я… Трахни меня, — но когда Вэнь снова потянулся ближе, чтобы вылизать его, сразу стал поправлять себя. — Членом… Я хочу твой член, просто выеби меня, умоляю. — Но тебе понравилось, — смазав свой член, Вэнь уже хотел было притянуть Цзышу к себе, чтобы поцеловать. Тот опередил парня, перевернув того на спину, седлая бёдра. Прижав Вэня к стене, чтобы тот был в сидячем положении, Чжоу самостоятельно насадился на его член, не давая себе время на привыкнуть. Сразу набирая темп, запустил руки под его футболку. Сжимая между пальцев соски, ластится к его шее, подцепляя кожу губами. Не сдерживает себя в потоке удовольствия, заставляя Вэня думать, что он всё-таки снизу… Обволакивая жаркими стенками его член, сжимается, со влажными шлепками опускаясь вниз до конца. — Ты меня с ума сводишь, — Вэнь вцепился в чужую шею, вгрызаясь в беззащитное горло. — Я знаю, — мурлыкнул староста, останавливаясь, ёрзая на месте, пытаясь изменить угол проникновения. — Наглец, — чмокнул Вэнь где-то под челюстью, обхватывая мягкие щёки в тёплые ладони. Вновь впился в губы, стараясь не думать о том, как же горячо выглядит сейчас Цзышу, пусть и в футболке. — Не двигайся, — стиснул в крепких объятиях любовника Вэнь. — В тебе так хорошо… Такой узкий… Горячий… Мой. Последнее слово он очень уж ярко выделил, прежде чем завалить парня на кровать, вдавливая его в постель, резко и быстро вбиваться в податливое тело. Чжоу не возражал. Ему нравилось, нравилась лёгкая боль, иногда проскакивающая от того, что он сам не позволил себе привыкнуть к размеру, от того, что они с Кэсином походили сейчас на кроликов в период спаривания, что сейчас Вэнь не был так нежен, но и Цзышу нравится его грубость. — Быстрее! — застонал Чжоу, пытаясь насаживаться, сбивая любовника с определённого темпа. — Нет, мой хороший, — с похабненькой улыбочкой облизался Кэсин. Быстрый темп сменился нежным, медленным. Прижав к подушкам сведённые запястья, Вэнь сменил гнев на милость, с издевательской нежностью глядя на извивающегося под ним старосту. — Не изводи меня, молю, я уже… — выгнулся со стоном Чжоу, когда его оргазм прервала крепкая рука. От сверхстимуляции хотелось плакать, каждый толчок пропадал по простате, органы сжимались от накатывающих волн удовольствия. — Мой хороший, — стоило Цзышу прижаться поближе, сведя щиколотки, обхватив крепкий торс ногами, шепнул Вэнь. Кэсин легонько коснулся губами мягкой щеки, выстанывая имя любовника, вздыхая в унисон, толкаясь в жаркое нутро всё глубже. — Я тебя умоляю, быстрее… Ну хочешь, я тебе отсосу… — взмолился Чжоу, не выдерживая сладкой пытки, готовый излиться от каждого малейшего движения. — Потом как-нибудь отсосёшь. Парень решил сжалиться, переворачивая Чжоу на колени, вжимая его грудью в кровать. Задрав повыше его футболку, Вэнь с каждым разом всё резче толкался, вернув своим движениям жёсткость и властность. Цзышу вело. Вело с такого Кэсина, его толчков, чуть хриплого на стонах голоса. Да и Вэня тоже конкретно понесло. От одного только вида выгибающейся спины, сжимающих крепко покрывало рук, трясущихся ног. — Ещё, умоляю… — Чжоу даже глаза закатил от удовольствия, не пытаясь сдерживать голос. — Такой ненасытный, — цокнул Вэнь, потакая партнёру. Тот чуть ли не скулил. Член до болезненного возбужден, изнывает от нехватки ласки, сочится смазкой, пачкая постельное бельё прозрачной жидкостью. Но Цзышу помнил про своё обещание, поэтому почти до треска сжимал в пальцах одеяло и покрывало, хватался за подушки, лишь бы руками не натворить дел. — Всё ещё помнишь, да? — Вэнь наклонился поближе к раскрасневшемуся уху, обхватывая рукой истерзанную ранее шею. — Конечно, — волны удовольствия искрами разлетались по позвоночнику, властная рука, сжимающая шею, перекрыла доступ к кислороду. Цзышу всхлипнул, выгибаясь. Так хорошо ему даже с бывшим не было. С трудом различая, что происходит вокруг, парень сгорал спичкой в потоке жарящего удовольствия, почти до боли колющего всё тело, когда оргазм, сжалившись, всё-таки настиг его. Излившись на покрывало, выгнувшись дугой, прижимаясь к крепкой спине Вэня, Цзышу захрипел, прося отпустить его шею. Кэсин, прикусив нежную мочку уха, придержал Чжоу за талию, остановившись. — Двигайся, блять, Вэнь, мне тебя учить надо, как трахаться? — Цзышу подался бёдрами назад, тут же зажмуривая глаза. Тело пробило дрожью, но парень упорно пытался двигаться, кусая пухлые губы. — Ты же такой чувствительный, — нежно шепнул Вэнь, но староста не слушал. Схватив Чжоу за бёдра, крепко фиксируя того на месте, парень с удвоенной силой начал вбиваться в затраханное тело. Цзышу уткнулся лицом в подушку, заглушая непроизвольно рвущиеся из его горла стоны, скулил и хныкал, с жадностью подмахивая бёдрами. С громким рыком Вэнь излился глубоко внутрь, заставляя Цзышу повторно содрогнуться в оргазме. Обессиленно застонав, Чжоу вновь уткнулся в подушку, желая задушиться. Как шлюха себя ведёт, ей богу. Кэсин завалился рядом, прижимая к себе спиной Цзышу. Закинув на него ногу, чтобы быть уверенным в невозможности побега с его стороны, Вэнь принялся целовать его истерзанную шею, щёки, плечи. Куда мог дотянуться. — Теперь мы точно никуда не пойдём, — захныкал Цзышу, прижимаясь к любовнику. — Дорамы хоть посмотрим, — усмехнулся беззлобно Кэсин, слушая, как восстанавливается чужое дыхание. — Включай, — сложил губки уточкой Цзышу, отваливаясь от Кэсина, чтобы лечь звёздочкой, показывая, что сейчас никуда сам вставать не будет. — Вот ты задница вредная, — буркнул Вэнь, слезая с кровати за пультом. — Зато эту самую задницу я пока ещё подставляю, — перегнувшись через мягкий бортик, Чжоу потянулся к тумбочке. Где-то там были салфетки. Устало потянувшись, парень вытерся, откидывая упаковку подальше. — Будешь засматриваться на парней с экрана, я тебя ещё раз трахну, — снова забурчал Вэнь, заваливаясь обратно, перематывая заставку какой-то недавно вышедшей в прокат дорамы. — Ну я же на их лицо смотреть буду, — старосту пробило волной смеха. Притянув Кэсина к себе, подложив истерзанную ранее подушку под свою спину, парень прикрыл его одеялом, устраивая в полулежачем положении на своих бёдрах. — Ой, всё, — цокнул Кэсин, подхватывая смешки старосты. — Люблю тебя. — И я тебя, — мурлыкнул Чжоу, давая обвить истерзанное предплечье и уткнуться носом. Развлечение в виде просмотра сериальчиков Вэня быстро утомило, и тот стал приставать к увлёкшемуся Цзышу. То коленку его сожмёт, то укусит слегка руку. Долго пролежать в одной позе он не смог, накрывая Чжоу одеялом, укладываясь рядом с ним. Видя, что его так нагло игнорируют, парень пролез руками под тёмную футболку, потянулся ближе к пестрящей алыми и бордовыми метками шее, осторожно чмокнув. Цзышу вздохнул, переводя взгляд с телевизора. — Ну что? — Ты обещал, что отсосёшь, — поджал губы Вэнь. — Не обещал, — цокнул Цзышу. — Но отсосу. Явно удивленный таким быстрым согласием, Вэнь даже не уследил, как Чжоу стёк водичкой вниз, откидывая одеяло. Немного согнув его ноги в коленях, парень ухмыльнулся довольно, глядя на Кэсина из-под полуприкрытых ресниц. Обхватив в кольцо пальцев полувставший член, Цзышу лизнул головку. Вобрал почти до половины, возбуждая плоть. — Блять, А-Сюй… — заскулил Вэнь, когда Чжоу втянул щёки, опускаясь до самого основания. Быстро переключился с просмотра сериала на совершенно другое. — Сам просил отсосать, — закатил глаза Цзышу, выпуская член изо рта. — Вот и работай, — поджал губы Вэнь, вплетая пальцы в тёмные пряди, насаживая Чжоу на себя. А работал, ртом, то есть, Цзышу хорошо. Языком ласкал каждую венку, смотрел томно глазками, заволочёнными пеленой похоти. Цеплялся иногда слишком крепко за молочные бёдра, оставляя след от пятерни, потому что воздуха становилось ничтожно мало. Специально давился, стоило вобрать до самого конца. И Вэнь готов был прибить старосту, когда тот с вожделенным стоном ласкал его член вибрацией своего голоса, жадно присасываясь к возбуждённой плоти. Чуть ли не мурча, брал за щёку, возвращаясь к головке. Рука Кэсина в его волосах вовсе не смущала, потому что Вэнь даже не направлял. Запрокинув голову назад, тяжело дышал, выстанывал имя любовника, иногда крепче сжимая тёмные пряди. Чжоу нагло пользовался своей безнаказанностью и свободой, вылизывая яички, обхватив член в кольцо пальцев. Кэсин закрыл глаза, изящно выгнувшись в спине. Цзышу снова вобрал по самое основание, активно работая головой и языком. Хлюпающие звуки сводили с ума, и Вэнь всё-таки взглянул на старосту. Волна удовольствия пробила по позвоночнику, и уже готовый излиться член дёрнулся в горячей глотке. Но Цзышу пережал его у основания, вынимая изо рта, заставляя парня скулить. — Смотри, у них намечается праздник, — медленно и лениво оглаживая возбуждённый орган, Цзышу повернул голову к экрану, будто бы увлечённо смотря кино. — А-Сюй… Для меня будет праздником, если ты дашь мне кончить, — заскулил Вэнь, слегка подаваясь бёдрами, толкаясь в чужой кулак. — Да? — Чжоу вернулся в прежнее положение, глядя на Кэсина снизу-вверх. — Да… — Вэнь закусил губу, когда староста снова вобрал в рот почти до половины, неотрывно следя за реакцией партнёра. Показушно взял за щёку, вернулся к головке, широко проходясь языком. Кэсин заскулил, подрагивая, хватаясь за чужие волосы, оставляя от безнаказанности парня целое ничего. А тому, кажется, даже в кайф. Цзышу стонет сладко, пропуская в расслабленное горло, сглатывает, стоит Вэню насадить его ртом до основания. Ухватив крепко его бёдра, Чжоу совсем не сопротивлялся, позволяя иметь себя в рот. И излиться глубоко внутрь с громким стоном удовольствия. Цзышу даже подавился, зажмурившись, чтобы случайно не задеть зубами чужое достоинство. Проглотив всё до капли, староста привёл дыхание в порядок, стараясь игнорировать своё неудовлетворенное желание. — Иди сюда, — Кэсин притянул Чжоу к себе, усаживая его между своих ног. — Отблагодарю пока только так, угу? — шепнул парень, прикусывая нежно мочку уха. Обхватил ладонью влажный от смазки член, лаская умелыми пальцами. — Угу… — только и смог выдавить из себя парень, пытаясь податься в чужой кулак. Прикусив губу, слыша тяжёлое дыхание у своего уха, Цзышу зажмурился, замычал почти до скулежа. Вэнь нагло дразнит, играется на нервах и удовольствии. И Чжоу не против, он отдаётся парню, позволяя пошире раздвинуть свои ноги, обласкать чувствительную плоть. Облизнувшись, Цзышу вобрал в рот два пальца, тщательно обсасывая и облизывая. Поза, в которую усадил Вэнь, позволяла сделать шалость. Протолкнув влажные пальцы во всё ещё растянутую дырочку, Цзышу позволил себе откинуть голову на Кэсина. Толкаясь пальцами всё быстрее, Чжоу заставил парня ускорить свои действия рукой. Внутри натягивался всё сильнее узел удовольствия. Кое-как неудобно перегнувшись, Цзышу поймал сладкие губы в свой плен, утягивая в поцелуй, громко выстанывая. Попав пару раз по простате, Чжоу захныкал, изливаясь в чужой кулак, ласкающий в темп с толчками пальцев. Тяжело дыша, староста замычал гулко, целуя Вэня где-то под челюстью, вынимая пальцы. Еле как свёл ноги вместе, освобождаясь от плена Кэсиновых рук и ног. — Я буду тебя теперь кроликом называть, — вздохнул он. — Всё хочешь трахаться, прям как кролик. — Тогда и ты тоже кролик, — хихикнул Вэнь, целуя Чжоу в макушку. — Даже спорить не буду. Зарывшись в объятия Кэсина, Цзышу, будто обидевшись, продолжил смотреть телевизор. Удобно устроившись, укутав и его одеялом, Чжоу иногда тянулся за чужой рукой. Переплетая пальцы, чувствуя мерное дыхание со спины. — Тебе хоть что-то нужно съесть, — выдохнул Вэнь в мягкие волосы. — Я ел в институте, — поджал губы Цзышу. — Маловато чёт ты ел, — Кэсин обиженно укусил парня за плечо. — Это не повод есть меня! — возмутился парень, но тут же засмеялся, когда Вэнь с громким рычанием начал кусать его шею и плечо, тряся из стороны в сторону, сцепив замком руки на уровне его живота. — Пойдём я хоть булочки приготовлю, — уже серьёзно пробухтел парень, чмокая укушенное недавно место, расцветающие красным укусом. — На кухню без трусов нельзя. Моя задница не выдержит ещё одного нападения твоего лисьего высочества. — Величества, — хохотнул Кэсин, одеваясь. — Без. Трусов. Не. Пущу. — Да понял я, — глядя на улыбающегося Цзышу захотелось улыбнуться в ответ. Но готовка еды для любимого человека долго ждать не будет. — Они пресные, да? — пришлёпав на кухню чутка позже, чем Вэнь, Чжоу приобнял того. Парень не особо суетился, радуясь, что с его появлением в холодильнике перестало пустовать. Правда почти ничего не съедалось, но это не первостепенная проблема. — Я сделаю совсем немного. Поэтому да. Я должен убедиться, что ты сможешь это есть. Ну и одновременно с этим Кэсин будет готовить лёгкий куриный бульон. Чжоу готов был прослезиться, будь он немножко сентиментальнее, конечно. Чтобы не чувствовать себя ущемлённым на своей же кухне, парень решил заварить чаю. И делом займётся, и мешать особо не будет. Убирая чайник с плиты, староста на секунду задумывается о покупке электрического. Ну… Может, как-нибудь… Потом где-то через пару лет… Когда будет не лень. — Слушай. Я вот что думаю, — неожиданно прервал тишину Кэсин. — Мы же, ну… В отношениях, да? Мы должны знать друг о друге побольше. — И что же ты хочешь обо мне знать? — улыбнулся беззлобно Чжоу, отрывая взгляд от чайничка с заваривающимся чаем. — Всё. Выкладывай, — Цзышу аж потерялся. Но вовремя понял, что от него хотят и, стараясь не отвлекать сильно Вэня, начал рассказывать. И что сколотил недо-банду на родине, и что родители его не признавали из-за ориентации, что нет их сейчас, что кошка была, что за ним на первом курсе бегали девчонки, что чай пьет как алкоголь, то есть конкретно бухает… И что там ещё нужно знать парочкам? Любимый цвет, любимая музыка, любимое блюдо. Последнее, кстати, это чай. Вэнь даже засмеялся, потому что у самого по венам вместо крови зелёный чай. А теперь это чай, приготовленный его парнем. Ещё и старостой его группы в институте. Куда он вообще по чистой случайности попал по обмену, потому что оценками подошёл. Только корейский не знал, разве что. Но на это закрыли глаза. И вот надо же так, втюхаться в старосту, начать с ним встречаться, хотя и не знать его так хорошо, как надо бы. — Мне мама говорила, что я был очень милым ребёнком в детстве, — пожал плечами Цзышу. — Сам я так не считаю. Сейчас тоже, кстати. — Я тебя сейчас половником по башке огрею, — упёр руки в боки Кэсин, снимая бульон с огня, выключая духовку — булочки тоже готовы. — Показывай давай. Примирительно подняв руки, Цзышу со смехом поспешил в комнату за телефоном. Листая галерею, парень искал свои детские фото, которые мама пересылала ему когда-то давно. — Вот, только не бей, — сложил губы уточкой Чжоу, отдавая парню телефон. — Очень милый ребёнок. Что в пять, что в пятнадцать, что за двадцать, — хихикнул Вэнь чмокнув Цзышу в щёку. — Ой, да ну… — поморщился парень, но потёрся благодарно щекой о чужое плечо, вздохнув. — У тебя есть свечи? — поинтересовался Вэнь, осматривая кухню, сощурив взгляд. — Прости, ректальные? — Чжоу засмеялся, прикрывая рот ладонью. — Не-е-ет! — пихнул парня в бок Кэсин. — А у меня есть. — А я хотел романтики, эх. — Да понял я, сейчас принесу. И староста действительно притащил ароматические свечи с запахом чая, ещё и благовония на всякий случай. — Ну ты чаесексуал, конечно, — присвистнул Вэнь, но своё кулинарное чудо в виде булочек в сахарной пудре поставил на середину стола. Задёрнув все шторы, прячась от дневного света, Кэсин нашёл спички, зажигая свечи. Чжоу, успев найти себе приличные шорты, пихнул ещё одни парню. — Романтично. И вкусно, наверное, — принюхавшись, Цзышу понял, что не ощущает рвотных позывов, как это обычно бывает почти со всей едой. — Только бы я не зря старался, — сложил руки в молитвенном жесте Вэнь, усаживаясь за стол. — Надеюсь, что нет, кролик мой, — Цзышу уселся за другой стул, подлавливая руку Кэсина, придавливая слегка её к столу. — А почему кролик-то? — облизнулся Вэнь, отломив кусочек от булочки. Вообще-то вкусно… — После смерти моего кота я всё хотел завести себе питомца. Кролика или кота. Кролика вот завёл. И он часто чёт заводится, — хихикнул Чжоу, слегка наклонив голову вбок. — Ну извините, секса давно не было, — пожал плечами парень, улыбнувшись. — Извиняю, — кивнул староста, рассматривая в руке булочку. Выглядело очень даже съедобно, но хотелось подстебать Кэсина. Всё-таки сжалившись над парнем, Цзышу откусил кусочек. Посидев с минуту, ожидая реакции организма, Чжоу чутка напрягся. Но когда оказалось, что Вэнь-то действительно волшебник и его стряпню можно есть, Цзышу с радостью умял за обе щеки почти половину содержимого тарелки. — Ты аферист? — поднял одну бровь староста, хихикнув, когда Кэсин смущённо отвёл взгляд. — Только много не откармливай меня, а то опять попрёт по новой. Вэнь улыбнулся, спеша скрыть эмоцию чашкой с чаем. — Кстати, а помнишь, в тот день, когда мы познакомились… — начал было парень, но тут же прервался, хватаясь за телефон, который Чжоу, к счастью, прихватил на кухню. Достав из-под непрозрачного чехла записку с благодарностью, что стала первым банальным поводом познакомиться, Кэсин помахал радостно ей у чужих глаз. — Темно, потом покажешь, — улыбнулся парень. — Эх ты, а я тут знаменательный момент вспомнить решил, — обиженно надул губы Кэсин. — Ну-ка дай, — староста взял из чужих рук бумажку, присматриваясь к записи на ней. — Ёлы палы, это моё что-ли? — Это ты в библиотеке тогда оставил, — довольно задрал нос студент, будто это произошло несколько лет назад, а не неделя-две ранее. — Я тебе теперь по гроб жизни должен? — вопросительно поднял бровь Цзышу, откусывая кусочек булочки. — Ну не так серьезно. По кухне разнёсся дружный смех. Вэнь разглядывал парня в свете свечей и тусклых солнечных лучей, всё-таки пробивавшихся через шторы. А тот смотрел игриво в ответ, пережёвывая лакомство. Морщил по-кошачьи нос, иногда прислушиваясь к звукам телевизора из соседней комнаты. Даже молчать в такой обстановке было комфортно. И Цзышу был похож на кота. Большого и ласкового, который из оборванца в заботливых руках мог стать чистым и ухоженным. Староста был ухоженный, красивый и опрятный, но вот чувства и эмоции — другое дело. Вэнь нагло проникал всё глубже, просачиваясь к сердцу, забирая огромный кусок территории для себя. Хотелось обнимать его, целовать, никуда не отпускать. — Можем продолжить романтический день-вечер не при свечах и в комнате? — улыбнулся Чжоу, когда чашки с чаем опустели. — Всё, что пожелает мой котёнок, — облизнулся Кэсин, поднимаясь из-за стола вслед за парнем, прибираясь и туша свечи, пока тот шлёпал в комнату. — Вроде ничего не делали, а я устал, — когда Вэнь появился в поле зрения Чжоу, парень раскинулся звёздочкой на постели. А потом и вовсе элегантно растянулся на половине, потягиваясь, словно кот. Ну вот, даже здесь на кота похож. — Ты точно не кот-оборотень? Занял всю кровать, а согнать жалко, — хихикнул студент, заваливаясь осторожно, но очень близко, затягивая в объятия. — А ты не хули-цзин? — облизнулся парень. — Слишком уж ты хитрый и собственник. Улыбнувшись во все тридцать два, довольный собой, Цзышу попытался куснуть Вэня. Почти детская или же кошачья игривость напала на парня. Перекатываясь на постели из одного места на другое, игриво кусаясь, парни действительно походили на кота и лиса, играющих друг с другом. Но игра вымотала их слишком быстро. Тяжело дыша, Вэнь оставил в покое развалившегося на нём старосту. Выдыхая в его макушку, парень легонько касался губами тёмных прядей, целуя. Его А-Сюй во всём его. Уставившись в телевизор, парень действительно увлёкся сериалом, заставив и Чжоу наблюдать за происходящим на экране. И уже когда солнце начало заходить за крыши высоток, прячась за их громадными конструкциями, Кэсин, крепко обнимая Цзышу, немного начинал посапывать. И вскоре парня действительно сморило, и тот мерно дышал Чжоу в макушку, сонно сопя. Цзышу кое-как дотянулся до пульта, выключая телевизор. Раз спать, так спать. Перевернувшись, чтобы быть к партнёру лицом, Чжоу заворожённо стал глядеть на его губы. Красивые черты, нечасто можно видеть Вэня настолько удовлетворённым и спокойным. Прижавшись на секунду к его пухлым губам, Цзышу тут же отпрянул, утыкаясь носом в крепкую грудь. Спать. Точно-преточно спать. Чувствуя крепкие объятия, из которых невозможно выбраться, ощущая дыхание в свою макушку. Стоило утру начать пробиваться сквозь занавески, Чжоу распахнул глаза. В кровати он оказался один… Интересно получается, что с Вэнем наладился его сон, да питание понемногу приходит в норму. А он взял и ушёл. Даже не разбудил. И в выходной день рано встал. Поднявшись с постели, устало бредя в ванную, Чжоу пытался сообразить, почему он один дома. Всё ещё сонный, с трудом позавтракал. Благо еду сделал Вэнь, а проблема теперь заключалась больше в желании. Окончательно проснувшись, Цзышу всё-таки решил позвонить Кэсину. Набирая его номер, парень ощутил сильное желание покурить, что-ли… Теребя край футболки, староста слушал гудки. — А-Сюй, солнышко, ты проснулся, — сразу послышалось по ту сторону экрана. — Почему тебя нет дома? — поджал губы Чжоу, глядя в окно. — Я думал, что ты проснёшься позже, поэтому решил сделать тебе подарок. Минут десять, и я буду дома, хорошо? — Хорошо, жду. Так. Вэнь не кинул, просто вышел из дома. Главное, чтобы он не сделал никакой хуйни, как он это любит. Похлопотав в доме по поводу лёгкой уборки, Чжоу сел ожидать звуков в прихожей. Сел поближе к двери, на кухонный стол, потому что кухня была ближе всего. Вдруг действительно послышались торопливые шаги за дверью, нервные попытки с первого раза открыть дверь. Человек за ней волновался, и Чжоу на мгновение напрягся. — А-Сюй! — радостно воскликнул парень, влетая в квартиру. — Смотри! Развернув свёрток из старого свитера, Цзышу так и застыл. Копошась и потягиваясь, в свитере развалился маленький рыжий котёнок. Сопя светлым носиком, смешно потягивая лапки, зверёныш проснулся от шума. Принюхавшись к чужим запахам, он насторожился, так, как только могут совсем маленькие котята. — Это тебе, — улыбнулся Вэнь, спеша отдать питомца в руки старосты, чтобы закрыть дверь. — Мне? — промямлил Чжоу. — Тебе, — Кэсин приподнял за подбородок голову Цзышу, пару секунд неотрывно смотря в его глаза. Впился в его губы сначала как-то грубо, потом нежно и мягко целуя. — Правда? — шепнул в приоткрытые сладкие губы староста, ещё раз благодарно целуя. — Правда, — Вэнь соизволил снять куртку и разуться, ведя Чжоу за плечи в комнату. — Ты его где взял? — глупо похлопал глазами парень, но пушистика почесал за маленьким ушком. — А ты где «спасибо» потерял? — хихикнул парень, но продолжил, — купил. Обещают длинношерстного. Когда вырастет. — Так уж и быть, ты можешь рассчитывать на секс, — улыбнулся Цзышу. — Прощаю тебя, — хохотнул Вэнь, глядя, как парень забавляется с животным. — Как оформлять будем? — выдохнул он, отпуская котёнка гулять по дивану и обнюхивать новый дом. — А ты как хочешь его назвать? — наклонил голову Вэнь, разглядывая пошатывающегося зверёнка. — Микэ, может быть. Но ему пары цветов не хватает, — задумался Цзышу. — Никогда не думал, что выбирать имя коту — так сложно! — И что? Давай оставим Микэ. Если тебе нравится, — Кэсин обнял парня со спины, сковывая руки на его животе, покачиваясь из стороны в сторону. — Хорошо, тогда Микэ. Пошли в зоомагазин, нам для него ещё лоток покупать. Где ж я столько денег возьму. А прививки… — несмотря на то, что деньги все ещё были, а стипендия и временные заработки уже не такие уж и мизерные, Чжоу мог разгуляться в пределах разумного, учитывая, что часть расходов за квартиру ему оплачивали как ученику по обмену — сами сюда поселили. Но на зверушку Цзышу бюджет не рассчитывал, а ухаживать за животным качественно — довольно дорого. На свой страх и риск, пришлось оставить нового члена маленькой семейки одного дома. Но относительно ненадолго. Пока Микэ перебирался с дивана и по коврику, залезая во все интересующие его места нового дома, цокая малюсенькими лапками по кафелю на кухню, Вэнь и Цзышу уже успели вернуться. Не застав пушистого чуда, Кэсин заметно засуетился, на ходу скидывая куртку и ботинки. Чжоу поспешил разобрать покупки для Микэ. Миски, какая-то еда, которую советовали хозяева матери этого пушистика, тяжёлый лоток. — Я буду просить друга, который на заочном, приглядывать, если что. А где… Надрывное мяуканье прямо под столом. Чжоу, конечно, не наклонился. Справедливо опасаясь нашествия на свою задницу, парень присел, заглядывая под стол. Микэ сидел в дальнем углу, так, что его не видно. А его тут по всей квартире ищут. Оставив всю заботу на Цзышу, Вэнь собрался позаботиться о нём самом, планируя приготовить немного еды. Пытаясь не толкаться, Чжоу сел у подоконника на кухне, позволяя Микэ обнюхивать его руки и одежду. — Может позволишь разок отыметь себя на этом столе? — мечтательно пропел Вэнь, обращаясь к старосте. — Опять ты про секс, — цокнул Чжоу, закатив глаза. — Я подумаю. — Но ты говорил… — Можно. — Молчу. Цзышу усмехнулся. А потом шикнул — Микэ решил почесать маленькие зубки, кусая так выгодно подставленную рядом руку. — Маленький, а уже понимает всё. Лучше бы Вэня укусил. Ну-ка, Микэ, Микэшка, — у Чжоу раньше был кот, и парень помнил, как приучал своего прошлого питомца к имени. Котёнок оказался сообразительным, но всё равно неуклюжим. — Понимаешь, какую ошибку ты совершил? У меня нет другой квартиры, где мы будем спать, маленьким нельзя такое смотреть. — Главное не кто с кем спит, главное, чтобы все выспались, — Вэнь улыбнулся. — В любом случае спасибо. За всё, что ты для меня делаешь, — уловив момент, когда парень кинул на него недоуменный взгляд, Чжоу показал сердечко. — Завтра до пар время будет, можно будет разобраться с документами на Микэ, — как бы про между прочим бросил Кэсин, выключая плиту, когда тишина стала невыносима. — А сейчас что? — Чжоу поднялся с пола, хрустя косточками. Котёнок посеменил в комнату. — Можем заняться друг другом, — подмигнул парень, отходя от плиты. — Ой довыпендриваешься, — опасно прищурился староста. — Чем это? — Всё, иди оформляй бумаги на кота прямо сейчас, — растянул губы в гаденькой улыбке Чжоу. — За что?! — возмутился парень. — Чтоб отодрать меня захотел, ясен перец, — невозмутимо бросил Цзышу, но тут же рассмеялся. — Я тебя к кровати привяжу скоро, — насупился Вэнь. — Как ты ещё не помер от столь частых семяизвержений? — цокнул парень. — Иди давай. Я тот ещё шантажист, на кону секс на столе. Указав пальцем на бедный кухонный стол, Цзышу уже сто раз пожалел об этом. Он не выдержит такого напора. Если уж так хочется разнообразия, то хотя бы на стиралке там, на подоконнике, у стенки, у зеркала… Чжоу хоть десяток мест для уединения придумал бы. Почему стол? — Пока мы будем на парах, а я ещё до этого должен пойти разобраться с некоторыми денежными вопросами, нужно, чтобы кто-то был с Микэшкой. У тебя есть на примете заочники? — похлопал глазками Чжоу. — Подругу могу привлечь. Если не страшно, что мы тебя ограбим. — Тс, больно нужен я вам, — закатил глаза парень. За эту секунду Вэнь успел скрыться в дверном проёме. Видимо послушался, пошёл оформлять нового жителя. Только как бы послушен не был Кэсин, Чжоу, пусть всё-таки лениво и отвечал на поцелуи, лёжа с ним в постели, пока сверху топтался котёнок, но на все заигрывания не реагировал. Лапать себя не позволял, обнимал и посапывал. Кэсин тоже подумал, что слишком озабочен, потому и перестал лезть. На этот раз утро в одиночестве встречал уже не Цзышу. Вэнь, проснувшись, увидел сопящего и мурчащего на его груди Микэ. Пришлось встать, чтобы покормить его, хорошо тот не настолько маленький и уже отучен от молока. На холодильнике магнитом была прикреплена записка. От Цзышу — в доме больше никого и нет, а Микэ писать не умеет, да и Чжоу куда-то ушел, возможно, на работу. Неполный рабочий день и всё такое. Так, к слову, и оказалось. Записку Вэнь спрятал под чехол, улыбаясь своим мыслям. Быстро набрал подружке Гу Сян, которая как раз на заочном обучении. И часа не прошло, как девушка уже нянчилась с котёнком, иногда поглядывая, как друг-хозяюшка меняет постельное бельё и нервно прибирается в комнате. Пытаясь завязать с ним разговор, решила, что всё-таки это из-за отсутствия Чжоу. Проверив телефон, парень нахмурился: — Есть ещё один дубликат ключа, я тебе отдам. Сможешь же за этим малышом смотреть? Воспитывать там… Просто мне в универ после обеда. К двум. Пару переставили пораньше. — Не вопрос, — улыбнулась Сян, почёсывая Микэ за ушком. Вэнь не жаворонок, а та ещё сова, поэтому минимум через полчаса следовало выдвигаться в сторону университета. — Хорошо вам на заочке, — ныл парень, разлёгшись на коврике, где сидела Гу вместе с котёнком, пытаясь играть с ним фантиком на верёвочке. Устал от сборов в универ. — Ты спишь больше, чем я, где это тебе плохо на очном? — обиженно надула губки девушка, но тут же пихнула юношу в бок. Так шутить — нормально в их дружной компашке. Из двух человек, правда, но это ничего не меняет. — Скажи, ты с ним спал? — намекнула Сян на Цзышу, напоминая парню, что она в каком-то смысле помогла их отношениям. — Конечно, — хмыкнул Вэнь. — И как он? — поинтересовалась девушка. — Хотя стой, не говори. Фу. Она что, будет слушать об этом? Может ей и интересно, но пока что слишком… Странно, что-ли. Хотя она всю свою дружбу с Кэсином знала, что того привлекает только его пол. Даже шутила сначала. — Ну. Тогда я побежал, — пожал плечами парень, поднимаясь с пола. Ему ещё в институт. Спеша на пару, Вэнь пару раз звонил старосте. Тот не брал трубку. И на занятии не был. Видимо, не видел, что пару перенесли?.. Зато там большой перерыв до следующей… Столкнулся со старостой юноша уже после занятия, когда собирался найти точку с более стабильной связью, чтобы вызвонить Чжоу в сотый раз. В груди что-то ухнуло, и Кэсин, пулей подлетев к Цзышу, потащил его в сторону библиотеки. У заведующей сейчас обед, а значит она ушла надолго. А в такое время в библиотеке будут сидеть только заучки, разве что. — К чему такая резкость? И даже не поздоровался, — только и успел выдохнуть парень. — Прости, я увидел твои пропущенные. Я просто был в точке с ужасной связью, не мог позвонить. — Я успел соскучиться, — затащив старосту в самый дальний угол читального зала, который был скрыт массивными книжными полками, Вэнь поблагодарил всех богов за то, что здесь нигде не установлены камеры. Впиваясь жадным поцелуем в чужие губы, Вэнь запустил руку в мягкие пряди, распустив высокий хвост. — Кролик, тут люди есть, — попытался остановить Кэсина Цзышу, когда тот осторожно начал расстёгивать пуговицы его рубашки, в которую он соизволил одеться. — Всегда мечтал потрахаться в месте, где могут запалить. Парень облизнулся, усаживая старосту на крепкий стол. Тот и не сопротивлялся, даже пропустил между своих ног, скрестив щиколотки за крепкой спиной. Дыхание сбилось, желание быстро охватило его, но всё-таки парень пытался держать себя в руках. — У меня в сумке смазка, — шепнул Цзышу на ухо Вэню, когда тот потянулся стягивать с него штаны. — Зная тебя, лучше быть всегда готовым. Ты-то можешь и в подворотне зажать, — закатил глаза парень на недоумённый взгляд карих глаз. Пришлось залезть в сумку парня, чтобы действительно отыскать там тюбик. Вот же гад, задобрить пытается за своё отсутствие? — Что ты ещё прячешь и где? — хихикнул Кэсин, снова припадая к приоткрытым губам, позволяя старосте придвинуться почти вплотную. — Больше ничего, честно, — шепнул Чжоу, кое-как пытаясь стянуть с Вэня штаны и бельё. — У нас время есть, можешь не так сильно торопиться, — подмигнул парень, надавливая на чужую грудь, чтобы партнёр лёг. Благо место для такого «манёвра» здесь действительно было. — Если сюда кто-то зайдёт, нас выпрут не только из библиотеки, — буркнул Цзышу, сбрасывая на пол обувь, радуясь, что единственный человек, которого он видел здесь, был в наушниках. Навряд ли услышит, ему не будет дела до них. — Ладно-ладно, — успокоил парня Вэнь, грея на пальцах смазку, пока Чжоу снимал ненужные вещи. Два пальца легко скользнули внутрь, Чжоу прикусил запястье, чтобы случайно не издать слишком громких звуков. — Не церемонься, — почти заскулил парень, нетерпеливо пытаясь насадиться на растягивающие его пальцы. Откинув голову назад, выгнувшись дугой, Цзышу зажмурился. Воспользовавшись моментом, Вэнь подхватил его под бёдра, подтягивая поближе к краю, заменяя пальцы своим членом. Чжоу рвано выдохнул, чуть ли не всхлипывая. Первый толчок заставил пробежаться по позвоночнику колкое удовольствие, смешанное с лёгкой болью. Парня повело. Слегка зашипев, Чжоу вздрогнул, ёрзая на месте. Вэнь, что крепко держал его молочные бёдра, даже немного ослабил хватку, останавливаясь. — А-Син, давай, — Цзышу почти заскрёбся по столу, умоляя двигаться. Боясь причинить боль, Вэнь всё же двинулся. Видя, что Чжоу вовсе не против такой боли, что уже начинала отходить на второй план, парень понемногу ускорил темп толчков, закусывая губу. Хлюпы и негромкие шлепки кожи о кожу всё-таки хоть чуть-чуть были слышны. Не дай бог их всё-таки заметят. Понимая, что времени действительно маловато, Кэсин с удвоенной силой начал вбиваться в нежное тело, каждый раз попадая по простате. Вжимая старосту в себя, не позволяя уйти от его грубых и резких толчков. И наверное, это самый быстрый их секс. Подгоняемые страхом быть замеченными, стараясь не шуметь, даже целовались тихо. Цзышу даже не прикасался к себе, переставая соображать, сгорая в накрывающей всё сильнее волне удовольствия. Пытаясь не застонать, Чжоу снова стал кусать себя, глуша лишние звуки, даже порой рваные судорожные вздохи получалось сделать тише. Вдруг, заслышав шорохи, похожие на шаги, Вэнь остановился. Вжавшись в Цзышу до основания, Кэсин прислушался. Староста резко напрягся, слегка сжимаясь на чужом члене, тут же выгибаясь дугой. Вэнь еле сдержался от шипения на лёгкую боль. Когда шаги и шорохи утихли, означая то, что здесь точно никого нет, Кэсин остервенело продолжил вытрахивать из любовника всё живое. Чувствуя лёгкую дрожь в его теле, с похабненькой улыбочкой отпустил трясущиеся бёдра. Пытаясь держать равновесие, парень сразу же скрестил ноги за чужой спиной, никак не ожидая, что в этот момент его шею резко прижмут к столу, придушивая. Цзышу ухватился за душащую его руку, упиваясь своим шатким положением подчинения, готовый кончить от одного только его властного слова. — Давай, мой послушный, — шепнул на грани слышимости студент, обхватывая член Чжоу ладонью, размазывая смазку по головке большим пальцем. Парой-тройкой ласковых движений эта рука сумела довести Цзышу до одного из самых ярких оргазмов в его жизни. Всё-таки не сдержав голос, парень крупно задрожал, до боли сводя брови домиком. Изливаясь в чужой кулак, молясь, чтобы никто всё-таки этого не увидел и не услышал, Чжоу всхлипнул, уж очень ярко чувствуя каждое движение крепкого члена внутри себя. Каждое попадание по простате отдавалось болью, но это было настолько хорошо, что парень просто закрыл глаза, не в силах держать себя в руках. Слишком чувствительный, непроизвольно, но очень сильно сжимаясь, раскрытый и развратный, староста одним своим видом заставил Вэня излиться следом, глубоко внутрь, чтобы не пачкать ничего здесь. — Чтоб я ещё раз согласился на твою идею, — минуты три отходя от того, что сейчас произошло, вильнув задницей, чтобы Вэнь наконец-то вышел, Чжоу почти всхлипнул, когда Кэсин обиженно толкнулся внутрь. — Но тебе понравилось, — парень соизволил выйти из растраханного им тела, залезая в сумку Цзышу за салфетками. — Конечно, — на выдохе выдавил из себя староста, стекая со стола. — Стоять. Сейчас, вот, — вытирая Чжоу, избавляясь от всех следов близости, не забыв и про свою руку, парень заботливо окутал Цзышу той самой нежностью, которую любовник отверг во время секса, потому что любит пожёстче. — Одевайся давай. — А без тебя не понятно, — закатил глаза парень, облизывая пересохшие губы. — Посидим тут? — поинтересовался Вэнь, выглядывая из укрытия, чтобы удостовериться, что за ними ещё никто не выехал. — Весь мокрый и взъерошенный, как же, пойдём, — тсыкнул в шутку парень, усаживаясь за стол, к слову, всё ещё тёплый. Повернувшись к Вэню, староста оправил его одежду, легонько скользя от ворота кофты пальчиком по линии подбородка, по скуле выше к растрепавшемся волосам. Приглаживая, приводя в порядок, не удержался, чтобы поцеловать легонько в нос. Его хороший. Его милый Кэсин. Так и не скажешь, что только что они здесь переспали. — А в губы? — надулся Вэнь, когда Чжоу отстранился. — А хочешь? — слегка прищурил глаза парень. — Спрашиваешь ещё, — Кэсин смешно выпятил губы, чтобы его чмокнули, зажмурив карие глазки. Староста чмокнул. И ещё разик. И ещё, и ещё, обхватив его щёки пальцами, углубляя поцелуй. Вэнь послушно позволил быть главным. Чжоу, внутренне ликуя, протолкнул юркий язык в чужой рот, проскальзывая по белоснежному ряду зубов, подрагивая от вожделения и удовольствия. Надавливая на чужой язык своим, показывая, кто здесь главный. — Хватит тебе, — горячо выдохнул староста во влажные губы, ткнувшись носом в чужую щёку, как котёнок. — Теперь можно и на пару собираться, да? — улыбнулся во все тридцать два Вэнь, заключая рядом сидящего парня в объятия, позволив ему положить голову подбородком на своё плечо. — Угу, — буркнул Цзышу. Не очень хотелось сейчас идти куда-то. Хотя времени осталось ещё два часа, можно сходить покушать или снова где-то переспать. Только и без того ослабшие после последнего раза ноги подвели бы Чжоу. — Времени ещё вагон, поэтому мы можем пойти поесть, — глянув на часы на телефоне, Вэнь глянул на старосту, и тут же прикусил губу. Он очень плохо ел, даже когда Кэсин кормил его. Только то, что парень приготовил дома, Цзышу воспринимал без проблем, а с прочим выходила загвоздочка. — Я чаю выпью. Пошли, на соседней улице кафе есть. Всё лучше, чем тащиться домой, опаздывая, при этом. Фе, — хихикнул Чжоу, поднимаясь с места. Не так уж помято выглядит, нормально. Выдвинувшись в свой поход в кафешку, парни разговорились. Почти обо всём! И преподы, и однокурсники, и о Микэ, и Вэнь о Гу Сян рассказал. Пока это всё не перешло на какие-то смешные истории из детства. Загвоздка заключалась в том, что староста почти ничего не помнил, а вот Вэнь частенько, между разговорами на другие темы, вставлял парочку историй. — Как ты всё это запоминаешь? — хохотнул Чжоу, когда Вэнь, допивая свой чай, начал рассказывать ещё одну историю со школьных времён. — Да не знаю, — пожал плечами парень, потянувшись к телефону. — О, мы засиделись. Пара через пятнадцать минут. Приподняв удивлённо брови, староста сверил часы. Действительно. Плодотворно они время провели. И потрахались, и в кафешку сходили, и Вэнь себе подобие стендапа устроил. Причем для единственного зрителя в лице Цзышу. И это самое милое личико, которое Кэсин когда либо видел. Сидя на паре, засматриваясь на знакомые любимые черты, Вэнь каждую минуту облизывал юрким языком свои пересыхающие губы. Чжоу, кажется, не замечал, что его парень буквально сверлит в нём дыру парой карих глаз. На мгновение староста замер. Тут же его лицо исказила гримаса смеха. Только Чжоу не смеялся, но еле сдерживал смех. На вопросительное «м» от Вэня, написал карандашом на полях тетрадки: «мне не хочется думать о том, что мне неловко от одной мысли переспать с тобой, когда рядом бродит кот». — Стыдно же! — уже шепнул парень, сдерживая смех. — «Значит я оттрахаю тебя везде, кроме дома», — подумал Кэсин, но вслух говорить не стал. Только растянул губы в похабненькой улыбочке, подшучивая. — Всё равно, если не захочешь со мной близости, я не настаиваю, — напомнил парень, замолкая, наконец. Впереди после этой пары ещё одна, и можно домой. Кормить котов. И спать с котами. Потому что Микэ, пусть ещё сам не может так высоко прыгать, но уже просится спать рядышком. — Завтра утром я опять на подработки, побудешь без меня? — выдохнул староста, когда с толпой однокурсников они начали покидать аудиторию, почти держась с Вэнем за ручку, чтобы не потеряться. — Хорошо, — Кэсин кивнул, поджав губы. Ему бы тоже денег в дом приносить надо. Или у них разделение по типу «Чжоу кормилец, Вэнь по дому»? Этого парень ещё не спрашивал, но, кажется, так и было. Потому что Цзышу не умеет готовить что-то большее, чем яичницу на завтрак и блинчики. На таком не протянешь. А Вэню главное, чтобы его вторая половинка чувствовала себя нормально, хорошо спала и не нервничала лишний раз. Ещё порезы — не самое лучшее, что стоит на себе носить. — Ты опять ничего не ел, — надулся Кэсин уже вечером, когда застал Чжоу за чашкой чая на кухне. — Не могу. Даже это через силу. Прости, — поджал губы Цзышу, наклонив голову. Видно, что он подустал от такого состояния. — Давай немножко? Я тебя сам покормлю, — уселся рядом парень, клюнув старосту губами в районе щеки. — Угу, — слабо улыбнулся Чжоу. И Вэнь действительно, как самый лучший и заботливый парень на свете, накормил Цзышу, пусть и чуть-чуть. Пока тот благодарно обтирал щекой его плечо. Странно, как он ещё не падает в голодные обмороки. Отсюда и понятно, почему так сильно устал. — Иди в душ, и потом спать, — почти щенячьими глазками, заботливо окутав Чжоу своей любовью, Кэсин проводил парня взглядом до дверного косяка. Они не так давно в отношениях, но очень привязаны друг к другу. Их знакомство, очень быстрое, плодотворно переросло в такую маленькую семейку из трёх составляющих. Но резкая смена настроения у Чжоу напрягла Вэня. Пусть такое и наблюдает только один день, списав всё на усталость, это же может продолжиться, да?.. — А-Син, пошли спать, — тихо, как будто неуверенно позвал староста, вырывая парня из раздумий. — Минут пятнадцать, — угукнул Вэнь, торопясь в душ. Не увидев никаких признаков, указывающих на то, что Цзышу мог навредить себе, парень облегчённо выдохнул. Прохладные струйки воды вновь стекали по телу. Неужели Кэсин так много думает в последнее время? Только холодный душ способен привести его мысли в порядок. Вэнь на секунду завис, вспоминая, что когда он зашёл, вода была переключена почти полностью в сторону горячей. Кипяток… Тоже как способ селфхарма? Это тоже может быть больно. Да и очень холодный душ, кстати. — Так, стоп, — высушив намокшие кончики волос, переодевшись, парень упёр руки в раковину. Он слишком волнуется. — А-Син… — позвал голос, будто извне. — Иду! — температура помещения ударила прохладой по телу, мурашки сразу же поползли по коже, но Вэнь упрямо пошлёпал по кафелю в спальню. Он тоже очень устал за всё то время, ещё до Чжоу. Возможно, их отношения достигли той точки, когда действительно не стыдно быть самим собой с партнёром, показывая свою слабость и усталость. — Ну вот, я же пришёл, — улыбнулся Вэнь, когда Чжоу протянул в его сторону руки, чтобы тот лёг рядом. — Угу, — кивнул парень, обнимая улёгшегося рядышком Кэсина. — Люблю тебя. — И я тебя, сладких снов, — осторожно чмокнув старосту в губы, Вэнь тоже прижал его к себе, стараясь быстрее уснуть. Хотя нет, не уснуть. Парень отчаянно пытался заставить мозг работать, чтобы хоть так насладиться близким присутствием своего любимого человека. Засыпая под его мерное сопение, Вэнь надеялся про себя, что ему хватит этого тепла сейчас, чтобы завтрашний день и утро не провести с грустью, пусть и рядом с Микэ. Тот сладко посапывал в лежанке, иногда просыпаясь, чтобы облизаться и замурчать, словно трактор. И может быть, даже спустя неделю утреннего отсутствия Чжоу, Вэнь не чувствовал бы подвоха. Но он же не слепой, чтобы не видеть уже спустя пару дней, как Цзышу устал. Его к врачу надо, а он каждое утро встаёт, всё реже на парах, а дома кислый, ест еле-еле, дальше поцелуев не заходит, спит, с каждой ночью всё крепче держась за Вэня, словно боясь потерять. Микэ тоже подрос. И носился с Гу Сян по квартире, цепляясь за её ноги. Уже отзывался на имя, был ласков. Только Кэсину как-то неспокойно. — Давай поговорим? — не выдержал парень, тяжело выдыхая в нежную кожу шеи, оставляя лёгкий поцелуй. Они лежали на кровати, Чжоу почти с интересом рассказывал о сегодняшнем дне, потому что Вэню пришлось остаться дома. Кэсин улыбался, заглядывая в карие глаза. Парень лежал на его коленях, и смотрелось это больше, чем просто «правильно». Но к концу староста скис, и Вэнь подтянул парня к себе, обняв со спины, положив голову на его плечо, будучи в сидячем положении изначально. — О чём? — приподнял голову Чжоу, улыбнувшись. — Почему ты такой… Грустный в последнее время. Ты сильно устаёшь, да? Что-то случилось, что ты не появляешься уже настолько часто? Чжоу замолчал на минуту. Формулировал ответ, видимо. Потому что Кэсину неспокойно. Он со своей начавшей развиваться паранойей надумывал, что его парень начал употреблять или, не дай бог тем более, торговать телом. Но на его коже не было чужих меток, пах он всё так же, отвечал на все ласки только Вэню. И следов инъекций не было, значит не колется. Следов запрещённых веществ нет, значит вообще не употребляет. — У меня… В общем, я попал в неловкое положение ещё до нашей с тобой встречи. Задолжал денег. Они подняли сумму в несколько раз, я не смогу её так быстро накопить. Хотя нет, она уже есть, но и нам на жизнь деньги нужны. Цзышу намекнул на их недавний поход в магазин, где он сделал парню подарок в виде новых вещей и вкусняшек, ласково трепля его по щеке, говоря, что тот похож на хомяка. — Я ужасно устаю, ещё чувствую сильные угрызения совести. Я ведь не удовлетворяю тебя, как партнёра. Супружеский долг и всё такое, — промямлил Цзышу, спрятав нос в другой стороне от чужого плеча. — Может… Давай к психологу? И я тебе помогу в денежном вопросе. Позволишь?.. — Давай переспим? — развернулся вдруг резко Чжоу, хватая Вэня за предплечье. — А? — завис на секунду парень, но тут же оказался в плену щенячьих глазок Цзышу. — Я очень тебя хочу, — шепнул Чжоу. — Ты сверху. Вэнь только и успел подхватить усевшегося на его бёдра Чжоу. Сжав его ягодицы, прижав парня ближе к себе, услышав его тихий вздох, Кэсин почувствовал, как Цзышу возбуждён. В мозгу всё сразу переключилось, что-то щёлкнуло. Нужно доставить любимому человеку удовольствие, неважно, какими средствами. Впившись в его губы, чуть потрескавшиеся, кажется, даже искусанные, Вэнь медленно протолкнул язык внутрь. Чжоу, кажется, с особой жадностью позволял себя целовать, отвечал на поцелуй, сплетаясь языками в неуловимом танце. — Без особо долгих прелюдий, — прикусил чужую губу парень, отстраняясь. Стянул с себя кофту и футболку, откидывая их в сторону. Залез за смазкой под подушку, пока Вэнь снимал с него и себя штаны. — Оседлаешь? — шепнул Кэсин, притягивая своего А-Сюя на свои колени, но не усаживая, заставляя отставить задницу и чутка развести ноги, чтобы растянуть. Чжоу для равновесия схватился за чужие плечи, утыкаясь носом. — Конечно, — помня, что староста просил не медлить, Вэнь смазал колечко мышц, почти сразу проталкивая пальцы. Цзышу всё такой же узкий. Кэсин облизнулся, видя, как вздрогнул парень, нежно и осторожно, но умело и быстро начал растягивать жаркие стенки. Чжоу зашептал на ухо слова любви, как он хочет этой близости, будто в бреду. У Вэня напрочь сносило крышу. Разведя пальцы на манер ножниц, услышав несдержанный стон, парень протолкнул ещё один. Нежные стенки охотно принимали, но всё ещё страшно, что этого недостаточно. — Я готов, хватит, — Вэнь не смел ослушаться, хотя чувствовал, что ещё нет. — Я всего лишь не хочу, чтобы тебе было больно, — поцеловал Чжоу в уголок губ парень, но чутка сместился, чтобы Цзышу почти тут же насадился на его член. Пока только до половины. До первого вздоха боли. — Мне нравится, когда ты делаешь больно во время секса, оставь глупости, — староста застонал, насаживаясь до конца. Недовольный, Вэнь схватил парня за ягодицы, вжимая в себя, чтобы не двигался. Откинул голову назад, максимально, как позволяла поза, выстанывая имя Чжоу. — А-Син, я тебя люблю, — шепнул Цзышу, прикусывая нежную мочку, ведя дорожку поцелуев до истерзанного когда-то местечка под челюстью. Вновь впился в сладкие губы, покусывая, ёрзая бёдрами, чтобы Кэсин позволил двигаться. Задавая темп, парень даже успел снять с партнёра футболку. Приникая в более нежном поцелуе к припухающим губам, сжал между пальцев горошину соска. — Я тебя тоже, — рвано выдохнул Вэнь, подаваясь бёдрами навстречу. Пусть сейчас Чжоу и был в позиции принимающего, Кэсин ощущал, будто это его сейчас трахают. Властность движений партнёра заставляла поддаваться, подчиняться его воле. Вэнь без зазрения совести мог себе это позволить. Прикусив губу, Чжоу со шлепками опускался вниз, сжимался ритмично, выбивая из партнёра сладкие стоны. Сводил с ума и себя — каждый раз крепкий член проезжался точно по простате, заставляя чуть ли не скулить. Бёдра подустали, но Вэнь вовремя перехватил ситуацию в свои руки. Слегка разведя округлые ягодицы в стороны, безжалостно начал вбиваться в податливое тело. — Жёстче… Ещё! — почти скулил парень, выгнувшись в пояснице. Ноги начали дрожать, удовольствие искрами било по позвоночнику. Кэсин подчинился, глухо зарычав. — Без рук, — рыкнул Вэнь, когда Чжоу потянулся к своему члену, чтобы быстрее достигнуть пика удовольствия. — Как скажет мой господин, — было видно, что Цзышу стебётся, но не со зла, конечно же. Улыбнулся, тут же приоткрывая рот в очередном стоне, несдержанно вырвавшемся из горла. Кэсин ощутил желание вцепиться в него зубами, слушать задушенные хрипы, чувствовать дрожь в теле максимально близко, чтобы ощущать, как Чжоу хорошо. Вдруг с силой сжав крепкие плечи, Цзышу застонал громко, уходя от толчков дрожащими бёдрами. Кэсин отвесил парню увесистый шлепок, с силой сжимая его ягодицы, не давая отстраниться. Оглушённый удовольствием, староста замер, дрожа, излившись на свой и чужой живот, пока в его тело продолжали проникать с тем же рвением. Парень заскулил, сжался почти до боли, заводя одну руку назад, чтобы обхватить часть члена, которая в него ещё не вошла. Насадившись пару раз до этого ограничения, парень поднялся на дрожащих бёдрах, слезая с Вэня, только чтобы завалиться на спину, утягивая Кэсина за собой. — Давай, — Чжоу облизнулся, и, пока парень соображал, протолкнул внутрь два пальца, сжимая вокруг пульсирующие стенки. Вэнь уселся на пятки, подложил подушку Чжоу под поясницу, притягивая его поближе за бёдра, толкаясь в растянутое кольцо мышц. Те сразу же крепко обхватили возбуждённый орган, заставили войти до конца. Цзышу аж подоткнуло. Каждый следующий толчок болью отдавался по всем органам, парень выгнулся до хруста, задыхаясь в собственном голосе. Вэнь низко застонал, но видя, как из глаз старшего брызнули слёзы, еле сдержал себя, чтобы не продолжить вбиваться в податливое тело. — А-Сюй? — позвал парень, протягивая руку к его щеке, стирая большим пальцем солёную каплю. — Тебе больно? — продолжил он, расцеловывая лихорадочно его лицо, иногда касаясь губ. — Продолжай, умоляю, — ухватившись за подушку, что лежала над его головой, Цзышу почти вскрикнул. От сверхстимуляции было не очень приятно, но староста кайфовал с этой боли, пытаясь насадиться ещё раз. — Доведи себя до оргазма, кончи в меня. Я так много прошу? — заскулил Чжоу, слишком долго ожидая реакции Вэня. Тот всё же схватил крепко молочные бёдра, с остервенением толкаясь в растраханное отверстие, глядя на Цзышу. Сведя брови домиком, парень, зажмурился, почти молебно застонал, сжимая пальцами подушку. Крепко сжавшись вокруг чужого члена, староста, словно полностью обнажённый нерв, задрожал ещё сильнее. Своё возбуждение никуда не делось, Чжоу заскулил от начинающего нарастать неприятного чувства в паху. Кэсин рыкнул, изливаясь внутрь, не спеша выходить из разгорячённого тела. Позволил себе наклониться, слизать капельки пота, оставить пару засосов на ключицах, подцепить зубами кожу под челюстью, прикусывая. Разморить ласками ничего не соображающего Цзышу. Ощущая в себе чужую сперму, староста подмахнул бёдрами, чтобы насадиться на член, проталкивая семя глубже. — Не отвертишься, — облизнулся хитро Вэнь, чмокая парня в нос. Выйдя из обессиленного тела, Кэсин опустился вниз, выталкивая подушку из-под выгнутой дугой поясницы. Облизав как следует головку, Вэнь приоткрыл рот, пропуская чуть глубже. Плотно обхватив губами, обласкал языком, опускаясь дальше. Насадился до глотки, почти давясь. Цзышу чуть не дёрнулся, но его бёдра снова крепко зафиксировали на месте. Вэнь взял за щёку, показательно состроив глазки. И для Чжоу это вскоре стало действительно последней каплей. Содрогнувшись, староста, всё-таки смог податься вперёд, толкаясь с жаркий рот до основания. Кэсин, чувствуя дрожь, сразу же заглотил как можно глубже. Липкая белесая сперма потекла по задней стенке горла. Цзышу глянул на Вэня почти умоляющим взглядом. Тот сразу отстранился, облизываясь, глотая. Прошёлся языком по припухшим губам, слизывая капельки семени. Старосте на секунду стало стыдно, что он так быстро кончил. Прикусив губу, он отвернул голову, переводя дыхание. — А-Сюй, ты прекрасен, — подползая к парню ближе, Вэнь не ожидал, что его в мгновение ока прижмут к себе. Юркий язык тотчас прошёлся по губам, проталкиваясь внутрь. Цзышу, недовольный, что оставил мало меток, решил восполнить этот пробел сейчас. Набросившись на его губы, шею, ключицы, парень почти зарычал, радуясь, когда на коже начали проступать алые следы его зубов и губ. Всосав кожу где-то в районе шеи, Чжоу ласкал нежное тело прикосновениями сильных рук. — Слезай, или я не сдержусь и выебу тебя ещё раз, — пригрозил Кэсин, когда староста начал слишком много самовольничать. — Моя задница в этом нуждается, — притворно игриво мурлыкнул Цзышу, потеревшись промежностью о чужой пах. Кэсин зарычал, снова переворачивая Чжоу, ставя его на колени. Подмял бы, да не хочется. Обхватив свой член в кулак, двинув пару раз рукой, Вэнь легонько шлёпнул старосту по заднице. Тот пошире развёл ноги, стараясь держать равновесие. Семя щекотно стекало по бедру, вытекая из растянутого отверстия. Добавив смазки, парень толкнулся внутрь, загоняя свою же сперму обратно и поглубже. Цзышу застонал, податливо выгнувшись в спине. Буквально через пару толчков стало ясно, что смазки слишком много. Громко хлюпая, она стекала вниз по бёдрам, оставляя липкие следы на коже. Вэнь прекрасно это чувствовал, загоняя по самое основание, вжимаясь в округлые ягодицы до их покраснения. Чжоу улёгся на грудь, приподнимая задницу. Закусил одеяло, сдерживая слишком громкие стоны. Каждая клеточка его тела сгорала в потоке животной страсти, парень даже забыл, почему он так набросился на Вэня со своим желанием. Хотя бы кот в такой момент спал где-то на подоконнике кухни и не видел этого непотребства. — Сильнее, — охрипшим голосом простонал Цзышу, то и дело подаваясь толчкам навстречу. Кэсин повиновался, прекращая играть с темпом. Раз уж его любимый просит, может ли он отказать? Староста извивался под Вэнем змеёй, до хруста в спине, ритмично сжимался на его члене каждый раз, когда тот проезжался по чувствительному комку нервов. Обхватив парня за шею, слегка сдавив, приподнимая на себя, чтобы прижать спиной к своей груди, Кэсин нежно стал зацеловывать его плечи, видя мазохистское удовольствие на красивом лице. Чтобы удержать равновесие, Вэнь даже остановился, лишь иногда медленно толкаясь внутрь и выходя совсем немного. — Мне нравится, когда ты такой, — нежно шепнул Кэсин, ослабляя хватку на шее. — Какой? — целовать было неудобно, но Чжоу потянулся за поцелуем, получив его в краешек губ. — Такой властный, но одновременно подчиняющийся, такой… податливый, — замурчал парень, и Чжоу даже засомневался, точно ли у него только один кот. — Тогда дотрахай меня уже, я безумно тебя хочу, — конец фразы заглушился снова — парень сжал чужое горло до хрипа, обхватывая при этом влажный от смазки член ладонью, надрачивая. Зрелище будоражило сознание, кровь бурлила, отдаваясь шумом в висках. Отпустив многострадальную шею, Кэсин оставил на ней пару укусов, прежде чем уложить парня обратно на постель. Продолжая вбиваться в это податливое тело, так его жаждущее, то и дело шлёпался бёдрами об округлые ягодицы. Цзышу снова прикусил одеяло, сжав руками простыни. А Вэнь всё не мог налюбоваться на чудесные лопатки, кусая губы, когда парень сжимался слишком сильно. Староста выгнулся в спине, подался назад на дрожащих бёдрах, вдруг застонал громко, изливаясь, пачкая постельное белье. Облизнувшись, внутренне радуясь тому, что довёл Чжоу до оргазма, Вэнь излился следом, глубоко внутрь, почти сразу же выходя из разгорячённого тела. — Тебя в душ отнести? — состроил щенячий взгляд Кэсин, завалившись поближе к растёкшемуся по кровати Цзышу. — Молчи, молодь. Как у тебя сил ещё хватает? — утрированно, но вполне себе правдоподобно отыгрывая, простонал затраханно староста. —Тебе понравилось. — Это вопрос? — Так понравилось? — Не, как утверждение звучит лучше, — перевернувшись на бок, лицом к лицу, улыбнулся Чжоу. Вэнь потянулся за поцелуем, сразу же проталкивая свой болтливый язык меж сладких губ. И целовал их робко и нежно, будто не он только что дважды отымел их обладателя. — А теперь в душ, — почти радостно выдохнул парень в припухшие губы, слезая с кровати. Не успел Чжоу ничего ответить «за» или «против», как его подхватил на руки. Понесли заботливо в ванную, и там даже вымыли. Староста готов был в лужицу растечься, но его, обернув полотенцем, отнесли обратно. — Оденешься сам, старичок мой? Я кровать перезаправлю, — напомнив недавние слова Цзышу, Вэнь рассмеялся. И пошёл за новым постельным бельём, которое Чжоу недавно погладил, в свободную минутку. Одевшись, Чжоу пошлёпал на кухню. Микэ действительно спал на подоконнике. За окном уже темнело, завтра Вэню тоже нужно по делам до подруги. Сославшись на плохое самочувствие, Цзышу взял отгул. Заваривая чай, парень думал, что он будет делать дальше. Подзарядка в виде полученного удовольствия немного отрезвила. Даже жизнь, кажется, стала получше. Да и может ли она быть плохой, когда рядом любящий человек? Наверное нет. Котёнок от шума проснулся, теперь сидел, глядя умными глазами на Чжоу. Глядя на маленькое рыжее чудо, что уже начинало обрастать шерстью, Цзышу понял, что всё не так уж и плохо. Не он первый в такой ситуации, выберется. Отдаст деньги нужным людям, продолжит учёбу и работу. У него есть парень, у него есть кот, учится не плохо, зарабатывает тоже. Его любят и он счастлив. — А может нет? — вздохнул староста, обращаясь будто бы к Микэ. — Что «нет»? — на кухню, зевая, зашёл Вэнь. — Ничего… Я тебя люблю, — слабо улыбнулся Кэсину парень. — Обнимемся? — наклонил голову Вэнь с вопросом. — Что за вопросы? Кэсину нравилось, когда на его глупости Чжоу смотрит не как на глупости, а на него не как на дурака. Но больше всего ему нравилось, что Цзышу глядит на него, как будто для него он вся вселенная. И что значит это «как будто»? Ведь бесспорно, для Чжоу он и был главным человеком в его жизни. Вэню нравилась любовь Цзышу, его жесты, мысли, жизнь. Которой тот хотел себя лишить. Каждый порез Кэсин нежно зацеловывал, каждую плохую мысль пытался отогнать. И сейчас, дурачась, стараясь поднять настроение своей родственной душе, парень снова изъявил желание обласкать губами каждый шрам на его руках. Чай уже давно заварился, палочка благовоний рассыпалась в пепел, из которого, увы, феникс не восстанет, а солнце уплыло за горизонт на покой. Свет в окнах понемногу затухал, пока город погружался в чернильницу ночи, окутываемый сном. Только в одном окне горел свет почти до поздней ночи, пока двое влюблённых нежно целовались у кухонного подоконника, грели друг друга теплом своих объятий, даря ласку заботливых губ и рук, открывая души, добровольно отдавая свои сердца. Только Чжоу начало клонить в сон, как Вэнь попытался подхватить его на руки. Но единственное, на что согласился парень, это усесться на подоконник и продолжить целовать своего лиса, обвив руками его шею. — Спать? — наклонил голову Кэсин, когда староста в очередной раз слабо клюнул его в нос, еле разлепляя веки. — Я хочу быть с тобой, — почти жалостливо выдавил из себя Цзышу. — Мы спим в одной кровати, — приподнял Вэнь одну бровь. — Ты… Когда я закрою глаза, тебя не будет рядом. — Так, кролик переутомился, кролику надо спать. И мы с кроликом идём спать, да, кролик? — поняв, что Чжоу уже с ног валится, но всё ещё отлично держится, чтобы не уснуть на чужом плече, парень подхватил старосту на руки, торопясь в спальню. Вэнь наверное с таким же объёмом загруженности, да ещё и после секса, да ещё и на ночь глядя… Наверное, он бы отключился и того раньше, чем его любимого утянуло в сон. Глупый. Чжоу только угукнул. Поцеловав парня в лоб, укрыв одеялом, Кэсин пошлёпал выключать свет в доме, уже в кромешной тьме возвращаясь обратно к старосте, обнимая его, прижимая сонное тело к себе. И только солнце начало пробиваться сквозь занавески, Цзышу открыл глаза. Вэнь лежал рядом, обнимал его руку. Его грудь мерно вздымалась на каждый вдох. Повернувшись на спину, парень громко выдохнул. Кэсин потревоженно открыл глаза. — Чего не спишь? — погладил он парня по щеке, шепча хрипло со сна. — Не хочу больше, — снова выдохнул Цзышу. — Поваляешься? — Угу… — староста сладко потянулся, до хруста в позвоночнике. Вэню даже показалось, что что-то там сломалось… — Иди сюда. И снова Кэсин повиновался. Исполнил хотелку любимого, позволил ему лечь на свою грудь, слушать своё сердцебиение и мерное дыхание, иногда клевать губами его губы. — Тебе надо было куда-то, разве нет? — очнувшись, что прошло уже минут 10, и наверное, надо бы собираться, староста ткнулся носом в тёплую щёку Кэсина. — А-Сюй, ты что, меня прогоняешь? — улыбнулся Вэнь, но кивнул. — Да, скоро пойду. Сейчас только тебя покормлю. Чжоу отвёл взгляд. Ему стало стыдно, что он с ним как с ребёнком. Но по-другому еда просто не хотела оставаться в его теле, выходя точно так же, как и заходила. — Просто чаю… Я не хочу есть, — улыбнулся парень. Кэсин смерил его недоверчивым взглядом, но кивнул, мол, хорошо. Тоже потянувшись, Вэнь поднялся с кровати и пошлёпал умываться. Цзышу пошел за ним следом, как утёнок за мамой-уткой. Ближе к обеду Кэсин ушёл. Через пару часов он должен был быть дома, поэтому Чжоу не торопясь отправился улаживать свои финансовые проблемы. Лишь бы его дальше не трогали, и передать деньги — всё, что нужно, без подвохов. К счастью, так и оказалось. Зарывшись в ворот пальто, парень, петляя по улицам, всё-таки вернулся домой. Кэсина ещё не было, а вот котёнок радостно прибежал его встречать, клацая коготками по кафелю. — Я смотрю, ты тут развлекаешься, — заслышав шум за спиной, даже не переодевшись, играясь с котёнком, Чжоу попытался обернуться. Так, ну погодите, кому, кроме как Вэню, конечно, он ещё нужен. Правильно, значит и знакомый родной голос тоже ему принадлежит. — Я только пришёл, — цокнул парень, но поднялся, разглядывая искусанную руку. Ладно, следы крошечных зубов не настолько страшны. — У нас ещё полно времени до пар, люблю юрфак, — почти засмеялся Вэнь, освободив руки от вещей, заключая Чжоу в объятия. И Цзышу ответил ему улыбкой, посвящая остаток свободного времени полностью своей родственной душе и коту. Так прошло ещё пару недель, относительно спокойно. Но… Внутри Чжоу начал перегреваться предохранитель, а батарейка понемногу садилась, разряжаясь. На фоне усталости появлялись угрызения совести и те самые мысли, которые Вэнь так упорно отгонял от него. Пришлось брать частые отгулы на работе, но даже это не помогало. Выговориться Кэсину не было сил. Да что уж там, даже успокоить душевную боль теми же лезвиями… Их Цзышу выкинул. Все. А Кэсин следил, чтобы в его руки не попадало колющих-режущих предметов. Всё не могло так быстро пойти по наклонной. И ведь, кажется, у него было всё. Но что-то неприятное оседало в груди, перемену настроения заметил Вэнь, но его старания не увенчались успехом. А делать вид, что всё хорошо, парень больше не пытался. — Я сегодня останусь, — мотнул головой Чжоу, лёжа в кровати с Вэнем. — Плохо себя чувствуешь? — встревоженно взглянул на него Кэсин. — Угу, — Цзышу потянулся за поцелуем. Наверное, последним… — Ну, хорошо. Просто перенесли пары на пораньше, побудешь без меня несколько часиков? Староста утвердительно кивнул. Улыбнувшись слабо, положил голову на подушку. Душа его себя плохо чувствует, и лучше бы Вэнь не уходил. Но сказать нет сил, страшно, что то, что пожирает его душу, уничтожит и его самого за это. И вот, Цзышу остался один в квартире. Просто лежал, тупо смотрел в стену. Совесть начинала грызть с удвоенной силой. За то, что не пошел на пары, за то, что снова взял отгул, за то, что вспоминал о бывшем, о родителях, о детстве, за то, что так слаб, что резался, за то, что не ест нормально, за то, что он слишком мало отдаёт Вэню, которому теперь по гроб жизни обязан. И что он не настолько проблемный, чтобы у него всё это было… Или, может, это не зависит от благосостояния и хороших отношений? Может потому, что он тоже человек? Но другие ходят, делают что-то, живут как-то. Может просто это он такой… Бракованный. Внутри что-то перегорело. Надломилось. Разлетелось на тысячи осколков, чтобы Цзышу мог дать себе слабость в виде слёз. Слёз, которые потом переросли в водопад истерических рыданий. Чжоу ещё пытался успокоиться, он не знал, сколько его так воротило, пока он лежал, свернувшись калачиком. Он не знал, сколько осталось до прихода Вэня, не знал, сколько он ещё протянет, пока мозг не отключит здравый смысл. Пробки окончательно выбило, когда Чжоу поднялся с кровати, с немигающим взглядом глядя на телефон. Он так не сможет. Ведь Кэсин будет чувствовать вину… Но ведь он ни в чём не виноват, состояние Цзышу не из-за него так ухудшилось. Может, Чжоу сам виноват в том, что случилось. А он и виноват. Кто ещё несёт ответственность за свои поступки, кроме самого себя? «Прости.» Единственное, что осталось на клочке бумаги, оставленном поверх включенного телефона. Парень снял блокировку с устройства, оставляя так просто на постели. Микэ тёрся у ног хозяина, встревоженно мяукая. Ничего лучше, кроме как закрыться от него дверью в ванной, Цзышу не нашел. Слёзы снова покатились по щекам, хотя, казалось бы, время назад он выплакал всё, что было можно. Горячая вода была действительно очень неприятной. Этой боли Чжоу было мало. И даже один большой порез, рассёкший нежную кожу, не заставил чувствовать облегчения. С остервенением раня себя, парень подумывал над тем, чтобы вонзить канцелярский нож себе в живот. Хотя… Чем он мог думать, когда душу и разум помутнило? Что можно соображать в такие моменты, кроме как осознавать свою готовность умереть. Тёмная кровь по капле текла по бледной коже, и, выпустив из руки ножик, Цзышу завыл. Обессиленно сползая ближе ко дну заполненной водой ванны, ощущая жгучую боль от соприкосновения с открытыми ранами кипятка. Та рука, что держала нож, почти безвольно болталась на бортике, белоснежный кафель забрызган тёмной кровью. Чжоу в белой футболке казался слишком чистым, алая, почти что багровая вода исправила это дело, пропитывая светлую ткань своей грязью. Цзышу улыбнулся. Ему осталось совсем немного. Скоро он потеряет сознание, а потом жизнь, медленно, но верно покинет его тело. Его голова всё больше наполнялась свинцом, не в силах держаться, металлический запах ещё боролся с приятным чайным запахом и ароматом дыма благовоний. Пока дыхание затухало, грудь вздымалась всё меньше, пока мозг в панике бил тревогу, но не мог пробудить погибающее тело, поскольку умирал сам. По оголённой руке, свисающей с бортика, пробежала стайка мурашек. Чжоу уже даже не слышал ни мяуканья кота, ни шумов за дверью, ни шороха ключей, ни капающей на пол с непривычно громким плеском крови. В голове, пока ещё жило сознание, бил метроном. Или маятник. Отсчитывал последние мгновения жизни. В эти мгновения Вэнь, вернувшийся домой, увидев мечущегося у двери ванной комнаты кота, стал благодарить всех богов, что на этой самой двери не было замка, а котёнок просто не умеет её открывать. Быстро скинув одежду и обувь, парень бросился в ванную, молясь, чтобы его догадки не оказались верны. Тишину квартиры прервал протяжный вой. Не жалея своей одежды, Кэсин принялся ощупывать Чжоу, чтобы удостовериться, что он всё ещё жив. В сознании отпечаталась картина безвольно лежащего тела. Голова лежит на груди, одна рука перекинута через бортик, а свежие порезы жутко кровоточат. На полу лужа крови, а вся вода приобрела багровый оттенок, пропитав собой чистую белую футболку. Вытаскивая почти безвольное тело, стараясь держать себя в руках, Вэнь завернул парня в полотенца, быстро нашёл рядом средства первой помощи. Останавливая неумело в панике кровь, осыпал тысячей поцелуев бледнеющее лицо. Слёзы горя сменились слезами счастья, когда до Кэсина дошло, что Цзышу ещё дышит. Обрабатывая его раны, забинтовывая руки, грел, забыв о телефоне, вещах в куртке. Скорую вызывать не хотелось. Иначе Чжоу проведёт месяц минимум в лечебнице для душевнобольных. — А-Сюй… А-Сюй, я тебя умоляю… — шептал парень, кусая губы, завязывая узел на повязке. — Прошу… Умоляю… Очнись… Я знаю, ты жив, ну же… — вспоминая все курсы первой помощи, Вэнь пытался спасти того человека, которого любил. Кого не хотел бросать, кого хотел защитить, но не уберёг, хоть и видел, что ему становится хуже. Лишь только убедившись, что дыхание восстановилось, а сердце бьётся в нормальном ритме, Кэсин соизволил отойти от кровати. Чтобы переодеться и прибраться. Бинты немного пропитались кровью, но та уже не шла так сильно. Микэ лёг в ноги Чжоу, грея его своим маленьким тельцем, пока Вэнь был занят уборкой, нервно расхаживая из угла в угол, из комнаты в ванную. Каждые пять минут парень бегал проверять, всё ли в порядке. Ему казалось, что Чжоу зовёт его, очнулся. Боялся что-либо делать, даже дышать рядом. — Я не думал, что это произойдет так скоро… — уже полностью в домашней одежде, парень уселся у кровати, глядя в точку перед собой. — Я видел, как тебе… Ты… Угасал. Ещё с того раза, когда у тебя сильно испортилось настроение. Я не догадывался, что причина не в усталости, она лишь повод для непроработанных травм вырваться наружу… Парень прикусил губу. — Видеть тебя… Всего в крови… С улыбкой на лице… Я прочитал ту записку. И то же слово в телефоне… Я уверен, ты сказал бы, что я ни при чём, не должен чувствовать вину… Но я… Я ничего не сделал, чтобы оттащить тебя от этой пропасти… Плечи задрожали. Грудь рвано вздымалась в такт рыданиям, но Вэнь плакал тихо, почти неслышно. Ему правда было страшно, он все равно был напряжён. Всхлипнув, Кэсин попытался утереть слёзы. — Даже сейчас я боюсь тебя потерять… Даже зная, что ты просто спишь. Просто спишь… Найдя в себе силы, парень поднялся с пола. Усевшись на краешек кровати, вздохнул. Цзышу спал. Просто спал. Губы его слегка приоткрыты, бледные, ресницы чуть трепещут, кадык иногда нервно перекатывался под кожей, грудь мерно вздымалась на вдохах. Болезненная бледность пугала, но в то же время завораживала. Кэсин боялся отойти, но и приблизиться тоже. Сидел, не шелохнувшись, наблюдая, разглядывая красивое лицо, чувствуя лёгкое угрызение совести. Цзышу проснулся ближе к позднему вечеру. Вэнь сидел на кухне, допивая остатки чая. Встать Чжоу не смог. Нашёл силы только чтобы тихо позвать. — А-Син… — сначала шепнул парень на грани слышимости. — А-Син… — уже громче. И встревоженный Кэсин мигом пришел на зов. Непрошенная влага снова встала комом в глазах. Сморгнув слёзы, Вэнь недоверчиво уселся на краю кровати. Надо было что-то сказать, но он не знал, что будет лучше в этой ситуации. — Прости, — с трудом выудив из-под одеяла руку, Чжоу потянулся к парню, пытаясь коснуться холодными пальцами его руки. Это большее, чего он достоин. — Ты меня напугал… — поджал губы Кэсин, придвигаясь поближе, сжимая ледяное запястье. — Прости… — поник Чжоу, отвернув голову на секунду. — От меня… Одни проблемы, да? — Не смей так говорить, — парень не собирался отвергать любимого человека, потому сжал крепче его руку с тяжёлым вздохом. — Пойдём на кухню? Внезапное желание удивило Вэня, но тот помог Цзышу подняться, накинул на его плечи тёплый кардиган, в котором Чжоу когда-то давно ходил на постоянной основе, отвёл на кухню, поддерживая за плечо, потому что староста наотрез отказался от удобства в виде помощи преодолеть расстояние с комфортом — на руках Кэсина. — Чай будешь? — парень кивнул. Он жутко хочет пить. Вэнь быстро сообразил, оставив на столе стакан с водой. Быстро включив чайник, парень уселся рядом с любимым, придвигаясь поближе. Тот пытался утолить жажду и сам, но стакан пока был слишком тяжёл для ослабевшего тела. И Кэсин заботливо помог Чжоу, отвлёкшись, разве что, на метнувшийся пару раз под кожей кадык. — Мне нужно объясниться… — поджал губы Цзышу. — Потом. Ты можешь сделать это и потом. Я рядом, тебе требуется отдых. Ты много крови потерял. — Большая лужа была? — староста даже не предполагал, что Вэнь так скоро вернётся. Ну или для него время текло тогда слишком непостоянно, он не понимал, сколько прошло. Так и пара часов уйдёт в минуту. — Угу. — Прости, — опустил глаза в пол парень, сжимая слабо пальцы. — Я тебя не оставлю, — Вэнь слабо улыбнулся, но оторваться от Чжоу пришлось — чайник закипел. — Прости меня… — Хватит извиняться, умоляю, — состроил щенячий взгляд Кэсин. — Хорошо… — кивнул парень, слабо улыбаясь. — Чаю попьешь, угу? И спать пойдём. Чжоу сидел, слегка ссутулившись, Кэсин, как заботливая мамочка, придерживая парня за спину, чтобы он ровно сидел, поил его чаем. То и дело чмокал в лоб, прижимая к себе. Цзышу понимал, что Вэнь так волнуется не просто так. Он чуть не потерял самое дорогое, что было у него в жизни. А у старосты почти не осталось сил на сильные эмоции. — Ты очень устал, — задумчиво протянул Чжоу, когда парень зевнул уже в третий раз. — Пойдём спать. — А ты не выспался? — Не обо мне. Я многое тебе должен. Хотя бы покой предоставить. Пойдём, — попытавшись встать на ослабленных ногах, осторожно двигаясь в сторону спальни. — Стой! Ты же упадешь! — сразу вскочил парень. — Главное, что не у меня. Но это не точно. Кэсин рассмеялся, но подхватил Чжоу на руки. Тот поломался, но угомонился, пока его не опустили на кровать, словно хрустальную вазу. — Давай целоваться, пока не уснём… — шепнул староста, когда Вэнь улёгся рядом, осторожно закидывая забинтованное предплечье на свой бок. — А ты так хочешь? — Я думал, что тот поцелуй будет действительно последним… — слишком громко выдохнул парень, уткнувшись носом в тёплую грудь. — Значит надо сделать так, чтобы не последний, — приподнял его голову за подбородок, легонько касаясь чужих губ, ласково сминая их в нежном поцелуе, таком же трепетном, как и его любовь.