Багровая тьма

      Наблюдения показывают, что превращение в оборотня происходит двумя способами: через заражение или по рождению. В первом случае это похоже на вирусную болезнь, искоренить которую не представляется возможным. Заражённый мается до первого полнолуния, во время которого происходит инициация, и звериная сущность целиком поглощает человеческий разум, она жаждет насытиться, испить крови, охотиться до самого рассвета. Такие оборотни разоряют сёла и деревни, не щадят ни детей, ни собственные семьи. Такие оборотни подлежат полному уничтожению…              Елена захлопнула тяжёлую книгу под названием «Трактат о нечисти, обитающей в России» и поняла, что последние страницы читала уже в сумерках без света, только горел в углу маленький ночник, но он, скорее, придавал уют, нежели помогал разогнать темноту.       Снизу раздавались голоса: звонкий и высокий — Леры, глухой и низкий — Артура. Они спорили уже не первый час, кто поедет с Артуром в Измайловский парк и насколько это вообще хорошая идея. Сама Елена не выдержала и поднялась к себе в комнату, чтобы ещё немного почитать книги, которые они с Машей отобрали в библиотеке, но в них оказались либо мутные легенды о тварях, что приходят с луной, либо невнятные описания того, как всё происходит. Мало-мальски полезную информацию Елена нашла в «Трактате…», но ни слова не было о том, что оборотнем можно стать в результате ритуала.       Впрочем, в одном сходились и легенды, и наблюдения исследователей: трансформация болезненна, а звериная сущность может поглотить человеческий разум.       Вот это-то Елене и не нравилось.       Никто из них не обладал достаточной мощью или знаниями о том, что делать с оборотнем, который захочет разорвать пару человек ради того, чтобы утолить жажду крови и охоты. Или это лишь байки для запугивания молодых ведьм и ведьмаков?       В одной книге упоминалась сказка, в которой оборотня держали в ошейнике из серебра, чтобы не дать обернуться и не сойти с ума. Сначала Елена обрадовалась. Вот! Они даже могли найти что-то похожее! Но ниже через пару абзацев приводилось описание невыносимой боли и ощущения, что тот сходит с ума. Ошейник оставил ожоги на шее, а оборотень, не имя возможности обернуться, исцарапал себя, искусал руки едва ли не до кости, и с трудом пережил невозможность принять нужный облик. Елену передёрнуло: она даже представлять не хотела всех тех мучений, что тогда мог бы пережить Артур. Нет уж.       Оставалось только ехать в парк по той наводке, что дал Леший. Елена посмотрела на настенные часы: пора. Но едва она поднялась из кресла, в котором читала, как в дверь резко постучали. Она крикнула, что открыто.       Влад вошёл в комнату и остановился на пороге, будто не уверенный, что его действительно пустили. Елена с трудом сдержала улыбку: так это не вязалось с его обычным самоуверенным поведением. Видимо, он только приехал: едва уловимый запах экипировки и мотоцикла, свитер грубой вязки поверх облегающей водолазки, растрёпанный хвост. Она поколебалась мгновение прежде чем подошла и обняла, уткнувшись носом в шею, почему-то ожидая, что Влад отстранится, скажет, что сейчас не до того, мягко вывернется. Но нет, наоборот, он прижал её к себе, будто оплёл объятиями.       — Елена, я должен признаться.       — Вот прямо сейчас? Не надо. Отложим до утра, когда всё закончится.       — Это не связано с Артуром.       Она отстранилась сама и с раздражением уселась на кровать. Скрестила ноги и уставилась на Влада, который привычным жестом потёр переносицу, а потом достал из кармана джинсов кусок какой-то ткани. Аккуратно подошел к кровати и разложил рядом с Еленой. Она нахмурилась, присматриваясь к узору. Узнавание пришло быстро: будто кто-то оторвал кусок обложки с книги в их домашней библиотеке.       — Вот это я нашёл на месте ритуала. И я сверился с книгами в вашем доме, на одной порвана обложка. Я знаю, что ты не хотела участвовать в расследовании…       — Ты заходил в нашу библиотеку? Сам? Что-то я не припомню таких наших прогулок. Или, может, тебя сопровождала Лера?       Влад как-то запнулся. Елена только фыркнула, пытаясь скрыть, как её скрутило внутри, как отголосок многих прошлых ночей, когда Влад делал не то, что она просила, прошелся по едва зажившим шрамам. И даже ощутила, как подступили слёзы.       Нет, ей только сейчас расплакаться не хватало. Но как же взбесил Влад! Какое право он имел вот так лазить в их доме? Да разве бы она отказалась показать ему книги? Или в помощи, если бы Влад рассказал про эту тряпицу? Ей хотелось выгнать его вон, пусть катится к своим подопечным, к Кругу, к Зое, в конце концов! Ведь именно та поручила ему расследование, вот пусть и доложит, похвастается результатом. Елена с ненавистью посмотрела на этот кусочек ткани, который хотелось прожечь одним взглядом. И Влада заодно. Но на самом деле ей было стыдно: она снова поверила в сказочку, наивная дура. Пустила в дом вампира, и неважно, чем он там питается.       Тем более, внизу сидел Артур, вот-вот готовый обернуться чёрт знает кем, Лера, которую уведёт лунный свет, а Влад решил подлить масла в огонь своими откровениями.       Виски заломило, и Елена невольно коснулась их пальцами, стараясь унять боль. Это не проходило с позапрошлой ночи, когда Влад взял слишком много, даром что вчера он ночевал у себя.       — Да. Один, — признался Влад и опустился перед ней на корточки, положил руки на колени, видимо, желая успокоить, установить связь…       Елена тут же скинула его руки. Промедли она ещё немного, и он бы снова обрёл власть над ней.       — Как интересно. Значит, ты теперь ищейка Ковена? Шаришься по чужим домам, выискиваешь улики. Может, ради этого и со мной переспал, чтобы подобраться к библиотеке? Как удобно!       Влад хотел что-то сказать, но Елена мотнула головой:       — Ты никогда не просишь. Только берёшь. Делаешь то, что считаешь нужным, но на других тебе откровенно плевать.       — Я спал с тобой не ради доступа в библиотеку. И я не ищейка Ковена, — Влад стиснул челюсть.       — Что, гордость задета? Как же! Тебя, такого свободолюбивого и самостоятельного, заставили делать что-то вопреки твоим желаниям. Ты ведь мог сказать сразу. Это ведь касается моей семьи! Или я теперь подозреваемая?       — Не говори ерунды.       Елена смерила его уничтожающим взглядом — точнее, она надеялась, что вышло именно так, а не… жалко. Она поднялась с кровати, повела плечами, сбрасывая с себя вампирический морок, если тот и был, хотя вроде бы злость и раздражение и так его смыли. Влад тоже поднялся и теперь возвышался над ней, и как притягателен был его взгляд, а ладони… их хотелось коснуться.       Да чёрт возьми!       Елена легонько прислонилась к стене, надеясь, что это не особо заметно. Голова кружилась, опять. С неё хватит. Стараясь не смотреть на Влада, Елена тихо произнесла:       — Уходи. С Зоей я поговорю сама. Езжай с Артуром в парк.       — Эля…       — В этом доме тебе больше не рады.       Это не было ритуальной фразой, она никак не могла повлиять на Влада, но порой ключи из выдуманных сказок и историй действуют не хуже заклинаний. Елена не навредила ему, она точно это знала, но Влад шагнул назад, будто получил пощечину. Хотел что-то сказать, но лишь качнул головой и молча вышел из комнаты.       И с его уходом Елена ощутила, как её сердце покинуло что-то тёплое и ласковое, а вместо этого пришли горечь и разочарование.              Машину вёл Артур.       Влад сидел с закрытыми глазами, надеясь хоть немного унять тошноту и мерзкое ощущение, которому не мог подобрать названия. Сначала ехали в тишине, потом Артур включил подборку рок-музыки и даже время от времени напевал себе что-то под нос, но так и не произнёс ни слова.       Он вообще отнёсся без всякого энтузиазма к идее того, что его будет сопровождать Влад, да и Валерия явно была против. Она почти прокричала:       — С Артуром поеду я!       — И как ты ему поможешь? Будешь вокруг него хоровод водить?       Лера скривилась и едва не прошипела:       — Уж лучше я, чем ты.       — Я не вожу хороводы.       Воистину, луна действовала на всех как-то дурно: Влад видел безумный блеск во взгляде Леры. В нём отражался белёсый свет, и бледная кожа покрылась мурашками, а движения выглядели куда более нервными, чем обычно. Никто, кроме него, даже внимания не обратил, что в гостиную безмолвно вошла Елена, но в споре участвовать не стала. Влад с раздражением прокрутил запястье и бросил Артуру:       — Ты скажи.       — Поехали. Лера, останешься с сестрой.       — Я тебе не маленькая девочка, чтобы ты мной командовал!       — Нет. Но если что-то и случится… я не знаю, насколько буду опасен для того, кто окажется поблизости. Если вы считаете, что я и правда обернусь зверем, то каким? Чем это грозит тому, кто останется рядом?       Артур возвышался мрачной глыбой на диване — брови сошлись, и он избегал смотреть хоть на кого-то, только всё тер пальцами грудную клетку. Озноб не вернулся, как и другие признаки, и это тоже вызывало удивление. Влад был уверен, что друг боится не столько навредить, сколько реакции Леры: во всех книгах описывалось обращение как нечто жуткое. Артур точно хотел уберечь её от такого зрелища, ведь после того, как Лера видела его умирающим, слишком остро реагировала на любой чих.       Никто из них не знал, что произойдёт.       Влад посмотрел на часы. Половина седьмого, скоро совсем стемнеет. Он отлип от стены и кивнул Артуру. Подавил желание подойти к Елене и что-то сказать. Объяснить. Слова сейчас выглядели бы пустой насмешкой, и она имела право на него злиться, но казалось неправильным, что он оставляет её вот так, но Артур уже одевался. Просто кивнув — не кому-то конкретно — Влад вышел из дома.       Видимо, он задремал, потому что вздрогнул от резкого толчка: машина резко затормозила перед стоп-линией светофора. Артур выключил музыку и в нетерпении забарабанил пальцами по рулю. Бросил, вроде бы ни к кому не обращаясь:       — И что мы будем делать в парке?       — Разберёмся на месте. Я закурю?       Вместо ответа Артур нажал на какую-то кнопку, и стекло со стороны Влада с мягким шорохом скользнуло вниз. Теперь к тишине салона примешивался горьковатый осенний воздух, напомнивший о том, как вчера Влад вёз Елену до дома, и её руки крепко обнимали его за поясницу, а он старался не мчать, вдруг что-то пойдёт не так. Лучше бы думал раньше.       Сигаретный пепел исчез в темноте вечера, а светофор зажёгся зелёным. Пропустив запоздавшего на переход пешехода, Артур резко газанул, даже шины взвизгнули. Они свернули на третье транспортное кольцо: до точки назначения оставалось где-то минут сорок, маршрут обещал лишь несколько красных и жёлтых участков. Машины роились на полосах, мерцали багровыми стоп-огнями и сияли фарами. На мотоциклах они бы промчали через все заторы, даже не задумываясь, но байк Артура ещё не починили, да и Влад не знал, будет ли друг в состоянии наутро возвращаться таким образом. Даже машина выглядела сомнительным мероприятием, но тут хоть можно подстраховать: Влад время от времени пользовался каршерингом, права у него были, а Артур около года назад вписал его в страховку. Они шутили, что будут по очереди отвозить друг друга пьяными по домам.       Никто не думал, что придётся ехать вот так, в напряжённом молчании, в ожидании, чтобы Артур обернулся диким зверем.       Влад стряхнул пепел и сделал последнюю затяжку. Они проехали мимо Рижского вокзала, началась глухая пробка.       — Значит, ты не пьёшь кровь.       Влад перевёл взгляд на напряжённое лицо Артура. Тот вцепился руками в руль. Теперь он выглядел бледным, на лбу выступила испарина. А ведь до ночи ещё далеко. Хорошо, что выехали заранее.       — Могу и кровь. Иногда как лекарство, чтобы усилить колдовские возможности. Всегда, если провожу ритуал вампирского проклятия. Ну, и реже — для удовольствия. Хотя такой вариант подходит, только если человек близок.       — Тогда чем же ты… питаешься? — последнее слово Артур выплюнул.       — Энергией. Чаще всего в близости. И у меня вампирское очарование.       — Вот как. Поэтому ты так действуешь на женщин? Они в обморок готовы падать, стоит тебе оказаться рядом. Ну, или снять лифчик и кинуться им в тебя.       — Не на всех.       Они продвинулись, Артур не задавал больше вопросов, хотя явно хотел. Какой-то придурковатый таксист нагло лез перед ними, но Артур выжал газ и пролетел вперёд: как раз начался свободный участок. Влад редко с кем говорил о вампиризме, даже с Еленой. Конечно, объяснял подопечным, как всё устроено, как утолить голод, как не взять слишком много. Иногда делился ощущениями с Павлом или Ясвеной, но вообще-то никогда — вот так запросто, в дружеской беседе.       В дружеской, ага.       Вряд ли так можно было назвать их с Артуром разговор. Скорее это походило на вынужденное сотрудничество, а признание Влада будто перечеркнуло годы дружбы. За столько лет Артур привык к тому, что друга окружали женщины, что тот ведёт полуночной образ жизни, что мало ест и не любит яркий свет. В большом городе и без всякого вампиризма таких людей найдётся предостаточно, а Влад не считал нужным что-то объяснять. В конце концов, один раз он попытался, и Артур всё равно не поверил.       Опять началась пробка. И, видимо, слишком медленное движение раздражало и так взбаламученного Артура, поэтому тот снова спросил:       — И что ты чувствуешь, когда отнимаешь энергию? Похоже, что ты пьёшь жизнь?       — Да, если беру слишком много и делаю плохо. А про ощущения… это как глоток вина. Каждый раз привкус будет разный. Не бывает похожего. Энергия наполняет, даёт силы. В прямом смысле. Возможность видеть в темноте, сливаться с ней. Ну, и утоляет жажду.       — Жажду, значит. Ты… для тебя люди как бурдюки с вином. Тебе самому не противно?       — Я сам это выбрал, — Влад пожал плечами, надеясь, что это выглядело небрежно.       — Но зачем?!       Хотел нравиться женщинам. Чувствовал себя отщепенцем. Чтобы заглушить едкое одиночество, обрести уверенность, любовь. Потому что не мог, как ты. Потому что стыдился самого себя, и так легко было поверить, что маленький ритуал сможет всё это дать, враз. Всего-то и надо шагнуть в могилу, распростёршую объятия для юного глупца. Сколько роилось сладостных фантазий! Сколько образов приходило во все те ночи в Праге, пока Влад готовился к ритуалу, собирая ингредиенты по заветам мудрого наставника! Так легко. Так просто. Обрести мечту — за счёт чужих жизней.       Влад повертел очередную сигарету в руках.       И как глупо сейчас казалось произнести это вслух.       — Думал, что будет… иначе. Но ты неправ. Я вижу в людях не бурдюки с вином. Ты спросил, как я чувствую. Ну, я объяснил.       — Скажи, ты хоть раз отнимал жизнь? Совсем.       Артур вперил взгляд в дорогу. Затор закончился, и машина рванула вперёд. Судя по навигатору, дальше их ждала только зелёная линия, до самого парка. Влад откинулся на сиденье и прикрыл глаза. Проще было не смотреть.       — Да. Такое было.       Артур больше не задавал вопросов. И включил музыку обратно.              Влад не знал, что ему делать.       Уже давно стемнело, они выпили не по одному стаканчику кофе и чая, и последний час наворачивали круги по дорожкам парка. Артур дышал тяжело, но отмахивался даже от коротких вопросов, а на третье «ты как?» едва не зарычал, весьма по-звериному, и Влад отстал. Только то и дело посматривал на небо, затянутое тучами, через которые уже довольно ярко проглядывала луна. Он был готов провести в парке и всю ночь, поэтому запасся и термосом с горячим чаем, и тёплой одеждой, и даже флягой с кровью. Впрочем, сам Влад чувствовал себя лучше, внутренний монстр отзывался на мрак ночи, и приятное лёгкое возбуждение поднималось внутри. Он всё-таки сделал маленький глоток из фляги, и сейчас вязкая жидкость с привкусом железа приятно взбодрила. Артур покосился, но вопроса не задал.       Ещё полчаса блуждания в полной темноте, и Влад кивнул на лавочку. Ему не нравилось то, что творилось с Артуром.       Трясясь, тот рухнул на скамейку и глухо простонал. Скрутился, подтянул ноги к груди. Влад уселся рядом и достал из рюкзака внушительный термос, в котором были заварены травы, чтобы унять боль. Ничего более путного они не нашли, что бы могло помочь. Артур поморщился и оттолкнул термос. Наверное, со стороны их можно было принять за пьяных или городских сумасшедших.       Парк выглядел пустым. Ночной осенний воздух холодил пальцы, нёс запах подгнившей листвы, и этот сладковатый прелый дух напоминал о погребениях и смерти, об ушедших в ночь, чьи сердца замолкли и затихли — от ритуалов или чьей-то жестокости. Шелестели деревья, ещё не сбросившие листву, и, казалось, наверху шепчутся холодные призраки.       Тучи разошлись, обнажив бледный круг луны, и её свет залил тёмный парк. Влад специально привёл Артура в ту часть, где не горели фонари. Он уже и забыл, как это прекрасно: видеть мир без лишних отсветов, хотя марево города всё равно не исчезло до конца, но будто померкло.       Артур вдруг резко сел и втянул воздух. Пальцы впились в скамейку, побелели.       Влад убрал термос и застегнул куртку. Он был готов, хотя сам не знал, к чему, поэтому лишь наблюдал, чтобы в любой момент подхватить, удержать, даже попытаться оглушить, если Артур… озвереет.       Может, поэтому Леший советовал именно Измайловский? Мало людей, просторы парка с дикими участками. Но только ли поэтому?       Артур тем временем медленно поднялся, расправил плечи. Дышал тяжело, а взгляд прикипел к чему-то вдалеке, к чему-то среди деревьев, но сам Влад ничего не видел, сколько ни присматривался. Совершенно неожиданно завибрировал телефон: Елена уточняла, как у них дела.       «Смотрит на луну. Пока ещё человек. Лера?»       «Её ведёт свет луны. Так это выглядит. Пока без ритуалов».       Влад начал набирать сообщение, сам не зная, а что сейчас написать, но тут Артур дёрнулся, снял куртку и, пригнувшись к земле, могучими рывками устремился вперёд. Его повадки изменились: никогда не скажешь, что ещё несколько дней назад этот человек проводил тонкую хирургическую операцию на открытом сердце. Влад, конечно, направился следом, пока держась на некотором расстоянии, чтобы не потерять Артура из виду, но и не приближаться.       Луна будто засветила ярче. Она манила, её хотелось коснуться или растянуться на высохшей траве и раскинуть руки, дать бледному свету наполнить себя. Влад мотнул головой, отгоняя странный морок.       Где-то послышался волчий вой.       Влад вскинулся и резко развернулся. Волки? В парке? Или ему послышалось?       Странная тишина окутала дорожку и поле перед ними, и захотелось уйти как можно дальше, выскользнуть из этого сумасшествия, стряхнуть нити луны, что оплели паутиной рёбра, не давая сделать вдох полной грудью. Влад сжал зубы и сосредоточился. Потянулся за флягой. Ещё один глоток — и стало лучше, хотя мир теперь приобрёл багровые оттенки. Что-то не так. Снова послышался волчий вой. Влад завертелся на месте, пытаясь понять, что происходит.       Рядом раздался громкий крик: Артур рвал на себе одежду и катался по земле, крича снова и снова. И видеть, и слышать это было страшно. Влад нервно сглотнул, глядя, как сильное тело Артура изгибается неестественным образом.       Показалось, что хрустнули кости.       Запястья вывернулись, пальцы удлинились. Теперь Артур уже когтями рыл землю, припадал к ней и вскакивал, метался, швырял себя и поднимался. И всё это в лунном свете, что облеплял тело, стекал по широкой груди, лопаткам, крепким бёдрам. Одежды не осталось, и Влад видел, что местами к коже прилипли листья. Артур метался, а потом замер на четвереньках. Вскинул взгляд на Влада, и тот прочел отчаянную мольбу и невыносимую боль. Губы Артура побелели, грудная клетка ходила ходуном.       Чёрт! Да как помочь-то! Он же не знал ни хрена!       Он вампир, а не целитель и не ведьмак! Ну вот что, ему могилу тут вырыть?!       Отлично, увозил от невесты здорового мужчину, а вернёт либо зверя, либо себе подобного — вампира. Но если не останется выбора… Влад лихорадочно стал придумывать, как провести ритуал. Лопата вообще в машине, а здесь не кладбище, но, может…       Артур взвыл. Позвоночник выгнулся дугой, словно вот-вот лопнет. Уже совсем не человеческий крик разнёсся над парком, и вот теперь Влад понял: превращение входит в силу.       Выросли когти. Появилась шерсть. Исчезал человек, появлялся волк: будто заново рождался. Лопались жилы, всё тело покрывала кровь, снова и снова хрустели кости. Эти звуки наполняли ночь, смешивались с воем, и Влад понял, что даже пошевелиться не может.       Сколько прошло времени, он не знал. Но вдруг всё закончилось.       Поле выглядело вытоптанным, земля едва ли вскопана — там, где бесился Артур. Одежда валялась грудой в стороне, и снова тишина повисла над деревьями, а луна безмолвно взирала на своих детей. И среди всего этого стоял огромный серый волк с глазами, что горели жёлтым огнём.       Влад понял, что может снова дышать. Поднялся с колен — он даже не заметил, как упал, — и стряхнул землю с джинсов. Ещё не приблизившись, внимательно взглянул на Артура. Тот мотнул головой — мордой? — и клацнул челюстью. Клыки были что надо.       Осторожно и мягко ступая, Влад подошёл ближе. Медленно вытянул руку. Волк шагнул, но едва не упал на передние лапы, зарычал. И вот шершавый горячий язык коснулся пальцев.       — Хороший пёсик, — усмехнулся Влад, беря себя в руки. — Не сердись.       Волк попытался прикусить пальцы, но каждое его движение пока было неловким. А взгляд… оставалось в нём что-то человеческое. Или так хотелось верить Владу.       — Так, и какие планы дальше? Лёгкая пробежка? Ты уже чувствуешь, как хочешь кому-нибудь откусить голову? Нет, мне не надо.       Артур-волк уселся на задние лапы и поднял морду, и чистый волчий вой, как трагическая песня, взвился ввысь и заполнил небо. А потом Артур сделал то, чего Влад вообще не ожидал: развернулся и затрусил куда-то в сторону деревьев, всё быстрее и быстрее. Нет, конечно, можно было успеть, особенно вначале, когда ещё Артура заносило, лапы плохо слушались, и выглядело это как пьяное шатанье. Но неловкость проходила, сменяясь воистину звериной мощью и резвыми уверенными движениями. Влад побежал было следом, но почти сразу остановился.       — Прекрасно, — пробурчал он себе под нос. — Гуляй себе на здоровье. А мне что делать?       Но, видимо, другого выбора, кроме как ночевать на лавочке, и правда не было. Не искать же этого новообращенного в темноте по всему Измайловскому парку! Что-то Влад сомневался, что Артур прибежит на свист или на команду «к ноге», но это не отменяло волнения. А если и правда тот начнёт охотиться и искать себе жертв? Или это лишь дурные мысли, привычное Владу поведение, которое он видел и в друге?       Влад вздохнул и подобрал порванную одежду. Джинсы остались целы, а вот футболка и свитер напрочь испорчены. Ладно, в рюкзаке была запасная толстовка. Кроссовки вроде тоже не пострадали, вот и славно. Надеясь, что утром не придётся искать голого Артура по всему Измайловскому, Влад вернулся к лавочке и скинул рюкзак. Что ж, у него есть термос с чаем и фляга с кровью. И луна такая дивная… и так убаюкивает её свет…              Рассвет принёс боль. Влад чувствовал себя отвратительно: мышцы ныли, в горле пересохло, по голове будто кувалдой били, а от света саднило кожу. Как он вообще умудрился уснуть? Рука нащупала термос, но тот оказался опрокинутым, чай пролился на сухую землю.       — Вставай, вампирское отродье.       Его пнули чем-то тяжёлым в бок, несильно, но неприятно. Ботинок? Дубинка? Надо встать… собраться… найти Артура… о чёрт. Артур! Где он! Влад с трудом разлепил глаза и уставился на окруживших его людей. Трое мужчин, все будто в земле извалялись, один, самый молодой, и вовсе стоял босиком и в один джинсах. И, судя по мрачному выражению лиц, ни у кого из них не было добрых намерений.       Влад сел, провёл ладонями по лицу. Что за дурман?       — Поедешь с нами. Что, не рад такому пробуждению? Или за дружка переживаешь? Мы его уже поймали. Скулил как щенок.       Послышались смешки. Влад никак не мог рассмотреть того, кто говорил, а потом сощурился и еле сфокусировался: показалось, он уже видел где-то этого мужчину, но уловить черты никак не удавалось. Влад просто кивнул и поднялся. Слова заскребли по горлу:       — Куда едем?       — Увидишь, — говоривший мужчина, не церемонясь, снова пнул ботинком в бедро. — Шевелись давай. Если хочешь застать своего дружка живым.       Влад потянулся за телефоном, но юнец в джинсах нахально повертел тем в руках и сунул в задний карман. Вот ведь самодовольный паршивец.       Чёрт. Даже Елену не предупредить. Лера же с ума сойдёт.       Выбора не было. Влад поднялся и подобрал рюкзак, надеясь, что его хотя бы не заставят много времени провести на свету. Старший мужчина каким-то издевательским приглашающим жестом махнул в сторону дорожки, что вела к выходу. Влад спиной ощутил, как остальные шагают позади, не сводя взглядов.       Ладно, он разберётся, кто эти наглецы. Но сейчас в голове билась только одна мысль: что с Артуром?