Парень из моего класса

Этой ночью юному мечтателю не спалось. Сейчас, лежа в своей постели, в тишине собственной комнаты, произошедший накануне разговор с Томом казался каким-то нереальным. А был ли он на самом деле? Или, проснувшись утром следующего дня, Билл неожиданно поймёт, что всё происходящее было очередным реалистичным сном? Но сны же не бывают такими длинными и столь натуральными. Или бывают? Парень фыркнул на собственные мысли и раздражённо перевернулся на другой бок. Какой же эмоционально насыщенный получился день! С утра он думал, что Том будет вместе с ним или, по крайней мере, признается в том, что они были знакомы раньше. Но судьба-затейница всё попутала, перекрутила и перемешала. Настоящий Том вроде бы получается совсем чужим человеком, но тем не менее, он сам тянется к Биллу, старается ему помочь. Или его интерес к данному обману обусловлен только желанием свести счёты с обманщиком, который посмел использовать его имя и личность? По большому счёту, Биллу было всё равно. С недавних пор молодой человек решил стараться трезво оценивать поступки людей. Но что же тогда думать о том неожиданном поцелуе, который упрямо не покидает безнадёжно влюбленный мозг? Придётся узнавать нового Тома. Пусть пока чужого, но зато настоящего. Обрывочные сны напрягали и дурили голову. Билл ходил по дожливым улицам, вглядывался в незнакомые серые лица проходящих мимо людей и не находил ни одного ему известного. Постепенно его начинали толкать и сбивать с пути, хотя он и не знал, куда ему надо идти. Страх неизвестного пугал, хотелось домой, в тепло, к родным или хотя бы знакомым. Юноша никак не мог понять, где он, как он сюда попал и как вернуться обратно. Вдруг его страх разбился, пропуская в сознание знакомый голос. Потерявшийся мечтатель обернулся, разжигая в сердце надежду, что его выведут из этого непонятного, пугающего места. На него смотрел Том, одетый точно также, как и другие незнакомцы, но лицо его Билл бы никогда ни с кем не спутал. — Том! — позвал парень, чтобы знакомый увидел его. — Том! — вторил ему человек с лицом его наваждения. Тут все проходящие мимо люди начали оборачиваться и звать Билла Томом! И у всех этих ранее серых, незнакомых людей были лица Тома! Вокруг поднялся невероятный шум, собранный из сотни разных голосов, и все эти голоса звали Тома, но смотрели прямо Биллу в глаза. Впечатлительный фантазёр зажмурился и закрыл уши руками, и лишь тогда проснулся. Мама уже стояла возле распахнутого окна и смотрела на своего сына, желая, видимо, разбудить его. Билл проснулся в холодном поту. Видимо, взгляд его был настолько сумасшедшим, что мама сразу метнулась к своему чаду, прикладывая руку ко лбу: — Тебе плохо, милый? Ты заболел? — Нет, всё в порядке. Сон плохой приснился, — Билл быстро сорентировавшись в реальности, немного придержал гудящую голову и улыбнулся родительнице, чтобы окончательно успокоить её. — Приляг, ещё есть пара минуток, — мать заботливо погладила уже большого ребёнка по голове. — Нет-нет! Я встаю! — упёрся парень, не желая возвращаться в запутанный мир тревожных снов. На непонятном мондраже и нервном возбуждении юноша невероятно быстро собрался и позавтракал. Только выскакивая из подъезда он взглянул на наручные часы и лишь тогда понял, что вышел из дома раньше на целых пятнадцать минут. Пытаясь вспомнить, как это он так быстро сделал все утренние дела, Билл чуть не въехал лбом в чёрный Кадиллак, стоявший прямо у входа в его подъезд. Молодой человек никак не ожидал так скоро встретиться со своим тайным обожанием, обычно у него ещё было около пятнадцати минут по дороге в школу, чтобы собраться с мыслями, запрятать сокровенные чувства в дальний тёмный уголок и не вести себя как полный идиот. Приоткрылось окно с лёгкой тонировкой и оттуда показался Том в весьма приподнятом настроении: — Даже если ты хотел зайти с водительской стороны, стоило бы сначала открыть дверь, — подшутил футболист. Билл с перепугу невероятно смутился, но чуть позднее непроизвольно нахмурился: — Что ты здесь делаешь? — Давай садись, дело есть, — Том кивнул на пассажирское сидение. Как только Билл сел, водитель продолжил. — Мы должны найти этого козла. — Зачем? — новичку не надо было объяснять, кого собирается искать Том. — Тебе нравится быть обманутым? Тебе разве не хочется посмотреть в бесстыжие глаза того человека, который так подло с тобой поступил? — водитель проницательно вглядывался в своего собеседника, будто бы старался поместить свои мысли в его голову, убедить в правильности своей точки зрения. — Не уверен, — честно ответил Билл. — А я очень хочу, — Том перевёл взгляд на дорогу и неосознанно сжал сильнее руль. — Мне такие люди в окружении не нужны. Ты поможешь мне найти его? — он снова обратился к пассажиру. — Я уверен, что вместе с тобой мы обязательно его найдём! Парень на пассажирском сидении уже не слушал, что там дальше говорит его собеседник. От слов "вместе" и "мы" в его речи очень хотелось расплыться тёплой сопливой лужицей по дорогому кожаному салону Кадиллака. С такой формулировкой, если надо будет делать что-то вместе с Томом, если у них будет общее секретное дело, Билл был готов абсолютно на всё. Его разбушевавшуюся так некстати фантазию заставил вернуться в реальность неожиданный телефонный звонок. Неожиданный, потому что сигнал был совсем не знаком юному мечтателю, значит это звонит телефон у Тома. — Да? — ответил водитель, лихо совмещая разговор по мобильному с управлением автомобилем. — Нет, я уже выехал. Мне утром по делам надо было. Что значит, почему тебя не взял? Я уже объяснил — дела! Стив, ну серьёзно, что за предъявы? До школы доберёшься — не маленький. Всё, мне некогда. Увидимся, — парень решительно отложил телефон и снова обратился к Биллу. — Так, о чём это я. А, да. Надо будет понаблюдать, кто тебе больше всех симпатизирует или наоборот, делает вид, что ты ему не нравишься, или как-то странно себя ведёт... В общем, смотрим за всеми и любые курьёзные случаи запоминаем. Я думаю, общими усилиями мы быстро обнаружим обманщика. Ты со мной? — Да, я с тобой! — воодушевлённо воскликнул Билл. — Что я конкретно должен делать? — Пока просто наблюдаем. А вечером встретимся, обсудим. — Хорошо, — улыбнулся юный фантазёр. Первый курьёзный случай произошёл в тот же день. Биллу было совсем не по душе, что теперь приходится подозревать в обмане всё своё окружение. Он совершенно не понимал, зачем это нужно. То есть, конечно, понимал, но юному мечтателю было бы гораздо проще забыть про этот неудачный опыт, чем сейчас, из-за одного неразумного человека, ставить под удар хорошие отношения со всеми ребятами, которые его окружают. Если бы его попросил о такой услуге любой другой человек, Билл бы, не раздумывая, отказался. Но в этой ситуации отказываться от какого-то совместного с Томом дела, которое он сам предложил, было бы непростительной глупостью. На физкультуре, как всегда после сдачи нормативов, учитель разрешил парням поиграть в футбол. Капитанами команд назначили Отто и Тома, конечно. — Выбирай первый, — футболист, занимавший все мысли юного художника, кивнул своему однокласснику, предоставляя право выбрать игрока себе в команду. — Билл! — позвал к себе Отто. — Что? — удивился Том. Его выражение лица сразу изменилось с непринужденного на напряженное. Взгляд пытался просверлить собеседника насквозь. Биллу даже показалось, что подставленное к голове Отто дуло пистолета смотрелось бы более дружелюбно, чем этот тяжёлый взгляд. — Нет, он в моей команде. — Тебя никто за язык не тянул! — отстаивал свою позицию второй, временный, капитан. — Сам сказал первым выбирать. — Это не обсуждается! — рыкнул Том. — Вы ещё подеритесь, — презрительно брякнул Стив, переводя взгляд с одного юноши на другого и не совсем понимая, что здесь происходит. Билл же тихонько млел от всей этой ситуации, не наблюдая в происходящем ничего зазорного. Ему было так приятно, что Том хотел взять его в свою команду, защищал своё право играть вместе с ним, и вообще весь его вид был такой серьёзный и решительный, что его очень захотелось записать в свою память и потом вспоминать-вспоминать-вспоминать... К сожалению теперь, вместо тщательного запоминания таких важных моментов Биллу было необходимо внимательно следить за всеми, кто проявляет к его скромной персоне любое повышенное внимание. А так как в этой нелепой сценке отличились сразу двое: Стивен и Отто, они оба сразу попадали под подозрение. Билл без труда понял это по тяжёлому взгляду капитана команды, хотя самому ему очень не хотелось бы подозревать в содеянном непотребстве товарища по команде, ведь с Отто он успел сдружиться почти также, как и с Томом. Новичок даже предположил, что если бы не чувства к Тому, Отто бы нравился ему гораздо больше. С точки зрения приятельства, конечно же. Неужто это он мог так обмануть Билла? Верить в подобное крайне не хотелось, поэтому из двух отличившихся юный детектив решил переложить все свои подозрения на Стивена, ведь они с самого начала не поладили. Весь день прошёл в неясной суматохе. Уроки заменялись один на другой так быстро, что молодой фантазёр не успевал переключиться между преподаваемыми дисциплинами. Чуть не схватив неудовлетворительную оценку за домашнее задание, которое на самом деле тщательно готовил, Билл всё-таки решил отложить пока все свои умозаключения и размышления на свободное от уроков время. Спокойствие и безмятежность молодой человек смог себе позволить лишь на внеклассном занятии по художественному мастерству, где приятные ароматы яблок и цветущих веточек вишни, принесённых фрау Голдшиллер для сегодняшнего натюрморта, создавали волшебную атмосферу для творчества и комфортного хода размышлений. Повинуясь нежным ощущениям, мысли юного художника неторопливо текли совершенно не в ту сторону. Он совсем не мог собрать в голове хоть немного продуктивной информации по сегодняшним наблюдениям, а расстраивать Тома в первый же день их совместного расследования было бы очень некрасиво. Когда юноша пытался вспомнить какие-нибудь отличительные события сегодняшнего дня, кроме вышеупомянутого, на ум приходили только его собственные постоянные оглядки на одного-единственного человека, который достоин занимать его мысли. Билл будто бы не знал, как себя вести со всеми другими ребятами, поэтому стоило кому-нибудь из одноклассников обратиться к нему, он тут же оглядывался на Тома. Только сейчас молодой человек вдруг понял, что это могло выглядить странно и даже довольно комично, но конкретно в тот момент было очень важно почувствовать его поддержку, переданную одним лишь взглядом. Да, Билл не заметил сегодня ничего странного в общении с людьми, но зато начал узнавать что-то более важное: нового Тома. Серьёзного, волевого, справедливого, настоящего Тома, который не спускал с него глаз целый день и совершенно этого не стеснялся, в отличии от подлого обманщика из интернета, который испугался показать свои чувства в реальности. — Бииилл! — прямо над ухом протяжно пропел Энди, чем рассмешил более младших участников занятий, ведь сегодня они занимались все вместе. Даже вечно грустный Марк не сдержал короткого смешка. — Ты меня напугал! — возмутился юный мечтатель, спешно вытирая смазанный штрих на мольберте. — Я тебя уже пять минут зову, а ты как будто отключился, — его друг только развёл руками, и продолжил уже тише. — Я хотел с тобой поговорить, но теперь уже все на нас смотрят, поэтому не убегай сразу после занятий, ладно? — Хорошо. Что-то случилось? — забеспокоился Билл. — О, не переживай. Всё отлично, — улыбнулся Энди. — И передай мне, пожалуйста, вон ту кисть. Тебе она вроде не нужна, а мне такой как раз не хватает. — Держи, — юный художник отдал другу то, что он просил, после чего вернулся к своей работе. Времени оставалось не так много, пора было завершать картину. *** День становился всё длиннее. Уже к моменту окончания дополнительных занятий только начинало немного темнеть. Или, быть может, их сегодня раньше отпустили? Билл хотел было глянуть на часы, но его отвлёк Энди, догнавший его на дорожке, ведущей от крыльца к зданию художественной школы. — Что ты делаешь завтра вечером? — негромко поинтересовался приятель. — После уроков у меня тренировка по футболу, а потом домой, — ответил юноша. — Тут такое дело, — Энди немного засмущался, растягивая фразу и опуская взгляд. — Мы с Кэти хотели сходить в кино. Точнее, она хотела, а я с ней напросился. Но она идёт с подругой, и чтобы подруге не было с нами некомфортно... В общем, она была бы не против, и я конечно тоже, чтобы ты завтра пошёл с нами. Что скажешь? — Что за кино? — Билл скептически приподнял правую бровь. — Э... Я не знаю, на самом деле, — замялся парень. —  Я просто очень хочу пойти с ней, но боюсь, что она будет общаться только со своей подругой, а не со мной. Поможешь? Отвлекать на себя внимание подруги Кэти? Это что-то совершенно новое и необычное для Билла. Да и кому будет интересно отвлекаться на него? Юноша с сомнением относился к подобной авантюре, но глядя в полные надежды на его помощь глаза своего нового друга и зная про его явные проблемы с коммуникацией, Билл не смог ему отказать, и поэтому согласился. — Здорово! — обрадовался Энди. — Тогда до завтра? — Да, до завтра, — кивнул ему Билл, уже заметив на стоянке знакомый монумент Томовского автомобиля. Его водитель стоял около машины, облокотившись на капот, и сурово провожал взглядом отходящего от Билла парня. — Привет. — Виделись, — нахмурился футболист. — Этот батан давно с тобой ходит? — Эй, тише, ты чего? — художник удивлённо округлил глаза, опасаясь, что Энди услышит их, ведь он ещё совсем недалеко отошёл. — Я же тебя попросил быть осторожнее с людьми! Не позволяй себя дальше обманывать, — уже тише продолжил Том, подходя ближе к собеседнику. — Давай в машине поговорим, пожалуйста, — прошептал Билл. Ему категорически не нравился воинственный настрой Тома, а ещё больше не нравилось то, что его опять начинало плющить от близости этого человека. Юноша не знал, то ли его собеседник намеренно нарушал его личное пространство, то ли так вышло случайно. Ведь Том знал, что он очень симпатичен Биллу. Как осознать его поступки? Как научиться не принимать желаемое за действительное? Это было бы, пожалуй, одно из самых полезных умений. Парни сели в машину. Том молча проводил грозным взглядом Энди, пока тот не скрылся из виду, лишь потом обратил своё внимание на пассажира своего автомобиля. Билл было хотел что-то сказать, но тут Том неожиданно остановил его: — Потом поговорим. Элли идёт. Не успел юный художник даже обернуться, как открылась дверь, и на заднее сиденье шумно приземлилась сестра Тома. — О, ты снова здесь! — она улыбнулась Биллу. — Да, Элли, Билл сегодня поедет к нам в гости, — объяснил водитель. — Правда? Классно! — приободрилась девочка. — Серьёзно? — смутился юноша. — Я думал, мы просто где-нибудь посидим и всё обсудим. — Так и будет, — утвердил Том. Элли что-то весело щебетала о том, как она хотела бы показать гостю свои рисунки, потом переключилась на какой-то разговор с Томом, за которым правый передний пассажир уже не следил. Внутри всё клокотало и дребезжало. Ещё вчера он с трудом убедил себя, что у них с Томом ничего не получится, а сейчас сердце опять радостно выпрыгивает, когда мозг перебирает в памяти все события сегодняшнего дня: как он подвёз его до школы, как предложил вместе искать обманщика и как поругался из-за него с Отто. И теперь они едут к Тому домой. Это уму не постижимо! Наверное, даже когда Билл верил, что виртуальный Том и этот — один и тот же человек, он и то не представлял, что так быстро окажется его гостем. Правда, тогда бы это имело несколько иное значение. К сожалению, Билл ничего не мог поделать со своими елесдерживаемыми чувствами к этому человеку, поэтому для него это всё равно был чрезвычайно важный шаг, от которого невольно подрагивали коленки, а в голове носились одна за другой картинки с предположениями, как может выглядеть Томова квартира и комната. Ведь о человеке довольно много можно понять, заглянув в его обитель. Но тут возникли и другие, не менее волнительные вопросы. А как его воспримут родители? А вдруг Том всё рассказал им? Билл не смог сдержать паники и мельком глянул на водителя автомобиля. Тот тут же среагировал, поймал его перепуганный взгляд и, коротко улыбнувшись, сказал: — Не парься. Всё нормально будет. Они доехали почти на окраину города. Высотные многоэтажные дома давно остались позади, уступая место маленьким домикам с разноцветными заборами и небольшими газончиками перед входом. Билл почему-то совсем не представлял, что Том может жить за городом. Развеяв все его сомнения, Кадиллак припарковался возле двухэтажного коттеджа с ломаной крышей и рядом розовых кустов вдоль дороги. — Приехали! — радостно воскликнула Элли. — Пойдём, Билл, я тебе всё покажу! Девочка выпорхнула из машины и теперь топталась у передней пассажирской двери. — Она иногда просто невыносима, — вздохнул Том. — Не волнуйся. Мне не в тягость, — улыбнулся Билл. Ему вдруг показалось, что ему самому будет спокойнее войти в этот дом с Элли, а не с Томом. Да и щебетание этой маленькой девочки позволяло немного переключиться и поменьше нервничать. Родители Билла часто переезжали из-за долговременных командировок отца, поэтому речи о том, чтобы жить в своем доме никогда даже не заходило. У них всегда было не очень много вещей - только всё самое необходимое. Дом Тома навевал романтические мысли о настоящем уютном гнёздышке, куда люди возвращаются с удовольствием, а не только для того чтобы переночевать в комфортных условиях. На небольшом участке перед домом был газон, только начинающий зеленеть после долгой зимней спячки, небольшая клумба, на которую с наступлением тепла высадят красивые цветочки, и, как уже Билл заметил с самого начала, большие кусты роз. Хоть сейчас на них были видны лишь колючки, скоро придет настоящая весна, и маленький дворик Тома наполнится удивительным ароматом этих волшебных цветов. Билл медленно и глубоко вдохнул, пытаясь мысленно воссоздать чудный запах розовых кустов, а может просто собираясь с духом, и шагнул на крыльцо того самого дома, в котором он и не мечтал когда-либо побывать. Из открытой двери буквально обдало тёплым воздухом. В ноздри моментально начал проникать чудный аромат домашней выпечки и каких-то пряностей. У ног уже вошедшей в прихожую Элли радостно вертелся пухлый палевый лабрадор, настолько неистово виляя хвостом, что вслед за ним ходила из стороны в сторону ещё половина собаки. Девочка потрепала пса по голове и предупредила гостя, что животное доброе и ни за что не укусит. — Ага, только залижет до смерти, — с улыбкой подметил подошедший сзади Том. Ну почему же при звуке его голоса всё время замирает сердце? Билл никогда раньше не сталкивался с подобными эмоциями, ведь даже когда они общались с лжеТомом по интернету, юноша совершенно не подозревал, что при личном общении с объектом своих симпатий, все ощущения будут в тысячу раз сильнее. Тёплый ароматный воздух застрял в лёгких, не желая следовать по привычному физиологическому маршруту. Дружелюбный пёс обнюхивал ноги и всё также активно вилял хвостом. А Билл так и застыл в дверях, понимая, что так не вовремя догнавший их Том теперь стоит слишком близко, буквально дыша в затылок. И даже если бы собака оказалась злая и сейчас с особой жестокостью доедала бы его ноги, смущённый гость совершенно этого не заметил, настолько для него были ценны те редкие моменты, когда его неподдающееся логике наваждение нарушало его хрупкое личное пространство. — Мама, познакомься, это Билл — друг Тома, — Элли уже разулась и разделась и теперь с особой гордостью представляла появившейся в прихожей маме нового гостя. — Мы с ним в художественную школу вместе ходим. Он очень здорово рисует! — Здравствуйте, — сдавленно поприветствовал юноша. Он очень надеялся, что этот момент его замешательства остался никем не замеченным. Он сделал резкий полупрыжок в сторону и стал снимать верхнюю одежду с плохонаигранной сосредоточенностью. Сам же старался краем глаза глянуть на Тома — не заметил ли он его странного поведения? Хотя хозяину дома как никому другому было известно трепетное отношения Билла к его персоне, вида он не подал, загружаясь какими-то своими на вид не слишком весёлыми мыслями. — Очень приятно, — улыбнулась женщина. — Мойте руки и проходите к столу. Будем ужинать. Всё в этом доме было необычно и непривычно Биллу, даже воздух тут был совсем иной: более влажный и гораздо более тёплый. В ванне душисто пахло мылом и незнакомой парфюмерией. При любом развороте надо было смотреть под ноги, прежде чем сделать следующий шаг, потому что можно было наступить на собаку, попятам следовавшую за новым человеком в доме. Взгляд всё время переключался с каких-либо отличительных деталей интерьера на мелькнувшего за углом Тома. Странно, но Билл совершенно не представлял Тома дома. Он много раз видел его в школе, на улице, на футболе, и много раз представлял его появление в своей квартире, но что у парня из снов может быть свой уютный и тёплый дом, он почему-то никогда не думал. Это ещë раз доказало юному мечтателю, что виртуальный друг был лишь неполноценной выдумкой. Почему же он не замечал этого раньше? — Ты скоро? — в ванную комнату заглянула нетерпеливая Элли. — Пойдём скорее, иначе я не успею показать тебе свои рисунки. — Зайчонок, тебе не кажется, что Билл пришёл в гости не к тебе? — за её спиной возник старший брат, осуждающе сверля девочку строгим взглядом. — Том, ну пожалуйста! Только на одну минуточку! — Билл не видел лица младшей сестры Тома, но был уверен, что там нарисовалось нечто совершенно умилительное. И Том, не смотря на всю его серьёзность и твёрдость характера в школе и в футболе, здесь, дома, не смог устоять перед умоляющим взглядом младшей сестры. Быстро переглянувшись с гостем и получив от него неопределённое подёргивание плечами, что, очевидно, предполагало, что он в принципе не против, строгий Том сдался, уступив место мягкому и домашнему: — Ладно. Только быстро! — Спасибо-спасибо-спасибо! — взвизгнула Элли и, крепко схватив Билла за руку, потащила его в свою комнату на втором этаже дома. Юный художник никогда не бывал в комнатах девочек, но, наверное, именно так себе и представлял личное пространство ученицы четвёртого-пятого класса. Основная цветовая гамма стен и мебели в бело-розовых тонах. Очевидно, что так было задумано здесь ещё с рождения в семье девочки. В свободных местах на белых обоях были нарисованы загадочные звери и красивые принцессы — это уже, скорее всего, было делом рук подрастающей хозяйки комнаты. В том же углу, что и у Билла — прямо напротив окна — стоял большой мольберт. Небольшая кроватка с навесным пологом из белой полупрозрачной ткани с блестящими золотыми вплетениями казалась маленьким лёгким облачком, на которых в сказках любят спать крошечные волшебные феи. Напротив кровати, справа от окна стоял письменный стол, заваленный тетрадями и учебниками. А в самом неприметном и тёмном углу комнаты прятался синтезатор. Над ним громоздились большие колонки, а стена в этом углу была сплошь увешана постерами любимых актёров и музыкантов. Элли с упоением показывала свои работы. Билл не мог ею не восхититься — у девочки был явный талант к рисованию, прекрасно отточенные умения и тонкое чувство света. Она умела многое, чего начинающему художнику было не по зубам. Правда, скромности ей стоило бы поднабраться — маленькая золотоволосая фея не забывала сама себя нахваливать. Рисунки с пейзажей и животных перешли на портреты, и тут энтузиазм рассказчика в девочке приутих, а зелёные глазки хитро заблестели: — Ты обещал, что я смогу тебя нарисовать, — не терпящим возражений тоном припомнила Элли. — Правда? — смутился Билл. Он не помнил, чтобы он давал юной художнице подобные обещания. Видимо, дети часто воспринимают желаемое за действительное. Мысли сразу вернулись к ненастоящему Тому и той жгучей обиде, которую вырастил в душе юного художника виртуальный обман. Если бы он с самого начала не уповал своим собственным догадкам и мечтам, быть может всё было бы проще и честнее. Пожалуй, стоит быть по-мягче с девочкой, ведь ничего сверхъестественного от него не требовали. — Давай в следующий раз? Сейчас у нас с Томом есть важные дела. — Какие? — тут же спросила девочка, а Билл сразу пожалел, что упомянул совместное дело по рассекречиванию обманщика. — Тебе когда-нибудь прищемят твой любопытный нос, — в дверях комнаты снова появился Том и с улыбкой наблюдал растерянность на лице гостя, который не знал, что ответить его сестре. — Пойдёмте ужинать. Элли показала старшему брату язык и громко захлопнула альбом с рисунками. Билл поднялся, извинившись ещё раз перед маленькой избалованной принцессой, и направился мимо Тома на кухню. Хозяин дома следовал за ним по пятам, а когда они дошли до лестницы, дружески похлопал гостя по плечу: — У тебя потрясающее терпение! Молодец, долго продержался! Только у Билла прикосновения его паранойи, пусть даже дружеские, вызвали совсем иные ощущения. Его тёплая рука на Билловой спине задержалась на целые полторы секунды, успев выжечь очертания от ладони и немного смазать их вниз вслед за движением руки. Нервные окончания буквально взрывались и слегка покалывали своими искорками кожу в месте соприкосания. По всему телу прошла вполне заметная судорога, взорвавшись масштабным фейерверком в голове. Том поймал странный взгляд своего гостя, будто бы его огрели по голове чем-то тяжёлым. — Ты специально это делаешь? — с ноткой злости и некой обречённостью спросил Билл. — Эм, нет, — хозяин дома не совсем понимал, в чём провинился, хотя и догадывался, в чём истинная причина такой нервозности его гостя. Эти догадки заметно смутили его. — Извини. На кухне ребята появились тихо, как будто нашкодившие щенки, кидая друг в друга сконфуженные взгляды. Но обстановку быстро разрядил папа Тома, о чём-то весело болтавший с его мамой. Взрослые шутливо препирались и смеялись. Том тоже быстро вышел из анабиоза и присоединился к их разговору. Юный гость чувствовал себя немного странно ещё совсем недолго, но уже через минуту вовсю улыбался. *** — Чувствуй себя как дома, — улыбнулся футболист. Желудок снова сделал акробатический кульбит, когда за спиной гостя закрылась дверь в комнату Тома, оставляя ребят в изоляции от всей остальной семьи. Здесь было не так много места, как в комнате Элли, но и тесным это помещение назвать было бы неправильно. Интерьер в серо-синих тонах подчёркивал сильный характер его владельца. Навороченный компьютер с большим экраном и развешенными по углам колонками, тёмно-серый письменный стол, по обоим сторонам от стола — шкафы в той же цветовой гамме. На кровати тёмно-синее покрывало и несколько маленьких подушек разных оттенков. В углу у большого окна стоит чёрно-белая электрогитара, за которую на полсекунды дольше цепляется взгляд. — Не знал, что ты играешь, — как бы между прочим заметил Билл. — Ты вообще меня не знаешь, — хмыкнул Том. — А я, между прочим, гораздо лучше всяких мнеподобных подделок. — Не сомневаюсь, — гость постарался удержать дрожжь в голосе, чтобы опять не создавать то напряжение, возникшее после выхода из комнаты Элли. Эмоции, которые бурлят в нём при общении с Томом должны оставаться при нём. Он и так уже поступил очень отзывчиво и благородно, решив вместе искать обманщика. Ведь он мог просто посмеяться над чокнутым поклонником или, чего хуже, рассказать об этом всем ребятам в классе и на футболе. А ведь действительно, Билл никак не мог заставить себя воспринимать Тома как отдельную от неудавшегося общения в интернете личность. Личность, которая, кстати, гораздо сильнее той неумелой подделки. На такого человека хотелось ровняться. У него, наверняка, куча поклонниц и воздыхателей. Интересно, он со всеми так добр и обходителен или только с Биллом? — Так, давай сравним, что у нас есть из наблюдений на этот вечер, — голос Тома очень кстати вывел юношу из совершенно ненужных сейчас размышлений. Парень разложил на столе лист бумаги, приготовившись записывать подозреваемых. Билл подсел на соседний стул рядом с ним. — Что заметил? — Ну, я не знаю, — замялся Билл. Ему всё-таки очень не хотелось обвинять кого-то без каких-либо доказательств. Оставалось предполагать только тех, в ком он меньше всего разочаровался бы, окажись тот обманщиком. — Быть может, Стивен? — Вряд ли. Он тебя на дух не переносит, и это скорее всего от того, что из-за тебя я меньше общаюсь с ним. Но давай запишем его на всякий случай. Мало ли, — как с плеча рубанул Том, выворачивая лучшего друга наизнанку. Билл удивился его проницательности, ведь в коллективе казалось, что Том вовсе не замечает неприязни своего друга к новому ученику. — Меня больше напряг твой нежный дружок с художки. Как его там? — Энди? — удивился Билл. — Так и запишем, — Том склонился над листом, выводя новое имя в списке подозреваемых. — Мне кажется, это не он, — вступился за друга юный художник. — И потом, ему давно нравится Кэти. — А ты его больше слушай, — заспорил Том. — Я прекрасно слышал, как он тебя звал в кино после школы. — Так он же с Кэти хотел пойти! — не унимался Билл. — А меня пригласил, только чтобы я её подружку на себя отвлёк. И вообще, подслушивать нехорошо! — Представляться мной в социальных сетях нехорошо, а вы просто слишком громко разговаривали, — хозяин комнаты тоже не сбавлял темпа в споре. — Этот Энди до тебя вообще ни с кем не общался, а к тебе сразу рванул, как к старому знакомому — это ли не повод для подозрения? — Тебе видней, пусть будет, — сдался Билл. — Ещё Отто, — продолжил запись футболист. — Его-то за что? — удивился парень, хотя их с Томом спор, в чьей команде будет играть новичок тоже показался Биллу странным. — Он тебя всегда защищает и первым делом зовёт к нам, как только видит, — разъяснил Том. — И сегодня на физкультуре он сразу выбрал тебя. — Не хотелось бы его подозревать. Он хороший, — Билл с грустью отвёл взгляд от листка подозреваемых. — С кем же я потом дружить буду, если все мои друзья попадают под твои подозрения? Я не хочу думать о них плохо и искать обман в каждом их действии. — Дружи с честными людьми, Билл, — Том повернулся к нему и настойчиво встретился с ним взглядом, убеждая в своей правоте. — Тогда не придётся потом терзать себя из-за их предательства. Я же вижу, как тебя колбасит от моего присутствия, — футболист считал испуганный его проницательностью взгляд собеседника. Том положил руку на плечо своему гостю и сжал его в поддерживающем жесте. Он смело смотрел в глаза Биллу, которого того гляди хватит инфаркт от нового прикосновения, и пытался вселить ему уверенность, но глаза напротив в панике метались по его лицу. Осознав, что таким жестом собеседника не успокоить, Том отпустил его плечо. — Как будто бы ты сам до конца честен со мной, — Билл разозлился, что футболист завёл неприятную для него тему и расстроился, что ему совсем не удаётся скрывать свои эмоции перед так много значащим для него человеком. Том на раз расскусывал тайные помыслы окружающих его людей. Биллу бы стоило ему позавидовать — он явно никогда бы не оказался в подобной ситуации. Но сейчас проницательность и прямолинейность гостеприимного хозяина вызывали только раздражение. — Ты до сих пор не объяснился, зачем поцеловал меня, а делаешь вид, что ничего не случилось. — Честно, я не знаю, — теперь настала очередь Тома смущаться и подбирать слова. — Я никак не мог выбросить из головы твои слова после того разговора. И вдруг решил поцеловать тебя, чтобы понять, что мне не понравится, навсегда забыть об этом и больше не думать. — То есть ты решил вот так вот внаглую воспользоваться мной, чтобы что-то там для себя выяснить? — злость поглотила молодого мечтателя целиком. — Это очень подло, знаешь ли. Ты уж никак не лучше всех остальных! Билл вскочил со стула и ринулся прочь из комнаты, пока обида полностью не поглотила все тщетные уверования в то, что он хоть немного симпатичен реальному Тому. — Да стой ты! — хозяин дома выскочил вслед за вспыльчивым гостем. Догнав его уже на лестнице, сказал. — Я отвезу тебя. Ты ведь не знаешь, как вернуться домой. С этим Билл, к сожалению, поспорить не мог. И как бы ему не хотелось сейчас спрятаться и побыть одному, дороги до дома он и в правду не знал. А бродить по неизвестному району на ночь глядя было бы совсем глупо. Фыркнув и обиженно отвернувшись, юноша спустился в коридор и быстро начал одеваться. Том последовал за ним. В машине они ехали молча. Билл разглядывал пейзаж за окном, чтобы запомнить дорогу и больше не попадать в столь унизительное положение. Хотя уже то, что он пытался зафиксировать в памяти этот маршрут, означало, что небольшая часть сознания молодого человека всё-таки надеется снова вернуться сюда. Темноволосый юноша в очередной раз фыркнул на собственные мысли. И сколько он убеждал себя не выдавать желаемое за действительное и не искать оправдания каждый раз? Вот и сейчас он снова оправдывал Тома, даже после того, как он честно ему объяснил, что поцеловал его исключительно ради эксперимента. Но ведь Том почему-то позаботился о его доставке домой, хотя мог бы просто дать парню уйти в неизвестность. И зачем-то старается найти его обидчика. Хотя тут капитан футбольной команды скорее хочет найти обманщика, посмевшего использовать его имя. Хватит! Хватит думать о людях лучше, чем они есть на самом деле! Нет, конечно, Том хороший человек, добрый, сильный, честный, но пора уже перестать искать в его поступках намёки на особую симпатию к Биллу. Её нет. И ему это уже несколько раз понятно объяснили. Юноша печально вздохнул от своих грустных мыслей. Благо, они уже добрались до его дома, а значит он сумел спрятать свою обиду и не показать Тому, насколько в действительности были больны его слова. Дёрнув за ручку двери, Билл понял, что она закрыта. Котелок раздражения в голове опять начал стремительно закипать: — Открой! — Уйдёшь, когда я скажу, — строго заявил Том, заставив пассажира встретиться с ним взглядом. А глаза у водителя были совсем не злые. Билл завяз в этом взгляде, будто в свежем зефире. Вот как после такого доброго и ласкающего взгляда убедить себя в том, что он не нравится Тому? Юноша разглядывал совершенное лицо своего наваждения в очередной раз обещая себе больше так не делать. Только сегодня. Только последний разочек. Том с интересом наблюдал за своим пассажиром, а потом вдруг тихо и мягко сказал. — Мне понравилось с тобой целоваться. Бам! Билл, кажется, уже привык получать невидимой, но тяжёлой сковородой по голове. Двери автомобиля щёлкнули, громко возвещая о том, что пассажиру пора исчезнуть, и молодой человек поспешил покинуть замкнутое пространство. Том после своей многозначительной фразы сразу перестал поддерживать зрительный контакт и, как только парень закрыл за собой дверь, сразу рванул с места, оставляя юного мечталя наедине со всеми своими душераздирающими эмоциями.