Абендорм. Пустые лица

      — Ну давайте уже! — кричала я, дергаясь из последних сил. — Просто убейте меня и все!       Но ниимы не слушали. Мельтешили по комнате, рисовали на полу круги, словно собирались призвать какого-то демона, и лишь иногда оборачивались на меня. Пару раз я встречалась взглядом с Хоуп, которая сразу отворачивалась и продолжала раскладывать небольшие предметы, издалека напоминавшие камни или какие-то минералы, в уже начерченные круги поменьше.       Рана все еще пульсировала, а штанина пропиталась кровью настолько, что та капала на деревянный дощатый пол, отмеряя секунды до моей смерти. Руки, стянутые тугими браслетами, давно онемели, — я старалась хоть как-то стащить их с крюка, но не могла даже подпрыгнуть из-за боли в ноге и нехватки точек опоры, так что мои попытки напоминали скорее танец очень плохой балерины.       Я уже перестала звать на помощь, орать и брыкаться, молить о пощаде и плакать. А в какой-то момент и вовсе рассмеялась в истерике, иронично заметив, что за последнее время меня слишком уж часто связывали…       — Готово, — произнес один из ниимов.       Рейнар, расхаживавший все это время по подвалу, в секунду обратился дымом и исчез. Ниимы расступились, оценивая проделанную работу, а затем начали занимать места внутри начерченных кругов.       И только тогда я осознала, на что был похож этот рисунок.       Стеклянную ванну, заполненную кровью и стоявшую в самом центре, окружали двенадцать кольцевых линий, на каждой из которых, словно планеты, изображались незнакомые мне символы…       «Каждая из линий обозначает этап, который проходили люди, чтобы очистить свои души и получить частицу той великой силы, что наполняет все вокруг», — прозвучал голос Тоби в моей голове. — «А те символы — изображают так называемые алхимические элементы. Объединив их и завершив все стадии очищения, древние ученые надеялись найти способ обрести бессмертие, но в итоге… получили нечто иное».       Вот чем были разложенные внутри символов предметы. Часть из них я знала, а о других могла догадываться лишь по картинкам из учебников. Золото и ртуть. Медь и серебро. Киноварь и сурьма…       Ниимы, уже образовавшие вокруг ванны три кольца, брались за руки и закрывали глаза.       Но чего они добивались? Хотели создать новый источник магии? Уничтожить ее вовсе?       В голове все смешалось. Прошлое переплелось с настоящим, образы из детства всплывали, разгуливая по этому же подвалу темными силуэтами и так же быстро исчезали, смешиваясь с тем, что я видела перед собой теперь.       Стоило двери подвала открыться, как надежда вновь вспыхнула, но сразу потухла. Вошедший медленно спустился, оглядывая помещение, и прошел ко мне, минуя ниимов, которые никак ему не препятствовали. В его темных глазах отражалось мое испуганное лицо, и вместе с тем нечто, напоминавшее сожаление.       — Вы знали… — прошептала я, едва шевеля пересохшими губами. — Знали, но не сказали…       Мистер Барри собирался ответить, но рядом оказалась Хоуп и что-то протянула ему. На секунду мне почудилось, что на ее запястье блеснул металл, но едва я обратила на него внимание, как в руках мистера Барри блеснуло уже нечто иное. Острое лезвие слишком знакомого ножа. Небольшой и изогнутый, с черной резной ручкой и тонкой гравировкой в виде виноградных лоз.       Нож Греты.       Не успела я до конца все осознать, как в центре круга, прямо перед стеклянной ванной, возник Рейнар. Ряды ниимов загораживали обзор, но я видела, что он удерживал на руках девушку, которая вопила и извивалась.       — Пустите! Пустите, говорю! — Она вывернулась, дернулась в сторону, и я увидела ее лицо. — Элис?! Элис, помоги мне!       Мне бы кто помог…       — Мистер Барри! Мистер Барри, помогите! — не унималась Лорел. — Скажите им!       Но он смотрел на нее, ничего не предпринимая, и сжимал в руке нож, который, судя по всему, предназначался для меня… Наверняка мне следовало трястись от страха или хотя бы удивиться появлению в подвале Лорел, но за последние часы я испытала такой спектр эмоций, что теперь, кажется, окончательно опустела и уже готова была сама броситься на тот самый нож, лишь бы все прекратилось.       Однако сил не было даже на это.       Рейнар поднял Лорел над сосудом. Она завизжала, брыкаясь и пытаясь вырваться, но его хватка выглядела крепкой и недвижимой. Ниимы, стоявшие во внутреннем круге, тем временем погружали в кровь стеклянные шары, напоминавшие аллиролампы и наверняка заполненные магией, украденной у убитых магов познания.       В голове вдруг все сошлось. Осознание захлестнуло меня в тот же момент, когда Рейнар отпустил Лорел, и она с криком рухнула в ванну. Ниимы взялись за руки, замыкая три круга. Лорел вскинула руки и вцепилась в стеклянные бортики, пытаясь подняться, но кровь словно ожила и потянула ее вниз.       — Отчего медлим? — спросил Рейнар, вдруг оказавшись справа от меня. Мистер Барри поднял на него хмурый взгляд. — Или уже не желаешь исцелиться, друг мой?       Он едва ли не облизнулся, произнеся это, и мне показалось, что на лице мистера Барри проскользнуло отвращение.       — Мистер Барри… пожалуйста, — прошептала я. — Вы ведь знали мою маму. Прошу… Вы помогли мне в академии. Вы не хотите этого. Не хотите моей смерти…       Я точно видела сомнение в его взгляде, но он молчал. Медленно обошел меня и остановился за спиной. Его дыхание щекотало затылок, в животе все сжималось от непонимания и вновь вспыхнувшего во мне страха. Дрожащие пальцы задели мою кожу, подцепив край кофты. Ткань затрещала, когда лезвие прошлось по ней и оголило спину, которую тут же обдало холодом.       Рейнар какое-то время стоял рядом, наблюдая за действиями мистера Барри, но потом, потеряв к нам всякий интерес, вернулся к сосуду, в котором продолжала барахтаться Лорел. Ее руки вырывались из крови, напоминавшей теперь вязкую жижу, пытались зацепиться за что-то, тянулись вверх, хватались за края. Она успевала поднять голову и сделать один спешный вдох, но темно-алые сгустки, напоминавшие щупальца, раз за разом утягивали ее на самое дно.       — Это не стандартный ритуал, мисс Уэйланд, — тихо произнес мистер Барри за моей спиной. — Будет больно.        — Прошу… вы ведь были здесь, — выдавила я сквозь слезы, не понимая смысла своих слов. Воспоминания говорили за меня: — Вы знаете, что будет. Вы же помните…       Он не отвечал, но и не предпринимал никаких действий. По крайней мере, не касался меня, но я все еще отчетливо чувствовала его присутствие за спиной.       — Постарайтесь…       — Начина-а-а-ай уже, — прошипел Рейнар, вновь оказавшись возле нас.       Мистер Барри шумно вдохнул, словно сдерживался, чтобы не отчитать его, как провинившегося студента.       — Я лишь объяснял, что ритуал перекроет действие всех предыдущих, но работает по тому же принципу, и ей важно не терять сознание, — холодным тоном преподавателя прояснил он. — И она должна это запомнить.       Мистер Барри явно выделил последнее слово, и я понимала, что он пытался на что-то намекнуть, но из-за паники не могла ни о чем думать. Возможно, подсказывал, что мне, наоборот, следовало потерять сознание, чтобы ритуал не сработал? И, честно говоря, я бы с удовольствием уже давно отключилась, но, к сожалению, не могла выполнить эту просьбу по заказу.       Рейнар смерил меня испытующим взглядом и вновь обратился к мистеру Барри.       — Приступай. Нужно успеть до того, как она вернется.       Я почувствовала, что мистер Барри приблизился, и последний раз посмотрела на Лорел, которая уже почти перестала бороться.       Сглотнув, я закрыла глаза.       Пора тоже смириться.       Тяжелая ладонь легла на мое плечо, а острие ножа коснулось спины на уровне очага.       — Будет очень больно, — напомнил мистер Барри.       И лезвие двинулось вниз, прорезая кожу.       Линия. Точка. Черта.       Я задыхалась и кричала. Дергалась, пытаясь избежать боли, но он удерживал мое плечо и сжимал его, не позволяя вырваться.       Черта. Линия. Точка. Черта.       Слезы струились по щекам. Меня колотило и раздирало на части. Я отчаянно пыталась отключиться, потерять сознание, забыться или вовсе исчезнуть, лишь бы сбежать от бесконечной боли, отчаяния и страха. Но не могла. Сознание путалось, по лицу текли слезы, слюна капала с губ, срываясь с каждым новым вскриком. Бесконечная пытка обратила мою спину в единый горящий сгусток, который уже ощущался отдельным куском истерзанной плоти. Я по-прежнему чувствовала боль, но словно срослась с ней.       Тело обмякло, голова безвольно опустилась…       Мистер Барри резко встряхнул меня и сжал плечо куда сильнее, чем прежде. Его лицо оказалось возле моего уха, и он тихо, но ожесточенно произнес сквозь сжатые зубы:       — За-по-ми-най.       И так же быстро отступил.       Я подняла отяжелевшие веки, успев увидеть лишь как Рейнар шагнул за мою спину, и вздрогнула, когда его ледяная ладонь прижалась к саднящим ранам.        Запястье остро кольнуло — странное, очень знакомое ощущение, которое сразу сменилось болью в очаге. Его словно потянули куда-то, а потом резко дернули в сторону, отчего я вновь вскрикнула и взвыла, ощутив, что лишилась чего-то невероятно важного и ценного. Потеряла то, что совсем недавно смогла обрести.       Крюк надо мной растворился, и я рухнула на пол.       — Наконец-то, — произнес Рейнар непривычно живым, человеческим голосом.       Он прошел мимо ниимов и вскинул руки в торжествующем жесте. Каждое его движение выглядело теперь почти нормальным. Он больше не напоминал марионетку, хоть и казалось, что кто-то до сих пор управлял его телом, но теперь уже некто куда более искусный и умелый. Нет же, это все он! Он действительно сам все это время использовал телесную магию, чтобы двигаться, но имея лишь ее часть, справлялся с этим куда хуже, чем я тогда в… Где?.. И когда?       Перед глазами вновь мелькнули образы какого-то бара, но тут же потухли. Рейнар остановился возле сосуда, кровь в котором приобрела странный, почти черный оттенок, и резко обернулся к ниимам.       — Где она?! — почти взревел он. — Где девчонка?!        Мои веки слипались, но я все же смогла приглядеться, чтобы осознать — помимо потемневшей крови в ванне действительно больше ничего и никого не было.       — Она… — пробормотал один из ниимов. — Она… исчезла.       — Что значит исчезла?! — заорал Рейнар, бросившись к нему. — Как она могла исчезнуть?       — К-когда вы отошли, г-господин Рейнар, она просто пропала, — поспешила на выручку одна из женщин. — Растворилась…       — Ты! — Рейнар в секунду оказался перед мистером Барри. — Ты сказал, что в прошлый раз все было именно так!       Они стояли где-то возле моих ног, но у меня не хватало сил обернуться. Я все еще пыталась и вовсе отключиться, однако, мой организм словно отказывался выполнить такое естественное и, казалось бы, очень подходящее к ситуации действие.       — Все было так же, — сухо ответил мистер Барри.       — Тогда что не так?! — перебил Рейнар. Я не видела их, но буквально ощущала, как его гнев едва не прожигал мистера Барри. Казалось, еще немного, и Рейнар набросится на него.       — Ваш прах… — начал мистер Барри.       — Я спрашиваю, что не так?!       На секунду воцарилась тишина, а потом послышался тихий и вымученный ответ:       — Возможно, дело в том, что она сопротивлялась.       Рейнар резко отступил и прошелся по комнате. Он вышагивал, оглядывая ниимов одного за другим, словно выискивал среди них новую жертву, но не найдя, обернулся ко мне.       — Берите эту.       Нет… пожалуйста, отстаньте от меня… Оставьте меня в покое!       Ниимы замялись, никто из них даже не успел шагнуть в мою сторону, когда мистер Барри сказал:       — Не получится.       — О, еще как получится! — остервенело рявкнул Рейнар.       — Общее истощение, открытые раны, — монотонно произнес мистер Барри. — Она умрет даже раньше, чем начнется процесс.       — Так излечи ее!       — Понадобится несколько часов, — без тени сомнения произнес мистер Барри.       Я затаила дыхание. Он лгал! Несколько часов требуется, когда задеты внутренние органы, а моя рана затянулась бы достаточно быстро. Но Рейнар, должно быть, не знал этого. Он лишь зарычал, а потом крутанулся на месте, оглядывая ниимов.       — Где?.. Где та девчонка из леса? Тащите ее!       — Но она помогает Тиссее, — внезапно подала голос Хоуп. — Без нее порошок…       Договорить она не успела, потому что Рейнар уже исчез, а через мгновение возник в центре круга на этот раз с Гретой.       Я не знала, что случилось с Лорел. Не знала, умерла ли она или просто растворилась. Не знала, что чувствую по этому поводу. Но точно знала, что если то же произойдет и с Гретой, я не выдержу.       — Не… сопротивляйся, — выдавила я, едва размыкая пересохшие губы.       Но ей и не нужны были мои слова. Грета сама залезла в сосуд и погрузилась в густую кровь с головой. Жидкость забурлила, принимая новую жертву, и почти радостно зашипела, размывая ее силуэт в вихре почерневших волн.       Нет…       Мне хотелось видеть ее, хотелось верить, что она все еще жива. Я должна была убедиться. Ведь все это из-за меня! Если бы не я, она не заблудилась бы в лесу, не попала в этот дом. Она ведь всегда тепло относилась ко мне и даже несколько раз помогала. Без какой-либо выгоды, без какого-то умысла, — просто потому, что… хорошо относилась ко мне? А я…       Из последних сил я потянулась вперед, попыталась продвинуться ползком хоть на пару шагов и почти дотянулась до линии, начерченной на полу, но меня вдруг резко дернули за ногу, оттаскивая обратно, и я зашипела от боли.       — Держись подальше от круга, — шепнул мистер Барри. Он опустился на корточки возле меня и вложил в мою руку нож. — Спрячь.       — Вы…       — Нужно вонзить его точно в очаг, чтобы разрушить его, — еще тише сказал он, заслонив меня собой от ниимов и Рейнара, пока я спешно убирала нож в тот же карман сумки, где все еще лежал ключ. — Свяжись с Альфредом, верни магию и…       Продолжить он не успел. Дверь распахнулась, и по подвалу разнесся вопль миссис Мосс:       — Вы обещали, что не тронете ее!       Она сбежала по ступеням, ворвалась в круг, расталкивая ниимов и размыкая их соединенные руки, но так и не смогла достичь Рейнара. Сосуд засиял, разнося пронзительно ярки свет. Комната вспыхнула, заполнившись белизной.       — Да что теперь не так?! — взревел Рейнар. Я видела лишь его очертания, словно кто-то вывел его силуэт карандашом на бумаге. Он схватил мистера Барри за ворот и дернул на себя. — Говори!       Комната все еще выглядело странно, предметы и люди переливались словно покрытые жемчугом. Мистер Барри не двигался и продолжал молчать. Возможно, молчал бы и дальше, но Рейнар встряхнул его, ударив спиной о стену.       — Нужна кровь…       — Кровь? Еще кровь?!       — Свежая кровь, — явно нехотя произнес мистер Барри. — Нужна… жертва.       — Же-е-ертва, — с упоением повторил Рейнар.       И, отпустив его, торжественно обернулся к ниимам. Руки каждого, кто стоял в круге, вдруг потемнели и сузились, обращаясь острыми лезвиями, чтобы взметнуться вверх — к их шеям. Я успела закрыть глаза, лишь когда кровь расплескалась во все стороны, окрасив подвал в алый. А потом услышала глухие удары.       Падают.       Падают.       Падают и катятся.       Дверь скрипнула, тошнота подступила к горлу, я зажмурилась, задыхаясь и дрожа. И зачем-то взмолилась уже сама не понимая кому, когда Рейнар с восторгом почти что пропел:       — Моя дорогая Мирелла! Наконец-то ты здесь.