Панк Поттер

      Том поправил мантию. Он нервничал, потому что много месяцев не мог избавиться от одержимости этим ненормальным певцом.Он ни капельки не был во вкусе Реддла, ведь в его вкусе никого не было, но этот «мальчик-который-выжил» тем более не попал бы даже в категорию «привлекателен», кто вообще будет выбирать себе такой псевдоним? Что он должен был пережить, чтобы так называться? Аваду кедавру?Такие мысли были у Тома, когда Том впервые увидел глаза певца так близко. Несмотря на неоновых свет в зале, Реддл смог разглядеть насыщенный зелëный цвет, который напоминал ему заклинание, что ему доводилось пару раз использовать. Возможно, именно тогда он и осознал, что больше не сможет отстать от этого нелепого парня в безумных нарядах.       Все маглы были странными, и их стили в одежде также поражали, но когда подобное носил маг, это вызывало восторг, а не осуждение,- это бесило. Именно за это Том и борется, за то, чтобы маги оставались магами, а не уподоблялись маглам. И Реддл осуждал это, до того момента, пока ему не понравился один из них. Они встретились в месте, которое было выбрано для встречи, просто, чтобы не привлекать внимание, там он впервые и услышал выступление этого панка. Тогда, ему только хотелось побыстрее скрыться от громкой и несуразной музыки, кому вообще это могло нравится? Видимо, Тому Реддлу, который по невероятному стечению обстоятельств, пришлось следить за этим парнем, а ежедневный список дел пополнился именем певца.       Что выглядело весьма странно с его обычным списком, который почти весь состоял из изучения всевозможных тëмных проклятий или закрытых приëмов, которые ему предстоит посетить. И при этом, надо ещё успевать следить за новостями об этом музыканте, нелепо, но ещё более нелепо это то, что он невольно улыбался каждый раз, видя его лицо в новостной колонке пророка. А попадал он в газеты часто, несмотря на специфику своей музыки и тем, что он просто не соответствовал разгульной жизни, которую обычно ведут такие панки. С его объектом интереса же не было ни одного скандала, всë выглядело так, будто он пропадал сразу после концертов, не было известно и не сценическое имя этого певца, только прозвище. Было так мало информации о нëм, что каждый автор в пророке пытался провести собственное расследование, но в итоге, оставался ни с чем. Как было известно Тому, даже знаменитая своими расследованиями Рита Скитер не смогла нарыть на «мальчика-который-выжил» никакой информации. Реддл и не узнал бы об этом, если бы не его удачное знакомство с парочкой известных журналистов. С которыми Том столкнулся по счастливой «случайности», сразу после их неудачных расследований.       Этими загадками, панк привлекал к себе только больше внимания. А какие слухи ходили вокруг него! Кто-то даже говорил о том, что он сквиб, это было по мнению Тома оскорблением, для такого сильного мага, как этот певец. Магия, которую тот источал во время выступления, помогла ему забыть о противном шуме, помогла забыть о раздражительных людях вокруг, помогла забыть о всëм, что злило и раздражало. Реддл никогда не чувствовал себя так хорошо, как когда наслаждался магией этого парня, всего в пирсинге и с ужаснейшей причëской, которую видимо закрепляли магловским лаком для волос. Но всë это было незначительными мелочами, после того, как он смог насладиться этой магией. Зато, Тому теперь известно чуть больше, чем остальным, этот панк являлся светлым магом. Реддл ещë в школе научился различать тонкие оттенки магии, и то, что ему понравились неконтролируемые всплески светлой магии певца, поражало только больше. У самого Реддла, всегда была предрасположенность к тëмным искуствам, и Том всегда чувствовал омерзение к светлым. Особенно плохо ему было после общения с директором Хогвартса, Альбусом Дамблдором, которую буквально навязывал всем во круг, то, что светлые маги — априори лучше других. Реддла буквально тошнило от приторности и нереалистичности речей директора.       И то, что ему так понравился светлый маг, только подпитывало интерес Тома к этому певцу. Конечно, пока он не переходил никаких границ приличия, несмотря на то, что выделил на поиски любой информации о нëм приличное количество времени, которое мог потратить, на другие планы. Но он не узнал о нëм ничего нового, было необычно сталкиваться с такими трудностями, оказалось, что сложнее найти информацию о каком-то мальчишке, чем о способе бессмертия, ну не глупая ли это ситуация? Что такого скрывал этот Панк, раз растворялся каждый раз, после окончания своих выступлений? А главное, почему он не смог найти ни одну бумагу с подлинным именем Панка? Было интересно узнать о том, что же за тайны хранит этот парень, возможно, узнать из какой он семьи? Он ведь легко мог скрывать своë имя из-за того, что является наследником какого-то рода. Тëмные волосы были отличительной чертой многих аристократов, Том не мог утверждать наверняка, но теорий у него было много. Особенно, о возрасте мальчишки, который по его мнению, был между восемнадцатью и тридцатью. Глупость его предположений, поражала даже самого Тома, когда он думал об этом певце и вспоминал все моменты, когда ему удалось насладиться его магией, будто отключало всë его рациональное мышление. Самым странным из этого было то, что он совершенно не боялся этого , а ведь ум — единственное, что он ценил в себе и не считал бесполезным.       Это точно должно было насторожить его гораздо раньше, чем начало…

***

      Том ещë раз взглянул на змею, которую хочет использовать в не лучших намерениях по отношению к Панку. Ему не так уж и трудно было найти его гримëрку, наверное, единственное место, где его видели в последний раз. Конечно, он не рассчитывал, что сможет найти что-то интересное, ведь если в неë не смогли проникнуть самые надоедливые журналисты, то и у него шансов не так много? Но Реддл слишком упрямый и не успокоиться, пока не попробует все возможные методы, проникнуть в личное пространства певца. Том до сих пор смеялся над собой же за то, что пытается проникнуть в гримëрку Панка, прямо как магловские сталкеры следящие за знаменитостями. Он конечно же не относил себя к таким людям, ему просто интересно узнать, что за маг скрывается под всем этим образом, ну не мог же Панк ходить так и в повседневной жизни? По крайней мере, Том надеялся на это, да и не зря его тогда никто не узнаëт, за нелепым гримом и отвратительной причëской наверняка скрывался какой-нибудь совершенно обычный парень. Том усмехнулся от своих же мыслей и поднял руку, которую обвила небольших размеров змея, Реддл аккуратно провëл по чешуйкам другой рукой. – Красавица, принесëшь мне что-нибудь? — Том не верил, что змея сможет проникнуть, всë же, какие-никакие защитные чары есть на каждой двери в зданиях такого типа. Но пока он сам не убедиться, Том не успокоится, да и всегда возможно выяснить какие чары были использованы. Реддл не успокоится и перепробует все возможные способы. Том опустил змею на землю, он не был даже близко к зданию, где до сих пор должен был идти концерт. Реддлу пришлось бежать, чтобы привести свой незамысловатый план в действие. Он был таким простым, что Том не верил в его исполнение. Но несмотря на это, он дал змее подробные указания куда она должна ползти, ему остаëтся только надеяться на удачу и то, что дверь и сама комната не будут защищены от животных, есть какие-то плюсы в том, что он разговаривает со змеями.       Раньше Том использовал эту способность, только чтобы время от времени запугивать чистокровных напыщенных магов, что не очень-то и хотели хотя бы выслушать какого-то грязнокровку, пусть тот и был лучшим учеником на факультете. Тогда его здорово спасло неожиданное родство с одним из основателей Хогвартса, с тем, на чьëм факультете он учился, и тем, кем восхищались те самые чистокровные. Правда единственное, что из его заслуг ценится до сих пор, это запрет всем не чистокровным учиться на таком «благородном» факультете как Слизерин. Все эти идиоты и своë наследие и историю слабо знали, чтобы приводить доводы и свои аргументы в спорах с такого древнего времени, когда те начинали оскорблять полукровок или маглорожденных. Реддла всегда бесило, что они ровным счëтом не знали ничего про своего основателя, что говорить про основателей других факультетов, а ведь они были не простыми магами, которые смогли построить Хогвартс и заслуг у них больше, чем помнят слизеринцы.       Том давно закончил Хогвартс и должен был забыть о нëм и четырëх основателях. Он до сих пор жалеет о том, сколько древних тайн, он не смог разгадать, но, к сожалению, а может и к счастью, Том так и не смог попасть обратно в замок уже в качестве профессора, а не ученика. В чëм виноват как раз самый противный светлый маг на свете — Альбус Дамблдор, а ведь он имеет права на замок больше, чем кто-либо ещë со своей родословной. Как бы не было обидно, Том верил в судьбу и если бы всë же смог устроиться преподавателем защиты от тëмных искусств, то уже вряд ли бы обратил внимание и встретил бы этого «мальчика-который-выжил». Реддл считал это судьбой, или же весьма удачным стечением обстоятельств, благодаря которым, он смог его встретить, что это если не судьба? Ведь до этого, Том никогда не интересовался человеком, его личностью, так сильно как сейчас и вряд ли когда-нибудь будет.       Сколько загадок хранит этот певец? Какую силу он держит в себе? Больше всего хотелось помериться силами с этим Панком, пусть это явно не профиль певца, но от чего-то казалось, что тот был прекрасен и в дуэлях, иначе, зачем ему вообще такой большой объëм магии, если он просто не умел ей пользоваться? Магия, что так и вырывалась из певца, когда тот выступал, если бы тот не умел еë контролировать, то она бы чувствовалась во всëм здании и после концертов. Но нет -это прекрасное ощущение от магии исчезало так же быстро, как и сам певец, значит, у того был прекрасный контроль, из чего следует, что Панк прекрасно управлял собой и своей магией, но позволял ей вырваться на свободу во время выступлений. Тома немного восхищало то, с каким рвением тот относится к своим концертам, пусть даже и мог выступить только с одной песней, во время группового концерта, но даже тогда Панк выкладывался на полную, и это достойно восхищения Реддла.       Том взглянул на змею, которая удачно скрылась в траве, и усмехнулся. Ему остаëтся только ждать новостей, пусть он и предполагает, что они будут не лучшими.

***

      Том готов смеяться от того, как хорошо сработала его глупая идея со змеëй.Она сейчас ползла к нему с чем-то в пасти, теперь Реддл обязан вкусно покормить еë за то, что та так хорошо справилась с работой. Том не ожидал, что так легко было проникнуть к этому Панку, раз даже змея справилась с этим заданием так быстро и точно. Реддл присел, чтобы взять ту на руки, а после довольно прошипел: – Умница. Том забрал украшения, что держала змея, это оказался пирсинг. Реддл выгнул бровь: кое-что не давало ему покоя в этом всëм, пирсинг был накладным. Том не смог и рассмеялся. Ладно, это действительно было неожиданным: что-что, а накладной пирсинг он не ожидал, тот всегда выглядел натурально для того, чтобы внезапно оказаться подделкой. Теперь было интересно, какая у певца внешность с нормальным лицом, невероятно хотелось наложить отталкивающие чары и понадеяться, что тот воспользуется дверью, а не камином или ещë каким методом перемещения.       Том погладил змею и позволил ей обвиться вокруг руки, возможно, он и сделает то, что крутилось в его голове. Отталкивающие чары легко заметить, особенно, если вокруг не будет людей, но даже идя на такие риски, Реддлу хотелось увидеть этого мага в его настоящем обличии, возможно, тогда он хоть за приличного человека сойдëт. А если волосы Панка ещë и будут нормально уложены… Но Том не тешил себя надеждой по этому поводу, ведь примерно представлял, сколько ещë потребуется времени и сил, чтобы убрать весь ужас на голове у певца, это и было обиднее всего. Возможно, будь он и правда без всего этого образа, который создавал на сцене, Том бы смог узнать его личность? У Реддла всегда была хорошая память на лица, и уж тем более он не мог бы упустить такого сильного мага,это указывало на то, что тот был явно младше Тома, возможно, и правда только пару лет назад окончил Хогвартс? По крайней мере, это многое бы объясняло, это же насколько тот младше? Реддл даже на седьмом курсе следил за сильными первокурсниками, но никого с такими же невероятными глазами из школы не помнил. Да, глаза бы он определëнно запомнил.       Том фыркнул от своих мыслей. – Весь мир — обман, — на английском сказал Реддл и продолжал гладить довольную змею, которая не обращала внимания на то, что бормотал еë хозяин, главное: сегодня он не злой, это единственное, что волновало змею. — Пойдëм, проведаем этого обманщика, — Том был в приподнятом настроении, да таком, что даже начал напевать мелодию, что слышал час назад на концерте. Ему абсолютно не нравился этот жанр, но он не мог отрицать, что музыка прилипчивая. В обычное время это бы его раздражало, но только не сейчас. Он быстро наложил на себя отталкивающие, очень расстраиваясь, что сейчас у него больше нет более лучшего прикрытия, в следующий раз, он зачарует мантию на невидимость, если следующий раз будет, конечно же.       Том и не заметил, как начал рассуждать вслух, пусть и очень тихо. – Он — просто нечто, а ведь я и правда думал, что он ходит в этом ужасном железе в повседневной жизни, — от того, что пирсинг оказался обманом, этот Панк начинает нравиться ему только больше. — Какая у него личность? — Наконец задался вопросом Реддл. Раньше он концентрировался только на образе музыканта и его врождëнных способностях, но сейчас его интересовало не только это. Хотелось узнать то, как он мыслит, как жизнь привела его к такой профессии? Или тот помимо музыки занимался чём-то ещë? Работал сторожем в отделе тайн? Тому было забавно размышлять о том, чем же певец занимался в свободное от выступлений время, его у него точно должно быть много, да и магу с такими силами… Панк мог добиться многого, если бы не его увлечение музыкой.       Реддл притаился у запасного выхода, мало кто знает об этом хорошо скрытом от чужих взглядов места. Благо Том заранее изучил строение всего здания, возможно, он действительно немного переходил границы, но ему было интересно узнать о певце больше. Можно воспринимать это как один из его проектов в изучении. Так он называл людей, которых ему надо было очаровать, чтобы получить какую-то вещь или информацию, только в первый раз он узнавал о ком-то, потому что ему был интересен человек, а не вещь или власть, которую тот способен дать. Да и что можно было получить от обычного певца? Анархиста, чьи идеалы должны быть полной противоположностью тому, за что борется Том. Было абсурдно осознавать, что его привлëк именно такой человек, ну, судьба любит смеяться?       Прошло уже немало времени с тех пор, как он притаился у выхода, змея уже успела спрятаться в карман мантии, чтобы погреться, а он всë стоял. И вот, Реддл уже собирался уходить, как из двери показалась фигура в магловской тëмной толстовке, Том даже по привычке скривился от этого, но через секунду смог разглядеть заляпанные грязью и, кажется, обмакнутые в блëстки красные конверсы, в которых сегодня выступал Панк. Реддл затаил дыхание, стараясь сделать своë присутствие в ближайших кустах максимально незаметным. Реддл почти дрожал от волнения, когда Панк поворачивался лицом в его сторону. Первым, что бросилось в глаза, стали не завораживающие зелёные глаза, а закрывающие их круглые очки в пол-лица, верхнюю часть скрывали растрепавшиеся чëрные волосы, а нижнюю и вовсе не было видно из-за плохого освещения вокруг. Том почти раскрыл своë присутствие, когда пошевелился.       Фигура в толстовке и пëстрых конверсах дëрнулась, Реддл вновь затаил дыхание, наблюдая за тем, как Панк быстро прошëл дальше, пряча руки в широкий карман. Том не двигался минут десять, прежде чем выйти из укрытия. Очки, вторая невероятная неожиданность за день, Реддл просто не представлял, как ему на это реагировать…

***

      Это стало уже привычкой, преследовать этого Панка всегда, когда только можно. Это было по глупо со стороны Реддла, тем более он не выяснил о нëм никакой личной информации, единственное, что он узнал за последние несколько месяцев — то, что он умел пользоваться аппарацией и исчезал всегда, когда выходил за барьер, запрещающий аппарировать на территории здания. Барьеры обычно ставились исключительно на здание, поэтому сколько бы Реддл не старался, не мог разглядеть лицо и узнать личность Панка, что расстраивало. И подталкивало на более решительные действия, такие как личное проникновение в гримëрку, а не простое науськивание змей. Том нервничал, почему подобное пугает его больше, чем использование непростительных заклинаний? Это казалось более преступным, чем настоящее нарушение закона, что было нелепо.       Но несмотря на это, его всë равно слегка потрясывало, когда он взламывал дверь, достаточно мудрёная защита, но сложная не для него, Реддл быстро смог убрать все защитные чары на двери, чтобы пробраться в гримëрку. Тому до сих пор казалось, что это не лучшая идея, но только так он сможет узнать какую-никакую личную информацию о Панке, возможно, наконец-то узнаёт его настоящее имя. Реддл тяжело вздохнул, разглядывая бардак, устроенный в комнате, всë выглядело так, как будто человек находящийся в ней очень, спешил. На столе у зеркала разбросана косметика, грим и одежда, которые были вывернуты и разбросаны по всей комнате и единственное, что могло рассказать о личности певца — это сумка. Том усмехнулся, возможно, он всë же сможет узнать о Панке побольше.       Реддл быстро схватил старую бордовую сумку, на которой было прицеплено пару значков с неизвестными Тому музыкальными группами, он только фыркнул и полез в боковые карманы. Реддл тяжело вздохнул, единственное, что он смог достать из них — горстка фантиков из-под жевательной резинки и каких-то конфет. Том не спешил расстраиваться, наконец решив узнать, что находиться в основном отсеке. В нём он нашëл кое-что интересное, золотисто-красный шарф и те самые очки, которые всегда так раздражающе закрывали половину лица певца. Реддл схватил оправу, Том просто заберëт их и тогда, возможно, он сможет рассмотреть лицо Панка? Шарф же был не менее интересной вещью, раньше, он часто видел такие, в Хогвартсе, отличительный знак одного из факультетов. Не та информацию, которую он хотел узнать, но лучше чем ничего. Стоит уходить, в любой момент, мог появится хозяин вещей, которые он осматривает.       Но перед этим Том не удержался от того, чтобы примерить очки, невероятное чувство, линзы казались ему толстыми, как вообще можно жить с таким ужасным зрением? Певец ведь мог просто исправить это с помощью зелий, как же Панк в таком случаи видел? Линзы? Реддл невольно метнул взгляд на стол с разбросанной косметикой, уходя из гримëрки. Он усмехнулся, замечая на столе маленькую коробочку от линз, если продолжить слежку, можно же узнать о Панке больше? То что тот был гриффиндорцем, уже было достаточно полезной информацией, если он свяжется с кем-то из бывших профессоров, возможно сможет узнать что-то о чëрноволосом недавнем выпускнике с отвратительным зрением?

***

      Реддл сам не думал, что всë приведëт к тому, что он не может перестать следить за певцом, да и если его никто не замечает, что в этом плохого? Конечно, в первый раз вышло очень не хорошо, украв очки, он только довëл Панка до слëз, о чëм ему быстро сообщила одна из его змей, пришлось очень быстро пытаться аккуратно вернуть их на место. Том ещë долго боялся брать что-то ещë, но после не удержался, когда однажды, увидел среди барахла в сумке плетëный браслет со змеями. Каждый раз, была та же сумка, но с разным содержимым, но, никогда не было ничего, что могло указать на личность певца. Реддла каждый раз это расстраивало, ведь лица, полностью так и не увидел. Тот всегда прикрывался то маской, то капюшоном, как будто боясь того, что кто-нибудь может его раскрыть. Том думал, это было очень предусмотрительно с его стороны, особенно, когда опасения Панка подтвердились, его действительно преследуют. Несмотря на то, где мог оказаться певец, Реддл всегда старался появиться в том же месте, что и он пусть и на мгновение, но увидеть Панка.       Возможно, это стало отнимать больше времени, чем Реддл планировал изначально, он не планировал выделять столько времени на одного человека, человека, чьë имя даже не знает. Его расследование было почти бесполезным, в Хогвартсе, никто не помнил такого ученика, который бы подходил под описание Панка, личных вещей тот не носил никогда с собой на выступления. И Реддл буквально тратил время в пустую, но не мог перестать делать это. Возможно, Том стал слишком одержим тайной личности, да так, что каждый раз, хотелось задержаться в гримëрке, подождать певца, взглянуть, наконец, на его лицо, полностью без макияжа, без пирсинга, без очков. И каждый раз, Реддл через силу уходил и убегал как можно дальше от того места, где будет Панк.В последние разы он даже не смотрел, как тот уходил, а только убегал, чтобы точно не встретиться с певцом и не думать о том, что было бы, если бы он, наконец, снял с головы надоедливый капюшон толстовки или куртки.       Том осматривал почти коллекцию вещей, что забрал у Панка, не хотелось говорить слово «украл», ещё с детства он боялся использовать это слово. Реддл никогда ничего не крал, но взрослые никогда не хотели слушать о том, что другие дети в приюте сами отдавали собственные вещи. Сейчас он даже не манипулировал и не разговаривал с хозяином этих вещей, но даже когда это действительно была кража. Том не произносил это слово, ни в мыслях, ни в разговорах со змеями. Первым, что он забрал, был поддельный пирсинг, забавная безделушка. Реддл до сих пор посмеивался над тем, что весь образ на сцене оказался обманом. А ведь певец был таким свободным, именно на этих выступлениях, что Том до сих пор смеялся над двуличием.       Второй вещью в коллекции был тот самый плетëный браслет с милыми змейками. Это украшение напомнило Реддлу о его питомцах и трудно было сдержаться при виде них. Том не ожидал, что возьмёт ещё третью вещь. Футболка с мультяшными львами, Реддл сам до конца не знал, чем руководствовался, забирая эту футболку. Очень заметная пропажа, но даже так, Том не сдержался и забрал еë. Просто от футболки так веяло этим Панком и тем самым комфортом, который он чувствовал, когда видел певца. Не отдавая отчёт своим действия полностью, Том забрал одежду с собой, а после спал с ней ещë целую неделю. На этой неделе, он был спокоен как никогда, даже несмотря на тупых людей, которые окружали его в повседневной жизни. Том был счастлив, только хотелось, чтобы это была не просто футболка, а человек, живой человек, от которого исходил успокаивающий комфорт.       Сейчас он был у себя дома, его бесило то, что в ближайшее время, он точно не сможет снова увидеть Панка. Это так раздражало, что он скомкал все вещи из гримëрок в ком и бросил в дальний угол комнаты, изрядно напугав змею, которая мирно спала на его кровати. – Как же бесит, — на парлсентанге прошипел Том, среднего размера змея мгновенно обратила внимание на хозяина, а после, обвилась вокруг него, пытаясь успокоить. — Мне буквально нечем заняться, — продолжил жаловаться Реддл, он настолько привык к слежке за своим певцом, что даже не представлял чем заниматься. Дата возможной следующей встречи была попросту неизвестна, и такое настроение из-за такого пустяка и оброзовавшегося свободного времени было не нормально для него. Раньше, он всегда знал, чем можно заняться, но сейчас, сейчас хотелось заниматься только Панком. А книги, которые Реддл мог и перечитывать по несколько раз, перестали приносить удовольствие как раньше. Том тяжело вздохнул, хотелось побыстрее встретиться с успокаивающей магией его певца…

***

      И это, точно должно было произойти рано или поздно. Том сам делал чуть ли не всë возможное, чтобы попасться, даже удивительно, что это произошло так поздно, тем более, с осторожностью, которую явно проявляет этот Панк. Том только удивляться от того, что его не поймали намного раньше, как ожидал сам. Сейчас уже Тому не о чëм было жалеть, ведь он наконец-то увидел лицо Панка так близко и при нормальным освещении. Правда со сцены, певец не казался таким низким, да и его одежда тоже отличалась. Было видно как костюм сильно весит на нëм. Панк смотрел на него с ужасом и узнаванием? Он мог знать его? Притом что Том никогда не светился на публике после окончания школы? Это было необычно и возможно подтверждало то, что Панк не из аристократической семьи.       Панк вдруг выхватил из ниоткуда волшебную палочку, Том повторил за ним. Они оба стояли в стойке, певец не спешил нападать, а только угрожал. Реддл в это же время только притаился, ожидая последующих действий от певца. – Да я ж тебя знаю, — слегка хрипловатым голосом после концерта беспечно произнëс певец, но палочку не убрал, продолжая направлять еë на Реддла. — Том Реддл, — произнëс Панк и Том затаил дыхание, Панк знал о нëм, удивительно, действительно удивительно. – Мне не придëтся представляться, тогда, твоя очередь? — Только усмехнулся Реддл, пытаясь узнать личность Панка. Том также не опускал свою волшебную палочку. – Не думаю, ты хоть знаешь, как плохо так проникать в чужую комнату? — Том ничего не ответил на эти слова. Панк только сильнее нахмурился от того, что Реддл молча стоял в угрожающей позе с палочкой направленной на него.       Уже через несколько секунд певец осмелился напасть на него. – Эспелиармус! — Том быстро увернулся от заклинания, которое даже не являлось атакующим. Реддл не спешил нападать в ответ. – Откуда ты меня знаешь? — Только поинтересовался Том, он не хотел нападать на Панка и проверять, сможет ли тот победить его. Конечно, Реддлу было невероятно интересно узнать сможет ли тот победить его, или Том окажется сильнее. Но точно не когда они находились в тесной комнате, а певец выглядел так нелепо в боевой стойке и глупом макияже на всë лицо. Панк тяжело вздохнул. – Учились на одном курсе, — пробормотал певец, тут Том впал в ступор, как такое может быть? Он бы запомнил такого человека! Сильного с большим будущим, Реддл бы не упустил возможности очаровать его. Особенно глаза, он бы определëнно запомнил глаза, цвета убивающего проклятия. Реддл не верил в то, что он мог так просто упустить человека,который учился с ним на одном курсе. Певец же только тяжело вздохнул, видимо, понимая, что Том не узнал его самого. — Да почему меня никто не помнит? — Пробурчал Панк, а после опустил палочку, но не спрятал еë, облокотившись на ближайшую стену. – А теперь, ответь на мой вопрос, что ты тут делаешь? — Нахмурился Панк. Реддл нехотя опустил палочку, продолжая смотреть ровно на певца. Панк провëл рукой по лицу и слегка смазал макияж, из-за чего стал выглядеть ещë более смешным, чем до этого. Панк начал снимать с себя запутавшиеся браслеты, уже полностью игнорируя присутствие Тома. Реддл думал о том, что было бы неплохо слиться со стеной и, может быть , наконец-то увидеть лицо парня. Певец который оказался его ровесником. Ему должно было быть как минимум двадцать семь лет, что было удивительно. Том так сильно ошибался и до сих пор не мог вспомнить никого, кто бы носил очки. — Я не буду на тебя нападать или как-либо иначе угрожать, мне лишь интересно, что ты забыл у меня в гримëрке. Не поверю, что тебе просто нравится моя музыка, — параллельно разговору, певец смывал макияж у зеркала. – Что если и так? — Наконец подал голос Том, и певец повернулся прямо к нему. – Тогда не следовало нарушать мои личные границы, серьëзно, знаешь, как я перепугался? — Тяжело вздохнул Панк. – Говорит тот, кто так беспечно относится к своей безопасности? Откуда ты знаешь, что я не злоумышленник с плохими намерениями? — Певец только рассмеялся, не воспринимая слова Тома серьёзно, Реддла это бесило. – В дуэли я, вероятно, не выиграю, но помещение маленькое, мы близко находимся друг к другу, на моей стороне большее преимущество. Будет легко сбежать, ведь я рядом с дверью, на крайний случай, можно попытаться напасть на тебя с грубой силой, — Том только фыркнул, этот Панк правда верит в то, что победит? Реддла, который столько лет оттачивал боевые навыки, собирался победить какой-то певец? Это даже звучало смешно, пусть Реддл и признавал его магическую мощь, надо ещë уметь ею пользоваться. Но Том согласился, что рассуждения того не были лишены смысла.       Панк вдруг нахмурился и резко повернулся к Тому. Реддл уставился наконец на открытое лицо певца, тот был, миленьким, пусть и очень хмурым… – А это случайно не ты забрал мой пирсинг? И браслет, который я плëл два дня! О Мерлин, и моя футболка со львами пропала три месяца назад, ты хоть знаешь как трудно найти что-то прикольное в секондах? — Панк выдвигал вполне разумные обвинения, Том же просто не мог отвезти взгляд с красивого лица. — Тогда, это же самое настоящее сталкерство, это не хорошо, очень-очень не хорошо, — певец опустил свою голову. Реддл боролся с огромным желанием подойти поближе к нему, тот действительно выглядел испуганно, особенно когда отвëл взгляд. Том до сих пор завороженно смотрел на него, сейчас он не мог рассуждать и думать здраво. Наконец-то увидев лицо, которое не мог выяснить столько месяцев. И то, что тот боялся его, не особо волновало.       Но, то, что этот парень знал Реддла, вероятно, даже лично, раз учился с ним на одном курсе, несомненно, нравилось Тому. Хотелось узнать о Панке ещë больше, столько лет он мог общаться с певцом, но узнал о нëм только сейчас. Было грустно от этого, но это невероятно подогревало интерес к загадочному парню....