Тёмное прошлое без памяти кануло, но из забвения снова воспрянуло

      — У тебя будет уже послезавтра экзамен. - Приветствовал его Оби-Ван лежа на кровати. Ну точно, экзамен, когда-то давно Энакин его проходил, нужен он был для перехода на ранг выше, а для экзамена необходимо было пройти испытания юнлингов: показать владение световым мечом и силой, знание кодекса и навыки медитации. Но сдавал он его в прошлый раз намного позже. Похоже, Оби-Ван решил записать его в ближайшую группу сдающих этот экзамен. Надо же, успел не только задницу смазать. Кажется, учитель сначала встал раком и намеревался его ждать так, но в последний момент передумал, ещё и одеялом прикрыться. Удивительно, а он и не замечал такую нужду в близости от Оби-Вана. Возможно этим и объяснялось то, как легко он перемещался в кровать к женщинам?       — Прикрывайся - не прикрывайся, я все равно вижу какой ты бесстыдник. - Энакин дернул на себя одеяло, наслаждаясь обнажённым телом и тем, как краснеет его мастер. Ухватив за лодыжку, подтянул поближе за ногу к себе учителя. Самый лучший раб - тот, кто считает себя свободным; такой раб не помышляет о побеге - слова Палпатина, с которыми Энакин был полностью согласен. Оби-Вана он не хотел больше прятать в пыточную, учитель кажется совсем поплыл и позволял и так делать с ним всё, что угодно.       — Повернись. - Оби-Ван неуклюже завозился и Энакин сам повернул его на живот и звонко шлёпнул по заднице. Наклонился, поцеловал в загривок. Кожа была такой мягкой, нежной; Энакин вцепился зубами, вызвав скулеж и провёл пальцами вдоль позвоночника Кеноби, ощупывая позвонки, потом провел ладонями вдоль мускулистой спины.       Покой — это ложь, есть только страсть. Со страстью я получаю силу. С силой я получаю мощь. С мощью я получаю победу. С победой мои оковы рвутся. Сила освободит меня - кодекс ситхов. Как Оби-Ван умудрялся оставаться на светлой стороне? Впрочем, неудивительно, тут двойные стандарты и ложь себе у каждого второго, если не первого.       Вейдер спустился ладонями ниже и облапив ноги и зад, провёл пальцами по влажной ложбинке: похоже смазки джедай не пожалел. Надавил на тут же раскрывшуюся дырку.       — Да ты неслабо растянут.       — Я знаю, что это неправильно. Мы не должны. - Кеноби проговорил это в подушку, продолжая подставляться.       — Привстань. - Энакин поставил учителя раком и приник носом к заднице, раздвигая тугую узость пальцами. Потерся носом, стараясь вдохнуть запах и затем толкнулся языком внутрь. Кольцо мышц выталкивало его язык наружу и Вейдер толкнулся языком сильнее - похоже Оби вымыл себя изнутри как следует, перед тем как смазать. Дырка была восхитительно вкусной и очень мягкой и податливой глубоко внутри. Раскрыв рот Вейдер пытался как можно глубже запустить язык, лаская им мягкие стеночки.       — У-у-у-у, не могу-у-у-у, не могу больше-е. - Скулил Оби-Ван и ухватил себя за член, быстро двигая рукой. Энакин отстранился и перехватил его руку:       — Ты не будешь трогать себя. - Оби-Ван замычал и бросил стеснительный взгляд из-под ресниц через плечо. Вейдер призвал меч Оби-Вана и поймав в воздухе приставил к разработанной дырке; надавил на вход, пытаясь всунуть более узкой частью внутрь а эмиттером клинка наружу.       — Не включи своей задницей меч и не смей сжиматься, ты меня понял? Кеноби вжался лицом в постель, комкая пальцами простыню, когда после продолжительного нажатия на дырку рукоять таки скользнула внутрь. Ноги джедая дрожали и Вейдер отступил, наслаждаясь видом. Отпущенная им рукоять выскользнула из задницы и упала на постель а дырка тут же резко сжалась, выдавив наружу каплю вязкой смазки. Энакин подвинулся ближе и с размажу ударил ладонью по ягодицам а потом достал свой член и постучал по раскрывшейся навстречу дырке, поводил по влажному отверстию, ткнулся членом в волосатые яйца и пошлепал стояком по розовым персикам. Ох, он может сделать их красными.       — Сколько пальцев в тебя входило? Отвечай мне!       — Все... - Промычал Кеноби в подушку. Что значит все, он что, кулак в себя засовывал?       Энакин попробовал засунуть три пальца, согнул их внутри, поглаживая, а потом вставил четыре пальца и стал быстро проталкивать их то туда, то обратно. От каждого толчка внутрь Оби-Ван громко и призывно стонал. Энакин сложил пальцы и толкнулся сложенной кистью правой руки, левой пережимая яйца и член мастера у основания. Кисть проходила до костяшек, но дальше не шло. Ситх быстро задвигал рукой растрахивая анус. Кеноби выл на какой-то высокой ноте и пытался расслабиться внутри.       — Хочу видеть твоё лицо. Ты прекрасен, но оценить это могу только я. Перевернув на спину учителя Вейдер с хлюпом вынул пальцы из задницы и наклонившись, поцеловал Оби-Вана в нос. На этот раз тот подался вперед и аккуратно коснулся своими губами губ Вейдера, опасливо, словно чего-то боялся. Вейдер страстно поцеловал мастера, поглаживая его член. Оби-Ван схватил его за плечи и принялся жадно целовать - похоже ему и правда не хватало любой ласки.       — Ты ж мой нежный, - Усмехнулся Энакин. — Тебе очень повезло со мной. Дарт Вейдер наклонился и засосал маленький розовый сосок.       — Жёстче, сильнее, возьми меня ещё... - Шептал Кеноби, выгибаясь под его руками.       — Ох, Оби, милый, я и так хочу овладеть тобой полностью, мой учитель, дать тебе прочувствовать...       Отшвырнув световой меч, мешающийся под коленями Энакин приставил свой стояк к раскрытому отверстию.       — А-а-а-а-а... А-а-а-а... А-а-а-а... - Оби-Ван надрывно стонал, пока Энакин, больше не в состоянии сдерживаться вбивался в бешеном темпе, ощущая как хорошо его возбуждению внутри податливого тела. Оби-Ван поджимая пальцы пытался насадиться навстречу, стояк джедая болтался вверх-вниз, бился о поджарый живот. Вейдер навалился сверху на Оби-Вана всем телом, растворяясь в удовольствии. Он чувствовал, как его глаза становятся желтыми, но ничего не мог поделать с глазами, пытался лишь растворить свою бьющуюся темную энергию в потоках, исходящих от святилища ситхов.       Судорожные толчки приносили невероятное удовольствие, член Оби-Вана терся об его тело, руки джедая обхватывали его и Вейдер с удовольствием обхватил губами шею Оби-Вана и лаская её языком, засосал кожу между зубами, сжимая челюсти и оставляя засос. Он по всему телу таких засосов наставит, когда кто-то будет касаться его мастера, то будет касаться его грубых поцелуев.       Оби-Ван сжался на нём, и Вейдер почувствовал, как пульсирует член джедая и по их животам стекает сперма Кеноби. Он вынул стояк и нырнул двумя пальцами в сжатое очко. Разведя пальцами упругое отверстие он сначала мокнул свой член в стекающую сперму Оби а затем толкнулся самой головкой внутрь, используя сперму Оби-Вана как смазку. Джедай продолжал послушно лежать, разведя ноги, что просто сводило с ума. Поглаживая запущенными внутрь пальцами головку, таранящую оттраханную задницу, Энакин скользнул правой рукой к своим яйцам, шлепающимся о задницу Оби и сжал их. Откинув назад голову, почувствовал как оргазм накрывает и его. Убрав пальцы он толкнулся на полную длину, отчего джедай вскрикнул и заполнил спермой задний проход. Рухнув на Оби-Вана сверху он чувствовал, как член опадает в раскрытой под его напором заднице. Джедай лежал под ним не шевелясь. Наклонившись он наблюдал, как его сперма толчками выходит из мокрого ануса прямо на простыни. ***       Почему-то Оби-Ван снова решил его игнорировать и после секса они не разговаривали. Энакин хотел помочь Кеноби помыться, но тот выгнал его из ванной. На следующую ночь Оби-Ван вообще не появился и проснувшись утром Дарт Вейдер испытал настоящую тревогу и решил пойти искать Оби-Вана, если тот не появится после экзамена. Однако когда он стоял перед советом джедаев, которые должны были принимать экзамен, он заметил Оби-Вана, подпирающего стенку.       Экзамен прошел достаточно легко и настало время официально стать падаваном. Теперь он должен принести клятву защищать Орден, Республику и своего учителя. Ещё раз. Чем закончилась прошлая клятва? Дарт Вейдер бегло окинул стоящих вокруг него ещё юнлингов.       Дети, которых он когда-то убил на пути становления Дарт Вейдером казались ему куклами, которых он рубил на части. Он чётко помнил этот момент. Мальчик, похожий на него самого в детстве принял на себя первый удар. Все казалось какой-то театральной сценой. Люди не настоящие, стены не нестоящие. Надо только добраться до нутра этих пустышек, они же всё равно не реальные, не живые. Всё вокруг просто какое-то представление, и если их вскрыть то можно понять, что они такое. Интересно же разобрать на части робота, зная что он не настоящий человек. Разрубаешь - внутри парное мясо, но всё равно во всем этом чувствуется какой-то обман. Это всё не реальная жизнь, всё не настоящее, это не может происходить с ним. Он не ненавидел их тогда, нет. Он просто потерял ощущение реальности. Он разрезал мечом куклы. И когда уходил, мертвые расчленённые юнлинги казались такими же подделками. Он осознал и прочувствовал позже. Намного позже.       Сначала он был королем ночи, который всех поимел, а потом - игрушкой ненавистного Дарта Сидиуса, который с самого начала толкал его на такие поступки после которых Энакин автоматически становился врагом джедаев а Сидиус - единственным, кто был готов с ним иметь дело.       Игрушкой, которую можно было бросить куда угодно, сломать, забыть. С самим Палпатином обходились не лучше: его темный учитель мог бросить его на ледяной планете замерзать: всё для того, чтобы ненависть питала темную сторону.       Он ненавидел и Оби-Вана. До недавнего времени. Может быть Оби-Ван видел, как вспыхнули желтым глаза его ученика на грани оргазма и потому молчит?       Когда Оби-Ван подошел к нему, Вейдер ожидал, что его поздравят, но хмурый Кеноби сказал только: — Пошли. — И развернувшись направился на выход. Вейдер не помнил, поздравил ли его Кеноби в прошлый раз. Конечно, с его силой сдать экзамен было не сложно. Но всё-таки он ожидал какой-то поддержки. Впрочем, всё было как и всегда.       — Нас вызывает к себе канцлер Палпатин. — Буркнул наконец джедай. Это хоть как-то приободрило Энакина. ***       — Мой мальчик, рад тебя видеть! А я хотел тебя поздравить, юный Скайуокер, ты теперь практически джедай, да? - И ведь не скажешь, что улыбка Сидиуса фальшивая. Впрочем, может тот и рад. По своим причинам. На словах о "его мальчике", Энакин бросил взгляд на Оби-Вана, не хочет ли тот поспорить что учитель он и мальчик его? Но джедай был непроницаем.       — Благодарю Вас за поздравление, - Дарт Вейдер поклонился Палпатину, — мне очень важна была сейчас поддержка. - Он Помнил, каким убедительным мог быть Сидиус. Даже пытая Вейдера, он уверял что делает это только лишь ради блага ученика.       — Я благодарю тебя, за то, что ты нашел время встретиться со мной. Я знаю как много времени занимает твоё обучение. Но ты явно делаешь успехи!       — Ага... Делает успехи. - Буркнул Оби-Ван. Почему-то это резануло по самолюбию Энакина. Он же не просто так получил свою силу. Годы и десятилетия упорных тренировок. Жизнь и сражения сквозь боль, которую он ненавидел.       — Ох, в просто выдающихся успехах этого юноши нет никаких сомнений!       — Ближе к делу, канцлер. У Вас есть какая-то просьба к нам? - А Оби-Ван всё-таки выглядит насупившись. Стоит, руки на груди сложив. Он, может, обижен на меня? На Палпатина? Но за что.       — Не совсем, мастер Кеноби. У меня есть одно небольшое дело и я подумал, что Энакин мог бы меня сопровождать.       — Энакину ещё многому предстоит научиться. Я не готов отпустить его, кроме того, может быть я мог бы пойти вместо него? Джедаи несут ответственность за Вашу безопасность, и...       — Ерунда, - перебил Дарт Сидиус, - я и сам могу постоять за себя. В любом случае там не будет никакой опасности, не волнуйтесь. Не успеете оглянуться, как я верну его в храм целым и невредимым. Я понимаю, что его ждут тренировки. Но надо же как-то отпраздновать, верно?       Да Кеноби скорее за Палпатина будет переживать, желтые глаза Дарта Сидиуса-то он точно не видел.              Вейдер отправился за канцлером на нижние уровни, радуясь, что Оби-Ван никуда не пропал. Но пытаться поговорить с ним похоже было бесполезно.       — Знаешь ли ты, что больше всего ценится на Корусанте, мой мальчик? - Вопрос Сидиуса вырвал Вейдера из размышлений. Находится рядом со своим темным учителем было хоть и неприятно, но привычно. — Небо. Тут, внизу, Солнце - это миф. Мой предшественник был счастлив делать вид что этих глубин не существует, но я так не могу. Этой тьме больше всего нужен свет; когда мои должностные обязанности позволяют - я посещаю места подобные этим и втайне от всех пытаюсь сделать что-то хорошее.       А ведь знает что говорить, чертяка. Он бы хотел услышать что-то такое от Оби-Вана. Хотя бы просто откровенности, а не маски добродетели.       — Не снимай капюшон, Энакин. Не хотелось бы чтобы нас узнали.       — Да, господин. - Он ответил не задумываясь. Похоже подчинение Дарту Сидиусу отпечаталось у него где-то на подкорке.       — Спасибо, что нашёл время сопровождать меня сегодня, Энакин. Я немного завидую вам, падаванам: обучение в Храме в столь юном возрасте. Ваша жизнь предопределена. Отсутствие выбора всё упрощает, а вот вся моя жизнь состоит из сложных решений. — Сколько раз уже Палпатин его и благодарил, и поздравлял интересовался им, открывался сам? Да, делает он это не просто так, но почему Оби-Ван не может общаться так же? — Ты только посмотри на это место. Здесь можно купить всё. Абсолютно всё. В этом клубе покупают и продают жизни. Это отвратительно.       Палпатин уже нащупал его слабые места. Когда там Оби-Ван в прошлый раз узнал о его матери? Когда она уже умерла? Если бы он сейчас не позаботился о том, чтобы Амидала взяла Шми под свою протекцию, не расскажи он обо всем сам - Кеноби бы не узнал ни о ней, ни о рабстве. Как можно настолько не интересоваться своим собственным учеником?!       — О, прости, мне не стоило говорить об этом. Я знаю откуда ты прибыл, Энакин и надеюсь что не задел твои старые раны, упомянув о рабстве.       — Я ненавижу рабство. - Вейдер уткнулся лбом в плечо Дарта Сидиуса. Ох, он боялся своего учителя, но забыл каким тот может быть очаровательным, когда ему что-то нужно. Пожалуй, убить его он всегда сумеет. Следует выкрасть Палпатина и сделать его своей игрушкой, как когда-то Палпатин сделал своей игрушкой его. Причинить ситху справедливость. Интересно, он будет так же сладко петь в уши, как сейчас. Дарт Сидиус погладил его по голове и Вейдер обнял его, обхватив за талию.       — Посмотри, тут полно сенаторов. Этих бюрократов. - Зашептал Сидиус ему в макушку, перебирая волосы Энакина узловатыми пальцами, — Вон там сидит Каландрус, сенатор системы Сантилла. Считает сенат своим личным банком. Выводит деньги с каждой планеты, находящийся под его влиянием, предлагая покровительство в обмен на кредиты. Я знаю как это происходит, многие так делают.       — Вы такой умный... Просто невероятный человек. - Энакин уткнулся носом в подмышку Дарта Сидиуса, вдыхая его запах. Мускусные духи? Фу.       — Всегда приятно слышать подобные отзывы о себе. Жаль, что я немногое могу сделать. Хотел бы я, чтобы удача отвернулась от Каландруса. Он зависим, раб своих импульсов и будет раз за разом бросать свои кости в надежде отыграться. Его жадность завершила бы дело, стал бы брать очень крупные взятки и это оставило бы след: появилась бы возможность доказать его коррумпированность. Мы могли бы добиться справедливости. Но, увы, боюсь это всего лишь мечты. Могу я задать один вопрос?       — Конечно. - Вейдер отпустил канцлера и сложил руки на коленях.       — Твои джедайские способности позволяют тебе перемещать предметы с помощью силы. Не так ли? Могут ли эти способности быть использованы, скажем... Для перемещения игрального кубика? - Похоже, ситх хотел увидеть насколько он успел овладеть Силой, и на этот раз без прессинга. ***       Перемещать кубик было довольно скучно, зато было занятно переплетать свои пальцы с пальцами Палпатина, брать его под руку. На худых, морщинистых руках Сидиуса росли длинные белые волоски, которые Дарт Вейдер перебирал в пальцах. Ему и в голову не приходило ощупывать своего темного учителя, но сейчас Палпатин сам шел на контакт. Может быть похитить его в ближайшее время? Нет, надо было дождаться становления Палпатина императором. Забрать власть над империей. Ему же это всегда было нужно, так?       Внимание на себя обратил раб который был в ночном клубе почти совсем обнажённым: из одежды на нём был только ошейник, цепь с прищепками на сосках и пластиковая клетка, на члене, явно мешавшая члену стоять. К удивлению Энакина на проявленный с его стороны интерес с комментарием, что хотел бы себе таки вещи Палпатин обещал ему их подарить.       — С кем бы ты хотел такое опробовать? - Поинтересовался Дарт Сидиус, сам беря его руку в свою.       — Я не знаю согласилась ли бы она... - Решил сыграть в свою игру Энакин.       — Кто?       — Мне неловко об этом говорить, но мне кажется королева Амидала мне благоволит. Она такая... Красивая. - В последнем он даже не слукавил.       Когда они вернулись обратно, Палпатин, сбросив мантию сообщил печальным голосом: - Джедаи находятся во власти сената. Попросить их арестовать сенатора было бы серьезной проблемой. Если бы их обязали подчиниться моим приказам я бы был никем иным как диктатором. Я не хочу этого. Сделай старику одолжение, не рассказывай о наших разговорах джедаям, я не уверен, что они бы одобрили. Это не моё дело, конечно. Но я могу спросить, ты счастлив в храме?       — Нет. - На этот раз честно ответил Вейдер, — Я не ощущаю, что мой учитель признает меня, что он мне доверяет.       — Я чувствую себя в долгу перед тобой, Энакин. Ты оказал мне огромную услугу, когда моя родная планета была атакована. Я хочу чтобы ты знал - для тебя всегда есть место рядом со мной. После завершения твоего обучения, конечно же. Я мог бы найти замечательное применение, такому замечательному молодому человеку, как ты. - Да уж, в этом не приходилось сомневаться, он столько перед этим человеком настоялся на коленях... ***       Мрачный Оби-Ван не сразу решился с ним заговорить.       — То что было между нами... Я допустил чудовищную халатность. Я должен был стать тебе братом, отцом, наставником! А я...       — Ты и так мой наставник. Можешь быть моим братиком, или папой. Так даже лучше, папочка.       — Видишь, что я с тобой сделал? Вместо проявления чуткости, я ведь знал, что ты был в рабстве. С тобой наверняка делали... Всякое.       — Ничего ты со мной не сделал, по крайней мере пока. Вот, видишь обе ноги на месте. Нет ожогов по всему телу.       — Энакин, это не смешно!       — А я и не смеюсь. Джедаи способны на чудовищные вещи.       — Ты так считаешь из-за меня. Я обещал Квай-Гону обучать тебя и поступив так я подвел его. Наверное, тебе стоит обучаться у другого учителя. Тем более с твоей-то силой. Ты действительно избранный.       — И кто меня возьмет? - Криво усмехнулся Энакин. — Меня в целом не хотели принимать.       — Я пытался договориться, мы решим этот вопрос.       — Нет, - Вейдер замотал головой. — Я не хочу. Я хочу быть с тобой. посмотри на меня. Ты не сделал ничего плохого. Мы наконец были искренни в этом океане лжи.       — Этого больше не повторится. Никогда. - Всё же было так хорошо. Умеет же Оби-Ван всё испортить.       — Это твоё решение?       — Да.       — Ой ли. Тебе навязали как жить, а ты даже не задумываешься о происходящем.       — Я не буду дальше это обсуждать. - Насупился Оби-Ван.       — Ну конечно. - Энакин всплеснул руками и отвернулся. Теперь разговаривать с учителем не хотел уже он. ***       На вечернюю медитацию они пошли вместе не говоря ни слова.       — Тебя ничто не должно отвлекать от медитации, Энакин. - Похоже, Оби-Ван решил пуститься в привычные поучения.       — Как скажете, учитель. - Энакин поклонился и сел в позу медитации. Кеноби со вздохом сел в точно такую же позу напротив. Дождавшись, пока дыхание джедая замедлится, Энакин провел силой по напряженной спине и джедай дернулся, возмущенно распахнув глаза. Похоже, недолго длился целибат - после спины Энакин лишь коснулся кончика члена силой, тут же переместившись ей на внутреннюю часть ног Кеноби. Тот дергался от еле ощутимых касаний энергии и когда Энакин уже чувствительнее ухватился за соски и потянул их на себя, Оби-Ван вскочил и ринулся вон из зала медитаций, провожаемый недоуменными взглядами. Энакин так и не открыл глаза, продолжая неподвижно сидеть в позе медитации.       Вечером Оби-Ван нашелся в своей комнате. Выглядел он напряженным, хотя Энакин знал, что учитель мастурбировал после неудавшейся медитации.       — Учитель?       — Если я говорю чего-то не делать, ты должен меня слушаться.       — Но тебе нравилось.       — Это не важно, если ты меня совсем не слушаешься то я должен буду отдать тебя другому учителю.       — Я не вещь, чтобы меня передавали из рук в руки. - Выплюнул Энакин, сжимая руки в кулаки.       — И я тоже не вещь! Если я сказал не трогать, ты не будешь меня трогать, никак!       — Ладно, - Вейдер поднял руки. — Как скажешь. Только пообещай тогда что не пойдешь удовлетворять своё желание с другими, пока со мной тебе якобы совесть не позволяет.       Оби-Ван молчал и с каждой секундой его молчания Вейдер чувствовал, как на него накатывает горечь.       — Понятно. Видимо я один такой, тебя недостойный. Я пошел спать.       Он лег, отвернувшись к стене. Сон не шел, душили слезы. Оби-Ван встал и присел за его спиной. Посидев, попытался дотронуться до плеча, но Вейдер оттолкнул его руку.       — Что это? - Оби-Ван ухватил его за запястье.       — Твоя косичка. Ты мне очень дорог. И я не хочу чтобы ты был с кем-то, понимаешь? Прошу, пожалуйста. Не разбивай мне сердце этим.       Кеноби растеряно смотрел на него.       — Эни, мы не должны такое обсуждать. Ты ещё слишком юн, а я не обязан хранить целомудрие.       — Тогда давай не будем его хранить.       — Ты мой ученик. Это неправильно и как я и говорил тут нечего обсуждать.       — Как я могу тебе доверять, как я могу любить тебя и верить тебе, если ты...       — Ты не должен любить, это привязанность! - перебил его Кеноби.       — Ах, ну да, хочешь сказать не был привязан к Квай-Гону? Да тут все к кому-то привязаны, набор туманных правил, без конкретных формулировок только служит средству кого-то приструнить, тебе ли не знать об этом! И я, поверь, хорошо знаю Кодекс и там ни слова о том, что следует хранить целомудрие между учеником и учителем... А может ты кого-то уже любишь, и это не я, да? Потому ты говоришь, что не хочешь хранить целомудрие.       — Нет, но я... - Оби-Ван вздохнул. — Ладно, если тебе так легче.       — Ты обещаешь что не прыгнешь ни с кем кроме меня в постель?       — Я не собираюсь делать это с тобой. - От этого разговора всё внутри словно разрывалось, разбивалось на тысячи кусочков. Хотелось кричать, плакать, сграбастать Оби-Вана руками и ногами и никогда не отпускать. Каждое слово Кеноби приносило невыносимую душевую боль, он словно бился об непонятно откуда возникнувшую стену перед внезапно ставшим недосягаемым учителем.       — Обещай, что не займешься сексом с другими!       — Ладно, ладно, я обещаю.       — Спасибо. - Вейдер чувствовал, что камень свалился с души. Да, обещание это не всё, хотя свои обещания Кеноби сдерживать старался. Но Вейдеру стало намного легче. Он закрыл глаза и провалился в сон, сжавшись в клубок.