Абсолютно невозможно

Вам никогда не казалось, что мир, в котором вы живете, время от времени становится… странным? Будто тайные владыки земного шара собираются в каком-нибудь неприметном месте и решают, что, мол, этому зараженному логикой миру пора исчезнуть. Да здравствует новый мир, без подобных идиотских ограничений, да здравствует хаос! После подобных речей владыки достают чемоданчик, вводят пароль (конечно же 4 ноля), а затем самый главный из них нажимает на красную кнопку, находящуюся в этом самом чемоданчике. И в мире настает хаос, о котором они так пафосно говорили какие-то мгновения назад… Все вышеописанное было бы правдой, если бы не один нюанс. Непосредственно эта реальность в состоянии полного хаоса и шизофрении находилась ВСЕГДА. По какой-то невероятной причине, местных просто нельзя было назвать нормальными. Да, может они и выполняли какие-то повседневные задачи, но делали это максимально странно да эксцентрично. Себя этот народ считает совершенно здоровым и полностью адекватным, но населению нашей с вами реальности они показались бы сбежавшими из Кащенко пациентами. Не стоит думать, что абсолютно все там такие. Есть и вполне себе заурядные и обычные по нашим меркам люди, смирившиеся с творящимся вокруг бедламом. Я знаю по крайней мере одного такого и расскажу вам про один особенный день в его неособенной жизни. И зовут нашего героя Борис Исаевич Горбачев. Уже по его имени вы наверняка поняли, что судьба-матушка его изначально за что-то невзлюбила. Каждый день «единственный нормальный человек» впадал в различного рода неприятности, из которых ему приходилось весьма нестандартными методами выкручиваться. Так и сейчас. Когда Борис Исаевич уже проснулся, умылся, поел и собирался выходить из дома, в окно постучали. В окно 10 этажа. Пожав плечами, Борис, аки солдат, пошел навстречу неизвестному. Неизвестным оказался управляющий домом Джебраил Тимурович Басмачов, мелкого роста мужичок с чрезмерной гибкостью суставов и большим мешком удачи. Раз в месяц он донельзя эффектно заявлялся к Горбачеву и выпрашивал квартплату, с чем у Бориса особых проблем не было. По сему «Тимурыч», как называли его жители дома, относился к Борису Исаевичу весьма ничего. Было ли это взаимным, думаю, говорить не стоит… «Борис Исаевич, как дела? Борис Исаевич, как работа? Борис Исаевич, что нового?» – быстро тараторил управляющий, одновременно кувыркаясь по всей кухне. Исаевич на все вопросы отвечал только одним жестом, так называемым хмурым одобрением. Лишь прищурившись, закрыв глаза и начав понимающе кивать, Горбачев превращался в понимающего собеседника. Работало это и на Басмачова, который не переставал тараторить и скакать по кухне. Борис резко приподнялся, и указал на настенные часы, на кухне висевшие. Джебраил, заметив это, остановился и улыбчиво сказал: «А, на работу? Точно, я тогда, Борис Исаевич, пошел». После этого, как обычно, вылетел из окна и, махая руками, взмыл высоко-высоко в небо. А Горбачев просто пошел на работу. И так со всеми. Здрасьте, до свидания. Так было и с остальными соседями. Ультраправый скинхед, помешанный на альтернативной истории? Настолько же поехавшая студентка радикальных либеральных взглядов, его сожительница? Бездарный рок-музыкант, играющий на расстроенных инструментах и считающий это фишкой? Самый настоящий сектант? Здрасьте, до свидания. Потому что они ненормальные. У Бориса Исаевича есть мечта, встретить такого же человека, как он сам. Нет, он не перестал в это верить, ему кажется, что когда-то эта мечта сбудется. Но не сейчас. Пока что это АБСОЛЮТНО НЕВОЗМОЖНО