Cerasus flos

Неделя начинается с того, что родители Минхо снова уезжают на две недели, а значит Ли будет всё это время полностью свободен от вечного недовольства матери и ежедневных скандалов по поводу и без. Разве можно такое не отпраздновать и не собраться с друзьями на квартире? Минхо радостно открывает дверь, как только слышит звонок. Не говоря ни слова он налетает на друга с объятиями. Кан Ëсан - давний друг Минхо. Они познакомились в лагере в средней школе, и судьба распорядилась так, что совершенно разные парни стали лучшими друзьями. С самого начала оба думали, что сменой в лагере и ограничится их общение, но ошиблись. Ëсан это единственный человек, знающий о Ли больше чем он сам. И пускай у них не получается общаться вживую часто, такие встречи очень ценны для обоих. — Знаю, знаю, ты меня очень любишь, но ты меня сейчас задушишь, — Ëсан возмущается, но он также град видеть друга впервые за три месяца. Он вручает Минхо пакет с продуктами и наконец разувается, чтоб пройти в квартиру. Парень слишком хорошо знает, что где находится, так что по-хозяйски проходит на кухню, чтобы налить себе воды. — Сначала приготовим, потом решим что смотреть будем, а пока рассказывай, что у тебя нового, а то уже черт знает сколько ничего мне не писал. Минхо быстро выкладывает продукты из пакета на стол и садится на небольшой угловой диванчик. Как и всегда готовку он решает оставить на друга, уж слишком ему нравится то, как Ëсан готовит. К этому уже оба привыкли, так что Ли сегодня готов выполнять только мелкие поручения что нужно нарезать или где-то достать. Рассказывать Минхо начинает с недавних ситуаций из своих отношений, но в какой-то момент резко замолкает, полностью погружаясь в телефон. Кан подходит к другу и без каких-либо вопросов заглядывает в экран. — Вспомнишь говно, вот и оно, — вздыхает парень и садится рядом с Минхо. Минхо держит в руках телефон с открытым диалогом с Сынмином, тупо смотря в экран и ничего не отвечая ни в переписке, ни Ëсану. Содержимое сообщения будто бы вовсе отрезало его от реальности, оставляя здесь только его физическое тело. “Блять, я так чертовски устал. Я довольно долго думал над всем этим и мы оба не понимаем друг друга. Ты не слышишь то, что я пытаюсь тебе донести, а я вероятно не вижу твоих стараний. Я не уверен в своих чувствах и своей жизни, но твоей вины здесь нет. Я не хочу быть тем человеком, который причиняет тебе боль, но это все чертовски тяжело. Я хочу видеть в отношениях поддержку, понимание, а вижу только неподъемный груз, который вдавливает меня в землю. Вероятно отношения в целом не совсем мое. Ты прекрасный человек, правда. Но видимо не для меня. Мы чертовски разные. Спасибо, что стараешься и старался, но я опускаю руки И все же каких-то чувств абсолютно точно недостаточно Прости за все это” — Минхо читает сообщение снова и снова, пытаясь найти хоть какой-то другой смысл в написанном, но нет. Ли понимает, что имеет ввиду Ким. Понимает, что это конец, что ничего уже не вернуть и не исправить, но верить в это абсолютно не хочется. Он зажмуривает глаза, пытаясь отогнать все мысли, что лезут в голову, и наконец печатает ответное сообщение уже, кажется, бывшему парню. “Я не хочу всё заканчивать вот так. Я не хочу тебя терять, правда. Я готов больше стараться, чтоб ты чувствовал от меня то, что хочешь. Просто единственное, что на меня давит - это постоянные слова о том, что ничего не меняется. Можно мы попробуем всё исправить последний раз??? Я правда очень не хочу тебя терять” — Ли сжимает телефон в руках и кусает губу до крови, отчаянно надеясь, что это не конец, но “Я уже принял то решение, которое принял. Давай закончим на этом” — слова звучат сухо и холодно. Это конец. Минхо даёт волю эмоциям и уже не сдерживает все, что долго копилось внутри него. Ëсан обнимает друга как можно крепче, подчёркивая в голове, что не зря приехал к Ли именно в этот день. Он ничего не говорит, молча сжимая парня в своих руках, и поглаживает того по волосам. Всем давно было понятно, что рано или поздно так и случится. Ким Сынмин только что навсегда вычеркнул Минхо из своей жизни. Минхо знает, что младший не будет с ним общаться как друзья, он просто навсего не умеет дружить с людьми, с кем был в более близких отношениях. Это значит только то, что Минхо ему больше никто, как и в обратную сторону. От каждой мысли об этом что-то сжимается в груди сильнее, мешая воздуху проникать в лёгкие. Ли жмётся к другу, нервно повторяя в голове, что всё хорошо. Всё, что ни делается, всё к лучшему. Всё к лучшему. К лучшему. Долгий час уходит на то, чтоб немного успокоиться и остановить поток слез, который совершенно не желает поддаваться желаниям Минхо. Ему становится стыдно и до тошноты отвратительно с себя самого. Он чувствует себя жалким и совершенно ничтожным, ведь готов снова писать бывшему молодому человеку с извинениями и мольбой передумать и дать ему последний шанс. Лишь нахождение рядом друга держит его от выполнения своих мыслей. Перед парнем уже стоит горячий чай, шарлотка, которую только что достали из духовки, и рядом сидит теперь уже единственный близкий человек, который никогда не предаст и не отвернется. Только в этом парне Ли уверен наверняка. Ëсан рассказывает очередной сюжет, который пришёл к нему в голову на досуге, и следит за эмоциями Минхо, замечая на губах лёгкую улыбку иногда. Тот подаёт признаки, что слушает, и этого уже достаточно для того, чтобы понять, что Ли приходит в норму. Истерика не планирует возвращаться, а значит, всё не так ужасно, как казалось изначально. Вечер возвращается в то, чем он и должен был быть изначально. Парни выбрали лёгкое аниме и завалились в комнату Минхо, продолжая обниматься, периодически посылая друг друга нахуй. Их общение без этого никогда не будет привычным. Мысли о Сынмине уходят на второй план. Настроение постепенно приходит в норму, на душе становится легче и Минхо постепенно начинает думать о том, что так действительно будет лучше. Может быть, у них даже получится выстроить дружеские отношения или хоть остаться приятелями, не испытывая друг к другу негатива. Всё же не может без следа уйти то, что они пытались строить практически год. Ëсану, к сожалению, приходится уехать домой, ведь на следующий день он рано утром должен ехать куда-то с родителями. Просто так оставлять друга одного, конечно же, не хотелось, но выбора особо не оставалось. Кан дал наставлений отписываться каждый час о своём самочувствии и пригрозил Ли, что хоть с того света достанет, если тот вдруг натворит глупостей. Минхо ещё долго улыбается, прислонившись к двери, после прощаний с другом, и все-таки возвращается в комнату, чтобы немного привести её в порядок и продолжить смотреть аниме. Уснуть в ближайшее время уж точно не получится. Слишком много в голове мыслей и слишком громкими они оказываются в полной тишине. Время на часах переходит к трём часам ночи, что сейчас совершенно не имеет значения. Ли листает ленту инстаграма, даже уже совершенно не обращая внимания на то, что видит перед собой, и без разбора ставя лайки на каждую фотографию. Из этого состояния смотрения в одну точку его выводит выскочившее уведомление. И вот он вновь погружается в эти эмоции, от который только получилось отойти. “Я не знаю, как поступить с командой. Не хочу, чтоб она рушилась из-за меня, но и дружить с человеком, которого я когда-то целовал, я не смогу. Не хочу быть уж совсем эгоистом, но мое мнение ты знаешь” — новое сообщение Кима приходит так ни к месту, что вместо грусти Минхо чувствует только злость и желание кинуть телефон в стену. “И как же нам мешает общаться тот факт, что мы больше не ходим за ручки и не целуемся периодически? Без этого общаться у тебя со мной не получится?” — Минхо язвит и это единственное, что сейчас у него получается выдать. Сынмин единолично решил всё за них двоих и сейчас имеет наглость снова писать. Чтобы что? Чтобы добить окончательно? “Ну вот и даже тут ты меня не понимаешь)” “Меня ты тоже явно не понимаешь и не хочешь этого делать. Ты просто не замечаешь ничего, что я пытаюсь как-то изменить. Ну.. Пытался. Смысл тогда было вести себя так, будто всё прекрасно в последнее время? Я не понимаю блять ничего, на данный момент не понимаю даже себя. Я не понимаю, зачем ты сейчас пишешь, знаешь же, что мне блять хуево от этого. Прими любое решение, как тебе будет лучше. Мне сейчас всё равно сделать ни хуже ни лучше не получится, потому что я итак в отвратительном состоянии. Тем, что ты пишешь мне, хотя диалог вроде как закончен, ты делаешь только хуже. И закончен, между прочим, тобой. Ты либо решаешь не общаться со мной никак и больше не делаешь этого, либо всё же дашь шанс на дружбу или хотя бы быть приятелями, пусть мы даже просто будем пересекаться когда тусуемся командой или видимся на тренировках” — Минхо выключает телефон, решая, что больше отвечать в целом и не намерен, и направляется в душ. Сон отогнали напрочь, осталась злость разочарование и спрятанная под этим всем грусть и тревога. День за днём проходят одинаково, Минхо просыпается в районе обеда с опухшими красными глазами и вечной головной болью. Засыпать без слёз не получается от слова совсем. Ли чувствует себя полностью опустошенным и раздавленным. Новая волна мыслей не заставляет долго ждать. Слезы давно закончились, а Минхо битый час лежит в кровати, смотря в потолок. Уведомления на телефоне отключены, общаться с кем-либо желания нет от слова совсем. Жаль только, что парень всегда был зависим от общения с людьми. Долго находится в одиночестве часто ощущается равносильно лезвию ножа, проведенному по коже. В этом и кроется причина такой реакции на расставание с близким человеком. И дело совсем не в статусе отношений, а в том, что Сынмин полностью оборвал любые связи, не оставляя никакого шанса даже на обыкновенную дружбу. Это не первый раз, когда Минхо теряет близкого человека, но определённо один из самых серьёзных. Никогда до Сынмина у Ли не было отношений не по сети. Ранее он много общался с кем-то в интернете, у него даже была интернет подруга, с которой были очень странные отношения, граничащие между дружескими и романтическими. Закончилось всё трагично. Минхо помнит их последний разговор, будто он был вчера. Она говорила те же слова, что и Сынмин недавно. В голове чётко сидит мысль, что ничего не меняется. Минхо не меняется и может только причинять боль своими словами, действиями и даже своим присутствием. Ли медленно поднимается с кровати и пишет в общий чат команды, чтобы куда-нибудь сходить. Оставаться дома становится противно и даже немного страшно. Ощущение того, что он один в достаточно большой квартире, давит на него с каждой минутой все больше и больше. Как и ожидалось, все слишком заняты, чтобы сорваться и поехать куда-нибудь развлекать Минхо. Остаётся оставаться дома и справляться со своими страданиями в одиночку. - - - Неделя проходит невыносимо. Ли не выходит на улицу с того самого дня, как получил сообщение от бывшего парня. За всё это время он даже из комнаты не так часто выбирался. За всю неделю он поел то нормально может два или три раза, всё остальное время перебивая аппетит печеньем, либо же вообще не чувствуя голода. На звонки он не отвечал никому. Даже родители уже добрались до Ëсана, чтобы узнать жив ли их ребёнок и где вообще пропадает. Кан приезжал несколько раз, но и ему дверь открывать Минхо не хотел. Закрыться от мира, чтобы никому не досаждать своим присутствием, казалось ему лучшей и единственной правильной идеей. Очередно повторяющийся день, и снова звонок в дверь, и даже настойчивее, чем ранее, когда приходил Ëсан. Долгих полчаса человек за дверью не перестает жать на кнопку, и Ли приходится хотя бы проверить, кто это. Лениво подойдя к двери, парень смотрит в дверной глазок и видит там трёх парней из своей команды. Открыть им всё же приходится. Минхо знает, что те не уйдут просто так, а значит выбора у него особо нет. Не первый год он знает как минимум Чана, который никогда не отступает от своего, особенно, когда дело касается друзей или сокомандников. Через три щелчка дверь оказывается открытой, и на Минхо сразу же налетает Феликс, крепко обнимая и уже начиная что-то трепетать по поводу того, что старший Ли заставил их всех поволноваться. От присутствия посторонних в квартире становится одновременно легко и напряжённо. Уж очень давно никто, кроме Ëсана не был у него дома. — Расскажешь, что случилось? — третьим оказался Хенджин. Его увидеть Минхо уж точно не ожидал, они не так близки, чтобы беспокоиться. Выпутавшись из объятий Феликса, Минхо приглашает незваных гостей на кухню. Ещё ни одного слова он не произносит, даже не пытаясь что-то спросить или рассказать. Никто и не торопит. Молча Ли делает всем присутствующим чай и ставит кружки на стол, когда всё оказывается готовым. Сам он садится на стул и безэмоционально смотрит в собственную кружку, закусывая нижнюю губу. Он предполагает, что те уже давно знают о его расставании с Кимом, поэтому и не знает, с чего начать и что в целом стоит говорить. — Ээй, всё нормально!! Ты можешь нам довериться и рассказать, что у тебя творится. Мы в курсе про Сынмина, его позицию слышали, но ты вообще пропал с радаров, а мы вообще-то волнуемся! — Феликс тянется к руке старшего и тепло улыбается, как он делает это всегда, когда хочет кого-то успокоить. Настолько располагающего к себе человека Минхо никогда не встречал. — А что говорить… Это конец, — Минхо пожимает плечами и чувствует, как в груди снова всё сжимается, заполняя тревогой и отчаянием с ног до головы. — конец всего. Вы и сами знаете, как он относится к общению с бывшими, а я… я плохо отпускаю людей, — Ли говорит поверхностно, не привык открываться кому-либо, кроме лучшего друга. Ему страшно, что все, кто его окружает, вдруг осудят, отвернутся лишь за то, что у него есть свои эмоции и тревоги. Это заставляет его заглушить внутренние ощущения и до последнего скрывать все, что творится на душе. — Это не повод закрываться от всех, ведь так? — тихо начинает Банчан, — Ты и сам говорил, что думаешь о расставании, что это уже не те отношения, какими они были в начале. Он перебесится и может все ещё придёт в норму, по крайней мере, мне так кажется. — Да дело не в расставании! — Минхо взрывается. Он итак понимает, что никто не может почувствовать то, что чувствует он сам, но слушать эти бессмысленные советы становится невыносимо. — Мне откровенно поебать, какой у нас статус. Если он не хочет быть со мной, ладно! Но разрывать всё, не оставляя шанса даже знать, что с ним и как он, вот это меня разбирает ещё сильнее. Он был для меня одним из самых близких мне людей и в один миг, после одной чертовой переписки, я стал ему никем и он для меня больше никто. Он решил это за нас двоих, чертов идиот! Минхо впервые показывает настоящие чувства перед кем-то из команды. Впервые полностью отдаётся эмоциям, не в силах скрыть то, как ему больно говорить, думать, вспоминать о Сынмине и их расставании. Ли чувствует, как по щекам мелкими дорожками начинают литься слезы, и быстро отворачивается от гостей. Он обнимает себя руками, впивается пальцами в предплечья, оставляя там следы от ногтей, и кусает губу до крови. Лишь бы хоть как-то успокоить себя сейчас. Очередная истерика накрывает с головой, что голоса вокруг становятся размытыми, как из-под воды. Минхо как будто тонет, всё дальше и дальше отстраняясь от этого мира. Смутно он чувствует, как на его плечо ложится чужая рука, а после Хенджин заключает его в объятия, развернув к себе. Он ничего не говорит, просто мягко обнимая друга, гладит его по спине, волосам, не давая отстраниться, хотя Минхо даже не пытается этого сделать. Он дрожит в чужих объятиях, не сдерживаясь рыдает, уткнувшись в острое плечо парня, и чуть ли не воет от сдавливающей боли в груди. Пока Феликс убегает за каким-нибудь пледом, Чан наспех открывает всевозможные шкафчики, чтобы найти аптечку, а в ней хоть какое-то успокоительное. Суета вокруг расплывается, будто время вдруг замедлили, и Минхо не понимает, когда в его руке оказывается стакан воды со льдом. Парень послушно выпивает таблетку, даже не удосужившись узнать, что ему дали, и ставит стакан на стол, всё ещё оставаясь в объятиях Хвана, но теперь уже спиной к нему и закутанный в плед. Впервые за прошедшую неделю Ли чувствует себя тепло и более менее комфортно. Квартира не ощущается такой пустой и холодной, а рядом хоть кто-то есть. — Хо-хен, тебе лучше? — Феликс взволнованно садится на пол около ног старшего и смотрит на него с надеждой, что у них получилось ему помочь. Тот лишь кивает и дрожащими руками вновь берёт стакан в руки. В горле ощущение ужасной сухости, глаза жжёт от слез, а дрожь всё не унимается. — Давно у тебя снова начались вот такие неконтролируемые приступы? — Чан давно знает о том, что у Минхо не всё в порядке в ментальном плане, но таким вживую видит впервые. Несложно догадаться, что из-за разрыва с Кимом у него ухудшается состояние. — Они и не заканчивались никогда… просто стали чаще, — Ли пожимает плечами и смотрит сквозь парней, стараясь не встречаться ни с кем из них взглядом. — Черт, может уже к врачу? Ты в таком состоянии себя калечишь. — Я знаю, но… — Никаких “но”, я запишу тебя на приём, у моей мамы есть знакомый специалист, — Крис не даёт Минхо договорить и сам себе кивает, когда не слышит возражений, а лишь тяжёлый видов парня. Он смотрит на время и хмурится — черт, мне нужно бежать, есть ещё дела. Последите за ним, чтоб глупостей не наделал? Я потом скину адрес и время приёма — Я могу остаться, пока его родители не придут. Если ты не против конечно, — Хенджин обращается к Минхо, но тот не отвечает. Те вернутся ещё только через неделю, а парень вряд ли сможет всё это время находиться рядом с ним. Но его молчание засчитывают за согласие и Чан успокаивает своё беспокойство, обещая вернуться на днях, чтобы проверить Ли снова. Спустя некоторое время Минхо и вовсе остаётся наедине с Хенджином, ведь Феликс тоже уходит домой. Тишина становится немного более неловкой, но нарушать ее никто не решается. Хван больше ничего не спрашивает про Сынмина, спокойно убирает грязные кружки в раковину и моет их, чтобы не утруждать Ли. Они итак без предупреждения завалились к нему домой. Минхо в это время успевает тихо уйти в свою комнату, чтобы проверить телефон. Как же давно он этого не делал… С приходом парней стало легче и немного спокойнее. Какое-никакое ощущение одиночества скрылось и стало чуть более комфортно находиться дома. Осознание того, что он все-таки не один, что о нём беспокоятся и готовы оказать помощь, греет душу. Множество сообщений от разных людей напрягают Минхо, но отвечать на них совершенно не хочется. Хотя больше всего сейчас привлекает внимание одно единственное сообщение. Ему снова писал Сынмин, но теперь уже с просьбой вернуть какую-то книгу, которую он давал Ли почитать уже давным давно. Вновь становится холодно и тошно. Ли откладывает телефон в сторону и поднимает взгляд на Хвана, стоящего в дверях. — Что-нибудь хочешь? Я могу сходить в магазин или заказать чего-нибудь. — Мои родители вернутся через неделю, можешь идти домой, всё равно ты не будешь здесь со мной так долго, — Ли не отвечает на вопрос парня, говоря свои мысли вместо этого. — Я предупрежу маму, что хочу остаться у друга на несколько дней, она не будет против, — Хенджин улыбается и садится к Ли на кровать. — Я не хочу оставлять себя одного в таком состоянии, окей? Так что тебе придётся потерпеть моё присутствие и какую-никакую заботу. Минхо не сдерживает еле заметную улыбку и соглашается. Сил сопротивляться парню совершенно нет, да и зачем, если самому не хочется оставаться одному.