Парень, подаривший детство

Юра, шатаясь, поднялся со стула и вытянул руку с бокалом вперёд, стараясь держать ее над практически пустыми тарелками с ресторанными закусками ровно, не дрожа этой самой конечностью, а то не дай Бог содержимое прольётся на обглоданные кости когда-то куриных крыльев с аппетитным мясом, почти засохший хлеб, или на вовсе не белоснежную скатерть. если честно, кудрявый заниматься слизыванием капель алкоголя не хочет, и это единственное, что ещё как-то удерживает от тотального провала. всё-таки, это последний бокал для всех присутствующих, а нужно что-то ещё душевное напоследок сказать, чтобы каждого пробрало. да, Хованский посчитал, что последнюю речь на этот вечер должен произнести именно он, хотя язык его ужасно заплетался, а мозг грозился отправиться сию же секунду в чудесное царство Морфея. — я щче хочу сказать..ээ..будьте счастливы в этом году, даже если он у вас последний, — окинув взглядом красных глаз всех сидящих за столом, гордо произнес Юра. как будто кто-то умирать собрался. — с кем хотите и где хотите..ебись он в жопу! я к вам ко всем прийду на свадьбу, ваще...а.. любого приму, какими бы вы не были. я вас люблю, чесн слово! — Боже, и как у него ещё удается складывать слова в целые предложения? Хована можно сравнить с тараканом, что в силах пережить даже ядерную войну, только вместо ядерки Юрка переживет любое количество выпитой алкашки и всё равно будет плести своим длинным языком что-нибудь философское, о чем даже Руслан потом будет плакать. кстати о Руслане. наша Принцесса Несмеяна тихо сидела с краю, подпирая красную как садовое яблоко щеку, грустно глядя куда-то в сторону. — аминь! — дружно крикнули все семеро. кто-то протянул в ответ бокал, чтобы чокнуться в очередной раз, кто-то просто улыбался во все тридцать два, а кто-то пребывал в неком трансе и пытался вспомнить, что он здесь вообще делает. и то ли осознание, что совместное празднование подходит к концу, нагоняет тоску, то ли следующая мысль, сохраняющая логическую цепочку о том, как Тушенцов вернётся домой и в гордом одиночестве будет встречать Новый год. в общем, быстро настроение улетучилось, и на фоне счастливых одногруппников Рус выглядел заебанным проживанием в этом сложном мире. однако праздник же на носу, не должно быть место тоске! никто из присутствующих даже не обратил внимание на угрюмую гримасу Тушенцова. наверное, они привыкли к такому выражению лица и не восприняли, как немую просьбу поинтересоваться, а что, собственно, произошло. Руслану нет смысла обижаться как избалованный ребенок на то, что все его друзья почему-то разом не подбежали к нему, чтобы утешить и вытереть сопли. каждый думает о своем, и даже в праздник этот самый каждый может погрустить о жизни, смотря мертвым взглядом в одну точку. как же здесь не хватает Дан... — эй, всё нормально? — кто-то рядом, таким родным голосом интересуется состоянием Руса. второй нехотя поднимает потерянный в пространстве взгляд кофейных глаз и видит перед собой Даню. в этот момент у Руслана чуть челюсть не отвисла, а как минимум - он потерял дар речи. рыжий не стал дальше грузить вопросами друга, и словно прочитав чужие мысли, выдвинул предложение: — давай сегодня у тебя затусуем, — Данила понимал всё по одному только взгляду. и как у него это удается? невероятно. — ты ведь опять собираешься рубиться в Мортал Комбат и жевать что-то, не отрываясь от экрана? хоть поделись тем, что будешь уминать, а, — и этот хриплый смешок, давно заблудший в голове Руслана. заснуть и проснуться через неделю сразу расхотелось. — да.. — задумчиво проговаривает Тушенцов, проведя по щеке пятерней. это ему всё не кажется? — вовремя предлагаешь. я согласен, проведём НГ вместе, — окончательно отойдя от небольшого шока, более живо произносит вышеупомянутый. — Руся, может ты с кем-то из нас пойдешь отмечать? или ты один планируешь? — откуда-то издалека послышался нежный и заботливый голосок Даши, но на деле девушка была совершенно рядом, уже покинув свое нагретое место, дабы снять с крючка куртку. "надо же, вспомнили о существовании друга, остаётся хлопать стоя!" — промелькнуло в голове у Руса. посмотрев куда-то мимо подруги, парень заметил, что не одна она собирается домой: все остальные тоже находятся в поиске своих вещей; Юлик с Даней Корниловым стояли возле уставшего официанта, рассчитывались (скинулись все ещё в начале встречи). Руслан наконец настроил зрительный контакт с Добренко, и ответил ей отрицательным качанием головы. — нет, спасибо, я с Кашиным, — легко отрезает тот, и снова смотрит на Данилу: веснушчатый вдруг оказывается в куртке и укатанным в забавный шарф, хотя вроде обычно их не носил. уже готов нажираться за чужой счет в уютной квартире, небось. машинально по лицу расплылась довольная улыбка, однако Дарья не поддержала эмоции одногруппника и взволновано взглянула на собеседника, который уже готов умчаться отсюда, учитывая, как он начал ускоренно одеваться, равняясь на прочих здесь. — с Кашиным... — обрабатывает полученную информацию девушка. — он вернулся, что-ли? — точно не веря своим ушам, девушка уронила шапку на пол. — очень смешно, — с некой обидой за друга откликнулся Рус. — ладно, ребят, мы погнали. всем хорошего праздника! — кинул Тушенцов и всё же ретировался из ресторана, но уже не один. Даша осталась пребывать в непонимании, пока к ее плечу аккуратно не прикоснулась рука Юлика, что только-только закончил переговоры с работником заведения. — я тут краем уха услышал, что он собирается встречать с Даней. а почему мы не знаем о его приезде? *** эпизод с возвращением домой на такси пролетел быстро и незаметно. Руслана клонило в сон, но одуряющий запах мяты в салоне не позволял вырубиться, да и парень не хотел развидеть Даню и постоянно на него оборачивался. второй словно видение в прострации, расплывался при реальных обстоятельствах и был похож на серую неинтересную картинку, а позже, интервалом в несколько секунд, вновь становился красочным, живым. это можно было сравнить с помехами. нет, конечно, Тушенцов не спятил, не мог, просто он напился и... возможно забыл, что Кашин давно вернулся обратно, нашел, где сидят ребята и присоединился к ним. не может же мозг так реалистично воспроизвести заветную мечту наяву, правда? это сон, наверное, от которого не хотелось просыпаться от слова совсем. однако голос Даши в ресторане был достаточно реальным, воспоминания о сегодняшнем вечере очень четко вырисовывались в голове тоже. Рус помнит, как Юра с Никитой мерились силами на руках, да так упорно, что уронили тарелку с остатками салата, и "Рэнделл" раздосадовано покачал на это головой: тарелка была его, а значит скорее всего именно ему придется платить за убыток, ведь эти двое давно проебали свою трезвость, пообещают подкинуть или полностью оплатить сами, а потом захрапят и уже не вспомнят об обещанном; или как всё в том же заведении Миша Цыркунов пел какую-то новогоднюю песню и, следом, «Владимирский централ» в караоке, совершенно не попадая в ноты, а все остальные из их компании нелепо танцевали возле мини-сцены в силу кружащихся от спиртного голов, и только Юлик с "Каплан" кружились вдвоём, точно влюблённые мотыльки под покровом ночи и успокаивающего синего цвета стробоскопа, как единственная парочка в их "скромном" объединении. и всё же, Данилы в этих воспоминаниях не наблюдается. появился рядом он только тогда, когда Руслан действительно начал уходить в тильт и прожигать в пустоте взглядом дыру. возник как помощь с небес, нашел сразу же нужные слова. рыжий всегда был проницательным человеком, ему волшебным образом удавалось прочувствовать каждую эмоцию друга и предпринять то, что разгонит всю печаль. почти всегда. Тушенцов не хотел бы сказать, что все остальные его приятели меркли на фоне Дани, но уж так по жизни получилось, Кашин - ближе и роднее. со школьных времен парни бок о бок, знают друга друга лучше, чем самих себя, но бывает сложно сохранить даже такое братство во взрослом возрасте. вообще, взрослая жизнь имеет вредную привычку разлучать людей самыми отвратительными способами, и в эти моменты ты и подумать не можешь, что любое твое слово может решить все раз и навсегда. мозг готов был вновь прокрутить эту злополучную встречу, но автомобиль заметно резко остановился у нужного подъезда и что-то невидимое дало хороший подзатыльник. таксист постарался вежливо попросить об оплате поездки. к сожалению, нередко клиенты, которых забирают такси из баров или ресторанов, особенно в какой-нибудь масштабный праздник, бывают буйными и могут отреагировать на любое слово как угодно, и это может закончиться плачевно для обоих. но этот, вроде, сидел смирно, только как-то странно пялился всю дорогу на соседнее сиденье, словно призрака увидел. **** ключ в замочную скважину не попал даже с третьего раза. голова раскалывалась, ноги стали ватными и еле держали всю тушу, а Даня молча стоял рядом и даже не думал помочь, хотя выглядел более чем трезвым. стоял как над душой, сложив руки на груди. для полноты картины не хватало ему ещё специально закашлять и проворчать: "ну ты там скоро?". — может поможешь? — нервно выдохнул Рус, будто Данила ему так и сказал сейчас. ответа не последовало. вся ситуация начала сильно раздражать старшего, и он пробует вставить ключ ещё раз - получилось. далее парням открывается вид на темную студию. почему Руслан снял именно студию? да по двум причинам: во-первых, ее снять оказалось дешевле, во-вторых - хуй знает. нащупав татуированной рукой выключатель, квартира наконец показывает себя изнутри при искусственном, но весьма ярком свете: просторная и уютная, с двумя огромными панорамными окнами. если взглянуть налево, то можно было заметить единственную дверь, за исключением входной, которая вела в объединенные санузел и душевую кабину. в общей комнате было много мебели, хоть и далеко не новой, но внимание привлекала только белая ёлка в углу, на которой висело всего пару ёлочных шаров и одна гирлянда из "Фикс Прайса". довольно скромно, но когда ты живёшь в Санкт-Петербурге и работаешь всего лишь диджеем на радио и что-то мутишь в интернете, получаешь не миллионы, а копейки. и хорошо, что хватает на оплату хаты и еду, или, например, один раз в год устроить себе небольшой пир и выпить что-то дороже 70-рублевого энергетика из КБ через дорогу. естественно, Тушенцов не жаловался, для него такие условия уже считаются роскошью, но внутри юноши грелась надежда на то, что он обязательно, если не завтра и не через месяц, но добьется чего-то большего, и хотя бы не будет вынужден сводить концы с концами и экономить на мелочах. — мне кажется, атмосфернее будет при выключенном свете. что думаешь? — Руслан вешает куртку на единственный гвоздь рядом с дверью, а веснушчатый свою небрежно кидает на табуретку, которая, насколько помнит Рус, осталась от бывших квартирантов. подрагивая кончиками пальцев на руках, Тушенцов топает по холодному полу к окнам, закрывая одно из них, а следом поворачивается к ёлке и сует куда-то между ветвей ладонь, активировав гирлянду. ёлочка сразу начала моргать: сперва разными цветами, а потом плавно перешла на какой-то один, периодически меняясь на другой. позже был включен телевизор, крутя какие-то предновогодние передачи, а свет во всей студии наоборот потушен, лишь отражения лампочек на декоративном деревце скакали со стены на пол в рваном ритме. на кофейном столике, возле маленького телевизора, уже стояли некоторые закуски, например мандарины на бумажной тарелке, и одна глиняная тарелка с оливье. в принципе, Руслан плотно поел в ресторане, потому всё это находилось здесь для красоты и сохранения традиций. в общем и целом, квартирка приобрела действительно праздничный вайб, что не могло не радовать. несколько минут парни просто молчали, не смея перебивать каких-то певиц в телеке, что пели «Елки - Верка Сердючка», беря донельзя высокие ноты. в конце концов, первым голос подал Рус, царапая ладонь от некоторого волнения. и откуда же оно взялось? вроде столько всего вместе пережили, а теперь неловко даже в преддверии праздника о чем-то поболтать, неважно, про погоду за окном, или про любимую часть «Ёлок». Тушенцова просто ужасно мучила совесть, сжимая руки на его шее, но хотя бы сейчас набраться смелости и по душам поговорить с другом надо. с чего можно начать.. — а помнишь, как мы в девятом крали конфеты из праздничных сладких наборов, рассчитанных на весь класс..? — да, — подхватывает Даня, что заставляет Руса расслабить плечи. — мы прям в наглую их дырявяли и выбирали из каждой по одной самой вкусной конфете — как же нам потом влетело от Елены Вениаминовны, — вспомнив надутое, как красный шар от злости лицо классного руководителя, парень рассмеялся. смех рыжий тоже подхватил. постепенно пацаны начали вспоминать ещё истории из детства, связанные с зимой или Новым годом: как отбирали у детей на площадке поджопники, чтобы хоть раз скатиться с ледяной горки, но в итоге это затягивалось и приходили разбираться родители малышей, от которых подростки благополучно убегали; как впервые, в новогоднюю ночь втихаря от родителей гулять ушли по городу, и случайно встретили двадцатилетнего приятеля — Ильдара с соседнего двора — который от всей души дал детям попробовать впервые водку. и многое-многое другое. за детскими воспоминаниями Руслан совсем разомлел, но всё хорошее когда-нибудь заканчивается. иногда это совсем не значит, что жизнь хочет тебе устроить черную полосу, а скорее дает шанс исправить ошибку или совершить то, чего не успел сделать раньше. и этим шансом нужно пользоваться с умом. — о, знаешь, у меня ещё есть одна забавная история. она про тебя — не томи, — напрягся Тушенцов. — помнишь, как ты бросил меня в трудный момент? — беспечным тоном спрашивает рыжий. в его глазах невозможно ничего прочесть, глаза тускнеют. жизнь будто из него уходит, что-то незримое это из него высасывает. по затылку Руслана прошёлся табун мурашек. — чего..? — неуверенно переспрашивает старший. «о чем это он?» - наивная мысль секундно всплывает в голове. «не строй дурачка, ты знаешь, о чем речь. посмотри ему в глаза снова, ответь тоже, что и тогда» — совесть наконец подаёт голос, и ее слова эхом раздаются во всей голове. Рус незаметно съеживается, но это ни в коем разе не поможет скрыться от чувства вины. год не мог скрыться, чуть ли не всакивая посреди ночи, словно от кошмара. но это не кошмар, а кое-что похуже. « в Санкт-Петербурге очередной дождливый день, но под вечер ситуация с погодой только ухудшилась. тучи сгущались с бешеной скоростью, перерывы между ливнями еле длились хотя бы пять минут. все петербуржцы, хоть и привыкшие, но всё равно спешили скрыться он назойливого дождя, ибо многим в падлу было каждый раз то открывать, то закрывать зонт, а промокнуть не очень хотелось. только двум "хорошим" друзьям было глубоко плевать на непогоду, разве что только Руслан ещё как-то об этом размышлял, так как ему совсем было неинтересно слышать от друга одно и тоже. — у меня сегодня поезд в десять, проводишь? — мне завтра к первой, хочу лечь пораньше, — Рус скучающе зевнул. конечно, он не ляжет раньше, и рыжий об этом в курсе, но сейчас не пытался начать душнить на эту тему. Тушенцов хотел найти отмазку, а Даня хотел провести время с другом перед неизвестным количеством месяцев разлуки в разных городах. впервые они так надолго расстаются, и несмотря на то, что Кашин все равно возвращается в родной город, Казань больше не подарит ему запах соседского пацана, что уже годился в родного брата, его голос и присутствие в общем. ну может хоть созваниваться будут? а интернет в наше время для чего? нет, всё не то. ничто не заменит реального человека ». — вещи домой мне помогала собирать бывшая, не ты. ты попрощался со мной за несколько часов до отъезда, и это был самый отвратительный разговор между нами, — Тушенцов слышит, как диван поскрипывает оттого, что Даня присаживается ближе. шатен теперь точно не может разобраться: а кажется ли ему это всё? « — я понимаю, что учёба для тебя важна, но я уверен, постоять пять минут на перроне не составит труда, тем более до метро недалеко идти, — нахмурился рыжий, ковыряя вилкой лимонный чизкейк. это был его любимый десерт в этом славном заведении, хотелось в крайний раз вкусить "солнечный Питер" (название лакомства). но кусок в горло не лез совсем потому, что Кашин боялся бесплодности этого разговора. — слушай, я уже давно принял твое решение. но, — слишком долгая пауза, нужно произнести мысли вслух. Руслан прочистил горло, оглядываясь по сторонам - как будто кому-то здесь есть дело до этих двоих ». — наплел мне гадостей, а теперь просишь, чтобы я с тобой провёл праздник вопреки всему? — зло спрашивает Данила, брови сведены к переносице. он наслаждается этим эмоциональным давлением, что пугает второго и заставляет окунуться в те события. а они как будто совсем недавно были. « — я не понимаю, зачем врать про мать? всё-таки святое, разве не за это топишь всю жизнь? — ты че, вообще ебанат? — оскорбился веснушчатый, ещё больше сгорбившись. — она на самом деле болеет, за ней нужен уход, никто из родственников не будет этим заниматься — тебя просто пугает большой город, — уже звучит, как приговор. — но даже я, родившийся и проживший до шестого класса в заднице Сибири, и то адаптировался здесь — Рус совсем не хочет слышать друга, как всегда пытается себя выгородить ». — чтобы я обо всем позабыл и потакал твоим желаниям? «ой, я бедный несчастный мальчик, никто меня не любит, друзья не уважают, всегда один-одинешенька сижу в квартирке и задрочу, а другие почему-то не ползают возле меня, как собачки. и даже близкий друг, которого я давно послал, не хочет мне угодить» — передразнивал рыжий. — строишь из себя невинного, будто все тебе должны! — от себя становилось мерзко. вот он, настоящий Тушенцов, а не святоша из Питера. « — Казань тоже большой город, при чем здесь это? — ты знаешь, разница между ними в любом случае есть. но только посмотри вокруг: столько перспектив, новые знакомства, процветающая культура. неужели тебя опять тянет к бедным дворам? повзрослей уже! каждый из парней тянул одеяло на себя, никто не смел уступать. разговор действительно становился бесполезным. разве что из него можно было выжать только сплошной негатив. — я тебя не узнаю, — признался Данила, массируя переносицу указательным и большим пальцами ». — по-моему, ты много хочешь, Русь, и слишком хорошего о себе мнения, — подытоживает Кашин. правда резала слух, но Руслан больше не пытается дать ей отпор, нервно сглатывая. ещё немного, и стены тоже начнут сдавливать его худое тело и голову. — повтори свои слова, — требовал Данила. видение Данилы, но это не он. однако сколько же боли в его голосе, что складывалось ощущение, будто перед тобой реальный человек. боль сквозь наслаждение, точно сейчас с ним сама совесть разговаривает, наконец обратившись в тело человека, который напоминает о плохом. «но это твоё воображение, Рус. поступи по-человечески ну хоть к кому-то. просто, блять, осознай». « — я хотя бы не выебываюсь на пустом месте, — грубо вкидывает веснушчатый. — и помню о родных. когда ты последний раз с матерью разговаривал? — Даню сейчас обосрали с ног до головы. к черту, он вступит в эту грязную игру ». — ты не хороший друг, ты мерзкий друг. в тебе не осталось ничего положительного, ты ебнулся в этом Питере! из грязи в князи, молодец, горжусь, но роль эта тебе голову одурманела. многолетняя дружба для тебя уже ничего не значит, — этот яд заливался в уши медленно и мучительно. комочек нервов, словно снежный ком, становился все больше и больше. сил терпеть не оставалось. « — это тебя не касается, — парирует напротив сидящий. что ж, теперь тоже неприятно. — меня уже ничего не касается. заебись. мы как будто на разных языках общаемся, ты понимаешь, что я не хочу тебя насовсем терять? мы же столько лет вместе, приди, блять, в себя, — в конечном итоге, Кашин отказывается от лимонной сладости, отодвигает от себя блюдце, и начинает рыться в карманах. курить хочется. и скрыть свою обиду, ведь Руслана словно заменили ». — повтори свои слова, — Данила не унимался. — повтори слова, — громче. — повтори, — громче, ну же. — повтори, блять! — все-все-все...хватит! — пронзительный крик, отскочивший от стены, заглушил Даню. теперь наступила тишина. «пожалуйста, не исчезай, дай всё объяснить». « — нахуй. я рад, что ты ливаешь, мне уже надоело твое нытье о том, что у тебя нет талантов и городская рутина тебя нервирует. ты тянешь меня на дно, — последние слова друга Тушенцов решил пропустить мимо ушей. в голове крутилось одно: "он мне больше не нужен". — и не звони мне, окей? так будет лучше для нас обоих — конец. Рус впопыхах покидает место и, забрав свою куртку, опережает веснушчатого и направляется к выходу ». — я наговорил много говна, признаю, — начал немного дрожащим голосом Руслан. сейчас недопустимо бояться ответственности или сомневаться в правильности своих действий. — я сказал, что ты трус и мне нет смысла с тобой общаться. я сказал, что нам пора повзрослеть, и это отчасти правда. мне надо научиться признавать свои ошибки и ценить то, что имею, — перечисляет Тушенцов, но совсем не оживлённо, всё это давалось довольно тяжело. — я клянусь, что уже изменился, но прекрасно понимаю, что одно мне уже не изменить: наши отношения. я их испортил жестоким образом, и поверь, караю себя за это каждый грёбаный день! мне ужасно стыдно, что я только сейчас понял, как ты мне дорог, и что никакие деньги не заменят друга, брата, близкого человека, с которым мы прошли и огонь, и воду. честно, душу продал бы, чтобы повернуть время вспять и не поступать, как мудак в тот вечер, — каждое слово сопровождалось причиняющим боль глотком, зато искренность была неподдельной. Рус замолчал, находясь в нервном ожидании какой-то реакции, пока его сердце билось со скоростью крыльев колибри. — я люблю тебя, Даня, — парень дернулся от неожиданности: за окном слышен взрыв петард, которые рассыпались в небе на тысячи красочных искорок. это был салют, и похоже, что наступил новый год. — я тебя, сука, люблю, — повторился Тушенцов, чувствуя дрожь по всему телу. нет, это не какое-нибудь спонтанное решение или попытка вызвать какие-то особые эмоции, например жалость. Руслан долго об этом раздумывал, практически каждый раз, как во снах ему приходил рыжий. чаще всего при тех самых неприятных обстоятельствах в забегаловке. мозг прокручивал на репите всего несколько определенных моментов: как шатен говорит свои последние слова, как он возвращается домой на метро, погруженный в тягостные мысли, и сообщения с разговорами с Даней за несколько дней до отъезда. Тушенцов пытался избегать любого упоминания о возвращении в Казань, но оставаясь наедине с собой, воспоминания об этом витали в голове, не думая исчезать, и оставалось только обсудить это, опять-таки, с самим собой. наверное, парень испытал весь спектр эмоций за этим занятием, и пришел к выводу, что разлука пойдет на пользу. однако главная проблема была в том, что Рус взвалил все на свои плечи и не думал делиться своими мыслями с другом, что было фатальной ошибкой, ведь рыжий и сам накручивал себе всё, что можно и нельзя. всё же, верно тогда сказал Руслан: им пора повзрослеть. единственный факт, который остаётся фактом - оба были и есть неравнодушны к друг другу. и нет смысла разбираться, а романтические это чувства, или дружеские. важно то, что они любят и разделяться им было нельзя. каждый из них страдает по своему, и чтобы облегчить эти страдания, им просто нужно поговорить. но, давно стало ясно, что ничего просто так не бывает. — а теперь скажи это мне реальному, — копия Дани испарилась, а Тушенцов дождался своего ответа. он был весьма кратким, но многозначительным. переваривать случившиеся за последние два-три часа нужно будет ещё долго, а пока на фоне уже другие певцы, вернее целые музыкальные группы вспоминают хиты 90-x в прямом эфире на телевизоре, Рус начинает искать по всей квартире свой телефон, дабы позвонить настоящему, живому и родному Кашину. наконец отыскав пропажу, прикусив губу парень начал искать в телефонной книжке контакт под названием: "Данилка". **** — пожалуйста, я тебя прошу, не мешай! ну красиво же все стояло, — еле сдерживая смех, прикрикнула Лиза, когда Данила в очередной раз попытался своровать с накрытого стола копчёную колбасу или мандарин. — я голодный! — успев, зараза, засунуть за щеку один круглешок колбасы, лыбится рыжий. Неред приходится смириться с участью закусок, над которым она пыхтела больше в одиночку. — Вов, давай быстрее, через минуту бой курантов! — бегу уже, — немного раздражённо отвечает с кухни Семенюк. нет, он конечно рад празднику, просто не любит, когда его торопят, из-за этого он может сбиться с мысли или чего-то ещё. — твоя мама уснула. уверен, что нам стоит всем этим заниматься так громко? — наконец, Вова вернулся, держа в руках бутылку шампанского. — вот только его сейчас откроем, — Кашин нагло выхватил у приятеля бутылку. — и будем вести себя тише. все заняли свои места за столом. пока Даня разбирался, как бы аккуратно открыть шампанское, ребята вместе с курантами принялись практически в один голос отсчитывать ровно двенадцать. — три, два, о... — и последнее слово закончил резкий хлопок. далее в комнате чувствовалось только людское счастье. друзья начали разбирать блюда на столе, кто, что и сколько себе наложит в тарелку, кому в бокал на каплю-две больше алкоголя. пришло время чокаться, не отрекаясь от традиций. во время глотка Данила мысленно произнес: " с Новым годом, Русь". пусть это никто не услышит, зато душе будет угодно. правда, вспомнил солнце, вот и лучик - лежащий рядом с рукой телефон завибрировал, а на экране высветился контакт "Руся". — не отвечай, — отозвалась на увиденное Лиза. — конечно, это не мое дело, но серьезные разговоры лучше оставить на потом, — объяснила свою позицию девушка, на что Кашин никак не отреагировал. хотя, наверное, реально лучше оставить в общем разговор с Тушенцовым на тот момент, когда Даня будет готов. шестое чувство подсказывало, что Рус явно не планирует просто так поболтать. да и кто они теперь друг другу, чтобы в срочном порядке отвечать на звонки? но перезвонить, возможно, стоит. всё-таки Руслан - не чужой человек.