21 января

      Джерри в предвкушении облизнулся. Перед ним стояла огромная коробка из-под обуви, старательно обёрнутая розовой упаковочной бумагой с сердечками. В центре блестела надпись чёрной ручкой: «от Бет».       В последнее время их хрупкий домик семейных отношений скрипел и качался от самого незначительного дуновения ветра. С позавчерашнего дня ничего лишнего, кроме «доброе утро» и «спокойной ночи», они друг другу не говорили.       Джерри совсем не был уверен, что на свой день рождения он получит что-нибудь более внушительное, чем вульгарную открытку с тюльпанами. Но он ошибался.       Он ошибался, и впервые от осознания этого ему стало так приятно.       Иногда Смит пугался собственных мыслей, обычных фантазий, однако очень реалистичных. Ему виделось, будто во время очередного конфликта у Бет уже нет желания ничего решать. Она раздражена и расстроена, её не интересуют чужие чувства, она просто хочет уйти. Хочет уже давно и сильно, но не делает это только ради детей.       Ради Саммер и Морти, которые уже и так достаточно натерпелись от родителей, от их инфантилизма и неверных решений. У женщины с ребёнком, а тем более с двумя, нет возможности хотя бы допустить мысль о разводе.       И Джеральд в этой истории — маленький человек. Крохотный червячок. Не имеет значения, убьёт он себя или пойдёт плакать в Старбакс. Его чувства учтут в последнюю очередь.       Бесконечными ночами, когда Бет уходила на диван, думая, что муж давно спит, эти мысли преследовали мужчину. По песчинкам срастался грузный камень обиды и беспомощности у него в душе.       И сейчас, когда, только проснувшись, Джерри увидел на кровати у ног большую подарочную коробку, этот камень мгновенно растворился и позволил набрать в грудь побольше воздуха.       Дрожащими руками он поднял крышку, перед этим непонятно зачем прикрыв веки. Отложил её в сторону. И с широкой довольной улыбкой на лице резко распахнул глаза.       Перед ним лежал аккуратно сложенный жёлтый костюм пчеловода с непонятным узором. Смит нетерпеливо достал его, расправил, чтобы поподробнее разглядеть, и не смог сдержать слёз в необъяснимом приступе сентиментальности. Защитная одежда была разукрашена в жёлто-чёрные полоски, а из головного убора торчали две забавные пружинки-усики.       Костюм в виде пчёлки! Я люблю тебя, Бет!