Музыка, навязчивые мысли, недоверие и Атсуму?

На следующий день Хината пришёл на тренировку прямо вовремя, минута в минуту. Всю тренировку рыжик пытался избегать разговоров с Атсуму. Под конец дня, быстро собравшись и попрощавшись со всеми, вылетел как пуля из зала. Так продолжался целый месяц. Избегал Мию, как только мог. Отказывался, когда команда приглашала вместе поужинать после тренировки. Убегал с зала сразу же после окончания тренировки. Все бы ничего, сокомандники ничего даже не замечали, ну подумаешь, уходит быстрее всех, может, устаёт, домой хочет побыстрее, бывает. Вот только Атсуму так не думал, он ведь не дурак и видит, что его тупо игнорируют и избегают, но сделать ничего не мог. — Самуууу, почему он меня избегает? У близнеца Атсуму уже начал глаз дёргаться. За последний час он услышалэтот вопрос раз 10, если не меньше. — Я бы на его месте тоже тебя избегал. — Ну все же было хорошо, и оп, он начал игнорить меня. Даже на звонки и сообщения реже отвечает. Атсуму чуть ли не плачет уже от этой мировой несправедливости. — Мне откуда знать, почему он так делает. У него и спроси. — Да я даже не успеваю спросить, как его уже нет в зале. — Игнор — первый показатель того, что человек просто не хочет с тобой общаться. — Спасибо, брат, поддержал прям. — Ну а что я могу сделать, раз ты такой тупой. К нему домой не думал прийти и там поговорить? Атсуму сначала посмотрел на брата, как на дурака, мол, «мальчик, а адрес его я откуда узнаю?», а потом его осенило. — ТОЧНЯЯК, Я ЖЕ ПОДВОЗИЛ ЕГО ДОМОЙ. У меня должен был сохраниться его адрес. Осаму, ты лучший брат на свете, я ушёл, пока. — Ох, эта любовь морковь… — Шоё, ты ведь не будешь избегать его всю жизнь? — Знаю, — И Хината правда это знал, вот только как решить эту ситуацию не понимал. С одной стороны, он не хочет делать больно Мие и постоянно его игнорировать, а с другой стороны, он не хочет, чтобы ему снова сделали больно. Да, в некоторых ситуациях Шоё явно был эгоистом, думал лишь о своих чувствах и о том, что ему будет больно, а Атсуму значит не больно от того, что его игнорируют. Но ведь эгоистом быть это не так уж и плохо, да? Да ведь? — Кенмаа, а что бы ты сделал на моем месте? Блондин на том конце играл сейчас в приставку и поочерёдно пытался помочь своему другу. — Я бы просто поговорил с ним. Он ведь нравится тебе, так зачем избегать? Поговорите, обсудите все. Я уверен, что ваши чувства взаимны. Это же Атсуму, он ещё с первого вашего матча на тебя слюнки пускает. Попробовать все равно стоит, а вдруг это тот человек, которого ты искал. Попытка не пытка, Шоё. И Хината понимал это. Вот только на словах всегда проще, чем в действиях. Но как говорится, если гора не идёт к Магомету, то Магомет идёт к горе. Вот и Атсуму так подумал, поэтому сейчас он стоит возле двери в квартиру Шоё с тортиком в руках. С пустыми руками ведь в гости не ходят, тем более в 12 часов ночи, но кто же виноват, что до блондина так долго доходило. — А, Кенма, подожди меня, кто-то звонит в квартиру. — Окей, — Шоё идёт в коридор, открывает дверь и… чего.блять. Рыжеволосый так и застывает возле двери, перед ним никто иной, как Атсуму Мия. Ну хотел же поговорить, вот говори теперь. — Шоё, все в порядке там у тебя? Кто пришёл? — А…да так, Кенма, я перезвоню тебе, ага, давай. — Хоро… Кенма даже не успел договорить, как Шоё уже сбросил. — Эмм, привет, ты чего здесь делаешь? — Решил чайку попить вместе. Видишь, даже тортик купил. Впустишь? Атсуму всё также стоял на пороге с улыбкой до ушей и тортом в руках. — А…дада, проходи. — Спасибо, тортик тебе, кстати. — Ну спасибо, что ли… Только не поздно ли для чаепития? Атсуму, сейчас почти час ночи. — Ну и что? Пить чай никогда не поздно. Я буду зелёный чай, если что. — Тааак, где у тебя тут ванная комната? Вот это, да, агаа, я руки пока помою. — Конечно, чувствуй себя как дома, хотя ты уже. Шоё был вахуи, и это даже мягко сказано. Пришёл тут, чай пить, у него своего дома что ли нет. Час ночи, пиздец. Но чай все-таки заварил. В квартире было холодно, поэтому что-то тепленькое не помешало бы. Атсуму уже выходил с ванны, направляясь к кухне, где Шоё, как гостеприимный хозяин, готовит чай. — Так, а…ну… ты не мог, что ли, завтра зайти на чай? Утром там? Или чуть раньше, не в 12 часов ночи? — М? Я боялся, что ты снова сбежишь, поэтому, как только подумал прийти к тебе, так сразу и пришёл. Атсуму сел на барный стульчик за стойку, которая была на кухне, и в упор смотрел на спину Шоё. — Сбегу? Ахахах, что за бред… Куда я убегу то.? — Шоё, ты постоянно убегаешь. Ты правда думал, что я не замечу этого? У Хинаты просто не было сил повернуться лицом к Атсуму. Он продолжал стоять спиной к нему, начиная нервничать. Он до жути не любил вот такие разговоры по душам, а сейчас именно они и наклевываются. — Я может сделал что-то не так? Почему ты продолжаешь игнорировать меня? Почему выстраиваешь между нами стену? — Атсуму, не… — Не неси бред? , — Мия договорил за него, уже зная, что будет говорить рыжик. — Да ладно тебе. Ты постоянно отталкиваешь людей, когда они пробираются к тебе слишком близко. Шоё, не выдерживая такой напряженности от этой ситуации, поворачивается к Атсуму и просто пытается сменить тему. — Атсуму, а ты где торт этот покупал? Выглядит очень аппетитно! — Знаешь, очевидно у тебя диле́мма дикобраза*. — Что? Ты о чем? Что за бред? — О том, что если они захотят согреть друг друга, то чем тесней они сблизятся, тем сильнее будет боль от уколов игл. То же самое и с людьми. Должно быть, ты избегаешь этого, потому что боишься уколоться.