Абсолютный Апофеоз (Мегавселеная—Прайм)

Иссей взволнован - это еще мягко сказано, Риас позвала его прийти в Старое здание школы, так как она хочет что-то объявить, конечно, это означает, что он увидит Риас, которая тоже взволнована. Прошел день с тех пор, как Иссей отдал свою левую руку Драйгу и спасение Риас от ее помолвки. В знак благодарности Риас обняла Иссея и нежно поцеловала в щеку. Не в силах сдержать волнение, Иссей направляется в Клуб оккультных исследований. Сердце Иссея бешено колотилось по двум причинам; во-первых, он добрался сюда на своем велосипеде так быстро, как только может недавно перевоплотившийся дьявол, и во-вторых, потому что в клубной комнате было тихо, а это значит, что либо там никого не было, либо был только один человек, вероятно, Риас. Успокоившись, Иссей постучал в деревянную дверь, услышав слабое "войдите", Иссей слишком хорошо знал этот голос, волнение снова наполнило 17-летнего парня, когда он повернул дверную ручку, чтобы войти в комнату. Как только Иссей вошел в клубную комнату, он обнаружил наследницу Гремори, сидящую за своим столом с разбросанными по нему бумагами. Как только она услышала стук двери, она оторвала взгляд от бумажного слова и одарила свою пешку улыбкой, которая очаровала большую часть мужского населения школы. Иссей: Подождите, почему президент один в клубной комнате? Подождите, я наедине с президентом! - Чего Иссей не знал, так это того, что, оставшись наедине с девушкой во второй раз, он снова изменит свою жизнь. Иссей: Добрый вечер, президент! Могу я спросить, где остальные? Вы также прислали сообщение об объявлении - Упомянутый голос, наполненный волнением и энтузиазмом, принадлежал пешке Риас Гремори, девушка, о которой шла речь, улыбнулась своему слуге. Риас: Ах, Исэ-кун, кажется, ты в хорошем настроении, а остальные заняты своими делами, это объявление предназначено только для твоих ушей - Риас ответила своим сладким голосом и обычной улыбкой. Если присмотреться повнимательнее, улыбка имела двойное значение. С чем Иссей был хорошо знаком, на юного дьявола нахлынул намек на беспокойство. Интуиция подсказывала ему, что должно произойти что-то плохое, и это ему ни капельки не понравится. Риас: Иссей, я благодарен за то, что ты для меня сделал. Я очень счастлив, что ты пожертвовал рукой для меня, и я благодарю тебя от всего сердца. Но я выгоняю тебя из Клуба оккультных исследований. Твоя бесполезность влияют на клуб и, что более важно, на мою репутацию, я не могу себе этого позволить.— Голос Риа эхом разнесся по комнате. Это было холодно и монотонно, чтобы показать, что она серьезна, она смотрела прямо в глаза своей пешке. Глаза символизировали множество вещей, наиболее заметными из которых были превосходство Риас как хозяина и неполноценность Иссея как слуги, ни одно слово "раб" не подходило для описания этого лучше. Волосы Иссея затеняли его глаза, а голова была слегка наклонена вниз, на лице застыло мрачное выражение, но никто не мог сказать, что было в его взгляде. Не двигаясь с места, чтобы успокоить свою пешку, она продолжала говорить, игнорируя его чувства. Риас: Это не единственная причина, твоя слабость и твоя борьба с Райзером доказали это. Твои планы безрассудны; Я имею в виду, что ты дал руку этому дракону. Есть дьяволы, которые шептались про то что ты самый жалкий из пешек. Ты самый слабый человек из когда-либо существовавших, ты едва ли можешь использовать магию. Ты выставишь меня и остальных моих пэров на посмешище. У клуба есть стандарты, а ты им не соответствуешь. Я надеюсь, ты примешь это близко к сердцу и станешь сильнее, тогда, возможно, ты станешь меньшим бесполезным. В конце концов, ты враг всем женщинам. Я закончил объявлять, что ты можешь жить, как тебе заблагорассудится, Хедоу-кун. После, как казалось, нескольких минут тишины Иссей: Президент - не извиняюсь - Наследница Гремори, могу я задать вопрос". Позиция Иссея не изменилась, но его голос был лишен каких-либо эмоций. Риас: Продолжай - Риас хотела, чтобы Иссей покинул клуб как можно быстрее. Она отмахнулась от своей пешки, назвав ее "наследницей Гремори", но внутренне съежилась, поскольку это напомнило о ее желании, чтобы ее узнавали такой, какая она есть, а не по фамилии или внешности. Иссей: Если бы падший угол попал на территорию дьявола, смог бы главный дьявол этого не заметить? Риас: Если какое-либо сверхъестественное существо войдет, главный дьявол заметит это, несмотря ни на что. А теперь, пожалуйста, будь так добр, уйди и серьезно приступай к тренировкам ". Сказала Риас, не уловив, о чем на самом деле спрашивал Иссей. Глаза Иссея расширились от ее заявления. Он развернулся и побежал. Он выбежал из клубной комнаты, из старого здания школы и из академии Союз, он кое-что понял, Риас была ничем не лучше Рейнар. Оба использовали людей до такой степени, насколько они были им нужны, а затем выбрасывали их. Что ж, Риас всего лишь выгнала его, но он был не нужен Императору Красных Драконов. Его снова использовали, ему снова причинили боль. Но Риас была хуже, она вела его за собой, играла с ним медленнее, но верно, сделала его верным инструментом, которым она может пользоваться по своему желанию. Судя по ее предыдущему выступлению, он был кем-то таким, кем нельзя выставлять напоказ, как ювелирное украшение. Он потерял свою свободную волю, чтобы сделать выбор за Риас, чтобы она обрела свою собственную. Он потерял свою человеческую руку из-за требовательной принцессы. Он был унижен своей семьёй и Академий, ради того чтобы быть куклой Грейс Гнев, направленный на самого себя, был тем, что он мог четко определить. Почему на себя, а не на Риас? Потому что он думал, что она добрая девушка, и этим было чертовски легко манипулировать, он был глуп, что поверил первой встречной. И вот чем оно закончилось . Среди других эмоций, которые смог разглядеть Иссей, была печаль. Его сердце снова было разбито. Ему хотелось плакать, как ребенку. Он не заметил, как из его тела выходило много чёрной ауры, а его глаза полностью засветились. Цвета менялись несколько раз, пока не оставались на золотом. Это злобная аура ощущалась всеми живыми существами. Они либо лежали притвораясь мёртвыми, либо бежали со всех ног подальше от Иссея. Даже люди ощущали её, словно ужасный холод коснулся их кожи.