Невероятная история ЛЮБВИ Мясника и Нимфы

Дождь. Солнце светит. Странная погода. Странная, словно бомж, шагающий в тапках гучи по посёлку городского типа, который в общем будет стоить дешевле, чем его дебильные тапки. И откуда он их мог взять? Бох знает, ведь это просто неуместное, даже странное сравнение. Странное, словно погода, когда одновременно идёт дождь и светит солнце. Во всяком случае именно такой она была в тот вечер, когда двое простых ребят, незнающих ничего друг о друге и проживающих жизнь спокойно, не ожидая никакого казуса, из которого ночной торч мог бы слепить очередной псевдорассказ, вдруг обнаружили как их судьбы сплелись воедино настолько сильно, что теперь и не разнять. Мясник Ашот Андреевич, паренёк лет двадцати, дерзкий, стойкий и уверенный в себе альфач, что держит в страхе районы последние пару лет. Он хулиган-маргинал, что покрывал мрачные улицы города Х. холодными граффити, которые, будто светодиод на куртке в пятничный вечер патрулирующего перекрёсток ментозавра притягивали внимание прохожих, туристов и мусоров, которые мечтали поймать Мясника Ашота и во что бы то ни стало засунуть ему в анус бутылку липтона или на крайний случай дюшеса "Красная цена". Но такая мечта была несбыточной , словно грёзы либералов быть оттрахаными в рот немецкими трансами-мигрантами, ведь Ашот великий хулиган, легенда города Х., он был силён и непобедим, его влияние было настолько велико, что однажды глупец-мусорок, попробовавший подкинуть ему героин, сам не понял как спустя пару секунд обнаружил этот же героин в своём очке. Да, таков был Мясник Ашот Андреевич, гроза тёмных переулков и глупых ментов. Но у него были и слабости. Их обнаружили британские учёные, когда пытались с него списать прототип суперсолдата, они насчитали их в количестве двух штук: 1.) Ударения. Да. Настолько великий и ужасный человек часто ошибался, ставя ударения. Мясника бы это так бесконечно не бесило, если бы не его правая рука Душнила Фараон Ягуарович. Второй хулиган-маргинал в городе Х., после Мясника. Он постоянно поправлял Ашота, говорил как правильно, заставлял открывать форточку даже в самые холодные зимние дни и даже когда они находились на улице. Мясник бы мог давным давно убить Фараона, но он не делал этого, так как очень любил паренька, словно старший брат любящий младшую сестру, которая не родная и застряла в стиралке. Но гомосексуализма в этом не было. Лишь дружба, в основе которой лежала любовь. И будь один из них женского пола, они бы уже давным давно потрахались, но, к сожалению, их гетеросексуальность не позволяла им любить друг друга полностью, так, как они мечтали. Поэтому оставалось лишь дружить. Крепко и по мужски. 2) Женщины. Несмотря на всю крутость, Ашот был девственником и не умел общаться с девушками, не мог смотреть им в глаза, а когда одна из представительниц их необычного вида пыталась заговорить с ним, Мясник падал в отчаяние. Он заикался, дрожал и, словно дьявол, бился головой об стену в истерике, пытаясь прогнать самку. Если же стены рядом не оказывалось, он нанимал в тот же миг рабочих, которые строили ему стену, чтобы он все-таки смог прикинуться шизанутым и таким образом отпугнуть девушку. Оба этих недостатка невероятно раздражали Мясника, о том, как их исправить он думал бесконечно много и в одно сладкое, словно мёд на животе проститутки, состоящей из сахара, утро Ашот выпил три литра какао, посмотрел второй сезон Лунтика и наконец придумал решение своей проблемы. Мясник Андреевич решил поступить в университет на филфак. Эта идея была гениальна и полностью соответствовала гению её автора. Таким нетрудным образом он убивал сразу двух зайцев: во-первых, очевидно, что обучаясь несколько лет на филфаке, Ашот вольно или нет освоит уже все тонкости русского языка, в которые естественно входят ударения; во-вторых, филологический факультет как и в целом педагогические вузы известны своим соотношением парней к девушкам, а именно тем, что первых обычно в разы меньше вторых. Такой расклад мог бы полностью вытянуть нашего героя из зоны комфорта, а именно так, трудом, потом, кровью и другими органическими жидкостями легенды добиваются своего. Смысл искать лёгкий путь, когда тернистый в разы веселее? Именно так и думал Мясник Ашот Андреевич, великий хулиган-маргинал города Х. Он шёл по проспекту Тюленина в сторону ХГПУ - вуза, в который он поступил, сдав ЕГЭ на 299 баллов. Один балл Мясник потерял, неправильно поставив ударение в одном из заданий по русскому языку. Но ничего, ведь теперь Ашот — студент филфака и может исправить ситуацию. Войдя во двор, первое, что он увидел, были толпы первокурсниц, стоящих под зонтиками в тот странный солнечно-дождливый день. Они вогнали его в краску, страх сковал Ашота, который вдруг осознал, во что он вляпался. "Черт! — подумал он, — Неужели какие-то студентки способны меня так просто сломить?! Нет! Я Мясник Ашот Андреевич, мой отец Кыргыз, а мать порноактриса, я не имею права так просто сдаться!" — внутренний голос все-таки восстановил в легенде равновесие. Ашот встал напротив толпы девушек, глубоко вдохнул и шагнул навстречу своему страху. Недолго протопав, Мясник встретил свою группу, состоящую из 17 девушек и 3 парней. Он встал рядом. Не стал здороваться, нет. Ашот жутко боялся заговорить с кем-то, два парня стояли позади всех девушек, он даже не видел их лиц, поэтому они были вне зоны его досягаемости, ведь чтобы до них добраться нужно пройти через толпу дам, которые бы точно заговорили с ним, а это Мясника очень пугало. Посему он стоял рядом со своими одногруппниками и ни с кем не говорил. Просто вглядывался в их лица, будто в лица врагов, которые могут в любой момент напасть. Только в случае с врагами, Ашот всегда знал какие приёмы надо использовать, если они осмелятся атаковать его, поэтому тогда за такой наблюдательностью стояла уверенность, но в данной ситуации вместо этого в нём был лишь страх. Пока он стоял, не понимая, что делать, кто-то со спины хлопнул его по плечу. Мясник обернулся. — Эгэй! Похоже последний! Мясник Ашот Андреевич? — немного полный, бородатый паренёк не высокого роста, в синей безрукавке, которую обычно носили кураторы, и в очках перебил поток мыслей и тревог в голове главного хулигана-маргинала города Х. Его широкая улыбка успокоила нашего героя, но вот громкий и звонкий голос собрал в его голове новый букет панических атак, ведь воскликнув его величественное, но в то же время необычное имя, странноватый куратор привлёк внимание всей группы к новоиспечённому студенту, который ко всему прочему ещё и опоздал. — Д-да, это я... — ответил Ашот Андреевич. — Супер! Меня зовут Максим Очкун ОверЭктив, но друзья зовут меня просто Очкун. Я ваш куратор на этот год! — Очкун протянул руку в сторону Мясника, — Приятно познакомиться! "Он что ебанутый?" — подумал Ашот, но все-таки пожал руку раздражительному куратору и решил пока его не убивать. — Взаимно... Слушай, а где здесь туалет? — спросил наш герой, но Максим его не услышал, ведь его уши были заполнены шумом окружавших их студенток филфака, которым не терпелось познакомиться с легендой города Х. Только девушки не знали, что сейчас творилось в голове Мясника, какие тревоги и ужасы его окружали, какое сильное желание у него было взять и нанять рабочих, чтоб те возвели около него стену, об которую он бы смог биться головой, чтобы прикинуться шизанутым. И если бы не великая, мощнейшая сила воли Мясника Ашота Андреевича, главного хулигана-маргинала города Х. он бы давно уже так и поступил. Но нет, ведь не для того его сюда принесли ноги, чтобы так просто сдаться, так просто упасть в грязь лицом или головой об стену, нет! Ведь он не какой-нибудь там лох, он легенда города Х.! Поэтому Ашот стоял и смотрел на своих одногруппниц, пока по лицу его тек пот, а челюсть дрожала, будто её засунули в холодильник с мороженым. "Как говорите его зовут?", " Вау! Клёвые джинсы!", "Ты свободен сегодня вечером?" — эти и множество других фраз окружили нашего героя, который будто загнанный браконьерами в угол хищник стоял и смотрел на них, не понимая что делать. Мясник не знал, что сказать, растерявшись, он что-то промямлил, пожал руку нескольким девушкам, которые ему представились и вдруг осознал, что его голова закружилась, ноги перестали держать тело, а в ушах начался такой шум, что Ашот перестал слышать всю эту разъярённую толпу дам. Вот-вот и Мясник бы упал, но его спасла она... Нимфа Лариса Ахмедовна, богиня войны и мятного чая с печеньками, жрица лунного мира и повелительница семи небес. Великолепная и изящная, та, за которую погибали сотни тысяч мужин, меняли ориентацию миллионы женщин и притворялись людьми животные в надежде получить хоть какой-то шанс на сближение с ней. Да, она воистину прекрасна и велика. Но что же такое создание забыло на нашей планете? Зачем же она спустилась к простым людям? Всё просто. Однажды в её дом наведались японские учёные, которые хотели списать с неё прототип куклы для секса и им удалось установить в её казалось бы идеальной сущности две слабости: 1. Паронимы. Да, у богини тоже были проблемы с русским языком. Временами она называла коренастых мужчин корневыми, адресатов адресантами и болотистую местность болотной. И Ларису бы это так не раздражало, если бы не её подруга Фрея Ммм) Бидуардовна, которая постоянно поправляла нашу героиню и была её личным ангелом и по совместительству самым могущественным и прекрасным ангелом на всём разноцветном свете. 2. Мужчины. Да, это было великое совпадение. Проблемы с противоположным полом тронули и её. Нет, она конечно не билась головой об стену, но в компании с мужчиной, Нимфа чувствовала себя неловко. Она не могла завязать с ними разговор, боялась ляпнуть лишнего и вечно заикалась. А так как божья кровь в её венах постоянно толкала Ларису Ахмедовну к похоти и страсти, нашей героине было тяжело жить свои уже немного немало восемнадцать лет, за которые она, к слову, так и не потеряла девственность, но зато перепробовала все виды секс-игрушек, которые можно купить во всех семи небесах. И собственно потому что гении думают одинаково, Нимфе в голову тоже пришла идея с поступлением на филфак. Только вот в отличии от Мясника Андреевича она не могла убить двух зайцев таким решением, ведь педвузы известны своим перевесом студентов в пользу девушек, а не мужчин. Логичнее было бы богине поступить в какой-нибудь технический колледж. Что же получается, Лариса Ахмедовна ошиблась в своем решении? Конечно же нет, далбоеб. Это же великая богиня семи небес, лунная жрица Нимфа Лариса Ахмедовна! Она не способна на такие глупые ошибки. Наша героиня воспользовалась чёрным оком Верховного Бога. Это что-то вроде тиндера, но только лучше. С помощью этой могущественной силы она открыла для себя Мясника Ашота Андреевича и сразу же влюбилась в столь легендарного хулигана-маргинала города Х. Поэтому Нимфа и поступила в тот же вуз, что и он. Так она надеялась решить свою проблему с русским языком и наконец найти свою любовь в лице Ашота. Собственно поэтому, когда нашего героя окружила толпа молодых красавец, от чего он чуть не потерял сознание, богиня решила не медлить и спасти своего суженного из лап столь яростной массы людей. Она схватила Мясника за руку и потащила за собой. Ашот сразу очнулся и вопросил, куда они так несутся, на что Лариса ответила: — Н-ну, ты же вроде хотел в туалет, верно? — Ах, да, точно... — и тут вдруг легенду города Х. осенило. Он только понял, что эта прекрасная дама его спасла, но что ещё более важно с ней ему не хотелось биться головой об пол. Он чувствовал себя относительно спокойно, мог даже говорить и не бояться потерять сознание. Поэтому Мясник решил поблагодарить девушку: — Слушай, а ты меня спасла. Спасибо. — Д-да не за что... Хи-хи) Я-я просто подумала что тебе некомфортно... — Д-да, так и было. Мы кстати можем больше и не бежать. Вроде оторвались. — Ах! Точно... Прости. — Да ничего... Они остановились, на пару мгновений воцарило молчание, в период которого рука Нимфы, что схватилась за руку Ашота, дабы потащить его подальше от тех, окруживших его сук, всё равно оставалась на прежнем месте, хоть и бежать наши герои уже прекратили. Поначалу они этого не замечали, но спустя пару секунд после остановки, когда они оба успели отдышаться, их лица залились красками от осознания того, что они до сих пор держутся за руки. Одновременно они отцепились друг от друга. — Ой... Я... Это... — промямлили что-то они синхронно, а затем также синхронно воскликнули, — извини! — Д-да, ничего, хе-хе!... — сказала Нимфа. — Аг-га... Бывает, хех... — Да! Б-бывает... — Ну и как тебя зовут? — Ашот сам не понял откуда взялся этот вопрос в его голове, но он спас их от тягости неловкого молчания. — Я-я... Нимфа Лариса Ахмедовна. Но ты можешь звать просто Ларисой. А тебя? — Мясник Ашот Андреевич. Можешь звать меня Мясник Ашот Андреевич легендарный хулиган-маргинал города Х. — Ахахахаха! — Ты что смеешься? — Прости! Хахахахаха! Ты просто очень нескромно это сказал. Ну ты и умора! — Да что смешного то?! — АХАХАХХАХАХАХХААХАХ! — Да блять! Не ржи сука! — ПРОСТИ Я НЕ МОГУ ОСТАНОВИТЬСЯ АХАХАХХАХАХ Заразительный смех богини не смог оставить равнодушным Ашота, и он тоже начал смеяться: — АХАХАХАХАХХА Я НЕ ЗНАЮ ПОЧЕМУ Я СМЕЮСЬ НО МНЕ ТАК СМЕШНО — АХАХАХАХАХАХА БРО ТОЖЕ САМОЕ Я ЩАС ОБОСРУСЬ ЭТО ТАК РЖАЧНО ХОТЯ НЕ ЯСНО ПОЧЕМУ РЖАЧНО АХАХАХАХ — отвечала ему Нимфа. В такой комедийный момент, когда богиня и легенда города Х. мило общались и смеялись, Ашот вдруг заметил, как прекрасна Лариса Ахмедовна: идеальные черты лица, голубые, словно Антон Красовский, глаза, светлые волосы, с которыми играл ветер, заразительный, но в то же время великолепный смех, звучащий почти также сладко, как новый альбом Мияги, огромные, словно две дыни, сиськи, и большая, как зарплата чиновников, жопа. Всё это бросилось в глаза нашему герою, в тот миг он понял, что влюбляется в Нимфу и что хочет провести с ней всю оставшуюся жизнь. В голове Ларисы было почти тоже самое за исключением одного: ей очень сильно хотелось трахаться. Сорвать одежду с Ашота, бросить его на кровать и как следует выебать его в сраку, а потом сесть ему на лицо и задушить его своей божественной жопой. Её не даром прозвали Нимфой, ведь такой она и являлась. Она была ультра хорни, её возбуждала любая романтическая херня, например такая, какая происходила в тот момент. Лариса была олицетворением слова ЛИБИДО, она хотела секса, как любой уважающий себя пацан игровую консоль. — Ты же вроде в туалет хотел? Давай я тебя проведу, — улыбаясь, предложила Лариса.