Не игра

      После возвращения с горы Луаньцзан Вэй Усянь пьёт слишком много вина. Будто пытается обжигающим напитком заполнить ледяную пустоту внутри.       Что же его гложет? Беспокойство снедает Цзян Чэна, но стоит ему только попытаться узнать правду, Вэй Усянь начинает отшучиваться или, того хуже, замыкается в себе и просит не лезть.       Но как не лезть, когда близкий человек, который стал едва ли не ближе себя самого, отстраняется, ведёт себя пугающе и явно переживает не лучшие мысли?       Цзян Чэн злится на каждый провал и однажды срывается на Вэй Усяня. Потому что терпеть больше нет сил. Потому что узнать — важнее всего на свете; кажется, даже важнее чувств.       Вэй Усянь смотрит на него мёртвым взглядом и шепчет:       — Я потерял золотое ядро.       Цзян Чэн думает, что ослышался, что это просто очередная шутка, что услышанное — ложь.       — Вэнь Чжулю постарался.       Цзян Чэн хватается руками за голову. Он в ужасе. Он в восхищении Вэй Усянем, который, в отличие от него самого, в такой ситуации способен продолжать жить, способен строить планы, способен найти в себе силы, чтобы отомстить.       Пожалуй, Вэй Усянь — самый сильный человек, которого Цзян Чэну доводилось знать.       Цзян Чэн в восхищении и в ужасе, потому что слишком хорошо представляет, что переживает внутри себя Вэй Усянь.

***

      Вэй Усянь корит себя за то, что рассказал, за то, что солгал. Но всё же эта полуложь кажется ему лучше постоянного вранья о том, что «всё в порядке». Да и нести эту тайну становилось слишком тяжело, Вэй Усянь боялся, что не выдержит её груза. И, по крайней мере, теперь расспросов станет меньше, теперь шансы, что Цзян Чэн узнает правду, равны практически нулю.