Хороший работник и парень

      Уже порядка пятнадцати минут Хёнджин рвёт и мечет. Он собрал главных работников отдела в своём кабинете и теперь последовательно отчитывает каждого. Чонин стоит последний в очереди на расправу и это, возможно, должно нагнетать, ведь с каждым новым человеком терпение начальника истекает и найденных косяков все больше, даже если они не так существенны, но он на сто процентов уверен, что справился со всеми поставленными на месяц задачами. И это не единственная причина его спокойствия.       — Ян Чонин.       Хёнджин говорит строгим низким голосом, поэтому Чонину приходится сдерживаться, чтобы не ухмыльнуться или не закатить глаза.       — Да, директор Хван.       — В этом месяце ты справился хорошо, но последний отчёт был сдан в последний день, да и люди, которых ты курируешь, не следуют даже этому примеру и смеют сдавать отчеты через два дня, после назначенной даты. Почему никто в этом офисе не может уложиться в дедлайн?!       Естественно Хёнджин найдет способ сделать так, чтобы абсолютно все чувствовали себя виноватыми. Дело ещё и в его немного драматичной натуре, что любит всё преувеличивать. Так что приходится только ждать, пока Босс закончит в миллионный раз жаловаться на неумение пользоваться своим временем и невозможность уложиться в срок.       — Всё, убрались с глаз моих немедленно! И доделываем всё до конца недели, иначе премия в этом месяце тоже не успеет придти.       Уже через несколько секунд в кабинете не остается ни одного сотрудника кроме Чонина. Он стоит прислонившись к стене и смотрит на спину Босса, что устремил свой взор на что-то за окном.       Когда шаги за дверью стихают, Чонин бесшумно поворачивает ключ в замке и медленно подходит к Хёнджину.       — Ты сегодня прям в ударе, давно такой встряски не было, — произнося это Чонин располагает руки на талии Босса, а голову кладет на плечо. Он чувствует, как тело под его руками напрягается, но отступать не намерен.       — Да просто достали уже, даёшь максимальные сроки, за которые два проекта сделать можно, а они и один с опозданием приносят.       Чонин ничего не отвечает, только ведёт одной рукой вниз к бедрам, а второй поглаживает грудь. Губы его сначала совсем невесомо касаются чужой шеи, а когда это наскучивает, он проводит языком от основания до самого уха, пробуя солоноватую кожу на вкус.       — Что ты делаешь? — Хёнджин в его руках всё ещё напряжен, хотя дыхание его становится быстрее с каждым вздохом.       — Я же хороший работник, я должен выполнять всё вовремя, — шепчет Чонин в самое ухо и пальцами ведет по кромке штанов Хёнджина. — И я хороший парень, поэтому думаю, пришло время помочь тебе расслабиться, — ладошка накрывает уже наполовину твёрдый член и сжимает в руке.       Хёнджин откидывает голову назад и шипит сквозь стиснутые зубы. Чонин любуется его профилем. Парень невероятно красив в каждом своем образе и в любой обстановке, но особенно он прекрасен, когда стонет и выгибается навстречу толчкам. И Чонину просто не терпится это устроить.       Он разворачивает Хёнджина к себе и сразу же глубоко целует, проникает в рот языком, встречается с чужим и они сплетаются вместе. Дыхание у обоих учащается и они отрываются друг от друга только для того, чтобы снова слиться в новом, не менее напористом поцелуе.       Чонин чувствует, как Хёнджин трется об него и понимает, что им срочно необходима горизонтальная поверхность. Благо в кабинете есть небольшой диван, на который он утаскивает Хвана. Чонин садится сам, а сверху на себя усаживает парня, руками сжимая его ягодицы.       — Попрыгаешь на мне, Босс? — шепчет Чонин в губы, руками толкая Хёнджина на себя, имитируя слабые толчки.       Хёнджин стонет еле слышно и кивает. Ухмылка появляется на лице Чонина и он снимает с парня пиджак, бросая его куда-то в сторону, ослабляет галстук и растегивает несколько верхних пуговиц на рубашке. Забирается руками под ткань, поглаживая изгибы подтянутого тела, что горит огнём и, кажется, только жарче становится под его прикосновениями.       Ловкие пальцы быстро расправляются с ремнем и Хёнджину приходится привстать, чтобы стянуть с себя штаны, и теперь он в одной рубашке с галстуком сидит на своём парне в офисе, полном людей. Эта мысль должна его пугать, но почему-то возбуждает только сильнее.       Чонин начинает целовать его шею, и старается не оставлять следов. Их отношения являются тайной, ведь многие могут подумать, что Чонин работает в фирме на достаточно высокой должности, только потому, что его трахает директор, и никого не волнует, что они вместе уже пять лет, и трахают в их паре точно не Чонина.       — Как думаешь, утренней растяжки хватит? — интересуется Чонин, пальцами подбираясь к сжатому колечку мышц.       Накануне утром, Хёнджину посчастливилось проснуться со стояком, а Чонин, что в это время зашёл после утреннего душа, выглядел так привлекательно, что он сразу же отмел мысли о том, чтобы просто подрочить в одиночестве, и затащил своего парня в кровать. Все закончилось тем, что Чонин хорошо отсосал ему, параллельно стимулируя простату тремя пальцами.       Поэтому сейчас Хёнджин вполне уверен, что сможет принять Чонина, на что тот смотрит с недоверием.       — Смазка же есть? — задает важный вопрос Чонин. У него-то она точно есть, но для этого нужно идти до своих вещей, а этого так сейчас не хочется, но к счастью Хёнджин кивает и отходит к столу. Чонин смотрит на его голые ноги и ягодицы, еле прикрытые рубашкой, и закусывает губу, чтобы не застонать от того, как сильно член сдавливают штаны, поэтому он растегивает ремень и спускает брюки как раз к моменту, когда Хёнджин возвращается с бутылочкой смазки и презервативом в руках. Хван усаживается прямо на него и они снова жадно целуются, как будто даже такое небольшое расставание далось им тяжело.       Чонин отрывается первым и тянется к бутылочке, наливает смазку на пальцы и вводит сразу два под хныканье Хёнджина, что уже просто не может ждать.       — Черт, Чонин, давай быстрее, я сейчас взорвусь.       На это Чонин ухмыляется и продолжает медленно и со вкусом растягивать своего Босса, постепенно добавляя третий и четвертый пальцы. Он дразнит достаточно долго, чтобы Хван начал сам насаживаться и просить о большем, причем не самым любезным образом, но стоит пальцам внутри согнуться, как все его жалобы превращаются в мелодичные тихие стоны.       Наконец, довольный результатом, Чонин вытаскивает пальцы и открывает презерватив. Хёнджин пьяно улыбается и прижимается ближе, покачиваясь на бёдрах. Только от его вида можно кончить. Весь раскрасневшийся, с растрепанными волосами и зацелованными губами, зрачки расширенны, а дыхание учащенное. Он выглядит таким жаждущим, что Чонин больше сам не может терпеть. Он смазывает член в презервативе и подставляет его к дырочке Хёнджина, который успел опереться на колени. Хван начинает медленно опускаться сам, совсем понемногу, возможно, он мстит Яну.       Когда Чонин полностью оказывается внутри, они оба выдыхают и задерживаются в этом положении на некоторое время. Хёнджин так хорошо его принимает, это так приятно, что хочется хотя-бы пару секунд насладиться чужим теплом.       — Чонин,— шепчет Хван и приподнимается совсем на чуть-чуть, прежде чем снова опуститься.       Постепенно движения становятся более размашистыми и резкими, он буквально скачет на члене своего парня. Его колени трутся об мягкую обшивку дивана с каждым разом все сильнее. Ему приходится закусывать губу, чтобы не закричать от удовольствия.        Чонин кладет руки на ягодицы Босса и раздвигает их в стороны, чтобы входить максимально глубоко. Хёнджин на это откидывает голову назад и открывает рот в немом стоне, чувствуя, как глубоко член входит в него.       Темп сбивается и Чонин понимает, что парень близко, поэтому начинает сам подмахивать бёдрами вверх и прижимает Хёнджина ближе, чтобы его член оказался зажат меж их телами. Пара толчков и Хван кончает со стоном, выгибаясь в спине.       Чонин делает ещё несколько взмахов бёдрами, давая парню насладиться сверхстимуляцией, и кончает сам, сжимая в руках округлые половинки. На них точно будут синяки.       Обнявшись, они оба восстанавливают дыхание и стараются отойти от оргазма. Хёнджин шевелится и Чонин шипит от того, как его член всё ещё сдавливают внутри.       — Ой, извини,— говорит Хёнджин и аккуратно встаёт с парня.       — Ты мне на рубашку кончил, — усмехается Чонин, указывая на пятно.       — Ну уж извини, не уследил, — нахально отвечает Хван, натягивая штаны.       — И что мне теперь делать? Мой Босс такой строгий, он может накричать на меня из-за неподобающего вида.       Хёнджин закатывает глаза и наклоняется к ящикам стола, вскоре доставая оттуда что-то упакованное, и протягивает это Чонину.       — Что это?       — Моя запасная рубашка.       — Ого, так ты знал, что когда-нибудь подобное случится, — восклицает Чонин, с гордостью обращая внимание на дорогой бренд рубашки.       — Вообще я предполагал, что на меня могут разлить кофе, но и такой исход исключать не стал.       Они приводят себя в порядок, в попытке создать вид, что последние двадцать минут они не пожирали друг друга. Выходит вполне сносно.       — Сегодня заедешь в магазин? — спрашивает Хёнджин, когда Чонин уже направляется к выходу.       — Ага, потом за тобой заеду, к тому времени уже все должны уйти.       — Ладно, до скорого. И скажи Чанбину, чтобы он поторопился с отчётом, иначе я его уволю, даже несмотря на то, что он мой друг.       — Конечно, Босс, — специально выделяя последнее слово, произносит Чонин, с улыбкой выходя из кабинета начальника.       А если кто-то и заметил, что на нем другая рубашка, то решил тактично промолчать.