сага о том, как изумруды утонули в холодном омуте под названием море

Волшебный мир, в который Гарри попал слишком быстро и неожиданно, не перестаёт его удивлять всё больше с каждым годом проживания в нём. В самом начале были постоянные сражения с главным врагом не только мальчика-который-выжил, но и всей Магической Британии. Только его имя вселяло смертельный страх и отнимало дар речи у людей, которые вживую встречались с этим дьяволом во плоти. Его злые деяния рассказывали детям в качестве устрашения, его пытки и казни навевали тихий ужас. Даже самые бесстрашные, настоящие смельчаки, которым любые преграды в жизни ни по чём, не в силах были выслушать подробности методов наказания предателей, а после их жестокого убийства. Его боялись абсолютно все, кроме паренька, чьих родителей Он убил.    Гарри Поттер очень скоро перестал бояться этого чудовища, как все вокруг. Он перестал вселять в него животных страх, а все его попытки запугать мальчика приводили лишь к большей злобе, которая и сподвигла паренька на борьбу против Того-Кого-Нельзя-Называть.   Гарри Поттер ненавидел Тёмного Лорда. Именно Воландеморт лишил его счастливого детства в окружении любящих родителей.    Из-за него он одиннадцать лет прожил с родственниками, которые его недолюбливали настолько сильно, что любой малейший проступок наказывался по высшим меркам строгости.     Из-за него детство Гарри было полностью уничтожено.    Из-за него оно было наполнено болью, страхом и ненавистью.     Из-за него дальнейшее обучение в Хогвартсе, где, по его мнению, всё должно было наладиться, стало сущим кошмаром.     Из-за него на протяжении шести лет в Школе Чародейства и Волшебства его постоянными сожителями были не его друзья, а страх, паника, чувство преследования, паранойя и кошмары, которые всегда были с участием Тёмного Лорда и его предшественников, которые были соучастниками в убийстве его родителей и не только.     Гарри Поттер ненавидел Пожирателей Смерти.  В особенности он ненавидел того, кто совсем недавно к ним примкнул и оказался настоящим трусом, раз не смог противиться желанию отца продолжать службу Тёмному Лорду и проносить это, по мнению Люциуса, великое и благородное дело из поколения в поколение их величайшего семейства, входившего в состав “Священных двадцати восьми”.    Того, кто за всё время обучения только и делал, что постоянно задевал и оскорблял.    Того, кто посмел нелестно высказываться об умерших родителях Гарри и постоянно подначивать его по этому поводу.    Того, кто раздражал и наполнял желанием ударить как можно сильнее, лишь зайдя в класс.    У них с Драко Малфоем была взаимная ненависть. Их обоих это вполне устраивало и не вызывало никаких неудобств. Наоборот, им обоим было в удовольствие постоянно собачиться и доказывать друг другу, кто лучше.    Но один момент полностью повернул их взаимоотношения на сто восемьдесят градусов.     В этот день Гарри Поттер стал ненавидеть Драко Малфоя ещё сильнее.  *** Долгожданная тренировка по квиддичу для гриффиндорцев стала настоящим спасением во время изнурительной учёбы на шестом курсе. После принудительного перерыва из-за горячо любимой всем Хогвартсем Долорес Амбридж взять метлу в руки и сесть на неё, взлетая как можно выше над квиддичным полем, было сродни долгожданной дозе во время ломки наркомана.     Божественно.    Пока все переодевались в раздевалке, Гарри уже по полной испробовал свою Молнию. Как бы ни противился Поттер, метла всё равно навевала грустные воспоминания, которые так хотелось забыть и сделать так, чтобы они и вовсе не были жестокой реальностью, но всё, что ему остаётся: принять и идти дальше, как бы глупо это ни звучало. По-другому он попросту не вывезет.     Постоянные мысли о Сириусе лишь навевали сильнейшую тоску и гнев из-за несправедливости этого чёртового мира.     Какого Мерлина убийца его крёстного отца, единственного родственника, человека, с которым они хотели создать друг для друга хотя бы ощущение настоящей семьи, преспокойненько живёт и даже не вспоминает о человеке, в которого она кинула очередную Аваду. Просто немыслимо.    Но, к сожалению, мальчику лишь остаётся смириться с реальностью и не жить воспоминаниями, иначе все его планы Живоглоту под хвост.     Вдруг, его мысли резко прерывает гул парней и девушек с разных курсов Гриффиндора, пришедших на осмотр в команду.      -Это будет гораздо тяжелее, чем я думал.    Удивлённый вздох вперемешку со смятением не удалось скрыть Поттеру, ведь он совершенно не ожидал такого ажиотажа и желания попасть в команду, хоть в глубине души и понимал, что все ребята тут далеко не из-за мечты стать высококлассными охотниками, загонщиками или вратарём.    Ещё раз вздыхая, дабы успокоиться и побороть волнение перед таким большим количеством желающих, Гарри спускается на землю, начиная тренировку.    Всё время отбора в команду мальчик-который-выжил чувствовал себя максимально некомфортно. Непрекращающееся жжение под сердцем не давало ему покоя. Причины своему недугу он не находил, не понимая и природы своего внезапного заболевания. На протяжении всей тренировки его сосредоточенность страдала как никогда раньше, он не мог хотя бы на минуту зациклить свой взгляд на каком-нибудь парне или девушке, выполняющих очередное упражнение для понимания их умений не только в полёте на метле, но и в самой игре и постоянно возвращался к ужасно неприятным ощущениям в левой части грудины.     Спустя мучительные 2 часа, облегчённо выдохнув, Гарри отправился в раздевалку.                                                                    ***  -Какого чёрта?      Гарри в полном шоке уставился на надпись, которая появилась под сердцем. Всё бы ничего, но то, что было написано, удивило мальчика ещё сильнее. Графическим аккуратным почерком было выведено: Драко Малфой.       Поттер находился в полнейшем недоумении. Это шутка, прикол, новое заклинание или что вообще? Какого чёрта у него под сердцем теперь имя и фамилия одного из самых ненавистных людей в его жизни. Уму непостижимо.      Единственная мысль, которая кажется хоть немного, но адекватной в этой максимально ненормальной ситуации - пойти к Гермионе и спросить, что вообще это, чёрт возьми, значит. Конечно же не упоминая имя, которое вызвало половину эмоций, испытываемых в данный момент, мало ли к чему может привести диалог с Грейнджер.    ***    -Гермион, хоть сколько смотри на меня своими загадочными глазами и упрашивай назвать имя и фамилию того, кто у меня под сердцем, я всё равно не скажу. Даже под страхом смерти и уничтожения волшебного мира.      В тысячный раз объясняя девушке, парень тяжело вздохнул. Нет, ну правда. Что бы там ни было, он не скажет, чьи инициалы у него на теле. Если это конечно не “Главный враг твоей жизни” или не “Самый неприятный человек в твоей жизни”, но почему-то Гарри уверен, что там далеко не такая формулировка. Да и глаза Гермионы говорят совершенно об обратном. Всё её лицо “кричит” о том, что то, что услышит Поттер прямо сейчас, будет настолько обескураживающим, что у бедного паренька не найдётся и слова, чтобы ответить подруге.      -Ну друг, чё такого в том, чтобы рассказать своим друзьям о том счастливчике, чьё имя и фамилия у тебя теперь навеки вечные под сердцем.      Загадочная улыбка Рона навевала ещё больший страх об информации, которую предстоит узнать.      -Не хорёк же там у тебя, так что и бояться нечего. Ну давай, говори. Джинни у тебя там, да?      Надежда в глазах друга не давала возможности ни соврать, ни сказать правды. Милый Рон, если бы там была Джинни...      -Ладно, не хочешь-не говори, Гарри, твоё дело, мы не настаиваем. И не смотри на меня так, Рональд. Это жизнь Гарри, и только он решает говорить ему свои секреты или нет.       Рядом сидевший Рон лишь обречённо вздохнул и признал поражение. Всё же сейчас ему действительно ничего не выпытать из своего друга. А если продолжать пытаться узнать хотя бы имя, то они просто-напросто поссорятся, и тогда великий Гарри Поттер точно не расскажет свою тайну.      -В общем и целом, когда у человека после семнадцати лет появляется, грубо говоря, татуировка под сердцем, содержащая имя и фамилию любого человека, то именно он является вашим главным спутником на протяжении всей жизни, а если по-простому, то этот человек-твой соулмейт. Вот так вот. Ну так что, может ты нам всё же расскажешь, кто твоя любовь всей жизни, Гарри?      На него уставились две пары глаз друзей, ждущих фамилию и имя того заветного, но Поттер после слов Гермионы находился, мягко говоря, в абсолютном шоке.      Драко Малфой- любовь всей его жизни что ли? Да ну нет, полная чушь. Гермиона, наверное, ошиблась или прочла не совсем точную информацию. Чтобы Гарри Поттер и Драко Малфой? Такого просто не может быть.    -Джинни, да?      Рон всё не унимался по поводу своей сестры, безумно надеясь, что именно Джинни Уизли у Гарри под сердцем.      -Рон, успокойся уже.      Гермиона быстро прерывает друга, который с новыми силами решает допытываться до Поттера, чтобы узнать такие интригующие подробности из жизни лучшего друга.       -Гарри, если ты переживаешь насчёт достоверности моих слов или вдруг я перепутала что-то, то ты ошибаешься. Я много раз перепроверяла эту информацию, так как самой не верилось в её правдивость, но с каждым разом убеждалась всё больше. У многих моих знакомых действительно появляется такое напутствие, чтобы они не ошиблись в выборе своего человека.       Или может быть. Но всё равно как бы парень ни пытался принять для себя новую реальность, эта возможность не предоставлялась ему. Он только начал принимать свои чувства к сестре друга, но, если верить Гермионе, Джинни далеко не его человек.       После обескураживающей информации Поттер ещё долго просидел у камина в гриффиндорской гостиной в своих мыслях. Как бы парень ни пытался, принять это просто невозможно. Чтобы он и Драко? Бред.                                                                   ***  -Гарри, постой!       Мальчик-который-выжил всю неделю пытался избегать свою, походу, бывшую влюблённость, но эта девчонка слишком упёрта даже для Гриффиндорки.      -Гарри Поттер, остановись немедленно!       Джинни остановилась позади Поттера, вложив в свою просьбу достаточное количества гнева и приказного тона, чтобы остановить парня.      -Я остановился.      Обречённо и устало выдохнув, Гарри поворачивается лицом к девушке и поднимает на неё свой взгляд.      -Наконец Вы соизволили меня услышать и остановится, Гарри Джеймс Поттер.       Заметив, что шутки сейчас вообще некстати, Джинни решает сразу перейти к теме разговора.      -Гарри, у меня к тебе есть небольшой вопрос. Я тебе нравлюсь?       -В каком плане?      -Ну, в плане девушки там, отношений и тому подобное.      Столько надежды в глазах человека Поттер не видел ещё никогда. Если бы не навязчивость Джинневры, он бы сейчас и рассказал о своих когда-то присутствующих чувствах, но, к её сожалению, она за прошедшую неделю, когда липла к парню, как пиявка, уже изрядно заколебала Поттера.      -В таком плане ты мне не нравишься. Ты для меня как младшая сестра и не более. На этом вопросы закончились?       Надежда Поттера на то, что от него наконец отстанут с надоедливой ему темой достигала апогея. Ладно бы только Джинни, от неё он ещё может понять такое упорство узнать подробности личной жизни Поттера, но к ней в команду присоединился и Рон, который не уставал при любой возможности упомянуть про свою сестру и спросить про человека, чьи имя и фамилия были вытатуированы у Гарри под сердцем.      -Ой, мне просто Рон рассказал про то, что тебе уже известно, кто твой соулмейт, и я подумала...      -Я понял, Джинни, что ты подумала. К сожалению, твои ожидания не оправдались. Я повторюсь, ты мне не нравишься и скажу по секрету: под сердцем у меня не ты и не твоя фамилия с именем.      Последнее Поттер прошептал на ушко девушки, отчего у той по всему телу пробежались мурашки, но не от приятной близости, а от холода, которым веяло от Гарри и которым он пропитал все свои слова.      -Ну пока, Джинни.      Попрощавшись с Уизли, Гарри наконец смог отправиться на Астрономическую башню. Это место чуть ли не всё время учёбы в Хогвартсе спасает мальчика от самых грустных мыслей и воспоминаний. Не понятно почему, но именно там он чувствует такое приятное спокойствие и расслабленность, которые он не ощущает ни с кем из своих знакомых.       Тут ему действительно хорошо.   Только на Астрономической башне Поттер в состоянии поразмыслить о своей жизни.      Поднявшись по лестнице, Гарри садится, опираясь о стену, и долгожданное спокойствие накрывает парня с головой, что он даже не обращает внимания на человека, который прямо за ним поднялся на башню, надеясь, что мальчик-который-выжил всё же свернет куда-нибудь в другую сторону, а он сможет один посидеть в своём любимом месте.      Поняв, что парень не собирается уходить и уже преспокойненько сидит с закрытыми глазами, Драко решает покинуть своё любимое место. Найдёт что-нибудь другое, пусть сидит. В последний раз взглянув на гриффиндорца, чувствует, как под сердцем начинает сильно жечь.       Сильнее убедившись в том, что ему лучше уйти, Драко направляется обратно в спальню Слизерина, надеясь, что в комнате не будет Блейза и Нотта, и хотя бы там он сможет полностью расслабиться, раз уж великий Гарри Поттер в сегодняшний вечер занял балкон на Астрономической башне, где Драко часто проводит время в тяжёлые эпизоды в его жизни.       Но если честно, в последнее время парня преследует ощущение, что его жизнь- сплошной тяжелый эпизод. Отец, Воландеморт, Пожиратели Смерти, “друзья” с каждым днём оказывают всё большее давление на него, угнетают и так отнюдь не счастливейшие дни, которые наполнены невыносимой усталостью, грустью и тоской. Хочется как раньше прийти к маме и пожаловаться на весь этот чертовски несправедливый мир, чтобы единственный человек, которому он нужен, который его любит что ни на есть чистейшей и невинной материнской любовью, притянул к себе, уложил под свой бок, нежно обняв и поглаживая рукой, будто птица, убаюкивающая своего птенца и закрывающая его большим, красивым, мягким благодаря перьям крылом от опасностей окружающего мира, а птенчику становилось невероятно тепло и спокойно. Ему больше не страшно, и он чувствует, что он любим и нужен.       Только благодаря матери, её любви и детским воспоминаниям с её участием, которые согревали и успокаивали в холодную зиму у него на душе, он мог держаться и не сдаваться.     Драко Малфою безумно не хватало матери и любви.  Находясь в своих мыслях, Драко не заметил, как дошёл до двери гостиной Слизерина.    -Чистая кровь.    Устало произносит парень, невыносимо желая лечь в свою кровать и ничего не делать. У него не остаётся сил.    Единственное, что вызывало хоть какие-то эмоции, кроме воспоминания с мамой, это жжение в левой верхней части грудины.       Ужасно раздражало, потому что Драко знал, что это и понимал к чему приведёт, а на данный момент это последнее, что нужно ему и что он хотел бы, чтобы случилось. Только неожиданно объявившегося соулмейта ему не хватало.                                                                    ***      -Ёбанный в рот...      Ошарашенно взглянув в зеркало, парень опускается перед ним и опускает голову на колени, обнимая себя руками за них.     -Гарри Поттер.    Ошарашенно выдыхает Малфой, грустно усмехаясь.      За что ему это? Драко, не успевая вылезти из одного дерьма, погружается в другое ещё глубже и почти с головой. У него уже нет ни сил, ни желания как-то противостоять судьбе. Походу, ему по жизни предназначено страдать. Ну что ж, тогда он не будет противиться, он уже просто не может это делать.      Ему остаётся только принять эту прекрасную истину, но настолько противоречивую, что ему становится смешно.       Он почти пожиратель смерти, скоро получит первое и уже тяжелейшее задание об убийстве Альбуса Дамблдора, о котором он узнал от отца, а его соулмейт- самый благородный, смелый, гордый и удачливый Великий Гарри Джеймс Поттер.       Просто пиздец.      Гарри Поттер и Драко Малфой ни за что не могут быть вместе.                                                                   ***  Гарри уже невыносимо.       Постоянные мысли, разговоры друзей и огорченные взгляды Джинни выдерживать становится нереальным. Поначалу казалось, что забыть про это недоразумение- сущий пустяк, а в реальности практически невозможно. Поттер настолько вымотался за эти недели, что в школе, что на квиддиче никаких успехов. Он устал и желания что-либо делать попросту нет. Ему бы сейчас лечь на кровать и не вставать очень долгое время, чтобы наконец разобраться во всём, но, к сожалению, такой возможности не предоставляется ему изо дня в день.      Ко всему вышеперечисленному добавляется тот факт, что Малфой теперь бегает от него, избегает даже взгляда, а те непродолжительные перепалки совсем спали на нет. Даже обидно немного, они соулмейты, как бы глупо это не звучало, и не общаются. Неправильно как-то.       От этой неожиданной мысли ему становится совсем не по себе, и он окончательно запутывается в своих чувствах.      Гарри всегда ненавидел, ненавидит и будет ненавидеть Драко Малфоя, ведь так?       Поттер и не заметил, в какой момент для него стало важно присутствие Драко в его жизни и их постоянные перепалки. Любой день, прожитый без этих двух жизненно важных факторов, считался каким-то пустым и ненужным на подсознательном уровне.      Постепенно, он начинает осознавать одну важную вещь- Драко для него больше не враг, даже далеко не враг. Всё это время Поттер мысленно ждал их встречи и разговоры, которыми как таковыми диалогами и назвать сложно. Это был просто набор обзывательств, которые как глоток свежего воздуха для удушающегося влияли на Гарри.       Немыслимо, в какой-то степени смешно, но так свободно становится от осознания такой вроде бы очевидной, но спрятанной за тысячами бетонных стен в голове Гарри мысли.       Гарри Поттер больше не ненавидит Драко Малфоя.  *** -Эй, хорёк! Ты чё один сидишь?     Малфой даже не смотрит в сторону Поттера, встаёт со своего места и уходит в конец класса, садясь на самую дальнюю и незаметную парту.     -Малфой! Я с тобой разговариваю вообще-то. Что, уже даже никто из твоих слизней не хочет с тобой сидеть, и ты один-одинёшенька теперь?     Медленно подходя, подстёгивает Гарри парня, пытаясь вывезти его хоть на какие-то эмоции. Становится уже невыносимо видеть такого пустого и безразличного Малфоя. Он привык к едкому, язвительному, высокомерному, токсичному и трусоватому Драко, а не к такому равнодушному. По-честному, Гарри начинает немного беспокоиться за своего, чёрт возьми, соулмейта.    -Поттер, что тебе от меня надо?     Малфой пытается сдерживать себя и не кинуть какое-нибудь Круцио в паренька, стоящего напротив, потому что в последнее время он становится ну уж слишком навязчивым. Обычно Драко был тем, кто первым начинал или провоцировал, а потом ему стало всё равно, и тут Поттер проснулся и стал тем, кого так ненавидел. Даже смешно от его попыток вывезти Малфоя на эмоции. На что ты надеешься, Гарри? Их у парня уже давным-давно нет.      А Поттер стоит и молчит. Тупо пялится на человека, предназначенного ему судьбой, и не может оторвать взгляд. Это, наверное, так слащаво, но мальчику-который-выжил в данный момент всё равно на это также, как Драко на всех и вся кроме Поттера. Он просто физически не может перевести взгляд куда-то кроме, чем глаза собеседника. Они у него как самый холодный и туманный океан, взглянув на которой, будущие утопленники будто становятся зачарованными и бегут навстречу этому необузданному чуду, осознавая, что умрут, но им безразлично до такой степени, что их бег становится только быстрее, а их ноги настойчивее рассекают волны, которые понимают, что человеку ещё рано умирать, пусть поживёт чуть-чуть и поймёт, что жизнь хороша, а смерть лишь обретёт их на вечный покой, скучный и умиротворяющий до ужаса, но их сила, что пытается остановить, уберечь и спасти, лишь больше раздражает утопленника, который, понимая, что не справляется, когда его отбрасывает снова и снова на берег, с новыми силами не только ногами, но и руками отбивает милые волны и добивается своей долгожданной цели, ныряя в этот устрашающий омут, который затягивает навсегда и навечно без возможности выбраться и продолжить свой путь. Вот и Гарри Поттер стал одним из подобных утопленников, навечно оставшихся на дне океана под именем Драко Малфой.     Эти зарождающиеся чувства кажутся Гарри чем-то диким и нереальным, но таким тёплым и сладким, будто мёд. Прошло всего лишь полтора месяца, а Поттер, походу, уже далеко и надолго в холодном до дрожи океане. Но что его пугает куда больше, так это отсутствие желания выплыть со дна, добраться до берега и продолжить свою прежнюю жизнь. Он, окунувшись единожды, больше не хочет ничего, кроме как продолжать тонуть до такого притягательного дна и наслаждаться приятной истомой и головокружением от нехватки кислорода. Он умирает в этом человеке.       -Аууу, Поттер? Ты вообще слышишь меня?       Неожиданные и несильные пощёчины приводят Гарри в сознание, и он будто выныривает, но посмотрев на свой личный океан, понимает, что его просто окатила подводная волна, пробудившая его от приятного сна.    -Слышу, тебе что надо?      Глаза Драко раскрылись в таком недоумении, а Гарри даже не удосужился вспомнить, что далеко не Малфой начал их очередную перепалку.      -Ну ты и придурок, Поттер. Сходи к мадам Помфри, может она сможет подлечить твой склероз и хроническую тупость.    Малфой переключает своё внимание на учебник по зельеварению, делая вид, что до Поттера ему как не было, так и нет никакого дела.      Поттер, вспомнив, что тут отнюдь не Драко был провокатором их очередной перепалки, немного смущается и уходит, пытаясь скрыть стыд от своей хронической тупости, как выразился парень. Тут он был с ним согласен, как никогда, потому что прийти к человеку, начать его задевать, пытаться вывести на эмоции, а когда он ответил, просто выпасть из этой жизни, а вынырнув из мыслей, повести себя как настоящий полоумный.      Мда, Поттер, прошло столько лет, а ты так и не поумнел.                                                                     ***  Прошло три месяца с момента как Гарри и Драко поняли и попытались осознать довольно-таки шокирующую и выбивающую из колеи новость: отныне они друг для друга предназначенные судьбой для искренней, светлой и нежной любви, но принять столь неожиданное известие становится непосильной задачей.      Драко Малфой никак не может свыкнуться с мыслью, что такой надоедливый, тупой, поверхностный и слишком удачливый Гарри Поттер его судьба. Иногда ему кажется, что это просто прикол, ему показалось или всё это- чьё-то тупое заклинание шутки ради, но, когда его взгляд останавливается на месте метки, любые предположения сразу испаряются.       Иногда парень допускает мысли насчёт возможности их совместного будущего: их романтичные вечера, когда Поттер не кажется таким несуразным и тупым, а наоборот красив, как никогда, и разговаривает с ним на заумные темы; вкуснейший завтрак и кофе, аромат которого распространяется на всё поместье, в постель и утренние ленивые поцелуи; совместный отпуск, который они бы проводили на дальних, безлюдных островах, где было бы долгожданное спокойствие и приятные романтические ужины, плавно перетекающие в такие же нежные ночи. В целом, было бы неплохо, и Драко бы даже согласился, если бы всё было бы точно так, как он представляет, но ведь это Поттер, который слишком туп, недальновиден, уродлив и не настолько романтичен, чтобы осуществить все те мысли об их совместном будущем, которые бы удовлетворили Малфоя-младшего, поэтому в моменты сентиментализма в его жизни, когда единственное, что ему хочется- сидеть в одиночестве, чтобы никто, не дай Мерлин, не увидел его слёзы или боль, что он так старательно прячет от окружающих, и думать о жизни,  представляя в голове несбыточное счастье, которое приходит к нему лишь во снах. Только там он может позволить себе побыть самим собой не только в поведении и действиях, но и в мыслях и желаниях, где одно из его истинных желаний- то сказочное будущее с Гарри Поттером под боком.      -Драко, тебя ждать или ты сам пойдешь, как обычно?       Из мыслей парня вырывает настойчивый Блейз, который пришёл за своим другом, в последнее время закрывшийся совсем не только от одногруппников и однокурсников, но и от своих друзей, с которыми они вместе часто устраивали небольшие душевные посиделки.       -Блейз, вы идите, я вас догоню.      -Хорошо, чувак.       Забини почти скрылся за дверью в мужскую спальню Слизерина, но неожиданно вернулся в комнату.      -Слушай, Драко, если тебе нужна помощь, поддержка или просто хочется выговориться, чем-то поделиться, знай, что я, Тео и Пэнси всегда готовы предоставить тебе то, что тебе нужно. Мы ведь все, как ни крути, друзья, а ты постепенно закрываешься совсем от нас, что заставляет беспокоиться.      -У меня всё в порядке, Блейз, не о чем волноваться, правда. Спасибо, что вам не всё равно, но ваше беспокойство было беспричинным.       -Ну ладно, на первый раз поверю тебе, Драко. Давай побыстрее, мы тебя ждём внизу.      Драко лишь устало кивает, а Забини уходит, поджимая губы в негодовании. Малфой понимает, что друг совершенно не поверил его словам про моральное состояние, но что поделать, если ему уже никто не поможет. Он давно решил, что просто будет плыть по течению, чтобы ему в очередной раз судьба ни подкинула, будь то мешок с говном или пятьдесят Круцио от Тёмного Лорда. Он ещё слишком мало прожил, чтобы уходить из этой жизни, но и слишком много прошёл, чтобы продолжать бороться, ведь сил уже нет.      Кое-как собравшись с мыслями, парень наконец выходит из комнаты и доходит до гостиной, где его терпеливо ждут друзья.       -Ну ты и копушей стал, брат. Я думал, мы так и не дождёмся тебя или опоздаем на трансфигурацию.      -Тео, перестань, с кем не бывает. Будто ты всегда был, есть и будешь пунктуальным.      -Естественно, Блейз, а как же? Кровный наследник одной из древнейшей и уважаемой семьи Нотт никогда не допускал опозданий на какие-либо встречи.      Не зная Тео, можно было и поверить в его слова, ведь уверенность, сквозившая в голосе парня, не оставляла ни капли сомнений.      -Не смеши меня, Теодорчик. Я-то тебя знаю как никто другой. Свои хвалебные речи про себя будешь говорить Макгонагалл, когда мы опоздаем на её важнейшую трансфигурацию.      -А вот и буду.      -А вот и будь, может тогда я и поверю.      Наблюдая за перепалкой двух друзей, у Драко даже на время появляется улыбка, ведь с их детсадовского конфликта становится правда смешно.      -Ого, наша холодная льдинка наконец решила растаять. Вы только посмотрите, Блейз и Тео, наш друг наконец улыбнулся за последние...      Пэнс поднимает голову вверх и подносит руку к подбородку, делая такой умный вид, будто в данный момент в её голове происходят такие математические расчёты, которые и Пифагору не снились.      -За последний месяц точно.       -Врёшь, Паркинсон. Я улыбался буквально вчера, не заливай тут про то, какой я безэмоциональный и похуистский.      -Да завтра снег пойдет, вы только посмотрите.      -Пэнс, ты походу правда забываешься. Сегодня на дворе декабрь, и снег в любом случае пойдёт.    -Придурок ты, Тео. Это такая пословица. Ну не суть.      Отмахивается слизеринка от недоумевающих парней и вновь обращается к Драко.       -Ты улыбался, когда мы сказали, что гриффиндурок Поттер походу расстался со своей шаловливой Уизли. И это не в счёт, потому что эта улыбка точно была не адресована никому из нас. Подожди, ты чё? Влюбился в Поттера что ль?       Не успевает Драко остановиться и уставиться на свою подругу в ошеломлении от её неожиданной прорицательности, как Пэнси продолжает.      -Нет, Поттер совсем не правдоподобно. Уизлетта что ли?       -Нет, конечно. Я ещё не опустился так близко ко дну, чтобы испытывать что-то кроме отвращения и ненависти к этой пустышке.      Облегчённо выдыхает Драко после своих слов, ведь подозрения насчёт Поттера пропали на корню, и ему не пришлось краснеть и пытаться врать про то, что к придурку Поттеру он относится не лучше, как Снейп ко всем ученикам, кроме слизеринцев.      -Ну ладно, говоришь убедительно.       Драко усмехается и понимает, что это первый раз, когда он сказал правду за последний месяц точно. Ему постоянно приходилось врать насчёт всего, что происходит в его жизни. Грустновато, на самом деле, но что поделать.      Драко Малфой снова смиряется со всем в его жизни.      Наконец дойдя до кабинета трансфигурации, слизеринская четвёрка заходит и по обыкновению садится на самые последние парты.      На удивление Драко этот урок проходит довольно спокойно, пока он не оборачивается в сторону соседнего ряда, потому что чей-то взгляд уже непозволительно долго прожигал левую часть лица Малфоя, и встречается с изумрудными глазами Поттера. И с этого момента урок покатился в тартарары. Теперь все старания Драко сосредоточиться на материале, который преподаёт Макгонагалл, отправились туда же, куда и весь урок в целом. Потому что мысли парня отныне занимали только эти завораживающие ненавистные глаза. У Поттера они настолько зелёные, будто ему приклеили вместо зрачков два изумруда, причём, Драко уверен, что самых дорогих, которые добывали из самых недр земли трудолюбивые маглы, несмотря ни на что, продолжающие копать и искать эти два маленьких камушка для одного маленького мальчишки, который живёт так, будто ему совершенно всё равно на нечеловеческие старания тех людей и желающий побыстрее закрыть от окружающего мира два изумруда и отдать кому-нибудь другому, более достойному, но Вселенная, будто понимая, что никто не заслуживает эти два камушка больше, чем великий Поттер, из раза в раз спасает эту жаждущую приключений задницу от всех опасностей и возможностей смерти мальчика. Только так Малфой может объяснить, почему два самых дорогих изумруда до сих пор в глазах Гарри, а не какого-нибудь другого паренька. И стоит признать, что Вселенная права, и никому, кроме Поттера, эти изумруды не подойдут. Они будто под него выколоты, и никто в мире не сможет выглядеть так гармонично с ними, как сам Гарри Поттер.      Драко даже ухмыляется от своих мыслей. Как тебя занесло так далеко и глубоко в этого несуразного парня, что ты уже начинаешь считать, что он не настолько плох и некрасив, как раньше казалось? Немыслимо.      Драко Малфой больше не ненавидит Гарри Поттера.     ***  -Рон, тебе не кажется, что Гарри последнее время отдалился от нас и стал каким-то потерянным?       -Ну не знаю, Гермион. Может просто настроение плохое, я особо не замечал, если честно. Но, как ты сказала, захочет- сам скажет. Я считаю, что не надо его донимать пока.    -Не знаю, Рональд. У меня какое-то предчувствие нехорошее. Может ты сегодня, когда вы будете ложиться спать или останетесь одни в комнате, поговоришь с ним? Ну хотя бы попытаешься что-то узнать. Вдруг случилось что-то серьезное, а он, как всегда, молчит.       -Окей, я попробую конечно, но ничего не обещаю, ты ведь знаешь его.      Быстро закончив свои переговоры, Рон и Гермиона оборачиваются на зовущего их Поттера с просьбой, чтобы они его не ждали. Ничего не заподозрив, они отправляются в гостиную их факультета, чтобы отдохнуть перед следующим зельеварением.      Тем временем, Гарри Поттер максимально медленно собирал вещи, следуя своему резко появившемуся плану. Он провожал взглядом Малфоя, который подходил к Макгонагалл с очередным разговором.      -Поттер, вы с чем так копошитесь? Вы сегодня ничего и не писали на уроке, насколько я видела. Давайте быстрее выматывайтесь, мне нужно переговорить с мистером Малфоем.      -Я потерял своё перо, профессор, и не могу найти.      Гарри выглядит действительно расстроенным, и Миневра верит и терпеливо ждёт, когда её ученик найдет потерявшееся перо, которое каким-то случайным образом лежит под столом, и уйдёт. Но этого не происходит через пять минут, десять и Макгонагалл не выдерживает.      -Мистер Поттер, вы снова что-то задумали? Ваше перо лежит под партой, а вы, как крот, ищете его везде, кроме самого очевидного места.      -Спасибо, профессор, я как-то не заметил.      -Не за что, мистер Поттер.      Гарри поджимает губы и поднимает своё перо, отправляя его в портфель и нехотя отправляясь к выходу.      -До свидания, профессор Магконагалл.      -До свидания, Поттер.      Недовольный парень выходит из аудитории и, вздыхая, направляется в сторону лестниц. Его план провалился, толком не успев начаться.     -Стоп.     Парень резко останавливается, разворачивается и идёт обратно, оставаясь стоять за дверью и ждать. Проходит буквально несколько минут, и Поттер слышит, как Малфой прощается с профессором и выходит из кабинета.      -Малфой!       Гарри окликает парня, желая наконец воплотить свой план в реальность, но Драко не останавливается, а лишь ускоряет шаг.      -Да, Малфой, едрить твою маковку, остановись, а!      Поттер добегает до парня и хватает его за рукав мантии, разворачивая к себе лицом.      -Что тебе нужно от меня, Поттер?      Внешне Малфой спокоен, как никогда, что нельзя сказать о Гарри. Он даже завидует своему собеседнику в таком искусном скрытии своих эмоций, или их у него вовсе нет. В целом, не важно. Важно, что Поттер волнуется так, что прямо сейчас готов упасть и свернуться в клубок, отгораживая себя от предстоящей неприятности. И зачем он только решился на это? Чем он думал, когда вообще согласился на это? Как бы сказал Малфой:     -Поттер, а тебе вообще есть чем думать?       И он был бы чертовски прав, потому что в данный момент Поттер не понимает, есть ли у него вообще мозг. Ну что ж, была не была.      -Малфой, сними мантию.      Вот так сразу, срубил с плеча, как говориться. Без подготовок и всего прочего. Гарри сам в шоке стоит, что произнёс самую важную и волнующую фразу своего плана, но в не меньшем ошеломлении стоит и сам Малфой, кому была адресована столь неожиданная просьба.      -Поттер, ты вообще в своём уме? Или ты настолько отупел, что уже не понимаешь, что говоришь и кому? Я не твоя шаловливая Уизлетта, так что проваливай.      Как бы ни старался Драко сохранять безэмоциональное лицо, получалось отнюдь плохо. Он весь покраснел, немного вспотел и взгляд стал бегающим. Иначе, если он посмотрит на этого придурка, то раскраснеется окончательно, и тут пиши пропало. Мало ли что он надумал.      -Нет, Малфой, я в своём уме и понимаю, кому и что говорю. И так, к сведению, я не встречался и не встречаюсь с Джинни. И мы ушли от темы, сними, пожалуйста, мантию. Мне надо кое в чём убедиться.      Уверенность Поттера заметно растёт, ведь не волновался бы Драко так, если бы ему нечего было скрывать. Так что, небольшая надежда теплится в душе Гарри.      -Не буду я снимать перед тобой мантию, совсем уже что ли ополоумел?       -Если ты не снимешь, я сниму, Малфой.      Настойчивость и придурковатые просьбы Поттера совсем выводят парня из равновесия. Он не понимает, что надо этому тупоголовому, а тем более, зачем ему смотреть на его голое тело, если он снимает эту чёртову мантию?       Неужели он что-то заподозрил? Неужели Драко так плохо скрывался? Не может быть. Его умение держать маску равнодушия что бы ни случилось превосходно, но всё же, зачем тогда Поттеру понадобилось, чтобы Малфой снял мантию? Вопрос, при чём довольно-таки интересующий.    -Нет, Поттер, ты точно не в своём уме. Зачем тебе смотреть на мой голый торс?       -Я просто хочу кое в чём убедиться, я же уже сказал.      -В чём именно?      -В своих догадках.      -Ух, как информативно, Поттер. Если ты всё же думаешь, что я сниму мантию, ни за что и никогда.      -Значит, я сниму.      Не успевают Малфой среагировать, как Гарри снимает с него мантию и поднимает рубашку, зависая на своём имени под сердцем у Драко.      -Ты что творишь, придурок?       Негодованию и смущению Малфоя нет предела. Он грубо отталкивает от себя Поттера, опуская рубашку вниз и накидывая мантию, валявшуюся на полу некоторое время.      -Чё ты лыбишься?       Злой Драко, готовый прямо сейчас пустить в своего соулмейта сначала несколько Круцио, а потом Авад, смотрит на глупо улыбающегося Поттера и не понимает причины его столь весёлого настроения.      -Я убедился.      -В чём, Поттер, ты в состоянии убедиться?       -В том, что ты мой соулмейт.      Несмотря на злость парня, Гарри улыбается так широко, как чеширский кот, и стоит весь такой радостный и счастливый напротив дьявола во плоти.      -Нет, Поттер, ты не мой соулмейт, а эта надпись- просто ошибка.      -Почему?       Улыбка моментально сползает с лица Гарри, а от радости и счастья не осталось и следа.     -Потому что ты и я - просто-напросто невозможно.       -Почему?       -Поттер, ты, походу, реально поехал головой. У тебя что заела почемучка? Мы с тобой не можем быть вместе потому, что ты и я всегда были заядлыми врагами, Гарри, то есть, Поттер.      -А ты назвал меня по имени, Драко.      Глупая улыбка снова появляется на лице парня, которая до безумия бесит Малфоя только потому, что, посмотрев на неё, хочется улыбаться в ответ, также глупо и широко.      -Я просто оговорился, Поттер. Возомняешь о себе слишком много.      -Ну так почему мы не можем быть вместе, Драко? Ведь даже судьба указывает на то, что можем.      Малфоя незаметно передёргивает от своего имени из чужих уст, и его немного пугает мысль, что ему нравится. Нравится, когда Гарри обращается к нему по имени.      -Я тебе уже ответил на твой вопрос, Поттер.      -А твой ответ меня не удовлетворил. Ты сказал, что мы всегда были врагами, но что мешает нам попробовать хотя бы? Попробовать подружиться, а потом как пойдет. Ты же знаешь такую фразу: “от ненависти до любви один шаг”?       -Ну знаю и что?       -А то. Почему она не может быть применима к нам?       -Потому что, Поттер, не может.      -Ну почему? Ответь мне, и я отстану. Хотя бы один неопровержимый аргумент.      Малфой уже хочет сказать, но понимает, что это снова про то, что они всегда были врагами, а Гарри уже успел успешно и быстро его опровергнуть, и Драко понимает, что больше-то у него и нет никаких мыслей.       Поттер, наблюдая за слизеринцем, понимает, что победил в этой самой важной за всё их время знакомства схватке. Его надежды оправдались, и он рад, что у них с Драко есть шанс. От этой мысли становится так тепло на душе, и парня вмиг охватывает небывалое воодушевление и счастье. Он смотрит на своего будущего парня (он уверен в этом) и не может налюбоваться. Он слишком красив.      Гарри Поттер влюблён в Драко Малфоя и, походу, это взаимно.  the end