Ненужный, но любимый

      Но всё оказалось не так просто! Без официального трудоустройства (Чонин в основном подрабатывал, а в музыкальной школе была такая маленькая зарплата, что только повеселила опеку), к тому же с сыном-подростком, а ещё, как выяснилось, мудак-альфа так и не подписал развод, а в ответ на просьбу просто рассмеялся и послал на хер, — Чонин не мог никого усыновить. Всё, что казалось простым — стать семьёй в жизни, на бумаге оказалось невозможно.       Джисону грозил специальный приют для трудных подростков. Пока опеку с большим трудом взяла на себя школа — за спиной директора, с махинациями Сынмина и поддельными документами от Чанбина. Но они все очень рисковали.       — Это я виноват, прости, Джисон! — Чонин всё никак не мог успокоиться. Они все мучительно прикидывали варианты на маленькой кухне. Феликс расстроился больше всех, что ему сказали поздно, и не старался сдерживать слёзы.       — Или я, — хмуро бросил Сынмин, — может зря поспешил?       Им срочно надо было оформить опеку хоть на кого-нибудь и совершенно некогда порыдать.       — Ага, я сам виноват, что такой нежеланный и ненужный.       — Джисон! — не выдержав охватившего всех безрадостного напряжёния, рявкнул Чанбин. — Может быть, застав… Уговорить Джису взять тебя обратно? Тем более, как его там, вы рассказывали, что этот Чан Бан или кто он там, его хахаль, не против.       — Чан? В смысле как Бан Чан? Крутой музыкальный продюсер?       — И насколько близко ты его знаешь? — неожиданно агрессивно выпалил Чанбин.       — Я был репетитором его сына, — не обращая внимания на альфу, задумчиво пробормотал Сынмин.       — Того самодовольного мудака?       — Джисон!       — С ним можно договориться!       — Что? Как ты себе это представляешь? Усыновите меня, пожалуйста? Вы же спите с моим папой, сделайте это ради его отсутствия нежных чувств ко мне? С таким же успехом можно к Джису обратиться, чтобы обратно документы подписать.       — Ты хочешь в приют? — разозлился Сынмин, но, заметив слёзы в глазах всей маленькой семьи, мягко произнёс. — Джисон, у нас мало вариантов. Мне не позволят, я бы… Но слишком молодой, я уже узнавал!       — Я мог бы помириться с му… — решительно попытался заявить Чонин.       — Нет! — раздались возмущённые возгласы со всех сторон.       — Даже не смей думать об этом, — неохотно буркнул Чанбин. — Мы поедем вместе и попробуем уговорить.       — Но этот Минхо…       — Ты нездоро́во зациклился на нём, — буркнул Феликс.       — Я не… Он просто какой-то альфа-дебил, таким унижающим взглядом на нас смотрел и грубил!       — И очень тебя этим зацепил, — немного расслабился Чонин.       — Всё, я — домой, завтра приеду.       — Спасибо, Сынмин, ты столько для нас делаешь…       Чонин не выдержал и прижал молодого омегу к себе. Тот весь смутился и покраснел, Джисон почти заржал над лицом, явно залипшего на красные щёки их классного руководителя, Чанбина.       — Я тебя провожу? — необычайно робко для себя произнёс альфа.       — Нет, я живу рядом, — холодно посмотрел на него Сынмин. Друг Джисона заскрипел зубами. Происходило что-то странное. А потом учитель вышел, и напряжение спало.       Только Чанбин ударил кулаком в стену, напугав всех, и, быстро извинившись, но ничего не объясняя, ушёл следом.       — Хорошо, что стены кирпичные, — заметил Чонин.       — Главное, чтобы сам не поранился, — продолжил Ликси.       — Что с ними не так? — буркнул Джисон.       — Детское время давно закончилось, — и под дружные стоны Чонин отправил подростков спать, как ответственный папа.       — Чанбин, ты ужасный, просто отвратительный водитель, я больше ни за что не сяду в тачку с тобой! Кто выдал тебе права?! — громко ругался Сынмин.       — Где он вообще взял тачку? — буркнул Феликс, всё ещё не простивший других за тайны.       — Молчи, я не хочу знать! — проворчал учитель.       — Я одолжил, — закатил глаза на него Чанбин, — просто, знаете, навсегда.       — Чанбин!       — Ты ненавидишь ездить в автобусе, тебя вечно укачивает, и на всех школьных автобусных экскурсиях ты блевал!       — Откуда ты?.. Это не значит… Почему ты даже кражу тачки пытаешься оправдать мной?       — Потому, что я всё делаю ради тебя! — насмешливо подмигнул тот.       Сынмин вылупился на него, подавился воздухом и закашлялся, Джисон со смехом похлопал по спине.       — Что за дурацкий флирт? — немного расслабился и заржал Феликс. Понимая, что скорее всего тачку украли в том числе и ради него, ведь проблема с такси всё ещё существовала.       — Сталкерить препода не круто, — на ухо успел шепнуть дружелюбно отпихнувшему его от себя Чанбину Джисон. Он был рад, что тот немного отвлёкся на их классного руководителя и всё меньше тосковал по своей первой любви в Сеуле.       — Сынмин, давай мы отложим лекцию о правилах дорожного движения, — хихикнул Чонин.       Чанбин выглядел невозмутимым и ни капли не виноватым.       — Привет!       — Я приятно удивлён, милашка, ты опять здесь. Пойдём на свидание, братик!       К сожалению, дверь им открыл Минхо. Очень жаль, Джисон бы больше был рад увидеть противного придурка-дворецкого.       — Я против инцеста, — буркнул омега, — твой отец дома?       — Что?       Но к ним навстречу уже поспешил Чан.       Тишина была неуютная, они все сидели в гостиной и их разглядывали, как забавных зверушек.       — Помогите нам, пожалуйста, Чонину не дают опекунство, — кратко пересказал всю историю неудачной попытки усыновления Сынмин. Альфы его узнали и достаточно тепло поприветствовали, поэтому смотрели менее настороженно на их семью. И учитель решил взять слово, пока остальные только краснели и оглядывали обстановку, ведь в прошлый раз их не пустили на порог. Чонин явно жалел об этой идее, уже сдался и задумчиво кусал губы, вцепившись в свой телефон. Феликс его резко отобрал, они все понимали, что тот скорее всего собрался писать бывшему мужу, то есть мудаку, так и не подписавшему развод. Чанбин был в каком-то ужасном настроении. Агрессивно пялился на Чана и взглядом сверлил Минхо, который посмел усесться рядом с Джисоном и периодически пытался сложить свои конечности на омегу.       — Конечно, я же говорил, готов…       — Что? Нет! Он будет требовать с тебя деньги! Он же вор! — Джису выглядел крайне раздражённым и уже не раз настаивал, чтобы всех просто выгнать, но Чан становился всё мрачнее с каждым настойчивым предложением того, и папа Джисона, смирившись, только стоял в углу, сложив руки на груди.       — Вор? Больше, чем ты? Айщ! — воскликнул Минхо. Джисон резко шлёпнул того по наглой ладони, опустившейся на его колено и проворными пальцами дотронувшимися до голой кожи через понтовую дырку на джинсах.       — Минхо! Джису, в чём твоя проблема? Мне не жалко денег. Это же твой сын!       — Меня заставили родить, — зло прошипел упомянутый омега, — срок был уже большой! Я хотел отказаться от него ещё в роддоме! Всю жизнь мне похерил! Мой альфа узнал об измене из-за этой беременности и бросил. К тому же он такой непослушный! Даже родственникам не нужен!       — Но почему он должен быть нужен родственникам? Он же твой! — не выдержал Чан.       — Пожалуйста, не надо ссориться, мне ничего не надо, осталось каких-то жалких… Я обещаю, что ничего не потребую, не опозорю, воровать не буду, я повзрослел! Сынмин-хён присмотрит за мной в школе, Чонин-хён и остальные дома!       — Разумеется, я…       — Я же сказал нет! Никто не собирается… — Джису не собирался сдаваться.       — Я тоже против, если что, — внезапно влез Минхо, не прекращая попыток полапать Джисона.       — Почему? — устало удивился Чан. — Ты же настаивал…       — Милашка против инцеста, а я его хочу!       — Минхо! Да что это такое?       — Какое? Ты сказал выбирать одного омегу, вот, пожалуйста, готов остепениться и взять ответственность.       — Я не об этом говорил! Да блин.       — Но если нам разрешат пожениться, когда ему стукнет восемнадцать, то я не против, — ухмыльнулся Минхо и снова распустил руки, но тут же убрал, наткнувшись на грозный взгляд молчаливого Чанбина.       — Я тоже здесь и против нашего инцеста, — Джисон боялся уйти. Это его единственный шанс, а Чан выглядел раздражённым, но скорее упрямством Джису, а не их маленькой семьёй.       — Почему? — деланно удивился Минхо.       — Не люблю неадекватных альф-дебилов!       — Это я не адекватный? Ты завалился к незнакомым людям и требуешь себя усыновить! — наконец показал истинное лицо альфа, злобно оскалившись, всё его наигранное веселье стёрлось с лица в одно мгновение.       — Я не требую! Да и не то чтобы у меня было много вариантов…       — Ну да, этот классный, ведь точно проканает. Ты такой же, как папашка твой. Думаешь, тут все дураки? — ухмыльнулся Минхо, и его улыбка стала совсем не насмешливой, а угрожающей.       — Ой, да ну тебя к чёрту, не всем нужны деньги!       — Ненужным оборванцам, вроде тебя, точно нужны!       — Как и немножко совести и мозгов самоуверенным кобелям!       — Хватит ругаться, Минхо!       — Мне не нужны ваши деньги, только немного безопасности! У меня есть семья и без этих ненужных бумажек. Я не хочу в приют! Мы не увидимся с вами больше, я не буду ни на что претендовать и просить.       — Ну, естественно, обломайтесь со своим папашкой, отец всё записал на меня. Единственного, — подчеркнул Минхо, — горячо любимого сына.       — Что? — удивился на мгновение Джису. — Ты его не усыновишь! Что за херня, я столько времени здесь, и ты не ставишь штамп, так беспокоишься за нажитое, а тут готов содержать никому не нужного мальчишку?       — Ребёнка! Которого бросил папа! — возмущённо крикнул спокойный, никогда не повышающий голос, Чан, который от абсурдности ситуации был уже на пределе.       — Какого ребёнка? Я в его возрасте… Значит на жалость надо было давить?       — Не надо было так откровенно хотеть денег моего отца, — Минхо, кажется, подуспокоился и уже не с такой злостью смотрел на Джисона, видимо, впечатлился его слезливой историей.       — Своего сына сначала воспитал бы, его едва можно терпеть! — фыркнул Джису и скрылся в доме.       — Подожди, почему ты?.. Давай нормально поговорим, — Чан быстро остыл и кинулся следом за омегой.       — Безнадёжно, — буркнул себе под нос Минхо, — давай свои бумаги.       — Что? Нет, я тебе не доверяю, — спрятался за Чонина Джисон.       — Не слишком ли ты дерзкий? Не будь такой букой, милашка, тебе не идёт. Так и быть, отдам юристам, если всё окей, они позвонят.       — Но…       — Не бывает так просто, как вы тут придумали. Образования никакого, да? И куча детей по малолетке, — обидно хмыкнул Минхо, покрасневшему от унижения Чонину.       — Думаешь, я постесняюсь врезать? — мрачно сказал Чанбин.       — Это так тебя воспитали что-то просить?       — Сейчас ты у меня будешь просить.       Чонин и Сынмин резко перехватили альфу, а в комнату вовремя вернулся Чан.       — Минхо, ты опять? Простите его, давайте сюда бумаги, завтра я узнаю у юристов и позвоню вам.       Минхо закатил глаза в ответ на удивлённые и смущённые лица омег.       — Провалив…       — Минхо! Может быть, вы останетесь на ужин? Джису… Плохо себя чувствует. Мой повар уже всё приготовил.       — Нет, спасибо, не будем вашим злоупотреблять гостеприимством, — попытался отмазаться Чонин.       — Да мне в радость! Познакомиться.       Члены маленькой проблемной семьи переглянулись и, слишком переживая за срыв этой авантюры, неловко закивали. Джисон тоже неуверенно кивнул. Этот придурок Минхо прав — как-то они стремительно озадачили своими проблемами незнакомых альф. Придётся потерпеть.       — Ты девственник?       — Тебе какое дело?       — Просто интересуюсь жизнью брата.       Минхо не отлипал от Джисона весь вечер с дурацкими вопросами. По типу этих. Видимо, очень надеялся, что он сбежит. А омега… Пытался не воспринимать это серьёзно. И чем только зацепил такой придурок, что от его насмешливого тона было так неприятно?       Джисон стойко терпел все насмешливые домогательства и нелепые подкаты, намёки на его неомежью внешность, смешные пухлые щёки и общую неопытность с альфами. Но Чонин смущался Чана и только краснел, не зная, куда смотреть. Феликс боялся взрослых альф и прятался за Чанбином, который был явно недоволен, ещё и мог врезать или устроить драку. Сынмин отдувался за них всех и пытался поддерживать неловкую беседу, но, учитывая его характер и сарказм, так и прущий из всех щелей, получалось не особо. В общем, пришлось взять дурацкого Минхо на себя.       — Я уже понял, что для тебя омеги лишь объект для секса.       — А для тебя альфы не кошелёк?       — Нет, я ищу родственную душу, — брякнул зачем-то Джисон, отвлёкшись на безумно вкусный чизкейк. Не как у Чонина, конечно, но тоже ничего.       — Кого? Аааа, так я тоже про великую любовь, вон посмотри на моего отца, уже вторая пытается сбежать.       — У тебя проблемы с отцом?       — А у тебя с папой?       — Это было подло!       — Видишь, мы идеальная семья. Попробуем инцест? Со сводным братом у меня ещё не было.       — И не будет       — Посмотрим, судя по всему, скоро отец усыновит не только тебя, и появится третий брат. Твой миленький…       — Только тронь Феликса! — не сдержался Джисон, все отвлеклись и уставились на них. — Простите!       — Минхо, что ты опять?..       — Я наелся. Не упусти новую семью, а я в этом цирке не участвую. Ночью не жди, буду у очередной подстилки.       — Простите он не… Всегда такой, — грустно пробормотал вслед сыну Чан.       Чонин, кажется, немного успокоился и неловко улыбнулся.       — Ну, дети, в таком нежном возрасте все трудные.       — Но ты как-то справляешься с тремя, а я и с одним облажался, — грустно пробормотал Чан, не отрывая взгляда от входной двери, за которой стремительно скрылся его сын.       — Он просто беспокоится, ведь мы так внезапно свалились на вас, — покраснел омега, и теперь альфа, как зачарованный, уставился на него.       Все закатили глаза — ну вот только этой проблемы им ещё не хватало.       — Да, кстати, Сынмин сказал, вы ходите на занятия в музыкальную компанию? У меня есть своя, почему бы вам…       — Нет, вы слишком добры! Нас всё устраивает, — запаниковал Джисон.       — Но я бы хотел быть… Ладно, забылся, нельзя давить, — пробормотал себе под нос Чан.       — Спасибо, приятно… Было провести вместе время, нам пора, — решительно встал Сынмин, Чанбин с Феликсом подпрыгнули за ним, Чонин только замялся.       — Спасибо вам большое, мы больше не побеспокоим! — поклонился Джисон, не до конца веря, что им всё удалось       — Да пожалуйста, беспокойте, мне в радость, — как-то грустно пробормотал Чан, посмотрев на их весело перепирающуюся кучу из рук и ног в коридоре: Чонин активно натягивал шапку на притворно сопротивляющегося Чанбина, а другой рукой поправлял капюшон Феликсу, пытающемуся спорить с обувающим ботинки Джисоном, о том, кто поедет рядом с водителем. Его будущий (он очень на это надеялся) приёмный сын, одновременно с этой перепалкой с братом, специально заваливался на ворчащего, что он едет на такси, Сынмина.       — Может быть, я мог бы оплатить вам такси? — зацепился за последнее Чан.       — Да он просто выпендривается, но спасибо за предложение, — закатил глаза Чонин и выпроводил всех своих громко галдящих подростков и Сынмина на улицу.