А на улице идет снег

Все идет наперекосяк, когда идиллия в семье начинает рушиться. Особенно, когда создатели этой самой идиллии и есть ее разрушители. Рано или поздно даже самый страшный пожар потухает. Так потухли и невероятно яркие и чистые чувства между Джимом и Элис. Между ними всегда царило умиротворение и гармония, спокойная и уравновешенная Элис слишком хорошо противопоставлялась вечно эмоциональному и темпераметному Джиму. Сара и Кэсси, две их любимые дочери, которые характерами были так или иначе похожи скорее на Эрест и Мишель, чем на своих родителей, привнесли краски в жизни каждого. Так или иначе, все было действительно в порядке, пока на работе не начались каждодневные завалы, коллеги из соседних цехов не начали слишком активно докучать и раздражать, а в доме не появилось постоянное чувство напряженности. Раньше какие-то мелкие конфликты происходили, но они были действительно незначительными. В какой-то момент каждый из населяющих дом начинал раздражаться по пустякам. Бытовые ссоры, недомолвки, споры по работе и прочие подобные вещи стали обыденностью спустя лишь какие-то пару месяцев. И подобное происходило в основном между Джимом и Элис, а остальных это задело настолько, что они тоже стали часто ругаться друг с другом. В конце-концов все дружно сошлись на мнении, что просто устали друг от друга за столько лет. Джим и Элис развелись. Сара, младшая их дочь, осталась с отцом, Кэсси — с матерью. Постепенно в доме осталась лишь Эрест, которая решила приглядывать за местом жительства. Эрест помаленьку свыкалась с присутствием в доме лишь ее одной. На работе все вроде налаживалось, даже отношения с коллегами из соседних цехов, вроде как, улучшились. Не со всеми, конечно, но с подавляющим большинством так или иначе. Так шли дни, месяцы и незаметно пролетело три года. Три года, а потом — пожар на работе. Он подкосил многих, но в то же время поспособствовал сближению. Так, например, бесконечная вражда между Эрест и Джеффом была окончена, а еще тогда погибла мать Эшли, так что их втроем объединяла одна беда-отношения с родственниками и утрата близких. В итоге их общение только крепчало, так что спустя столько времени они могли спокойно называть друг друга друзьями. Джеффри так вообще очень часто захаживал к Эрест и сидел у нее до глубокой ночи за разговорами. А спустя еще три года Джим вернулся в этот дом вместе с Сарой. И, несмотря на все его ожидания, все не было ужасно мрачно или что-то типа в этом роде. Все было хорошо. Эрест встретила его не с распростертыми обьятиями, но так или иначе была рада его видеть. Они не общались шесть лет и им было что рассказать друг другу. Спустя некоторое время Джим вернулся на прежнюю работу. Но сближение Ретти и Джеффа пугало его. Он считал, что этот «белобрысый хмырь» ничего хорошо им точно не принесет. И время шло, а Джефф был все ближе и ближе. В течение года все возвращалось на свои места. После Джима вернулась Мишель, а затем и Джерхат. Последними домой вернулись Элис вместе с Кэссиди. И все было действительно было хорошо, казалось, Джим даже привык к тому, что раз в неделю Эрест вместе с Джеффом и Эш сидели в беседке и просто пили чай, смеясь над глупыми шутками. Даже дом стал светлее. Все становилось светлым и семилетняя плесень, поглотившая этот дом почти полностью, наконец-то начинала растворяться. Дом наконец-то был полон. И как-то так незаметно пролетело еще несколько месяцев. Джим все еще не принимал Джеффри и его слишком активную деятельность в сторону их семьи, а пособничество Эрест этому напрягало его. Но у Джеффа были планы. Они, может, чуть завышены, но в них точно нет злых помыслов. Ведь, кажется, только после того пожара, он понял, что конфликты между ним и Эрест бессмысленны. Ему нравилось оставаться у нее допоздна, их долгие разговоры и простое молчание, которое для обоих было только умиротворением. И ему не была понятна природа этих чувств, но он не хотел ничего заканчивать. Эрест тоже сначала не хотела признавать, но они привязались друг к другу. Эти двое, кажется, уже и дышать друг без друга не смогут, если хотя бы не напишут друг другу хотя бы одно сообщение. Они так часто рядом друг с другом, касаются, смеются, смотрят друг на друга и Джима уже тошнит от этого зрелища. Он впервые порывается что-то сделать, попрепятствовать этим их взаимодействиям, но ему мешает тот, от кого он совсем не ожидал-Элис. Элис, в отличие от Джима, видит намного больше. И она объясняет ему, что лучше пустить все на самотек, ведь, ей кажется, что все будет хорошо. Джим протестует. Он не желает видеть «смазливых блондинчиков» рядом со своей старшей сестрой и не позволит этому произойти. Остальных же все вполне устраивает либо потому, что они не видят происходящего, либо потому, что они не против. А Джиму все неимется. Он кидает глупые шутки в их сторону, подкалывает и откровенно издеваестя над ними. Но им все равно, и это раздражает его еще больше. Все неожиданно решается в ноябре, когда на улице почти каждодневно идет снег, люди кутаются в шарфы от холода, а парочки греются в обьятиях друг друга. Так греются и Эрест с Джеффом, когда поздно идут по улице, наслаждаясь прогулкой. Они останавливаются ненадолго, не желая прерывать диалога. Когда приходит время прощаться, они немного мнутся. В этот раз им обоим отчего-то неловко и они просто смотрят друг на друга. Все вокруг кажется таким неважным, когда он сокращает между ними расстояние и мягко касаясь ее губ своими. Она замирает на мгновение, но подается ближе, отвечая на поцелуй. Джим, наблюдая за этим, наконец вздыхает, понимая, что его усилия напрасны, но, в конце-концов он рад за сестру. Два сердца наконец признали друг друга. А на улице идет снег.