Холодная ненависть

Деррик совершает ошибки. И делает он это часто. Ошибок в его жизни завались. Ошибки в общении, в учёбе, в жизни и так далее по списку всех его неудач, но было место, где он никак не мог ошибиться. Фигурное катание. То, на что Деррик Экхарт потратил полжизни и потратит ещё половину, если потребуется. Если это поможет ему оправдать ожидания отца. Если он станет легендарным фигуристом. На самом деле, фигурное катание было его маленькой мечтой. Его отец — известный тренер по фигурному катанию и когда его старший сын изъявил желание, то его тренировками занялись сразу же. Боюсь, именно такой подход главы семьи заставил Деррика пожалеть о своём решении, но отступать было поздно. Отец загорелся. Отец хотел. И отец своего добьётся. А Деррик просто поработает инструментом и в редкие моменты будет наслаждаться тем, как его волосы подпрыгивают во время прыжков, а коньки пускают искры во время резких остановок. Здесь он не имеет права на ошибку. Не имеет права быть разочарованием. И спустя несколько лет всё складывалось очень даже неплохо. Деррику шестнадцать и он прошел отбор на международное соревнование. Если победит, то станет одним из самых молодых победителей за последние двадцать лет. Тогда отец точно будет им гордиться. Тогда всё точно станет лучше. — Я верю в тебя, старший братец! — радостно улыбалась Ивонна, поправляя чёлку Деррика, — Ты займёшь первое место, лучше тебя никого нет. — Спасибо, — парень не сдержал улыбку, нежно оглядывая своего маленького ангела, — Спасибо. — Ой, мне не стоит тебя отвлекать! — спохватилась девочка, обнимая брата и выскользая из его рук, — Я люблю тебя, брат! Удачи! Экхарт кивнул, с улыбкой вздыхая и вновь выходя на лёд. До выступления четыре часа, он должен успеть разогреть мышцы и хорошо подготовиться. Он не может разочаровать свою семью. Отца, брата, Ивон… Ошибка — это слишком огромная роскошь для него! Как же он будет дальше жить, если такое родное тепло в глазах сестрёнки сменится на холод и презрение? Нет, это слишком. А уж тренироваться до изнеможения Деррик Экхарт умел. До боли во всем теле, ушибов, растяжений и сбитых костяшек от усталых падений. А что вы ещё ожидали? Фигурное катание — спорт, наполненный болью. Со временем Деррик сам себя начал ощущать целостной ходячей болью, особенно, когда любая мысль в голове отзывалась спазмами и ломотой, а сил даже дышать не останавалось. Но зато отец был удовлетворён результатом. И да, Деррик и впрямь тренировался. Без перывов, всё время. Он старался, старался и старался. Все движения он выучил наизусть, все повороты, прыжки и даже взгляды. Всё отработано до идеала, до скрупулёзного идеала. Выучены до автоматизма, он и во сне сможет это повторить. Настолько эти движения въелись в его кожу, под кожу. И он был уверен, что кроме него никто не посвятил тренировкам столько времени, столько сил и стараний, столько души! О, как же он ошибался… Во время отбора он выступил предпоследним и был смело уверен, что до него никто не дотянет. Десятки, все десятки. Тренировки были не зря. Отец будет горд, это точно! — И наш последний участник, Каллисто Регулус! — громко выкрикнул ведущий и на лёд вышел неопрятно одетый блондин. Он не выглядел так, словно готов. Он выглядел так, словно с помойки сбежал. Небрежно надетая рубашка и просто черные брюки. Даже никаких украшений, хотя на лицо ничего. В принципе, ему такой вид подходит, но это не уличные танцы! Это фигурное катание, чёрт возьми. Как он смеет так легко к этому относится? Раздражает. Впрочем, не его дело. Именно такие люди с излишней самоуверенностью проигрывают самыми первыми. Таким только сочувствовать. Но этот был другим. Все его движения были не просто пропитаны сногсшибательной уверенностью, так это ещё и завораживало… Так и хотелось протянуть руку, чтобы дотронуться. Этот Каллисто Регулус двигался странно и не кооперативно, словно импровизировал, так ещё и ухмылялся! Но этот странный стиль притягивал взгляд. Это что-то новое, глоток свежего воздуха! Он выглядит так, будто для него это лишь игра и он гонится лишь за впечатлениями и весельем… Да что с ним не так? Ему тоже поставили десятки. Все. И это настолько казалось Деррику нечестным, что хотелось плакать. Он потратил столько времени и сил, заучивая программу, а этот… Просто вышел. Он же даже ничего такого не сделал! Просто сымпровизировал несколько поворотов и замер в красивой позе. Да за что десять?! Он же даже не включил в программу сложные номера, которые Деррик выполнял в идеале! Спирали, пируэты, прыжки — всё посредственно! Деррик готов был кусать локти от негодования. Они шли нос к носу. — Эй, — сладко протянул голос сзади и Экхарт обернулся. Этот голос казался ему противно слащавым и отвлекающим, — Ты был крут. И Каллисто с самым наглым видом прошёл мимо. Это он сейчас… Похвалил его, что ли? Да как посмел вообще… — Не могу сказать о тебе того же, — прошипел парень, быстрым шагом уходя в сторону своей семьи. Ему взбучки от отца точно хватит за этот провал… — Я думал, ты справишься лучше. Да, как он и думал. Отец зол. Отец точно больше никогда с ним не заговорит. И из семейного реестра вычеркнет. — Отец! — чувственно отозвалась Ивонн, — Нельзя же так! Деррик старался и ему поставили все десятки. — Да, отец! Это уже перебор, Деррик очень постарался! — вступился Рейнольд, упрямо хмурясь. — Но тому парню так же их поставили. Будь ты лучше, Деррик Экхарт, смог бы обойти его, — в глазах мужчины сверкнул холод. — Но отец, я же… — Я в тебе разочарован. Кажется, в тот момент земля ушла из-под ног. Причём, у всех троих детей. Деррик просто не мог поверить. Столько лет работать, стараться… Ради такого ответа? А Ивонн и Рейнольд злобно пытались хоть что-то сказать в защиту брата, но холод, исходящий от отца, убивал всю решимость. И Деррик не винил их. Отец и правда страшен. После этого Деррик стал заниматься ещё усерднее. Учиться ещё усерднее. В какой-то момент он понял, что дело было даже не в гордости отца, а, скорее, чести. Ему хотелось доказать отцу, семье, Каллисто Регулусу, себе, что он сможет стать лучше. Что этот раз был простой ошибкой. Что всё ещё можно исправить. Что можно стать лучшим. И этот шанс предоставился. Он вновь отправился на соревнование и вновь попал туда с Каллисто Регулусом. Да, это точно будет его дебют. И никто больше не посмеет сказать, что Деррик — недостойное разочарование. Он докажет всем, всем, чёрт возьми. Докажет, что он лучший. Что он достоин. И совсем неважно, что Деррик уже и сам не понимает, чего же он достоин и зачем ему доказывать, что он лучший. Это просто ощущалось важной целью. Всех участников на некоторое время поселили в один отель, имеющий все приведения, такие как каток, спортивный зал и куча литературы о фигурном катании. А ещё им за это время надо было самостоятельно придумать тему своего выступления и проработать его. Что-то креативное, да? Уж это не к Деррику, хотя он и пытается в творчество. Впрочем, идея для «креативного» образа пришла почти сразу же. Из-за изнуряющих тренировок, которым подвергался Деррик Экхарт ежедневно, тот похудел ещё сильнее, побледнел ещё сильнее и ещё сильнее увял. Он напоминал труп. Так что, идея приготовить выступление трупа жениха была, как раз кстати. Ему не придется выражать слишком много и слишком яркие эмоции, так ещё и гримма нужно минимум. Идея, на удивление, казалась чудесной. Дальше же осталось составить и выучить программу, а так же подготовить костюм. Это никогда не было чем-то сложным для Деррика. Придумать и выучить, делов-то! Так что, буквально через неделю его концепт был готов. Парень не любил сидеть на месте, так что за работу взялся сразу же. Он разработал эскиз своего костюма на выступление и отправил проверенной швие. А там уж посмотрит на результат. В это время Деррик, кажется, и вовсе перестал жить нормально. Тренировки, еда, тренировки, доработка концепта, тренировки. Это всё, что он мог себе позволить, ибо снова оплошать он не может. Нельзя. Именно поэтому этим утром он уже оккупировал каток. Ему надо отработать движения. Надо быть грациозным и изящным, но при этом хрупким и нежным. Так же, надо чтобы оставалась воинственность и уверенность в действиях и взглядах. Это всё важно! — Вау, ты прям, как кукла, — раздалось сбоку и Экхарт невольно и достаточно неграциозно повернулся на говорящего, — Привет, крутышка. Давно не виделись. — Я занял каток ещё вчера. Уходи. И парень снова вернулся к зубрению движений. Так, грация, уверенность, нежность. Грация, уверенность и неж… — Я не представился в нашу первую встречу. Меня зовут Каллисто Регулус, — заправляя свои золотые локоны за уши, сказал Каллисто. — Я знаю твоё имя. — И я верю, но познакомиться лично всё же приятнее. Как тебя зовут? — Ты знаешь моё имя. И да, Деррик уверен в этом. Его имя буквально невозможно не знать в обстоятельствах Каллисто. — И что? — протянул блондин, — Знакомство сближает людей! — Я, — Экхарт подъехал к краю, пуская ледяные искорки при остановке, — Не хочу сближаться. Тем более, с тобой. Исчезни. — Жестоко, — вздохнул, — Ты Цундерка, что ли? — С глаз моих прочь. Деррик, конечно же, умеет быть вежливым и почтительным, но только не с людьми, которые его раздражают. А Каллисто раздражал, и ещё как. Слишком самоуверенный и озорной. Такой… Свободный. Как тигр. Нет, скорее, дракон. — Точно Цундерка, — вздохнул парень, — Но знаешь, ты очень хорош. Твои движения идеальны. — Я не нуждаюсь в твоей похвале. — Жестоко, — вновь повторил, — Могу я выйти на лёд? — Нет. Я же сказал, что занял каток на всё утро. Вернись через четыре часа, — и Экхарт отъехал от него, предпочитая тренироваться, а не тратить время на разговоры. — Вау, ты тренируешься по четыре часа? Вообще-то, по шесть, но отвечать ему не было желания. Это не его дело. Сейчас надо отработать прыжок, а затем пируэт. — Поразительная целеустремлённость! — с улыбкой фыркнул Регулус, слегка прикрывая глаза, — Жаль, что она не поможет тебе сдвинуться со статуса никчёмыша. Деррик сокрушительно рухнул вниз, ударяясь подбородком и прикусывая язык. Да как он смеет… Рот быстро наполнился кровью от прокусанного языка, в лёгкие сдавило спазмом обиды. Кажется, он сбил колени в кровь. — Ты что, сейчас заплачешь? — Проваливай, — быстро поднимаясь и сплёвывая кровь на лёд, сказал Экхарт, — Или я позову охрану и тебя выпроводят силой. Всё-таки, меры безопасности никто не отменял и Каллисто спокойно выгонят из помещения, если он попросит. — Как страшно, — надменно фыркнул, поднимая бровь. И этот парень только что пытался дружить с ним?.. — Знаешь, в чём твоя проблема? — Во мне нет проблем. Это ложь. В нём были проблемы. У него проблемный характер, проблемы с понимаем себя и агрессией, проблемы с выражением своих чувств. Деррик Экхарт сам одна сплошная проблема. — Нет, есть, — Регулус наглым образом перепрыгнул ограждения, вставая на лёд в одних кроссовках. Вот нахал! — У тебя нет своего стиля. А, так он про фигурное катание… — Ты только и делаешь, что учишь и повторяешь. Никакой индивидуальности. Никакого отличия. Просто серая масса, — хмыкнул, отталкиваясь от бортика ногой и скользя к Экхарту, — И это обидно. У тебя ведь есть талант, но ты не развиваешь его. — Пошёл прочь с катка. — Вообще-то, я получил разрешение, — хмыкнул, хватаясь за Деррика. Казалось, будто он просто издевается, но на деле Регулус просто не хотел упасть. Всё-таки кроссовки не коньки, — Давай вместе покатаемся? Брюнет молча оттолкнул придурка и тот упал на лёд, но продолжил улыбаться. Вот же… — Сейчас моя очередь. Я тренируюсь, — фыркнул, проезжая мимо него и останавливаясь у края катка, чтобы вновь включить музыку на телефоне. — Тебе так нравится быть жалкой копиркой? — Каллисто так и остался сидеть на льду, но даже из этого положения умудрялся смотреть сверху вниз, надменно, — Нда, я ожидал от тебя большего, цундерка, правда. Разочаровываешь. Экхарт глубоко вздохнул, считая до десяти и сделав глоток воды из бутылки, кинул её Каллисто в голову. Тот болезненно вскрикнул, но тут же рассмеялся. Да так задорно. Мазохист, что ли?.. — А вот это было неплохо! — Пошёл к чёрту, — забрав телефон, парень направился к выходу с катка. Пусть подавится им! Следующая их встреча, что не удивительно, опять состоялась на катке. Деррику не спалось, так что… Тот решил потренироваться на ночь. Зато быстро уснёт от усталости, а больные мышцы лишь сильнее его убаюкают. — Доброго вечера, — проговорил Регулус, становясь на лёд. Он был на коньках, что уже удивительно, — Вечерняя тренировка? Деррик предпочёл его проигнорировать, концентрируясь на спирали, которую тот уже который раз пытается сделать идеально. Не выходит. Почему. — Эй, не хочешь посоревноваться? — Мы и так на соревновании, — невозмутимо ответил Деррик, останавливаясь к блондина, — Чего тебе от меня надо? — Всё просто, — пожал плечами с непринуждённой улыбкой, — Я хочу повеселиться, а ты кажешься забавной персоной, цундерка. — Ещё раз назовёшь меня «цундерка» и я… — «Никчёмыш» было лучше? Экхарт окатил Каллисто своим самым пронзительным и омерзительным взглядом, на который только был способен. Ему хоть говори, хоть нет! Всё без толку! — Оу-у-у, ну не расстраивайся. Я же шучу, — Каллисто, опять же, на удивление элегантным движением подъехал к нему, — Давай дуэль. Ты, я, музыка на рандом и импровизация. — Я не собираюсь заниматься глупостями, когда на носу соревнование. — Да брось, на это уйдёт не более десяти минут! Считай, отдых. Разомни мышцы, а то вдруг потянешь? Не хочешь же так глупо быть снятым с соревнования? — Каллисто ухмыльнулся, чуть наклоняясь, — Или боишься, что я вновь тебя уделаю? — Отлично, выбирай музыку, — максимально ненавистно прошипел, вновь толкая парня перед собой. На этот раз он удержался на ногах и даже красиво повернулся, тем самым скользя по льду. — Я же сказал, что музыка на рандом. Ты чем меня слушаешь, цундерка? — Я вообще не хочу тебя слушать. — Готовься проиграть. Опять. — В тот раз была ничья! — Деррик подъехал к бортику и опёрся на него, замечая пронзительный взгляд Каллисто, — Хватит смотреть, раздражаешь! — Рядом с тобой мой телефон, включи музыку там, — Регулус с улыбкой пожал плечами, — Пароль тридцать восемь шестьдесят, фиолетовая иконка на главном экране с нотой. Его слегка поразило, что Каллисто так просто отдал свой телефон, да ещё и пароль сказал. Он настолько тупой? Это же максимально небезопасно! — Начинай, — прошипел, нажимая на кнопку «перемешать плейлист». На экране высветилась песня Ланы Дел Рей «Diet Mountain Dew». Деррик никогда не слышал имя исполнительницы и даже песня не казалась знакомой. Каллисто замер, чуть выгибаясь и поворачивая голову в сторону Деррика. Прислушивается, что за песня и когда начинается первый куплет, аккуратно скользит по льду полностью поворачиваясь к Деррику. Он выглядит необычайно расслабленно и восхищённо. И его движения точно такие же. Гибкие, эластичные, словно он может изогнуться в любую позу. Каллисто вытворяет трюк за труком. Пируэты, прыжки, вращения, спирали. И так по кругу. Он точно не готовился, но это… Выглядело прекрасно. Его волосы элегантным потоком скользят по воздуху, а то, как трещит лёд и летят снежные искры в разные стороны, захватывало дух. Регулус, безусловно, был красавцем, но сейчас… То, что он вытворял, можно было сравнить с самым идеальным фигурным катанием, которое Деррик видел когда-нибудь. Самый идеальный человек и самое идеальное фигурное катание. Экхарт даже не вслушивался в саму песню, но отчётливо слышал, когда песня превратилась в обычные слова под лёгкое фортепиано. Именно тогда Каллисто повернулся к нему и прошептал одними губами… — Ты тоже так можешь, — а затем улыбнулся и ускорился. Песня начала идти быстрее. Кажется, Деррик забыл, как дышать. Со стороны Каллисто казался таким искренним и счастливым, катаясь и не отводя взгляд от Деррика. Могло ли это что-то означать? Песня закончилась так же резко, как и началась, а Деррик и Каллисто не смели отвести взгляды друг от друга. Этот момент даже можно было бы назвать интимным, если бы невинные звёздочки в глазах Деррика смотрелись уместно в интимные моменты. — Ну как? — запыханный Регулус улыбнулся, — Понравилось? — Да. Вышло быстрее, чем тот успел обдумать. Надо было ответить что-то едкое и колкое. Что-то вроде «Ты мог и лучше» или «Сносно», но Каллисто и правда всё сделал потрясающе. Каждое движение, каждый взгляд. Всё было идеально. До самых мелочей. В последний раз такой восторг он испытывал, смотря на отца лет в девять и на то, как тот катается. Тогда это восхищало. Потом уж нет. Но сейчас… — Признайся, ты пробовал каждую песню и просто издеваешься, да? — Какой ты недоверчивый! — Регулус грустно вздохнул, усмехаясь, — Я не тренируюсь под эти песни. Всего лишь хорош в импровизации. — Никогда бы не подумал, что тебе нравятся такие песни.. — А что не так? Ланочка лучшая! Экхарт закатил глаза, отталкиваясь от бортика и выходя на центр катка. Ему стоит упокоится, иначе он навалится на Каллисто с комплиментами, а вот этого не надо. — Мне включить музыку? — Что? — парень повернулся к нему, — Нет, я вернусь к своим тренировкам. — Нечестно! Я же сделал всё, как договорились! — Ты можешь остаться и посмотреть. Каллисто удивлённо замер, Экхарт мысленно ударил себя по лбу. Ну кто тянул его за язык? — Хорошо, — выдохнул блондин, — И ты поужинаешь со мной. — Хорошо. Регулус аккуратно вышел с катка и сел на скамью. Кажется, тот в восторге не меньше, чем сам Деррик. Странный такой. Но хоть странный, но наблюдал за тренировкой почти несколько часов. Иш какой преданный. Нечестно это. Теперь Деррик никуда не денется от улыбки, которая сдавливает внутренности судорогой. А ведь провели они вместе всего вечер!