Простуда

      Эвкалиптовая мазь, к которой Лиф прибегала чаще всего в таких случаях, пахла детством. Ди вспоминал, как отец так же заботился о нем, когда он был ещё совсем маленьким, и уголки его губ дрогнули в слабой улыбке. Он почувствовал себя немного лучше, пока Лиф разминала его спину, втирая лекарство; ее руки были слегка прохладными и резко контрастировали, соприкасаясь с его горячей кожей.       — Чего ты так часто болеешь? У тебя слабый иммунитет? Или болячка просто так сильно тебя полюбила, что не хочет больше оставлять? — Лиф ругалась на него, но делала это с любовью. Ее прикосновения становились мягче по мере того, насколько взгляд молодого человека становился жалостливее.       — Черт знает. — Ди возвел покрасневшие глаза к небу, — Мне это надоело не меньше, чем тебе, любимая. Она прильнула губами ко лбу блондина, чтобы удостовериться, не сошла ли температура, однако он до сих пор был горячим. Ещё со вчерашнего вечера Ди начал кашлять, а за какое-то время до этого его измучили дурацкие головные боли. Лиф сразу поняла, ещё немного — и он сляжет с простудой. Будучи подростком, Ди возымел привычку болеть часто и надолго. И девушке она вовсе не нравилась.       — Ди, будь молодцом, ляг под одеяло. — шатенка встала с кровати, позволив мужу устроиться поудобнее, а затем ласково погладила его по щеке, прежде чем оставила аккуратный поцелуй на ней. Почему-то в подобного рода моменты ее преисполняли столь нежные чувства, что Лиф не хотелось выпускать металлиста из своих тесных объятий, — Я заварю тебе чаю.