Рябь на воде

– Что ты не имел в виду? – Рука Дайчи замахнулась и кулак устремился в щеку и часть скулы высокого подростка, заставив того откинуть голову и сделать лишь пол шага назад. Сторона по которой ударили Шиму покраснела и немного распухла, в дальнейшем обязательно проявится синяк, но подросток с глупым лицом прикрыл щёку и слегка потер пострадавшее место. Было немного больно, невыносимо стыдно в сердце зрел гнев, но не на столько эти чувства его переполняли чтобы выходить из себя как порой происходило в привычных уличных разборках. Шума думал о другом: неужели эти конечности не имели должной силы? Ведь глаза этого парня были больше чем серьезны, а замах и направление не менее точными. Удар был и правда профессиональным, с одним но... болезненный и поучительный он был только для Асаи. Не будь он сейчас в гигае, смертное тело сейчас было с наредкость забавным распухшим и синюшным лицом, с трещинами по черепной кости. Искусственное тело, которое он использовал, повторяло все характеристики живой плоти лишь с малой долей силы синигами. Этого было достаточно чтобы иметь дело со смертными. Асаи с сомнение посмотрел на свою конечность когда собственная рука чуть не выбилась из сустава, в душе недоумевая – это Кучики пожалела денег на качественный продукт или Урахара схалтурил? Где его синигамская сила?! Или возможен защитный механизм, чтобы ненароком не наврелить обычным душам и их смертным телам? В туалетной комнате для мальчиков Асаи умыл лицо сторонясь смотреть в зеркало. Он знал что там увидит... разочарование в себе и мире, а так же... остатки возбуждения. Верно, он отреагировал. Эта горилла с тупым лицом, коснулась промежности и его тело отреагировало, благо что идиот завидев свою подружку немедленно отдёрнул руку. И Асаи не хотел чтобы другие это заметили, потому сбежал быстро как мог. Кажется по пути он встретил Садо, ай, неважно. Что там произошло дальше его не волновало, но определенно, он запомнил обиду. Асаи не любил своего вынужденного "мужа" – как тот просил себя называть, ненавидел, а со временем просто привык воспринимая его как привычное зло. Тот это понимал... Его это злило. Вся эта злость и бессилие оборачивались для траверсера утомительными ночами, так как, всё банально обернулось в попытки любыми спобами привязать. Сказать поправде, тот хорошо поработал над тем чтобы все его касания пробуждали в нём желание, и привыкание. Под конец годичного срока своего домашнего заточения Асаи почти заработал Стокгольмский синдром, начиная сочувствовать и искать в чужих поступках кроме извращённой любви, алчности и повсеместной ревности, другие более светлые чувства. Он и так долго держался. Приспособленец не значит безвольный, просто он предпочитал меньшее из зол. Но Асаи даже не мог предположить, что ситуация зашла настолько далеко! Как же хочется вернуться хорошенько отделать или поменяться местами да так качественно от***... Чтобы как с ним, до обморока! "Мяу"! Опустив глаза Асаи увидел красивого гладкошерстного кота черного окраса с милыми золотистыми оттенком клаз, тот сидел напротив и глазел на него вопрошающе. Жаль что в карманах у двадцатого офицера шаром покати, кроме пары местных банкнот ничего нет, а ему, ещё в магазин за продуктами идти, всё же нахлебником в семье Куросаки ему не хотелось быть. О, кстати о семье Куросаки, с того вечера, а это было позавчера, они с Кучики жили официально. Временно. Папаша Ичиго все же услышал крик сына и пришел проверить – в чем же дело! А там, две несанкционированных неизвестных личности сомнительной наружности. Пришлось ему с Кучики и Куросаки на ходу придумать слезливо-правдивую историю: почему же они оказались в комнате своего одноклассника, да ещё и в домашней одежде его детей. Если кратко; сослались на то, что после того как основной опекун по работе покинул город, страну, континет, в их новом доме ими были обнаружены вредители и паразиты, а так как подростки личности без мудрости и опыта взрослых, то они решили сначала сами во всё назобраться. В общем, потоп, пожар, землетрясение, и куча разозленных соседей... стали итогом их самостоятельной жизни. А пока специалисты обрабатывали заражённый участок и восстанавливали испорченное, добрый одноклассник Куросаки Ичиго приютил бездомных и обездоленных... а почему у родителя разрешения не спросил? Так боялся несогласия, ещё и бунтарский дух впридачу. Упустим, что Ичиго в тот момент на вопрос отца просто фыркнул и признал: «такой же ненадежный как и эти двое!», чем очень огорчил заботливого папочку, ушедшего жаловаться портрету матери трёх детей.... Почему-то, посмотрев на огромный портрет красивой женщины и причитающего со слезами на глазах бородатого мужика; Асаи засомневался в адекватности личности отца семейства и бывшего десятого капитана, а так же, в который раз признал – любовь жестока и капризна, любого может осчастливить или загубить. Папочка Иссин проглотил всё и даже проверять на их вшивость не стал, полностью доверившись решению сына, но Рукия Кучики переехала на ВМЖ в комнату сестер Ичиго, с которыми сейчас хорошо сдружилась, и живёт теперь у них в шкафу. Что за фетишь у маленькой госпожи, Асаи не понимал, но его мало что могло теперь удивить. Он траверсер, а этот мир и так, немногим адекватен. – Потерялся или бездомный? Асаи неуверенно протянул руку, но кое о чём вспомнив, далее действовал уверенне. Чёрный кот без какого-либо страха обнюхал пальцы, после акуратно лизнул кончик среднего пальца. Поняв что животное не испугалось и не агрессивно, он для начала прошелся по шёрстке на голове, ну а потом и вовсе взял того на руки. В тот момент, когда он почувствовал мягкость маленького тела и тепло, Асаи почувствовал себя полностью опустошенным и одиноким. – ...не чувствую себя на своём месте, – траверсер неосознавая того, чуть агрессивнее прошёлся по загривку животного, заставив того негромко мяукнуть, чем и привёл в себя парня. – Ох, прости! – Асаи загладил свою вину потиранием кошачьего подбородка. – Хех, мне и правда здесь не место.... – поджатые уголки губ полностью обнажли его беспомощность и безсилие, – это не мой мир... не моё место... Но мои проблемы! Кот повернул голову странно серьезно посмотрев на него, но взгляд показавшийся Асаи странным полуприкрылся, когда его пальцы коснулись чувствительного места за ухом. – Бездомный, слабый, ни кому ненужный, - и не понять кого он описывал, то-ли себя, то-ли кота. Траверсер поднял голову наблюдая за проплывающими облакам окрашенными слабым багрянцем надвигающегося заката. Так поздно? Асаи взял кота и поднялся с качель тяжело выдохнув в маску но иного дискомфорта не было, что радовало, огляделся, парк был почти пустым, а ведь когда он пришёл, здесь играли дети. Матери, бабушки, дедушки за ними наблюдали. Кто бы из них знал что буквально пару дней назад один временно исполняющий здесь спас душу ребенка от монстра. Как же прекрасно невежество! Это благо. Асаи им завидовал. Пора возвращаться. Синигами направил стопы к выходу из парка. – Извини, я не могу тебя взять с собой, я и мой компаньон сами без место жительства, и временно живём у одной семьи из четырех человек, хех...синигами-бомж, звучит поидиотски глупо, верно? Черный кот фыркнул через нос, забавно дёрнув усами. Асаи даже показалось что тот его понял, но как животное могло его понять? Небольшой супермаркет расположенный недалеко от дома Куросаки был популярным и многолюдным, но всё равно с животными туда вход воспрещён. Асаи открыв стеклянную дверь покинул прохладное помещение чтобы заметить ожидавшее его животное. Сердце траверсера наполнилось нежным счастьем, если бы он мог, то забрал бы кота себе. В прошлом, ему было не до домашних животных с его то аллергией, а потом появлялись другие проблемы. Поманив того, он положил пластиковую тарелку на лист газеты найденный в урне у супермаркета и выложил на него рыбную консерву. Кот понюхав угощение отказываться не стал. Наблюдая за неторопливой трапезой Асаи сам незаметил как счастливо улыбался. Чем-то это картина напомнила ему о обычном сюжете из аниме-романа, когда главный герой(ня) кормит бездомное животное а тем временем, за ним тайком наблюдает его (тайная) возлюбленная(ый). Тихий смех был заглушон маской, но настроение от этого не стало хуже. Да и Асаи не главный герой и это не аниме-роман. Этот мир очень страшное место, где чужую слабость легко проглотить в свой желудок. В последний раз погладив кота по холке, двадцатый офицер оставил животное доедать свой нехитрый ужин. Ему уже пора возвращаться, возможно маленькая сестра Ичиго принялась за готовку и ей нужна сторонняя помощь.